Сосульки бахромой свисали с потолка, а толстый слой инея укутывал каждую плиту, но Элайджа заставил себя забыть о пробирающем до костей холоде, выжимая максимум скорости в стремительном спринте по коридору. Следом с обманчивой для таких туш прытью неслись двое тяжеловесных огров, с ног до головы ощетинившихся ледяными наростами-шипами. Длинные ноги великанов пожирали дистанцию гигантскими шагами, а внушительная Сила швыряла массивные тела вперед с тревожной легкостью. И все же друид чудом держал крохотный отрыв.

Вот только плана на следующий ход не было вовсе.

Две грани Кварцевого Разума лихорадочно перебирали идеи, пытаясь выправить скверное положение, но изящных трюков не находилось. Особенно когда за крутым поворотом дорогу ему перерезала еще одна пара ледяных огров, которых здесь быть никак не должно было.

Припав к полу, он проскользил по обледенелым плитам, разминувшись с покрытым инеем топором: лезвие со свистом рассекло воздух ровно там, где мгновение назад мелькало тело. Во все стороны брызнули ледяные осколки, но Элайджа уже взмывал вверх в отчаянном прыжке.

И высоты не хватило.

Среагировав на чистых рефлексах, он взвел «Ядовитый укус» и полоснул когтями по морде еще одного ледяного огра. Монстр с воем отшатнулся от боли; оттолкнувшись от его плеча лапами, друид срикошетил о стену и приземлился уже на бегу. Все заняло чуть больше секунды, но этой заминки преследователям хватило, чтобы нагнать добычу. По счастью, несущаяся сзади пара тоже не ожидала встретить сородичей: великаны с размаху врезались друг в друга, образовав ревущую кучу-малу из бронированных туш.

Лучшего шанса нельзя было и желать.

Впившись когтями в лед, кот резко затормозил, гася инерцию. Едва остановившись, он крутанулся на месте и сбросил звериный облик. Еще в процессе превращения Элайджа вскинул посох и до отказа залил Эфир в «Бедствие». Секунда на сброс плетения — и на повалившихся огров обрушилась вся ярость природы.

Воздух разорвали раскаты грома, заплясали слепящие ветви молний, а каменный пол под ограми с треском разверзся, размалывая живую плоть без всякой пощады. Но Элайджа даже не стал смотреть на погром: сознание уже ткало следующую формулу. Направив поток маны в «Рой», он заставил сотни хрустальных крыс вылепиться прямо из ледяного налета на стенах и лавиной хлынуть на контуженых великанов.

Но и на этом каскад заклинаний не иссяк. С ростом уровней и прогрессом культивации его Ядро заметно раздалось в объеме, позволяя выдавать череду тяжелых заклятий без риска мгновенно иссушить каналы. Топлива хватало с головой, чтобы выправить ситуацию, в которую его загнала собственная оплошность.

Направив Посох природной гармонии на копошащихся врагов, друид ударил «Яростью бури». Ветвистая дуга молнии вплелась в бушующий шторм «Бедствия» и ударила точно в запрокинутую морду ближайшего огра, прошив колоссальное тело мощным электрическим разрядом.

И цепь замкнулась!

Великан касался остальных сородичей, а их железные доспехи сработали превосходными проводниками: электрический ток мгновенно прошил всю четверку разом, удесятерив отдачу от одного-единственного каста.

Увидев сокрушительный эффект, Элайджа без раздумий ударил молнией во второй раз. Следом потянул ману на третий разряд, но вовремя одернул себя: он искушал судьбу и подходил к опасному пределу резерва Ядра. Шагнув вперед, он отвел посох назад, напитал древко «Ядовитым укусом» и со всего размаха огрел ближайшего огра по челюсти. Дерево встретило плоть с сухим треском ломающейся кости — или ледяного панциря, — щедро впрыснув порцию быстродействующего нейротоксина.

Навык: Ядовитый укус

Наделяет атаку быстродействующим нейротоксином. Доступно во всех формах. Урон удваивается в Облике хищника.

Он повторил прием на следующем великане, но в этот миг полоса везения кончилась: первый монстр с разворота достал его тяжелым слепым замахом, отбросив к обледенелой стене. Элайджа быстро сгруппировался, но «Бедствие» уже угасло, и несмотря на терзавший их крысиный «Рой», огры начали тяжело подниматься на ноги.

