— Вот что произошло…

Оливия без утайки поведала обоим всё, что случилось сегодня днём.

— Брат… — Абель взглянул на Дэмиена с лицом, полным страха и тревоги.

Положение казалось отчаянным: сам граф и рыцарь Среднего ранга объединились, чтобы лишить Дэмиена жизни.

— Нам нужно бежать прямо сейчас! Если останемся здесь, твоя жизнь окажется под угрозой, брат!

Однако на фоне паники Абеля сам Дэмиен сохранял полное хладнокровие.

«Жак Нуаре… Признаться, при первой встрече я был о тебе высокого мнения. Но кто бы мог подумать, что ты опустишься до столь дешёвых уловок».

Он-то полагал, что всё складывается неплохо, но не ожидал, что Жак Нуаре окажется настолько отъявленным негодяем.

«Да и граф Копперхед ничуть не изменился со времён прошлой жизни. Ради выгоды своего рода он без колебаний готов пойти на убийство».

Действительно, вся его показная доброжелательность оказалась лишь личиной.

На деле граф был безжалостным человеком, готовым переступить через что угодно ради процветания семьи.

В жизни он оказался куда большей мразью, чем о нём говорили слухи в прошлой жизни Дэмиена.

«И как же мне с этим разобраться?»

Честно говоря, сам Жак Нуаре не вызывал у него особого беспокойства.

Справиться с ним будет чуть хлопотнее обычного, но проигрывать Дэмиен точно не собирался.

«Вот только убивать Жака Нуаре — лишняя головная боль».

Сейчас Дэмиен, лишь недавно взявшийся за меч, уже прослыл гением, достигшим Низкого ранга.

Что начнётся, если в придачу ко всему он одолеет ещё и рыцаря Среднего ранга?

Что будет, если по континенту разнесётся весть, будто он вышел на уровень Среднего ранга всего за несколько месяцев тренировок?

Весь свет тут же ринется выведывать его секрет.

«Но как именно они собираются меня убить? У них же нет верного способа».

Даже если передать Джексону тайные техники, на их освоение уйдёт время, а на усвоение редких эликсиров потребовались бы целые дни. Если и существовал способ сокрушить Дэмиена за один-единственный день…

«Остаётся только тёмная магия».

В отличие от прочих видов магии, тёмная магия как раз и предназначалась для подобных гнусных дел.

Насылать проклятия, заражать смертельными болезнями, навлекать беды — когда дело доходило до убийства или сокрушения врага, ничто не могло сравниться с тёмной магией.

Поскольку сам Жак Нуаре был рыцарем и не владел искусством тёмных магов, он наверняка прибегнет к помощи зачарованного артефакта, пропитанного тёмной силой.

«Если завтра они пустят в ход тёмную магию… тогда мне и вовсе не о чем беспокоиться».

Ведь любое подобное заклятие он способен развеять одной лишь мыслью.

«А ещё любопытно заполучить ту технику культивации маны, которую Жак Нуаре пообещал передать графу».

Как раз сейчас Дэмиен трудился над созданием собственной техники культивации.

Если ему удастся прибрать к рукам технику, которой пользуются Мастера, исследования продвинутся в разы быстрее.

— Мы не побежим.

— Что?! — потрясённо воскликнул Абель. — Брат, Жак Нуаре — рыцарь Среднего ранга! Как бы силён ты ни был…

— Не волнуйся. У меня есть план, — произнёс Дэмиен, и уголки его губ приподнялись в уверенной улыбке.

Однако Абель всё равно не находил себе места от тревоги.

— Я ненадолго отлучусь. А ты пока утешь леди Оливию.

— Ч-что? Правда?

— Она наверняка сильно перепугалась, услышав о том, что кто-то замышляет убийство. Ей определённо нужен кто-нибудь, кто сможет её успокоить.

— Э-это правда? — с искренним беспокойством спросил Абель у Оливии.

Девушка бросила на Дэмиена недоумённый взгляд, словно спрашивая, что за чушь он несёт.

Но, поймав многозначительный подмигивающий взгляд Дэмиена, она тут же изобразила слёзы на глазах.

