В этот момент выражение лица Чейнта резко потемнело.

— Всё в порядке.

«Поссорился с женой...»

Секретарь ни разу не отвлекался от работы или терял концентрацию во время службы. Поэтому в императорском дворце его прозвище было «человеческий механизм». То, что такой человек показывает подобное поведение — действительно удивительно.

Взгляд женатого мужчины, прожившего в браке три года, говорил сам за себя. Стоило лишь упомянуть «жену» — и выражение лица сразу изменилось.

К тому же он несколько дней подряд оставался на сверхурочной. Чейнт, который славился как романтик, явно серьёзно повздорил с женой. Это, конечно, было бы для него большим шоком.

Закончив выстраивать сценарий в голове, Бильзен заскрипел стулом и уселся напротив Чейнта, за столом.

— Господин секретарь, расскажите мне всё как есть.

Он сказал это тихим, словно шепчущим голосом, с характерно высоким тоном. Хоть на работе между ними была чёткая иерархия, но из-за схожего возраста они часто общались как друзья. Поэтому он мог себе позволить такое. Чейнт, заметив болтливого Бильзена, отмахнулся:

— Ничего не случилось. Правда.

— Ай, поспорили вы с супругой, да?

При этих словах взгляд Чейнта слегка дрогнул. Острый на наблюдение Бильзен тут же это заметил. Но Чейнт твёрдо сжал губы.

«Видимо, хочет сохранить это в секрете... Такое бывает».

Бильзен решил не допрашивать дальше. Вместо этого он подумал, что начальнику нужно развеяться.

— Если не можете сразу пойти домой, то хотя бы прогуляйтесь сегодня! Такая хорошая звёздная ночь, а вы тут, среди бумаг, зарылись!

Он подтолкнул его в спину, и Чейнт, не выдержав настойчивости, вышел за пределы дворца. Особого желания гулять у него не было. На улице было зябко, да и он не знал, куда направиться.

«Лучше бы мы и правда просто поссорились...»

Обдумывая слова своего помощника, Чейнт вышел за пределы дворца и пошёл наугад. Хоть сезон был прохладный, дневное солнце согревало его плечи.

Город Роллас был украшен красиво окрашенными осенними листьями. Он бездумно двигался, вбирая в себя образ осеннего города.

Куда бы он ни пошёл, что бы ни делал — он всё равно вспоминал Эрис. По крайней мере, когда он был загружен работой, не было времени на воспоминания, и он даже надеялся, что его рабочая лихорадка не прекратится.

Идя по дороге, он сам не заметил, как оказался перед набережной реки Линз. В прошлой жизни, когда они с женой жили в столице, это было её самое любимое место. А рядом была её любимая кондитерская.

Десерт...

Когда они жили в столице, Чейнт, возвращаясь с работы во дворце, часто приносил с собой что-нибудь сладкое. Эрис очень любила сладости, но никогда не просила служанку купить что-то или не ходила сама.

Вот почему, когда он приносил ей десерт, она, даже не показывая особой радости, всё равно съедала всё с удовольствием. Это казалось Чейнту очень милым, и он с радостью приносил ей угощения.

С обеих сторон прогулочной дорожки тянулись многочисленные лавки. Не думая ни о чём, он шёл вперёд — и остановился перед вывеской с улыбающимся клоуном.

Магазин шоколада «Ламфрингс» — то место, куда он часто заглядывал в прошлой жизни. Не задумываясь, он толкнул дверь и вошёл внутрь. Зазвенел колокольчик. Было дневное время, поэтому в магазине не было ни души.

— Добро пожаловать, это Ламфрингс, — прозвучал голос продавца.

Слушая приветствие, он привычным движением потянулся к коробке, лежащей на витрине.

— О, это наша новая продукция. Внутри — особый клубничный сироп. Женщины такие вкусы обожают. — Продавщица непринуждённо заговорила, с лёгкой, почти игривой улыбкой. — Вы, наверное, собираетесь подарить?

Чейнт едва заметно улыбнулся и привычным движением кивнул. Не раздумывая, как делал это всегда, он выбрал самую большую из подарочных коробок и бережно поставил её на стойку.

Это был тот самый десерт, что Эрис обожала в прошлой жизни. Сейчас, возможно, он считался новинкой, но вскоре — Чейнт был в этом уверен — он непременно станет хитом всей лавки.

Тогда, в прошлой жизни, он купил его почти наугад, из праздного любопытства. И до сих пор не мог забыть то выражение лица Эрис, когда она впервые положила шоколад на язык.

«Она была похожа на испуганного, но жадного до сладкого зайчонка…»

На губах невольно появилась слабая усмешка. Продавщица, заметив это, слегка нахмурилась, с удивлением посмотрев на него.

