— Это была поистине занимательная история, — произнёс граф Копперхед с весьма довольным видом, когда рассказ Дэмиена подошёл к концу. — Прошу прощения, мне нужно ненадолго отлучиться.

Он добавил это с лёгким смущением. Судя по всему, граф уже изрядно выпил.

Граф Копперхед поспешно вышел из шатра, позволив Дэмиену наконец перевести дух.

«Устал», — подумал Дэмиен, совершенно не привыкший развлекать кого-либо подобным образом.

Не будь здесь Абеля, он бы без колебаний удалился, даже если бы перед ним сидел сам король, а не граф.

— Но как там дела у этого парня? — негромко пробормотал Дэмиен и бросил взгляд туда, где находился Абель.

— Мне ужасно хочется посмотреть на пшеничные поля виконта Хаксена, — сказала Оливия.

— Ох, гм, правда? Что ж, тогда осенью… могу ли я позволить себе пригласить вас?…

— Я буду в восторге! — ответила Оливия, и её щёки озарил лёгкий румянец.

Похоже, старания Дэмиена не пропали даром — отношения между ними развивались на удивление хорошо.

«Да, он отлично справляется», — с удовлетворением отметил Дэмиен.

Взаимная симпатия между Абелем и Оливией стремительно крепла, и даже главное препятствие — расположение графа Копперхеда — уже удалось преодолеть. Пока что всё шло как по маслу.

— Когда я нанесу визит виконту и виконтессе Хаксен, непременно засвидетельствую им своё почтение. Какие подарки они предпочитают?

— О, не стоит об этом беспокоиться. Уже само ваше появление сделает их счастливыми, — с радостью заверил её Абель, а Дэмиен наблюдал за этой парой с довольной улыбкой.

София не могла отвести глаз от Дэмиена, сидевшего рядом с графом Копперхедом.

«Лук работы самого Августа? Мне он ничего не дарил, а тут с лёгкостью преподносит столь ценную вещь?» — с раздражением подумала она. То, что лук легендарного мастера оказался впечатляющим даром, было очевидно: граф Копперхед тут же поставил его подле себя.

Однако истинная причина её досады крылась вовсе не в этом.

«Я-то думала, ты до сих пор затаил на меня лёгкую обиду?…» — засомневалась София в чувствах Дэмиена.

Её прежняя уверенность заметно пошатнулась.

«Неужели он и правда приехал сюда… чтобы ухаживать за Оливией?» — вспыхнула в ней ревность.

София бросила на Оливию Копперхед завистливый взгляд.

«И что в ней такого красивого… Хотя нет, личиком она и правда вышла…» — как бы ни грызла её ревность, София не могла отрицать, что Оливия хороша собой, да вдобавок обладает завидным положением дочери графа Копперхеда.

«Зато фигурой я куда лучше», — подумала София, скользнув взглядом по собственному телу. В отличие от несколько пресной наружности Оливии, от самой Софии так и веяло чувственностью.

Ревность Софии стала почти осязаемой, когда граф Копперхед откланялся, оставив Дэмиена одного. Тот же молча наблюдал за Абелем Хаксеном и Оливией Копперхед.

«Почему он не заговорит с Оливией?» — удивилась София, улавливая между ними холодную дистанцию, при которой о сватовстве не могло быть и речи.

Пока Дэмиен хранил молчание, Абель Хаксен всё больше сближался с Оливией.

«Неужели… он пытается свести Оливию со своим младшим братом?» — поразмыслила София, находя эту догадку вполне правдоподобной.

«Фух… так вот оно что? Зря я только волновалась», — с облегчением выдохнула она. И тут же одёрнула себя: «Нет, хватит думать о всякой чепухе. У меня есть Джексон».

София мотнула головой, прогоняя лишние мысли, но в тот же миг её взгляд встретился со взглядом Дэмиена.

Дэмиен смотрел прямо на неё, и от этого пристального взора сердце Софии неожиданно забилось чаще.

«Среди всех этих людей он отыскал именно меня?…» — изумилась она.

Явные, ещё не угасшие чувства Дэмиена казались ей очевидными, и, осознав это, София мгновенно залилась краской. Отводя глаза, она принялась обмахиваться веером, пытаясь переключить внимание.

