Назад Том 1 · Глава 53

При появлении паладинов на арене воцарилась мёртвая тишина, словно всех присутствующих окатили ледяной водой.

Дворян прибытие Святой Церкви пугало даже сильнее, чем сама тёмная магия. Все знали: стоит где-то всплыть тёмной магии, как Церковь срывается с цепи, подобно бешеному псу.

— Проклятье!

Первым тишину нарушил Джексон Каттер. Поняв, что оставаться на месте смертельно опасно, он попытался бежать. Однако Дэмиен не выпускал его запястье.

— Отпусти… Аргх!

Едва Джексон Каттер дёрнулся, пытаясь вырваться, как к нему тут же подскочили паладины. Они стащили его с коня, ударом плашмя клинка лишили сознания и без лишних церемоний сломали ему обе руки.

Пока Джексона Каттера скручивали, один из паладинов обратился к Дэмиену. Это был крупный, тучный мужчина с круглым, как полная луна, лицом.

— Господин Дэмиен, рад знакомству. Я Томас, паладин второго ранга Святой Церкви.

Паладины, в отличие от обычных рыцарей, делились по рангам. Паладин второго ранга по силе соответствовал рыцарю Среднего ранга.

Минувшей ночью Дэмиен отправил Виктора в соседний город, чтобы связаться с местным отделением Церкви. В своём послании он просил прислать на рыцарский турнир паладинов на случай, если там объявятся еретики, и особо подчеркнул, что среди них должен быть боец, способный справиться с рыцарем Среднего ранга.

Церковь не только незамедлительно откликнулась на просьбу Дэмиена, но и направила отряд, действительно способный противостоять воину Среднего ранга. Благодаря этому уладить нынешнее дело можно было, даже не пуская в ход собственную силу. Всё равно что вышибать яд ядом.

— Господин Дэмиен оказался прав, здесь и впрямь затаился мерзкий еретик.

Джексон Каттер, придя в себя, завопил как в припадке:

— Кто это тут еретик?! Я ничего плохого не сд…

Один из паладинов с хрустом заехал ему рукоятью меча прямо по губам.

— Больно много болтаешь для того, кто пользуется тёмной магией.

— Не скверни наши уши и заткнись.

Паладины рычали так свирепо, словно были готовы прикончить Джексона Каттера на месте в любую секунду. Глядя на их разъярённые лица, он заметно сник и втянул голову в плечи.

— Однако, господин Дэмиен, где же остальные еретики?

Дэмиен поднял руку и указал пальцем на зрительские трибуны. Там сидел Жак Нуаре.

— Тот человек и есть еретик Среднего ранга, о котором я говорил.

Лицо Жака Нуаре исказилось. В тот же миг Томас рванулся прямо к нему.


Когда поединок на арене только начинался, Жак Нуаре был совершенно спокоен.

Браслет, переданный Джексону Каттеру, был непростой вещицей — над его созданием долго корпел один печально известный тёмный маг. В те времена, когда сам Жак Нуаре был ещё рыцарем Низкого ранга, этот артефакт не раз спасал ему жизнь. Не будь у браслета существенного изъяна — он пожирал жизненную силу и ману владельца, — Жак ни за что не расставался бы с ним.

Схватка началась, и Дэмиен Хаксен пришёл в движение. Наблюдая за тем, как юноша на одном коне с лёгкостью выбивает из сёдел других рыцарей, Жак Нуаре почувствовал сладкое предвкушение.

Он не знал, каким именно тайным сокровищем обладает Дэмиен. Но раз уж тот всего за несколько месяцев сумел подняться до Низкого ранга, вещь эта определённо должна была обладать невероятной ценностью. Стоит сегодня расправиться с Дэмиеном, и в руках Жака Нуаре окажутся как графство Копперхед, так и это сокровище. Поистине радостный день…

Но в следующее мгновение Дэмиен сжал запястье Джексона Каттера, и браслет разлетелся вдребезги.

«…?»

Окрестности тут же заволокло густой волной тёмной магии. Столь неожиданный поворот событий поверг мысли Жака Нуаре в полный сумбур. Но не успел он даже осмыслить произошедшее, как случилось нечто ещё более ошеломляющее: люди, сидевшие на зрительских трибунах, разом раскрыли себя — то оказались паладины.

«…!»

Жак Нуаре остолбенел от потрясения. Находясь совсем рядом, он не уловил ни малейшего их присутствия. Почувствовать его удалось лишь тогда, когда паладины сбросили свои плащи. Накидки на них были отнюдь не простой одеждой — то были особые реликвии, которые паладины использовали во время тайных операций.

Паладины мгновенно скрутили Джексона Каттера. В этой суматохе Жак Нуаре на миг потерял способность трезво мыслить.

— Тот человек и есть еретик Среднего ранга, о котором я говорил.

Пока палец Дэмиена не указал прямо на него.