Смутившись, Чейнт поспешно расплатился, стараясь не встречаться с ней взглядом. Бумажный пакет, украшенный лентой цвета розового золота, оказался в его руке. Он медленно вышел из магазина.

— До свидания! — донёсся за ним весёлый голос продавщицы, отдавшись в ушах чуть глухим эхом.

Сжимая в ладони красиво упакованный подарок, он неспешно зашагал по мощёной улице. В этот момент его взгляд упал на знакомую вывеску — цветочный магазин. В прошлой жизни он каждый день приносил жене новые цветы.

Изначально он просто хотел, чтобы хоть немного света коснулось вечно мрачного лица Эрис. Она, не показывая радости, всё же всегда ставила букет в вазу. После того, как он однажды это заметил — дарить цветы стало для него делом привычным, почти ритуалом.

Иногда он просил горничных принести свежие цветы из теплицы в особняке. А когда они переехали в столицу, стал сам заходить в лавку и выбирать что-то новое.

Со временем даже выбор стал приносить удовольствие.

«Я ведь и в этот магазин часто заходил… тогда…»

Будто кто-то вёл его за руку, он толкнул дверь. Прозвенел колокольчик — совсем другой, чем в магазине сладостей, — и в воздухе разлился лёгкий аромат свежих лепестков.

— Добро пожаловать! — весело поприветствовал его продавец. — Вы что-то ищете?

Чейнт застыл, не зная, что ответить.

Чейнт не смог сразу ответить.

Продавец, не теряя улыбки, мягко продолжил:

— Вы хотите кому-то подарить?

И снова — молчание. Тогда продавец, будто угадывая, протянул ему один цветок — фиолетовый, почти синий, с плотными бутонами, спрятанными между зелёных стеблей и листвы.

— Это осенний цветок. Скоро он раскроется.

Чейнт знал его. Горечавка. За несколько лет дарения цветов он выучил названия и даже значения большинства. И значение этого было особенно точно:

«Люблю даже твою печаль».

«Как будто про меня сейчас», — подумал он.

Не говоря ни слова, он кивнул. Вскоре в его руках оказался пышный букет, к которому продавец добавил несколько сочетающихся цветов. Пока тот рассказывал о правилах ухода, Чейнт почти не слушал — слова проходили мимо.

Он расплатился, вышел, вновь растворившись в потоке людей, в знакомых улицах торгового района.

«Почему я снова всё это делаю?» — мысленно спросил он себя. «Наверное, потому что в этом прошлом есть тепло, которого мне не хватает сейчас…»

Спустя мгновение он оказался у дверей ювелирного салона, что стоял по соседству с цветочной лавкой. Всё происходило, словно по инерции. Он не планировал сюда заходить. Но вошёл.

Витрины сверкали. Украшения сияли под мягким светом ламп. И всё казалось безличным — пока его взгляд не зацепился за один предмет.

Пара запонок. Тонкая работа. Золотые, инкрустированные драгоценными камнями.

Продавец, заметив его интерес, тут же подошёл:

— Добро пожаловать. Хотите взглянуть поближе?

— А… да, пожалуйста, — откликнулся Чейнт чуть тише обычного.

Запонки бережно извлекли из витрины. И как только он увидел знакомый изгиб, цвет металла, почти незаметный узор — на него обрушилась лавина воспоминаний.

— Эрис? Что это?

Холодный осенний день. Эрис — в плотном пальто, вместо привычного лёгкого плаща. Её карман выглядел непривычно выпуклым. Подойдя, она достала небольшой футляр и вложила в его ладонь.

— Это тебе. Мне показалось, что я всё время только получаю…

На крышке — логотип известного ювелирного дома Толласа. На миг он подумал, что сегодня какой-то праздник. Но он знал их даты наизусть: её день рождения, день их свадьбы, государственные торжества… Он бы не забыл.

— Сегодня что-то за день?

Она мягко улыбнулась:

— Нет. Просто вспомнила о тебе — и захотелось купить.

«Просто…» — тогда эти слова почему-то обожгли теплом. Открыв коробочку, он увидел пару сияющих запонок.

— Спасибо, — выдохнул он.

Она подняла взгляд, и мочки её ушей окрасились тёплым румянцем.

Чейнт моргнул — и вернулся в настоящее.

Перед ним — почти такие же запонки. И он, не колеблясь, купил их. Не потому что нуждался. Просто… не мог уйти, не унеся с собой то, что так напоминало о ней.

Огромная благодарность моим вдохновителям!

Спасибо Вере Сергеевой, ,Анастасии Петровой, Ксении Балабиной, nunaknowsbetter Кристине Костриковой,Вильхе,Dia Dia,Altana Angrikova,Екатерине Таран и Марине Ефременко,Dary,Алёне Бенцой за вашу поддержку! ✨Ваш вклад помогает создавать ещё больше глав, полных эмоций, страсти и неожиданных поворотов!

Вы — настоящие вдохновители!