Чейнт осмотрелся вокруг. Вокруг тянулись ряды элитных магазинов — сувенирных лавок, магазинов одежды и других, где можно было купить подарки.

Мужчина начал заходить в каждый из видимых магазинов и покупать вещи. Все они были тщательно подобраны с учётом вкусов его жены — он знал, что ей нравится.

«Что же я сейчас вообще делаю?»

Когда он пришёл в себя, его руки уже были настолько переполнены, что некуда было положить что-то ещё. Он с удивлением смотрел на подарочные упаковки, которые держал в обеих руках. Выглядело так, словно он идёт делать предложение. Эта мысль показалась ему нелепой, и он усмехнулся с самоиронией.

Пройдя дальше по пройденному пути, он немного направился к реке Линз, где за кустами заметил пустое место с лавочкой. Раньше, когда Эрис и он гуляли здесь, они обязательно садились на это место.

Хотя Эрис никогда прямо не говорила об этом, Чейнт знал, что ей нравилось это место. Его взгляд с тоской задержался там.

Он приложил руку к груди — внутри всё ещё сильно болело. Это была боль от подавленных чувств.

Чейнт покачиваясь подошёл к лавочке. Прошло всего четыре дня, и он даже не представлял, как будет дальше справляться. Он аккуратно положил подарки на скамейку.

Некоторые из них с грохотом упали на землю — он не обратил на это внимания. Согнувшись, он закрыл лицо руками. Прохожие время от времени бросали на него взгляды.

23:20, поезд на Абран Бршмюск через Лепаллон.

Надпись на платформе попалась ему в поле зрения. Вокзал был полон людей — кто-то перевозил багаж, кто-то перекусывал в углу, кто-то встречал родных. Несмотря на поздний час, было много пассажиров ночного поезда.

Среди них было немало дворян. Лепаллон окружал большую часть Альбонской империи, за исключением моря, поэтому все, кто путешествовал за границу, проходили через эту империю.

Путники, направляющиеся в Резилон, а также те, кто ехал через Лепаллон в другие страны, пересаживались в столице Абран.

Отсюда до Абран поезд ехал около 30 часов, так как столица находилась глубоко вглубь суши. Прибытие в страну было запланировано на раннее утро следующего дня.

Дети в красивой одежде и молодые родители радостно разговаривали в предвкушении поездки.

Рядом стояли грубые мужчины в потёртой одежде и ярких шапках, которые курили и выглядели как рабочие.

Дворяне ждали у входа в вагон первого класса, рабочие — у общего вагона. Цвет их одежды ясно выделялся даже в полумраке ночных фонарей.

У Эрис и Кайлана не было мест в первом классе. Они решили ехать в хорошем общем вагоне — это было лучше, чем быть замеченными и подвергнутыми проверкам из-за их статуса.

— Проходите, посадка по очереди! — объявили.

Поезд с громким грохотом подъехал, и раздался крик проводника. Его крик был в основном обращён к пассажирам обычных вагонов, которые несли воду. У Кайлана и Эрис было мало багажа, поэтому они довольно быстро смогли сесть в поезд.

Каюта была небольшой — не просторный салон для высокопоставленных гостей, а место для простых людей. Однако Эрис, привыкшая к старым комнатам таверн, уже не обращала на это особого внимания.

Комната была выполнена в тёплых древесных тонах, через маленькое окно в стене едва проникал лунный свет. В ней стояла одна кровать и один стол — простая, но аккуратная комната без лишних деталей.

За исключением одного — кровать была всего одна.

Дверь каюты закрылась, заглушая шум суеты в коридоре. В небольшой замкнутой комнате, оставшись наедине с Кайланом, Эрис инстинктивно насторожилась.

Прошло ровно четыре дня с момента их возвращения в столицу. После первого дня Кайлан больше не говорил и не делал ничего лишнего, сосредоточившись лишь на подготовке к отъезду в Лепаллон и выполнении своих обязанностей.

— Что ты делаешь?

Кайлан равнодушно обратился к Эрис, стоящей у двери в полудрёме.