— Мне… мне было так страшно.

— Л-леди Оливия!…

Абель совершенно растерялся, не зная, куда деть руки.

Оставив их вдвоём, Дэмиен вышел из шатра и направился к соседнему.

— Виктор, ты спишь?

— Нет, не сплю.

Позёвывая, Виктор выбрался из шатра.

— Чем могу служить, господин?

— Мне нужна твоя помощь в одном деле.

— Что? Прямо посреди ночи?

— Да. С этим справишься только ты.

Дэмиен наклонился к уху слуги и заговорил тихим шёпотом.

Глаза Виктора изумлённо распахнулись.

Наступил заключительный день рыцарского турнира.

На трибунах собралось куда больше зрителей, чем в предыдущие дни.

Поскольку сидячих мест уже не хватало, многие дворяне выстроились рядами позади скамей.

Это было неудивительно: финальное состязание представляло собой групповую схватку — самое популярное и зрелищное событие всего турнира.

— Итак, позвольте огласить правила сегодняшнего поединка! — громко прокричал рыцарь дома Копперхед, обращаясь к участникам в зоне ожидания. — В отличие от прежних турниров, на этот раз групповое состязание пройдёт в формате личного зачёта, без командного взаимодействия!

Услышав это объявление, рыцари принялись перешёптываться.

Командный бой заменили на схватку, где каждый сражался сам за себя.

Поскольку подобные бои при неудачном стечении обстоятельств легко превращались в скучную возню, и участники, и зрители недоумевали, к чему такие перемены.

Впрочем, вскоре большинство догадалось о скрытом умысле организаторов.

— Победителем этого состязания станет тот, кто выбьет из строя наибольшее число соперников!

Рыцари принялись переглядываться, настороженно косясь друг на друга.

«Даже не пытаются скрывать».

Дэмиен прекрасно чувствовал устремлённые на него взгляды.

Каждый из здешних рыцарей затаил на него обиду.

Кое-кто уже обменивался многозначительными кивками. Дэмиен без труда угадал их намерения.

«Смотрите-ка, решили объединиться против меня?»

Поступок был нечестным, но жаловаться он не собирался.

Даже если несколько рыцарей сговорятся между собой, они всё равно ничего не смогут ему противопоставить.

Другое дело, если на него набросятся все разом.

— Что ж, бой вот-вот начнётся. Надеюсь, все готовы.

Рыцари проверили снаряжение и взобрались в сёдла. Дэмиен тоже принял из рук Виктора копьё и вскочил на коня.

— Постарайся и сегодня, дружок, — проговорил Дэмиен, похлопав скакуна по шее.

— Итак… начинаем!

Ворота зоны ожидания распахнулись, и рыцари вырвались на просторную арену.

Всадники быстро рассредоточились по всему полю.

— Вперёд! Покажите им!

— Сэр Алонсо! Явите всем мощь меча баронства Альтер!

— Дэмиен Хаксен! Ты справишься!

Трибуны взорвались неистовыми криками поддержки.

Однако участникам было не до приветствий толпы — все они с напряжёнными лицами следили друг за другом.

«Ну и кто же бросится на меня первым?»

Дэмиен внимательно изучал взгляды и повадки соперников.

И вдруг заметил нечто странное.

Подавляющее большинство рыцарей смотрело прямо на него.

— … А?

Даже Дэмиен невольно удивился.

— Начать финальное состязание!

Едва раздался громовой приказ графа, все рыцари до единого ринулись на Дэмиена.

Глядя на всадников, несущихся на него со всех сторон, Дэмиен горько усмехнулся.

«Не думал, что они сговорятся поголовно».

Строго говоря, единого сговора между всеми не существовало.

Просто по пятеро-шестеро рыцарей, давно водивших дружбу, сбились в небольшие группы.

Беда была лишь в том, что целью всех этих групп оказался один-единственный человек — Дэмиен Хаксен.

— Разве не позорно рыцарям действовать подобным образом? — бросил Дэмиен, рассчитывая задеть их гордость.

Но в ответ не прозвучало ни капли стыда.

— Если мы сейчас ничего не предпримем, ты выиграешь турнир с разгромным счётом!