Дэмиен наблюдал за беседой Абеля и Оливии, когда вдруг ощутил чей-то неприятный взгляд из толпы.

Будь он обычным рыцарем Низкого ранга, возможно, и не заметил бы этого. Но восприятие Дэмиена уже давно вышло далеко за пределы возможностей рыцаря Низкого ранга.

«Кто это там уставился?» — Дэмиен повернул голову, выискивая источник взгляда.

Среди толпившейся знати он без труда разглядел впившуюся в него глазами Софию.

«Что она опять задумала?» — недоумевал Дэмиен, глядя на её лицо и ощущая нарастающее беспокойство.

Он больше не испытывал к Софии никаких чувств. Если раньше в душе ещё теплилась какая-то привязанность, то теперь не осталось ни любви, ни ненависти. Однако при мысли о том унижении, которое довелось пережить его семье, в груди всё же вскипал гнев.

«С этим разберёмся позже», — решил Дэмиен, ставя сейчас на первое место успех Абеля.

Он выбросил Софию из головы и решил отложить этот разговор на потом.

Джексон с пустым выражением лица смотрел, как Дэмиен Хаксен занимает место подле графа Копперхеда, а о его собственном подарке все уже давно забыли.

И граф Копперхед, и гости наперебой расхваливали одного лишь Дэмиена.

«Дэмиен… Дэмиен Хаксен!»

Не вмешайся этот выскочка, почётное место досталось бы ему. И внимание графа, и восхищение гостей принадлежали бы только ему.

«Какое-то ничтожество просто украло мою минуту славы… посмело так меня унизить? Клянусь, за этот позор я отомщу, пусть даже не сомневается!»

В тот миг Джексон дал себе твёрдое обещание. Он заставит Дэмиена познать такое отчаяние, какого тот ещё никогда в жизни не испытывал.

Подобно своему ученику, Жак Нуаре тоже не сводил глаз с Дэмиена Хаксена.

«Он привёз лук работы самого Августа», — со смесью удивления и зависти отметил Жак.

Изначально Жак вовсе не собирался отдавать Эликсир Жизненной Силы. Учитывая, сколько трудностей стояло на пути к его мечте, на счету был каждый драгоценный эликсир. И всё же он рискнул преподнести его в дар, надеясь снискать милость графа. Но, к несчастью, подарок Дэмиена затмил всё вокруг.

«Это проблема. Очень большая проблема», — подумал Жак, чувствуя, как ситуация ускользает из-под контроля.

Жак Нуаре решил принять участие в рыцарском турнире прежде всего ради того, чтобы заложить прочный фундамент для исполнения своего заветного желания.

Целью Жака было достижение ступени Мастера — уровня истинного сверхчеловека. Стоит лишь взойти на эту вершину, и твоё имя навеки впишут в анналы истории.

Однако для этого требовались обширные познания о ступени Мастера и огромное количество эликсиров, а всё это стоило баснословных денег. Чтобы раздобыть средства, Жак Нуаре пускался во все тяжкие и совершил немало преступлений, пока в конце концов его не изгнали из Королевства Мандарин.

Переезд в Королевство Эппл стал продуманным шагом, позволявшим оборвать связи с его тёмным прошлым в Мандарине. Обосновавшись здесь, Жак рассчитывал разбогатеть законными путями, избегая прежних неприятностей. Но жалкое жалованье на обычной службе не могло утолить его амбиций. Поэтому Жак решил использовать своё мастерство, чтобы присосаться к богатым аристократическим домам.

Решение взять в ученики Джексона Каттера было частью этого плана. Приятная внешность и сносные задатки делали Джексона весьма привлекательной приманкой для знатных семейств. Совет приударить за Софией Рассел тоже стал хитрым ходом Жака Нуаре. Благодаря этому он обеспечил себе весомую поддержку со стороны семьи Рассел.

Впрочем, при всём достатке семейство Рассел оставалось мелким родом в сравнении с настоящей знатью, а для достижения мечты Жаку требовались куда более внушительные средства. Именно поэтому своей следующей целью он избрал графа Копперхеда.