— Кровать всего одна.

— Ну, пора уже ложиться.

На её слова Кайлан ответил как будто без особого значения. Эрис внутренне покачала головой и села на край кровати. Старая, жесткая матрас издал скрипящий звук.

«Делиться кроватью с Кайланом — я даже представить себе не могла».

«Зачем было бронировать именно такую каюту?»

Она тихо вздохнула и начала перебирать вещи в сумке, когда Кайлан подошёл к ней и сел рядом на кровать, куда Эрис только что присела. Он наклонился к ней, будто собираясь что-то сказать.

— В этом поезде с нами едут агенты Лепаллона, они следят за нами, — прошептал он. Эрис оцепенела от услышанного. Слово «агенты» снова появилось в её мыслях, вызывая неопределённый страх.

— Что?

— Нам нужно выглядеть как влюблённые.

Его голос был спокойным. Эрис взглянула на него, и он улыбнулся.

— Вот почему мы вынуждены делить кровать.

Кайлан говорил с лёгкой улыбкой и даже казалось, что он наслаждается ситуацией. Эрис некоторое время смотрела на него с недоумением, затем покачала головой.

— Ладно.

«Что теперь поделаешь? В детстве мы же вместе спали после дневного сна. Нет смысла спорить». С этими мыслями она снова начала разбирать вещи.

Эрис аккуратно разложила вещи из кожаной сумки на влажном, слегка сыром постельном белье. Первым из упаковки из пергамента выскользнул хрустящий пакет с едой.

Это был подарок от Томсона — он в тот вечер вызвал их перед отъездом и передал еду.

— В следующий раз обязательно увидимся, мисс Кайлан, берегите себя, — с привычной игривой улыбкой произнёс он, протягивая угощение. Даже в сэндвичах был нут — Эрис невольно улыбнулась, рассматривая разрез.

«Если начнётся война, распадётся и обычная жизнь Томсона, его любимые таверны, и жизнь тех, кто туда ходит. Значит, я сделала правильный выбор и буду стараться ради своей цели.»

Кайлан тоже занимался укладкой вещей. Между снятым пиджаком выпала льняная тряпочка и упала рядом с ногами Эрис. Она машинально подняла её, и, поняв что это, замерла.

— Это…

Эрис с трепетом посмотрела на сложенный платок в своих руках. Ткань была выцветшая, но она сразу узнала его цвет — это был подарок на их первый бал дебютанток.

Она осторожно развернула платок. На нём ещё сохранилась вышитая её рукой инициалы — немного криво, неуклюже, но это вызвало улыбку.

— Ты всё ещё хранишь это? — тихо произнесла Эрис, голос её дрожал от трогательных воспоминаний. Встреча с прошлым, которое она так долго забывала, заставляла сердце сжиматься.

— Это тот самый платок, который я подарила тебе в день дебютантки.

— Да, — ответил Кайлан, и в его глазах пробежали тёплые искры света. Эрис будто могла услышать историю, которую рассказывал этот свет.

В тот самый счастливый и яркий момент их жизни они были красивы и счастливы. Эрис помнила их первый танец и ещё несколько месяцев жила воспоминаниями о том дне.

Она прижала платок к груди и закрыла глаза. Чувства тех времён были уже размыты и трудноуловимы.

Она знала, что это время никогда не вернётся.

Стукнула лёгкая шорох, и Эрис открыла глаза — Кайлан сел рядом, улыбаясь и глядя ей в глаза.

— Я уже собираюсь спать, а ты? — спросил он.

Огромная благодарность моим вдохновителям!

Спасибо Вере Сергеевой, ,Анастасии Петровой, Ксении Балабиной, nunaknowsbetter Кристине Костриковой,Вильхе,Dia Dia,Altana Angrikova,Екатерине Таран и Марине Ефременко,Dary,Алёне Бенцой за вашу поддержку! ✨Ваш вклад помогает создавать ещё больше глав, полных эмоций, страсти и неожиданных поворотов!

Вы — настоящие вдохновители!