— Уж лучше так, чем потом слушать насмешки, будто мы просто сидели сложа руки и смотрели на твой триумф!

Выступления Дэмиена на этом турнире оказались настолько ошеломляющими, что остальные участники не сумели толком себя проявить.

Среди знати на трибунах нашлись даже те, кто высмеивал прочих рыцарей, называя их деревянными чучелами.

Вот почему участники негласно сговорились сообща обрушиться на Дэмиена Хаксена и выбить его с арены.

— Мы не позволим тебе занять первое место в этом бою!

— Мы остановим тебя во имя чести рода Мальта!

— Клянусь именем виконта Сент-Троллера, я тебя сокрушу!

Рыцари взяли Дэмиена в плотное кольцо и пошли на таран. Со всех сторон на него нацелились острия оружия.

«Вытворять такое, да ещё и выкрикивая имена своих родов… Они там все рассудка лишились?»

Дэмиен мысленно вздохнул.

«Впрочем, должно быть весело».

Он отпустил поводья, но не потерял ни капли контроля — Дэмиен умел направлять скакуна одной лишь силой воли.

— Погнали!

Конь яростно ударил копытом о землю и помчался прямиком к самому слабому участку окружения.

— Дэмиен Хаксен прорывается!

— Сбейте его на землю!

Рыцари выставили вперёд копья. Зрелище мчащихся латников в полной броне выглядело по-настоящему грозно.

В отличие от Дэмиена в лёгкой одежде, все его противники были закованы в тяжёлые доспехи.

К тому же вместо короткого копья, как у Дэмиена, они сжимали длинные турнирные пики.

В подобном столкновении исход, казалось бы, был предрешён.

Но Дэмиен и не думал придерживать коня. Напротив, он приказал ему набрать ещё большую скорость.

За два дня верховой езды его понимание лошадиной анатомии и навык «Единения со Скакуном» заметно выросли.

Благодаря этому Дэмиен сумел провернуть ещё один трюк.

Он влил в тело коня поток собственной маны.

Пропитавшая мышцы мана наделила скакуна чудовищной мощью. С каждым новым шагом копыта оставляли в плотном грунте глубокие вмятины.

— А? Что это?…

— Что за чертовщина?!

На лицах рыцарей отразилось растерянное изумление при виде столь невероятного зрелища.

— Ч-что…

Раздался оглушительный грохот, и всадники вместе с лошадьми разлетелись в стороны. Закованные в железо тела покатились по земле.

— Кх… кха… Что… что это за конь такой?…

— М-мы… мы должны… остановить Дэмиена Хаксена…

Увидев это, прочие рыцари так остолбенели, что забыли о самом турнире, и лишь ошарашенно пялились на Дэмиена.

— Э-это…

— К-как вообще такое…

Тем временем конь под Дэмиеном резко развернулся. Оглянувшись на ошеломлённых противников, он угрожающе заскрёб копытом землю.

В этот миг он походил уже не на благородного скакуна, а на разъярённого быка перед броском.

— Э-это же…

— Н-не может быть…

Недоброе предчувствие ледяной змеёй заползло в души рыцарей.

И не зря: конь вновь рванул наперерез соперникам.

Всадники в ужасе бросились врассыпную с криками:

— О-отступаем! Назад!

— Стойте! Не лезьте на рожон!

Однако стремительность усиленного маной скакуна далеко превосходила их попытки уйти с пути.

— А-агх!

— И-ик!

С глухим треском ещё трое рыцарей вместе со своими лошадьми взмыли в воздух и рухнули на арену.

— Он опять мчится сюда!

Стоило Дэмиену направить коня в атаку, как соперники один за другим вылетали из сёдел.

— Окружайте его! Не давайте разгона! Иначе он снова пойдёт на таран!

Единственный рыцарь, успевший опомниться посреди хаоса, бросился наперерез, пытаясь преградить путь.

На этот раз конь на скаку пригнул шею и мощнейшим ударом лба сшиб преграду. Рыцарь рухнул наземь вместе со своим жеребцом.

— Я зашёл со спины! — выкрикнул другой всадник, возникнув позади Дэмиена.