Пора было снова делать ноги.

Вот только на сей раз перекидываться в Хищника он не стал: в голове созрел расчетливый план. Долетев до конца коридора, парень развернулся и оценил обстановку: первый огр уже встал на ноги и шаткой поступью ковылял в погоню, заметно растеряв былую силу под ядами.

Элайджа хладнокровно выжидал.

Поднялся второй. Следом встал третий. Наконец неуклюже выпрямился четвертый. К этому моменту головной преследователь преодолел полпути, но друид не тронулся с места.

И ровно в миг, когда последний монстр попытался сделать шаг, парень сотворил «Опутывающие корни». Колючие древесные плети взломали лед, намертво спеленав ноги ослабленного великана. Тот лишь ошарашенно захлопал глазами, теряя равновесие, и с грохотом повалился обратно на брюхо, пока побеги жадно пеленали его в глухой кокон. Дожидаться развязки Элайджа не стал.

Один стреножен — пора бежать.

Он припустил по галерее, на ходу ныряя в заранее разведанные развилки. Огры тяжело топали следом, но комбо из системных язв и парализующего нейротоксина превратило их шаги в медлительную пытку. Оторваться от хвоста труда не составило.

Спустя пару минут бешеной гонки по коридорам в статусе наконец вспыхнула «Сущность волка», возвещая о выходе из боя. Друид моментально принял «Облик хищника» и накрыл тело саваном «Облика незримого». Сбавлять ход он не стал: мягкой рысью проскользнул вперед и забился в темный угол первой же попавшейся пустой боковой каморки.

И успел секунда в секунду: первый огр с тяжелым топотом пронесся мимо проема, даже не поняв, в какой момент потерял след добычи. Впрочем, расслабляться парень не спешил: беспечность сегодня уже едва не загнала его в могилу.

Хотя в свое оправдание он мог сказать лишь то, что понятия не имел, как именно великаны вскрыли его маскировку. Он всего лишь подкрадывался ближе, выискивая способ выдернуть часового из строя, когда монстр вдруг резко крутанулся на пятках и пробил сокрушительный удар ногой. Лишь многозадачность Кварцевого Разума позволила вовремя заметить выпад и уйти с линии атаки.

Последовавшая за этим безумная погоня по коридорам чудом закончилась благополучно, но дело требовало завершения. Пока тело спасалось бегством, отдельная мысленная ячейка лихорадочно выстраивала тактическую комбинацию — и благодаря капле удачи ловушка захлопнулась идеально.

Оставалось нанести точечный удар.

Едва второй и третий великаны прогрохотали мимо укрытия, невидимый кот выскользнул наружу и метнулся назад по коридору — туда, где остался связанный корнями огр. Спустя пару мгновений он вылетел точно на барахтающуюся тушу. Без колебаний взведя «Удар хищника», пантера взмыла в воздух: челюсти сомкнулись на затылке жертвы.

К нападению из засады огр был совершенно не готов, а лихорадка лишила его сил для сопротивления. Мышцы челюстей сжались, зубы вспороли плоть и кость; резкий рывок назад — и в воздухе брызнул ошметок мяса вперемешку с костяным крошевом. Взревев, покачнувшийся великан с размаху приложился о стену.

Элайджа отскочил, мгновенным выпадом полоснул когтями по подколенным сухожилиям врага, а затем срезал связки на щиколотках. Огр рухнул на колени, взломав лед под собой. В панике монстр активировал навык, выбросив из плит веер ледяных пик, но хаотичный всплеск был слишком медленным: легко обогнув препятствие, кот взлетел на широкую спину врага.

Впившись когтями между пластинами брони, он вновь вонзил челюсти в основание разбитого черепа. На сей раз отпускать добычу он не стал, сжав пасть мертвой хваткой.

Огр в отчаянном порыве оттолкнулся коленями от пола и с размаху впечатался спиной в гранит, пытаясь раздавить наездника. Друид хватки не ослабил: даже когда собственные кости натужно затрещали под чудовищной отдачей, когти глубже вгрызались в спину монстра, а челюсти методично дожимали расколотую черепную коробку.

