Пока Элайджа скользил из одной тени в другую, каждый выдох вырывался изо рта белесым облачком пара. Температура падала уже давно, и с каждым шагом становилось всё холоднее, пока морозный узор инея не украсил грубые колонны по обе стороны коридора. Задрав морду к высоким сводчатым потолкам, ставшим привычными в этом крыле цитадели, он заметил наросшие мелкие сосульки. А когда навстречу протопал закованный в броню огр, друид обратил внимание, что исполин накинул поверх доспеха подбитый мехом плащ и натянул толстые рукавицы.

Сам же Элайджа холода не ощущал вовсе. Едва в воздухе повеяло стужей, он юркнул в заброшенную каморку, вернул человеческий облик и сменил «Сущность обезьяны» на «Оберег времен года».

Заклинание: Оберег времен года

Обуздайте силу природных циклов, повышая сопротивление стихийному урону (Вода, Земля, Огонь, Воздух).

Эффект сработал мгновенно: бафф отсек крепчающий мороз, подтвердив давнюю догадку — неестественный холод имел магическую природу, поэтому сезонный щит срезал его на корню.

Для штурма Башни это было отличным подспорьем. И все же, прежде чем строить далеко идущие планы, требовалось провести доскональную разведку. Кот продолжил путь, методично отмечая маршруты патрулей. Караульные держали солидную дистанцию друг от друга — добрый знак, — но торопить события парень не стал: пока собирались лишь разведданные.

Шаг за шагом он продвигался по галереям. Время от времени коридоры ветвились, и одну из девяти граней Кварцевого Разума друид целиком выделил под непрерывное составление карты крыла. Вскоре в геометрии проступила четкая система: лабиринт напоминал череду концентрических шестиугольников с круглой залой в самом сердце. Каждый пояс связывали пять широких радиальных проспектов, расходившихся от центра подобно спицам колеса.

Проникнуть в саму залу не удалось: проем наглухо перекрывала полупрозрачная ледяная стена. Пробить ее не составляло труда, но шум неизбежно привлек бы внимание массивной тени — судя по всему, ледяного огра Тука, чей смутный силуэт угадывался сквозь мутную толщу. К тому же по мере приближения к этому морозному сектору плотность окружающего Эфира густела с каждым шагом. Добраться до лейтенанта, не подняв на уши всех стражей крыла, не представлялось возможным, поэтому лазутчик поспешил ретироваться.

Элайджа задержался в ледяных коридорах ровно настолько, чтобы до мельчайших деталей зафиксировать в памяти график движения постов, после чего покинул сектор и направился в северную часть цитадели. Здешние переходы повторяли ту же шестиугольную структуру, вот только вместо леденящего холода воздух стремительно раскалялся до состояния раскаленной печи.

Когда друид подобрался к покоям второго лейтенанта, жар стал зримым: воздух дрожал маревом, а каменный пол под лапами обжигал даже сквозь защитные чары. С учетом активного «Оберега времен года» это говорило о многом: без магии стихий он гарантированно покрылся бы волдырями даже со своим заоблачным Телосложением. Впрочем, заглянуть внутрь обители Тока тоже не вышло: вместо ледяного монолита вход в центральный зал перекрывала ревущая стена сплошного огня.

К счастью, планировка огненного сектора точь-в-точь копировала ледяной, и зафиксировав этот факт, Элайджа переключился на изучение гарнизона. Местные часовые напрочь отказались от лат, щеголяя в таких же набедренных повязках, как и тучные надзиратели из нижних казематов. Но даже без тяжелой брони из черного железа эти громилы оставались смертельно опасными противниками.

Кожа великанов лоснилась от пота, морды кривились от духоты, но то, что они спокойно шагали мимо пылающего очага без единого ожога, наглядно свидетельствовало об их колоссальной выносливости.

Срисовав маршруты северных дозоров, Элайджа вернулся в нейтральный прохладный коридор к телу казненного старика и принялся за планирование. Главным камнем преткновения оставалась стража: каждая стычка с огром грозила перерасти в смертельную дуэль. Внизу тролль едва вывозил бой против караульных именно из-за численного перевеса врагов — значит, единственный рабочий шанс заключался в том, чтобы выцеплять часовых строго поодиночке.

А учитывая, что в каждом крыле насчитывалось по двенадцать бойцов, да еще пятеро патрулировали центральные переходы, задача выглядела куда заковыристее, чем казалось на первый взгляд. Залы представляли собой разветвленный лабиринт, но пространства было слишком мало, чтобы завязать драку и не привлечь внимание соседних постов.