В ответ скакун молниеносно выбросил назад мощные задние копыта. Приняв на доспехи сокрушительный удар, горе-смельчак пулей улетел прочь.

— Что… что это вообще такое? — пробормотал давно выбитый из седла рыцарь, распластанный в пыли. — Это же… не конь, а какое-то чудовище.

И вправду: скакун под Дэмиеном буйствовал на арене подобно настоящему монстру.

Потрясала не только его невообразимая скорость и сила — даже его внушительный облик наводил на противников животный страх.

Не успевали рыцари замахнуться оружием на Дэмиена, как конь уже сметал их с пути.

Не прошло и часа с начала схватки, как подавляющее большинство участников оказалось выбито из борьбы.

— Ура! Дэмиен! Дэмиен!

Дворяне на трибунах неистово ликовали, выкрикивая имя победителя.

На их памяти прошло немало турниров, но столь невероятное искусство верховой езды, показанное Дэмиеном, поражало воображение и вызывало бурю восторга.

Дэмиен остановил коня и с улыбкой насладился рёвом толпы.

— Иногда такое внимание даже приятно, правда? — спросил он, потрепав скакуна по голове.

Конь, словно поняв слова хозяина, согласно кивнул.

И всё же на арене оставался ещё один невыбитый соперник.

— Дэмиен Хаксен!

В этот миг один из уцелевших рыцарей вскинул голос.

Пропитанный маной крик раскатистым эхом прокатился по всему стадиону.

Зрители на трибунах разом притихли и повернули головы к кричавшему всаднику.

— Я — «Убийца Огров» Джексон Каттер! — заорал он, направив на Дэмиена острие длинного меча.

Дэмиен приподнял бровь, вглядываясь в соперника.

— Значит, всё-таки решил бросить мне вызов.

Дэмиен развернул коня навстречу Джексону, а тот тем временем продолжал выкрикивать:

— Пусть другие не знают, но я-то в курсе! Я прекрасно знаю, каким отбросом ты был в прошлом!

Столь неожиданный выпад сбил Дэмиена с толку.

Неужели этот тип совсем рехнулся, раз прилюдно осыпает другого рыцаря бранью?

— Такой ублюдок, как ты, невесть как набрался сил, но не воображай, будто стал непобедимым, едва сумев чуть подняться!

Джексон Каттер высоко вскинул клинок.

— Я, «Убийца Огров» Джексон Каттер, сорву с тебя маску и явлю всем твоё истинное нутро!

«Это мой последний шанс».

Твердил себе Джексон Каттер, направляя коня вперёд.

«Сегодня я сокрушу Дэмиена Хаксена и завоюю громкую славу!»

Было стыдно полагаться на репутацию, а не на собственное мастерство, но Джексон заставил себя выбросить эти мысли из головы.

Лишь бы отомстить Дэмиену, он был готов растоптать остатки собственной гордости.

«Заставлю его заплатить за то, что смел смотреть на меня свысока!»

Джексон с силой вытянул руку, целясь остриём меча прямо в лицо Дэмиена.

Но за мгновение до удара Дэмиен лёгким движением склонил голову, играючи уходя с линии атаки, и мёртвой хваткой перехватил запястье Джексона Каттера.

Точнее, сжал тусклый браслет на его руке.

— Как я и предполагал, это тёмная магия.

От спокойных слов Дэмиена в жилах Джексона застыла кровь.

— Ч-что ты несёшь?!

Дэмиен сжал пальцы сильнее. Металл браслета жалобно изогнулся, и в тот же миг из трещин наружу вырвались клубы зловещей тёмной магии.

У зрителей на трибунах от ужаса расширились глаза.

— Э-это же тёмная магия! — прокатился по толпе потрясённый вопль.

В ту же секунду несколько закутанных в плащи фигур на трибунах синхронно поднялись со своих мест.

Одним мощным прыжком они перемахнули через ограждения и приземлились прямо на песок арены.

Затем незнакомцы разом откинули капюшоны, явив взорам безупречно белые одеяния.

При виде этого облачения по трибунам вновь пронёсся изумлённый вздох:

— Это же паладины Церкви!