К нему ринулся паладин и с размаху обрушил клинок. Жак Нуаре инстинктивно вскинул руку, отражая удар. Наруч с резким звоном встретил лезвие меча.

— А-а-а!

— Ай!

Столкновение двух бойцов Среднего ранга породило мощнейшую ударную волну, отшвырнувшую сидевших поблизости зрителей.

— Еретик Среднего ранга и правда здесь! — глаза паладина запылали, словно пламя. — Имея дарованный Богом талант, ты посмел прикоснуться к тёмной магии?! Сегодня я разорву тебя на куски и принесу в жертву Всевышнему!

— Вы бредите до такой степени, что растеряли всякое подобие рассудка. Несёшь всякую чушь, даже не задумываясь, — с напускным спокойствием проговорил Жак Нуаре.

Однако вопреки внешнему хладнокровию в его голове роились тысячи тревожных мыслей. Святая Церковь по могуществу не уступала самой Империи. На всём континенте едва ли нашёлся бы уголок, куда не простиралось её влияние. Насколько знал Жак Нуаре, почти никому ещё не удавалось открыто бросить вызов Церкви и остаться в живых.

— Не смей болтать своим поганым языком!

Тело Томаса окутало белое сияние. Удивительным образом, несмотря на яркость, свет этот вовсе не слепил глаза.

Божественная сила. Проявилась мощь, доступная лишь тем, кто верит в Бога и служит Ему.

— Я сейчас же переломаю тебе все кости!

Томас вложил всю силу в руку и ещё сильнее надавил на клинок. Жак Нуаре не стал упираться. Вместо этого он использовал напор паладина, чтобы оттолкнуться и отлететь назад, за зрительские трибуны.

— Куда это ты собрался?! — громогласно проревел Томас и бросился в погоню.

Вскоре позади арены загремели звуки ожесточённой схватки.

— Как и следовало ожидать от Святой Церкви, — восхищённо протянул Дэмиен, глядя им вслед.

Против тёмной магии лучшего средства было не найти.

— Хм?…

В этот миг взгляд Дэмиена зацепился за любопытную деталь: бледный как полотно граф Копперхед поспешно покидал арену.


— Д-да не может этого быть… В моих… в моих владениях!…

Графа Копперхеда прошиб холодный пот; он брёл, пошатываясь так, словно мог рухнуть в любую секунду.

— Жак Нуаре! Этот ублюдок посмел применить тёмную магию на моей земле!

Инквизиторы Церкви славились своим упорством и жестокостью. Было очевидно, что всё не ограничится одними выходками Жака Нуаре и Джексона Каттера — масштабное дознание неизбежно вскроет всех причастных.

— Если выяснится, что я собирался с ними сговориться… Нет, я ничего не знал! Я понятия ни о чём не имел!

Графа трясло на каждом шагу. Оливия смотрела на отца с неприкрытой жалостью. Человек, который обычно держался столь важно и расчётливо, перед лицом настоящей угрозы дрожал от страха.

— Оливия! Я должен найти выход! Когда за мной придут паладины, скажи им, что я потерял сознание, и потяни время! Поняла?! — добравшись до шатра, выпалил приказ граф.

Оливия взглянула на него скептически:

— Не думаю, что это сработает.

— Я сделаю так, чтобы сработало! Что ты ещё пререкаешься?! — рявкнул граф в ответ.

Ему во что бы то ни стало требовалось время, чтобы собраться с мыслями.

— Ваше сиятельство, куда это вы направляетесь? Уж не вздремнуть ли решили?

Неожиданный голос заставил графа вздрогнуть и резко обернуться. Прямо за его спиной стоял Дэмиен.

— … Дэмиен Хаксен! Как ты смеешь показываться мне на глаза?!

По поведению паладинов было предельно ясно, что Церковь сюда призвал именно Дэмиен. В глазах графа юноша теперь был заклятым врагом, пустившим прахом все его замыслы.

— Я пришёл переговорить с Вашим сиятельством.

— Не неси чушь! Где мои рыцари?! Гоните его прочь!

Люди графа тотчас преградили Дэмиену путь.

— Дальше прохода не…

Дэмиен легонько щёлкнул рыцарей по подбородкам тыльной стороной ладони. Движение оказалось настолько стремительным, что никто даже не успел его толком разглядеть. Когда стражи рухнули на землю, граф в ужасе вскрикнул.

— Ваше сиятельство, право, прискорбно видеть вас в таком виде.

С этими словами Дэмиен ухватил графа за шиворот и приподнял над землёй.

— Похоже, вы напрочь запамятовали, как пытались меня убить, Ваше сиятельство.

Стоило взгляду Дэмиена стать тяжелее, как лицо графа окончательно побелело.

— Поговорим спокойно внутри или предпочитаете иной способ беседы?

— П-поговорим! Мы поговорим! — поспешно воскликнул граф.

Лишь тогда Дэмиен удовлетворённо улыбнулся:

— Вы приняли мудрое решение.


— Ваше сиятельство, я глубоко разочарован.