Участие в рыцарском турнире вместе с Джексоном должно было помочь им завязать нужные знакомства. Однако появление Дэмиена всё осложнило.

«Этот парень спутал мне все карты», — признавал Жак Нуаре. По навыкам, репутации, внешности и даже богатству Дэмиен заметно превосходил Джексона Каттера.

«Но это вовсе не значит, что я просто так упущу графа Копперхеда», — подумал он.

На его взгляд, граф был слишком лакомым куском. Если удастся поглотить состояние дома Копперхедов, он окажется на шаг ближе к заветной цели.

«Придётся действовать решительнее», — принял решение Жак Нуаре.

Хлопот прибавилось, но это всё равно лучше, чем потерять графа.

«По крайней мере, в накладе я не останусь. Если удастся вытянуть соки из графа Копперхеда, как и задумывалось, да вдобавок прибрать к рукам сокровище Дэмиена Хаксена…»

Это стало бы двойной удачей.

«Дэмиен, лучше бы тебе как следует подготовиться», — в глазах Жака Нуаре сверкнул зловещий огонёк.

Банкет затянулся до глубокой ночи.

— Что ж, на сегодня закончим. Возвращайтесь к себе и готовьтесь к завтрашнему рыцарскому турниру.

Гости покинули пиршественный зал и разошлись по своим покоям. Дэмиен и Абель тоже направились к месту ночлега. Едва переступив порог шатра, Абель тут же повалился на кровать.

— Фух… — выдохнул он с облегчением.

— Неужели так сильно нервничал?

— Конечно! Я ведь находился рядом с самой леди Оливией, — ответил Абель, приподняв голову.

— Ну и как она тебе при встрече?

— Она поистине прекрасна… такая живая… и просто чудесная, — проговорил Абель, заливаясь румянцем. Было очевидно, что после этой беседы он увлёкся Оливией ещё сильнее.

— Продумай заранее, о чём будешь говорить с ней завтра.

— А? Что ты имеешь в виду?

— Не собираешься же ты завтра избегать встречи с Оливией?

— Я очень хочу её увидеть, но… завтра же рыцарский турнир… Вокруг неё наверняка соберётся уйма народу… Боюсь, у меня просто не будет возможности завести с ней разговор…

— Эй, ну что ты за зануда такой. Если возможности нет, её нужно создать самому, — с усмешкой бросил Дэмиен. — Не переживай. Я позабочусь о том, чтобы у тебя появился шанс, чего бы это ни стоило.

Услышав столь уверенные слова, Абель взглянул на брата с недоумением.

— Завтра всё увидишь и сам поймёшь.

Абель некоторое время молча разглядывал Дэмиена. Тот лишь ухмыльнулся.

— Значит, рассказывать не станешь? Ладно, не буду больше выпытывать… Но спасибо тебе, брат.

Дэмиен осекся, застигнутый врасплох столь неожиданными словами.

— Благодарю тебя за то, что достал для меня подарок… и устроил эту встречу… Я даже не знаю, как тебе отплатить.

— К чему вдруг такая официальность? Мне аж неловко… Не за что меня благодарить. Я просто сделал то, что должен был.

В прежние времена Абель недолюбливал Дэмиена больше всех в семье. Даже заметив перемены, произошедшие с братом после возвращения, при любой неприятности Абель по привычке винил именно его. И дело было вовсе не в Абеле — во всём был виноват сам Дэмиен.

Его собственная глупость, его жалкая натура, раз за разом подводившая младшего брата. Разочарование беспрестанно грызло Абеля, пока не доходило до точки кипения и не прорывалось наружу колким упрёком. И если взвесить всё дурное на чаше весов, то содеянное самим Дэмиеном перевешивало стократно.

В прошлой жизни Дэмиен собственными руками убил Абеля. Он до сих пор помнил ощущение, с которым перерезал брату горло.

— Брось. Для старшего брата вполне естественно заботиться о младшем. Так что просто сосредоточься на том, как сделать Оливии предложение.

— Да, я так и сделаю! — громко ответил Абель.

Дэмиен едва заметно улыбнулся. Глядя на счастливое лицо брата, он почувствовал, что частичка вины за ошибки прошлого словно бы растворилась.