Пораскинув мозгами, парень нащупал рабочий вариант. Впрочем, весь план держался на одном зыбком допущении — уровне интеллекта великанов. Будь огры хоть каплю сообразительнее — идея бы провалилась с треском. Но если их тупость подтвердит прежние наблюдения, шанс на успех оставался.

Не видя иных альтернатив, Элайджа спустился в провиантский погреб. Несколько минут ушло на обновление нужных баффов: превентивный «Целебный дождь», медитация под Кварцевым Разумом до полного бака Эфира, затем — «Облик хищника» с черной чешуей.

Набросив поверх саван «Облика незримого», кот поднялся по ступеням к люку и замер в густой тени прямо у выхода из подвала. Ловушка захлопнулась: оставалось дождаться первую жертву.

К счастью, долго маяться в засаде не пришлось: мерное позвякивание доспехов и тяжелый топот кованых сапог возвестили о приближении патрульного. Вскоре в коридор вывалилась массивная туша. Элайджа не шелохнулся, терпеливо выжидая, пока враг не поравняется с его укрытием.

Шаг. Еще один тяжелый шаг. Великан поравнялся с приоткрытой створкой люка.

«Ядовитый укус» и «Удар хищника» сорвались одновременно: черная молния метнулась вперед, впиваясь когтями в правое колено беспечного огра. Когти хищно вошли в сочленения брони, распарывая мясо и сухожилия. Часовой взревел от неожиданности и попытался крутануться на пятках, занося тяжелую шипастую дубину. Но Элайджа уже рыбкой юркнул в темноту подвала. Спускаться по лестнице он не стал — лишь утробно зарычал из темноты ровно настолько громко, чтобы звук долетел до ушей раненого.

Момент истины настал. Будь огр хоть чуточку умнее — он бы поднял вой и позвал подмогу. Но если он был той тупоголовой скотиной, на которую делалась ставка, то полезет по следу в одиночку. В бою глупый враг всегда предпочтительнее сообразительного.

Огр на секунду замялся, соображая, откуда донесся рык, а затем без лишних раздумий ломанулся в люк. К сожалению, разорванное колено не так сильно замедлило великана, как рассчитывал друид: стремительный рывок врага застал его врасплох.

Выручил Кушак вихря: субъективное замедление времени подарило те самые доли секунды, позволившие уйти стелющимся кувырком из-под таранного броска. Огр несся по инерции и банально не заметил крутых ступеней под ногами: потеряв равновесие, бронированная туша с грохотом покатилась по каменной лестнице прямо на пол погреба.

Элайджа налетел сверху: серия молниеносных укусов и хлестких ударов когтями обрушилась на врага в считаные секунды. Мгновенный урон друида не волновал — требовалось как можно быстрее настакать заряды системной «Заразы».

Для этой цели частые неглубокие порезы подходили идеально. А благодаря бешеной Ловкости, помноженной на артефактный пояс, лапы мелькали смазанным пятном. И все же парень едва не заигрался: тяжелый слепой замах оклемавшегося огра просвистел буквально в миллиметре от его морды.

Отскочив назад, друид на бегу сбросил звериный облик и обновил «Целебный дождь». Капли забирали крохи маны, но с накачкой Драконьего Ядра их лечебный потенциал мог спасти жизнь в критический миг. Держа поле активным, парень вскинул ладонь: Эфир прочертил дугу сквозь Душу, выплескиваясь в «Опутывающие корни».

Прямо из каменных плит пробились толстые древесные плети, намертво спеленав тяжелые ступни поднимающегося на ноги великана. Огр дернулся, с хрустом разорвав первые путы, но на их месте тут же проросли новые.

Пока одна грань Кварцевого Разума держала контроль над корнями, вторая уже накачивала энергией следующее плетение. Направив дубовый посох на барахтающегося врага, друид выпустил «Рой». Сотни жужжащих мух черной тучей облепили караульного: пластины лат оказались бессильны против мошкары, и системная лихорадка мгновенно проникла под броню.

Огр взвыл, принимаясь остервенело лупить пудовыми ладонями по собственной туше в попытках прихлопнуть назойливую пакость. Часть насекомых он размазал, но уцелевших хватило с лихвой.

Пока великан безуспешно воевал с мошкарой, Элайджа сотворил очередные чары. Резервуар маны ощутимо просел, так что тратить остатки на прожорливые «Бедствие» или «Ярость бури» он не стал: распахнув «Облик стража», он обратился чешуйчатым великаном и коршуном бросился на дезориентированного врага.