Дэмиен сидел, закинув ноги на стол. Граф даже помыслить не смел о том, чтобы сделать ему замечание за столь вызывающие манеры.

— А я-то полагал, что у нас с вами сложились весьма неплохие отношения. Но вы, оказывается, за моей спиной готовили мне гибель.

— Г-где ты только наслушался подобной чуши? Никогда я не пытался тебя убить! Какой абсурд…

— Леди Оливия мне всё рассказала. Жак Нуаре жаждал моей смерти. А вы пообещали ему помощь, не так ли?

Граф метнул в Оливию разъярённый взгляд, но та встретила его с полным невозмутимостью:

— Да, отец. Это я ему рассказала.

— Оливия! Да ты с ума сошла?! Как ты могла совершить подобное…

Бам. Дэмиен ударил каблуком по столешнице. Граф вновь замолк.

— Ваше сиятельство, я ещё не закончил.

— Т-ты…

— Как думаете, что случится, если я поведаю Церкви о вашей попытке договориться с Жаком Нуаре?

Лицо графа побледнело.

— Я-я не знал! Клянусь, не знал! Мне и в голову не могло прийти, что Жак Нуаре свяжется с тёмной магией…

— Неужели вы полагаете, что перед Церковью сработают подобные оправдания?

Святая Церковь не знала ни малейшего снисхождения ко всему, что прямо или косвенно касалось тёмной магии. Более того, граф оказался замешан в покушении на убийство с применением этой самой тёмной магии. Уверять инквизиторов в своей невиновности было бы совершенно напрасным трудом.

— Господин Дэмиен! Прошу прощения! Я виноват! Умоляю, не доносите Церкви…

— Даже если я промолчу, Джексон Каттер всё равно выложит всё как на духу. А вы ведь знаете, сколь чудовищны пытки инквизиторов, не так ли?

От этих слов последние силы покинули графа.

— Возможно, Ваше сиятельство не в курсе, но у меня в Церкви имеются собственные связи. Выгородить одного человека не составит труда, — многозначительно произнёс Дэмиен.

На лице графа тут же отразилось такое выражение, словно перед ним предстал сам спаситель.

— В-вы…

— Но у меня есть условия.

— Г-говорите! Я… я соглашусь на всё!

Дэмиен стал по одному поднимать пальцы:

— Во-первых, вы дадите благословение на брак моего брата и леди Оливии.

— Э-это проще простого.

— Во-вторых, объявите меня победителем нынешнего турнира.

— С-само собой!

Первые два условия дались графу легко. Но следующее обернулось настоящей проблемой.

— До конца года передайте половину своих владений леди Оливии.

— Что за вздор?! Половину?! Да ты в своём уме?!

Граф вспыхнул от ярости, но голос Дэмиена в ответ зазвучал ещё острее:

— Тогда ступайте к Церкви и доказывайте свою невиновность сами.

После такого предупреждения графу не оставалось ничего, кроме как замолчать.

— И в качестве компенсации за этот случай отправьте триста золотых в виконтство Хаксен.

— Т-триста золотых…

— Неужели за покушение на мою жизнь это слишком малая цена?

Возразить на столь едкое замечание графу было нечего, и он вновь понуро притих.

— Так что скажете?

— Н-ну, мне нужно немного подумать…

— Решайте здесь и сейчас, — твёрдо отрезал Дэмиен.

Граф тяжело вздохнул и выдавил:

— … Я выполню все твои требования.

— Вы приняли мудрое решение.

Дэмиен поднялся. Перед тем как покинуть шатёр, он бросил последнее предупреждение:

— Ваше сиятельство, так, на всякий случай. Если вы нарушите наш сегодняшний уговор или станете тянуть время…

Дэмиен высвободил свою силу. Его аура и жажда убийства мигом заполнили весь шатёр. От столь подавляющей мощи граф едва не лишился чувств.

— …то расплату я взыщу с вас лично.

Граф медленно кивнул.


Дэмиен вышел из шатра вместе с Оливией.

— Вы уверены, что всё будет в порядке? — с тревогой на лице уточнил Дэмиен.

Прошлой ночью он заручился согласием Оливии на то, чтобы раскрыть отцу, будто именно она донесла о заговоре. Ценой этой сделки стала передача ей половины владений. После случившегося Оливия фактически полностью рассорилась с отцом.

— Не стоит так переживать. Я в порядке, — не моргнув глазом, ответила она. — Отец всю жизнь использовал меня как пешку. Так что на сей раз уже я воспользуюсь им в своих целях.

Её слова звучали с леденящим душу хладнокровием.

«Могу ли я позволить такой женщине стать спутницей Абеля?» — на миг задумался Дэмиен. «Ну, Абель у нас парень слегка наивный. Пожалуй, это даже неплохо».

Пока они шли, им навстречу кто-то бежал.

— Д-Дэмиен… ты здесь!

Лицо Софии Рассел исказилось, она была готова вот-вот расплакаться.