Зашипев от смеси ярости и удушливой боли, Элайджа вычерпал внутренний резерв Силы досуха. Секунда — и под зубами хрустнуло. Рот наполнился солоноватой жижей мозговой ткани, и великан наконец обмяк, уступая полученным увечьям.

Мертвая туша рухнула, намертво придавив кота к стене. Пришлось срочно перекидываться в массивного Стража, чтобы сбросить многопудовое мясо с груди. Оказавшись на свободе, парень вернул человеческий облик заклинателя и побежал назад, на ходу заливая ноющие кости «Прикосновением природы». Серьезных переломов не случилось, но оставлять трещины без внимания было нельзя.

Босые ступни шлепали по скользкому льду, но стужи он почти не чувствовал: «Оберег времен года», занявший место «Сущности обезьяны», отрабатывал каждый вложенный пункт. Прежде парень считал эту стихийную защиту бесполезной безделушкой, не спасавшей от обычной непогоды, но в наполненном Эфиром искусственном климате Башни она стала ключевым заклинанием.

Укрывшись в очередной пустой боковой комнатке — казалось, эти тупиковые клетушки натыкали здесь лишь ради видимости жилого замка, — друид забился в угол и завершил лечение. Травмы были пустяковыми по сравнению с прошлыми ранениями, так что боевая форма вернулась быстро.

Восполнив резервуар Ядра, Элайджа снова принял облик чешуйчатой пантеры и вышел на охоту: в коридорах бродили еще трое раненых, которых хотелось добить в первую очередь. Впрочем, перебирать не приходилось, и вскоре он нащупал новую цель.

Правда, этот огр оказался из числа нетронутых патрульных.

Последующие часы превратились в методичный разбор гарнизона ледяного сектора. Элайджа действовал расчетливо и беспощадно, опираясь на схему огненного крыла. Однако ледяные великаны тяготели скорее к глухой обороне, нежели к взрывному урону, что играло друиду на руку.

Пока удавалось вытягивать их строго поодиночке — задача не из легких, но выполнимая, — в «Облике стража» парень почти не ощущал встречной угрозы. Платой за безопасность становилась чудовищная затянутость каждого боя: ковырять толстокожих латников приходилось всем доступным арсеналом, включая возвратный урон «Щита терновника».

Быстрее всего дело шло в человеческом теле при непрерывном спаме тяжелых заклинаний, но этот метод оставался самым опасным и прожорливым: Ядро высыхало до капли за пару минут, а любая оплошность грозила размазать хрупкого заклинателя по стене.

Компромиссным вариантом служила черная чешуйчатая пантера: каждый контакт открывался связкой «Удара хищника» и «Ядовитого укуса», после чего друид обычно уходил в тяжелую броню Стража. Лишь в паре стычек он рискнул остаться в форме Хищника до победного конца — темп впечатлял, но зверски изматывал и по уровню риска не уступал человеческой форме.

И все же освоение всех боевых инструментов стоило каждой капли пота. Выцеживая противников одного за другим, он методично зачистил ледяное крыло под ноль.

Финальную точку поставил Страж, методично разбивавший голову последнего великана о каменную кладку, пока враг не испустил дух.

Привалившись к стене, Элайджа тяжело хрипел, с трудом переводя дух. Он выложился без остатка, но результат стоил трудов: ледяной сектор был чист, а полоска опыта наконец перевалила за тридцать девятый уровень. Еще один рывок — и откроется долгожданное новое заклинание.

Но теперь перед ним встала дилемма. Бросить вызов двум лейтенантам прямо сейчас? Или сначала зачистить верхние галереи? Два оставшихся крыла находились ярусом выше, изолированно от текущей зоны. Это наводило на мысль, что эльфы Света и Тени стояли на ступень выше огров в местной иерархии.

А значит, их личная охрана могла оказаться куда опаснее.

Выбор определил простой прагматичный расчет: на бой с лейтенантами требовалось выходить на пике формы, взяв заветный юбилейный уровень.

Сначала полная зачистка остальных крыльев — и лишь затем дуэли с лейтенантами. Оставалось надеяться, что заклинание сорокового уровня станет тем самым козырем, который гарантирует победу.