Сокрушительный таран плечом сбил огра с ног, впечатав в каменный пол, после чего друид принялся методично вбивать пудовые кулаки в оскаленную морду. В промежутках между ударами челюсти щелкали капканом: скрежет сминаемого металла заполнил подвал. Прямой урон казался каплей в море, но парень вел расчетливую войну на истощение.

Когда огр попытался огрызнуться, осыпая обидчика градом встречных ударов, его кулаки лишь в кровь разбивались о встречные шипы активного «Щита терновника».

Натиск нельзя было ослаблять ни на долю секунды: дай он великану хоть миг передышки, бой обернется катастрофой. Кулаки, зубы, когти — друид вкладывал в каждый выпад всю сокрушительную мощь своей Силы. Но перелом наступил лишь тогда, когда совокупный яд «Заразы», «Ядовитого укуса» и «Роя» наконец разъел внутренние резервы огра.

Сопротивление ослабло, громогласный рев перешел в сиплые хрипы. Элайджа давил без жалости. Силы у него не прибавилось, но на фоне стремительно угасающего противника казалось, будто друид лишь набирает обороты.

Наконец, спустя несколько бесконечно долгих минут, мощный укус челюстей Стража сокрушил височную кость врага. Огр обмяк, по телу пробежала серия неконтролируемых конвульсий, но насмерть монстр всё еще не разбился — феноменальная живучесть держала искру жизни до последнего. Пришлось нанести еще один удар, затем второй, третий… Лишь на пятом укусе черепная коробка окончательно лопнула, словно спелая дыня.

Горячая волна системного опыта наконец захлестнула каналы, и парень в изнеможении отпрянул назад. Схватка прошла почти безупречно: контроль над дистанцией не был потерян ни разу, врагу не позволили перехватить инициативу. Но то, сколько урона потребовалось влить в эту тушу ради победы, искренне ужасало.

И тем не менее — он победил.

Только это имело значение. Теперь процедуру предстояло повторить. Оттащив тяжелый труп в дальний угол склада и попутно срезав с пояса кошель с парой медных этериумов, Элайджа погрузился в медитацию, восстанавливая потраченный Эфир. Спустя час он снова поднялся к люку.

Со вторым караульным дело пошло чуть глаже, хотя парень слегка заигрался в форме пантеры и словил шальной удар сапогом: пара треснувших ребер отозвалась резкой болью, но «Целебный дождь» быстро заштопал повреждения.

А вот третий огр едва не отправил друида на тот свет. То ли уровень громилы был на порядок выше остальных, то ли вмешалась случайность, но стартовую серию ударов он выдержал даже не поморщившись. А затем с мясом вырвал ноги из «Опутывающих корней» еще до того, как Элайджа успел завершить призыв «Роя»!

Пришлось уворачиваться от пудовой дубины в хрупкой человеческой форме — гиблое дело по всем раскладам. Удар пришелся по касательной, но благодаря тому, что отдельная грань Кварцевого Разума упрямо держала плетение, заклинание сорвалось с пальцев ровно в миг, когда друид пушечным ядром влетел в штабель бочек, переломав ребра о клепки.

Не держи он наготове «Облик стража» в соседней ячейке памяти — там бы его путь и оборвался. К счастью, чешуйчатая трансформация успела сомкнуться ровно перед добивающим броском врага. Позиция была паршивой, но наслоение ядов в связке с колючим «Щитом терновника» и броней Стража в итоге склонили чашу весов в его пользу.

Схватка вышла изнурительной и выжала все соки. После нее пришлось потратить почти десять часов на непрерывное залечивание переломов, прежде чем рискнуть выйти на четвертого часового. Тот бой прошел как по нотам, повторив успех первой дуэли.

Спустя еще пару часов на полу подвала замер шестой, последний патрульный нейтрального сектора. Его смерть взорвалась перед глазами долгожданной вспышкой тридцать седьмого уровня. Прямой пользы в виде новых чар этот рубеж не принес, но сократил дистанцию до следующего важного порога.

А главное: зачистка коридоров наконец развязала руки для планомерного штурма северного и южного крыльев. Залечив последние ушибы, Элайджа наскоро перекусил дорожными припасами, промочил горло водой и бесшумной тенью скользнул в сторону огненных галерей.

Оставалось надеяться, что удача не изменит ему и дальше.