— Фух…
Я открыл глаза и сразу понял: солнце ещё не взошло. За окном лишь начинал сереть предрассветный сумрак.
Там всё ещё было почти черно, но веки совсем не казались тяжёлыми.
Тело лёгкое, голова ясная. Снова уснуть уже вряд ли получится.
Я всё-таки закрыл глаза и попытался, но мысли мгновенно закрутились в голове, и пришлось снова распахнуть их.
Привычка — страшная вещь.
Когда-то я мог спокойно валяться в постели даже после полудня.
А теперь просыпался ещё до рассвета.
Похоже, прежний образ жизни уже не вернуть.
Впрочем, так я живу почти год. Успел привыкнуть.
Только выходить одному на улицу в пустом предрассветном поместье всё равно было немного тоскливо.
Шлёп.
Я сбросил верхнюю одежду.
Холодный зимний ветер сразу впился в кожу, и только тогда я окончательно почувствовал, что действительно вышел наружу.
Зачем раздеваться?
Ну, только по пояс.
Так как-то свободнее.
К тому же я покрывал тело маной и почти не мёрз. А если махать мечом в одежде, она быстро промокает от пота — потом опять переодеваться.
На обнажённом теле были видны многочисленные шрамы.
Будто кто-то раз за разом проводил по коже ножом.
Каждый раз, глядя на них, я задавался вопросом: как вообще жил настоящий Эван?
Иногда попадались следы ожогов.
Ещё больше — длинных рубцов.
По одному виду было ясно: обычным сыном благородного дома он точно не рос.
«Не болит».
Только выглядит не очень.
Смысла думать об этом дальше нет.
Может, в детстве его просто жестоко тренировали.
Зато всё сильнее раздражала другая загадка — графский дом Фрид.
Если собственный сын сражается с чёрным магом, разве семья не должна хотя бы прислать письмо?
А если ему ещё и устраивают посвящение в рыцари — тем более.
Но с тех пор, как я стал Эваном, не пришло ни единого послания.
Меня иногда беспокоило то старое, потрёпанное письмо, которое я когда-то видел.
Но если дом Фрид не уничтожен полностью, они ведь могли хотя бы время от времени выходить на связь.
Самому писать первым было бессмысленно.
Я ничего о них не знал.
Ш-шинг.
Я отбросил мысли и вытащил меч.
Стоило влить ману, как из рукояти вырос голубой клинок.
В бою с троллем он на мгновение стал белым.
После этого я пробовал вызывать оружие снова и снова, но белого лезвия больше не видел.
Нужны какие-то особые условия?
Я заглушил остаточный всплеск маны в груди и сделал лёгкий шаг, переходя к тренировке.
Без усиления меч сразу стал тяжёлым.
Но именно эта тяжесть почему-то бодрила.
Вот теперь это действительно похоже на тренировку.
Я никогда не был особенно трудолюбивым человеком.
Но прекрасно знал, какое удовольствие приносит результат, достигнутый собственным трудом.
А это тело…
«Невероятное».
Если я действительно чего-то хочу, оно выдаёт больше, чем я от него прошу.
Я взмахнул мечом.
Не просто провёл клинком по воздуху — тело могло вложить в движение силу, способную разорвать всё впереди.
Поднять ману.
Не просто усилить мышцы, как обычный Эксперт, а вытянуть из человеческого тела мощь далеко за привычный предел.
Моя мана ещё и горела, словно пламя.
Я до сих пор помнил лицо сэра Криса, впервые увидевшего это.
«Как ты вообще заставляешь ману делать такое?» — кажется, спросил он тогда.
Одно можно было сказать точно.
Тело Эвана Фрида было особенным.
Даже не просто особенным — местами почти чуждым обычному человеку.
«Например, твоя мана. Или твоя кровь».
Я вспомнил слова Джанзира.
Моя кровь.
Что он вообще имел в виду?
Не то чтобы я совсем не пытался узнать что-то о графах Фрид.
Но находил лишь общие сведения: старый графский род на окраине империи, когда-то довольно известный.
Если бы я мог поехать туда лично, возможно, что-нибудь выяснил бы.
Но сейчас это невозможно.
И больше всего бесило именно то, что пока остаётся только гадать.
Ничего нельзя проверить собственными глазами.
После посвящения дел станет ещё больше.
Свободное время, возможно, появится только после того, как с «Истреблением» наконец будет покончено.
Какое уж тут расследование собственного происхождения.
Я снова поднял меч.
Клинок ощущался тяжёлым.
Но когда я достал заранее приготовленные мешки с песком, на губах появилась довольная улыбка.
Наверное, до самого восхода буду махать мечом.
Со стороны такая тренировка, возможно, выглядела как откровенное издевательство над телом.
Даже с учётом маны мешки были серьёзными.
Каждый весил примерно двадцать килограммов.
А я повесил по пять на каждую руку и каждую ногу.
Сейчас, когда мана была почти полностью выключена, на один нормальный взмах приходилось собирать всё внимание.
И это мне нравилось.
Пока тренировался, исчезали все лишние мысли.
Оставался только меч.
Каждый шаг продавливал землю.
Снег вокруг таял от жара тела, и вскоре там, где я стоял, образовался широкий круг голой земли.
Я продолжал один размахивать клинком в пустом саду.
Время пролетело быстро.
Над горизонтом показалось солнце.
Обычно я бы продолжил, но сегодня пора заканчивать.
Всё-таки день моего посвящения.
Бум.
Мешки с песком тяжело упали на землю.
Я позвал слугу, попросил привести площадку в порядок и направился обратно в поместье.
Посвящение бывает раз в жизни.
Лучше хоть к нему подготовиться нормально.
— Фу-у, опять тренировались?!
— Я каждый день тренируюсь. Чего ты так удивилась?
— Сегодня же посвящение! Вам мало того, что надо выглядеть безупречно, вы ещё и вспотеть успели!
Я вошёл в поместье, застёгивая пуговицы.
Лопена подошла и сразу нахмурилась.
В одной руке у неё был мой сегодняшний парадный мундир.
Я покосился на серебристую ткань и пожал плечами.
Лопена вздохнула и поджала губы.
— Быстро идите мыться. Или сделайте там это своей маной… В общем, до церемонии несколько часов. Вам хотя бы сегодня не хочется выглядеть красиво?
— Не знаю. А надо?
Звучало смешно, но лишнее внимание мне совершенно не было нужно.
После истории с троллем писем стало не просто больше — они начали появляться каждый день целыми стопками.
Что будет после сегодняшнего дня, лучше даже не представлять.
От одной мысли начинала болеть голова.
Лопена это тоже понимала.
Она криво улыбнулась и протянула мне форму.
— Скоро придут служанки. Наденете это, выйдете ко мне — и вас сразу приведут в порядок. И не забудьте перед церемонией зайти к госпоже.
— К госпоже? Она меня звала?
— … Такие вещи лучше иногда понимать без прямого приказа. Мундир ведь именно госпожа заказала для вас перед Праздником охоты.
— Ах да.
Я вспомнил тот день.
Среди знамён тогда действительно лежала форма.
Вот почему она казалась знакомой.
Основой был чёрный цвет, а серебряная вышивка делала мундир строгим и изящным.
На груди — герб Юрис и одна звезда.
Знак рыцарского статуса.
И одновременно знак того, что я принадлежу дому Юрис.
Почему-то только теперь это ощущалось по-настоящему.
Лопена протянула вторую вещь.
Тёмный плащ из грубоватого меха.
Его полагается носить поверх мундира?
Точно, мы ведь на севере.
Плащ выглядел ровно как то, что в моей голове всегда носили «рыцари Севера» из романов.
Я усмехнулся.
С мундиром наверняка будет смотреться неплохо.
После тренировки стоило бы нормально помыться, но времени уже было меньше, чем хотелось.
Я мягко окутал тело маной.
Иногда пользовался этим, когда было лень идти в ванну.
Так получалось даже чище.
Пот исчез, кожа снова стала сухой.
Я вошёл в комнату.
Лизе уже ждала и помахала рукой.
— Наконец-то. Иди сюда, пора готовиться. Сегодня твой день.
— … Я могу сам одеться.
— Не говори глупости. Забыл, сколько ты возился с одеждой перед балом, когда мы оставили тебя одного? Хочешь сорвать собственное посвящение?
— Не хочу… Ладно.
Спорить было бессмысленно.
После прошлого раза её реакцию вполне можно понять.
Другое дело, что раздеваться в комнате, полной женщин, было немного неловко.
Я покосился на Лизе и снял рубашку.
Несколько служанок тихо ахнули.
— Ох.
Я горько улыбнулся.
У всех глаза загорелись.
Не самое приятное внимание.
Хотя ничего действительно дурного в их взглядах не было, поэтому я просто сделал вид, что не заметил.
Когда форма наконец оказалась на мне, Лизе широко улыбнулась.
— Идёт. Очень. С такими данными это даже нечестно. Интересно, в кого ты такой красавец? Графа Фрида я однажды видела. Если честно, он не был человеком какой-то невероятной внешности.
— Может, в мать.
Я даже не знал, кто была матерью настоящего Эвана.
Но Лизе кивнула, приняла ответ и передала плащ.
Тёмный, почти чёрный мех.
Кажется, волчий.
Я взял его и удивился, насколько тот лёгкий.
Такой можно носить постоянно без особых неудобств.
Плащ лёг на плечи.
И, надо признать, смотрелся хорошо.
Я думал, что золото волос и зелень глаз будут спорить с таким цветом.
Но, видимо, лицо вытягивало всё.
Я покосился на Лизе.
Она смотрела на меня с приоткрытым ртом.
Я не удержался от смешка.
— Госпожа Лизе.
Она будто очнулась от чар, вздрогнула и осторожно произнесла:
— … Вырос. Правда вырос.
— После сегодня письма, похоже, уже вообще будет некуда складывать. Что делать?
— Если честно, для помолвки ты уже вполне подходящего возраста…
Рядом тихо зашептались служанки.
Я пожал плечами и посмотрел в зеркало.
При первой встрече лицо казалось просто добрым и мягким.
За прошедший год взгляд стал чуть острее.
Наверное, поэтому плащ теперь сидел особенно естественно.
— Я пойду.
Одежда готова.
Теперь, как сказала Лопена, стоит зайти к Айрин.
Лизе отвлеклась от шёпота со служанками и посмотрела на меня.
— К госпоже?
— Да. В конце концов, форму подготовила она.
— … Хм. Иди. И поздравляю с официальным рыцарством.
— Спасибо.
Я слегка улыбнулся.
Лизе тоже улыбнулась и помахала рукой.
Пусть мы и не были настолько близки, как с Лопеной или Айрин, Лизе всегда относилась ко мне хорошо.
Если бы в первые дни при Айрин не было её, я, наверное, куда дольше привыкал бы к остальным служанкам.
Хотелось, чтобы и она в будущем осталась цела.
Стоило выйти в коридор, как взгляды служанок тут же повернулись ко мне.
Некоторые краснели.
Некоторые просто смотрели не отрываясь.
Неловко.
Можно было бы хотя бы сегодня обращать на меня чуть меньше внимания.
Ту-у-у!
Неожиданно за окном протрубил рог.
Я повернул голову.
На дворе уже выстраивались рыцари, готовясь к церемонии.
Вдали стоял сэр Крис, впервые за долгое время в полном доспехе.
Между развевающимися знамёнами я заметил знакомый символ.
«Императорский дом».
Дракон — герб столицы империи и единственного Святилища, Эвангелиума.
Использовать его мог только императорский дом; даже вывешивать этот знак без разрешения было запрещено.
Поэтому именно императорское знамя бросалось в глаза сильнее всего.
Айрин говорила, что наследный принц приедет.
Возможно, он уже здесь.
Я нахмурился.
Да, я решил попробовать наладить отношения до появления главной героини романа.
Но отрицательные чувства никуда не делись.
Когда читал роман, считал его просто неприятным ублюдком.
Теперь, став телохранителем Айрин, я едва не ругался вслух от одного воспоминания о его лице.
Хотя если окажусь перед ним лично, придётся немедленно опуститься на колено.
Ну а пока правителя рядом нет, можно хотя бы мысленно говорить всё что угодно.
Почти все были заняты подготовкой, и коридор опустел.
Солнечный свет падал через окна, оставляя на полу чёткие прямоугольники.
Ни одной человеческой тени.
Только стук моих шагов по тишине.
Тук. Тук.
Ни служанок, которые недавно ходили туда-сюда, ни караульных.
Я продолжал идти к кабинету Айрин.
И вдруг заметил, что снаружи становится особенно шумно.
Подошёл к окну.
Вдалеке собралась огромная толпа.
Больше всего людей было там, где выстроились рыцари и высоко в небе хлопали десятки знамён.
Рыцари в сверкающих доспехах держали копья и чеканили шаг ради одного человека.
— … Наследный принц.
Между двумя шеренгами шёл один мужчина.
Солнце сияло ярко, но даже в нём невозможно было не заметить его чёрные волосы.
Красные глаза сверкнули.
Шаги — высокомерные, почти вызывающе надменные.
И всё же в империи существовали всего два человека, которым подобная походка действительно шла.
Император.
И наследный принц передо мной.
Кайсель Фрейя ди Эвангелиум.
Когда он дошёл до конца строя, я невольно удивился количеству маны внутри него.
Она была такой же чистой и насыщенной, как моя.
А может, даже ещё богаче.
Неудивительно, что в будущем он станет Мастером.
Если история пойдёт так, как я её знаю, однажды нам придётся скрестить мечи.
Смогу ли победить?
Я на мгновение задумался.
И тут почувствовал направленную на себя ману.
Вздрогнул и посмотрел вперёд.
Мы находились настолько далеко друг от друга, что обычные люди даже не заметили бы взаимного внимания.
И всё же я совершенно ясно чувствовал один взгляд.
Красные, словно залитые кровью глаза смотрели прямо на меня.
Осознав это, я невольно усмехнулся и не отвёл взгляда.
Я ещё допускал, что он приехал к Айрин или к герцогу.
Теперь сомнений не осталось.
Наследный принц приехал встретиться со мной.
Перевод by Ragnar Team
Страница на ранобелибе: https://ranobelib.me/ru/team/70554--ragnar-team
Страница бусти: https://boosty.to/ragnarteam