Назад Том 1 · Глава 237

Вечерело.

Небо, весь день остававшееся безоблачно-голубым, теперь окрасилось в закатные тона.

Завершив изнурительные занятия и тренировки, ученики Академии возвращались в общежития, переговариваясь между собой.

Шумное, но по-своему умиротворённое время.

Бам! Бам!

— А-а-а!

— Угх-х!…

Перед зданием преподавательского общежития двоих учеников охаживали дубинкой.

Оливера и Пенелопу.

Этим двоим из 13-го класса, куда сгоняли одних лишь проблемных учеников, никак не удавалось прийти в себя под градом ударов.

— Что? Хотите одолеть первого и второго учеников первого класса? На дуэли победить вздумали? А ну пошли вон, сопляки!

Экзекуция, устроенная Дэмиеном, прекратилась лишь тогда, когда на улице окончательно стемнело.

— Угх…

— Ой…

Удары стихли, но эти двое ещё долго не могли подняться. Они лежали ничком на земле, содрогаясь всем телом.

Закинув дубинку на плечо, Дэмиен обратился к ним:

— Ну что, мозги прояснились? Ступайте к себе и отдыхайте.

Он уже развернулся, чтобы уйти, как вдруг кто-то вцепился ему в лодыжку.

Это Оливер и Пенелопа, подползя, схватили Дэмиена за ногу.

— И-инструктор! У-умоляем вас!

— Пожалуйста… помогите нам… победить на дуэли… натаскайте нас…

Дэмиен ошарашенно уставился на них сверху вниз.

Даже после столь доходчивого «убеждения» эти двое так и не «убедились». С таким Дэмиен сталкивался впервые.

— Причина?

Несгибаемое упорство учеников пробудило в нём любопытство.

— Рассказ выйдет довольно долгим…

— Но мы будем безмерно благодарны, если вы нас выслушаете.

И Оливер с Пенелопой поведали Дэмиену свою историю.

Как Оливер и предупреждал, рассказ действительно затянулся.

Впрочем, история оказалась на удивление любопытной, так что скучать не пришлось. Дэмиен молча выслушал их от начала и до конца.

А затем мысленно подвёл итог.

«Значит, Оливер — сын второй жены, из-за чего его и травили первая супруга со своими отпрысками».

В Империи многожёнство не запрещалось, и на этой почве постоянно вспыхивали раздоры.

«Беда в том, что мать Оливера родом из захудалого дворянского дома, да и сам он талантом не вышел».

Род матери был слишком слаб, чтобы защитить её с сыном.

К тому же из-за отсутствия способностей Оливер не мог снискать даже отцовского расположения.

Проще говоря, ни у него, ни у его матери не было никакой возможности противостоять травле.

«И сильнее всех над Оливером издевался Гелливер».

Остальные дети первой жены были куда старше Оливера. Каждый из них уже занимался делами рода, поэтому сталкиваться с мальчишкой и его матерью им приходилось редко.

А вот Гелливер был почти ровесником Оливера, и видеться им приходилось постоянно.

Вот и вышло, что всё детство Оливер терпел от него издёвки.

«А девчонка, Пенелопа, стало быть, незаконнорождённая».

В отличие от Оливера, признанного сыном второй жены, положение Пенелопы было куда плачевнее.

Она появилась на свет от служанки, которой герцог овладел по минутной прихоти.

Её мать даже не удостоилась статуса жены. В семье положение матери и дочери ничем не отличалось от положения мусора.

«Чем знатнее род, тем сильнее он помешан на чести. Незаконнорождённую Пенелопу презирали и законная супруга, и её дети…»

Пенелопа росла, с детства слыша в свой адрес, что она ни на что не годное ничтожество.

«И как только она станет совершеннолетней, её продадут в какой-нибудь полезный герцогству дом. Чтобы этого не допустить, ей нужно одолеть Эмилио здесь, в Академии».

Дэмиен зачесал волосы назад.

Услышав их истории, он уже не мог просто отмахнуться.

— Я понял, почему вы пришли ко мне с такой просьбой.

Оба ученика затаили дыхание, не сводя с него глаз. Почувствовав странную тяжесть на душе, Дэмиен спросил:

— Только почему именно ко мне? В Академии ведь полно других инструкторов.

— Потому что вы победили Делонга Мюллера.

Это заговорила Пенелопа.

— Все знают, что характер у Делонга Мюллера скверный, но в фехтовании он разбирается лучше кого бы то ни было. А вы одолели такого человека, пользуясь лишь Имперским фехтованием. Это значит, что ваше понимание меча куда глубже, чем у него.

Дэмиен невольно восхитился её дерзостью — назвать Делонга Мюллера «таким человеком».

— Значит, вы решили, что я сумею сделать вас достаточно сильными для мести?

Пенелопа кивнула. Дэмиен усмехнулся.

— А не вы ли вчера заявляли, что не верите инструкторам?

— Э-это…

Щёки Пенелопы мгновенно вспыхнули. Опустив взгляд, она пробормотала:

— Э-это потому, что… ну… все инструкторы Академии… они нас ненавидят… вот и…

Дэмиен в общих чертах уловил суть.

Судя по вчерашнему поведению Делонга Мюллера, большинство наставников попросту презирали 13-й класс.

После такого отношения неудивительно, что ученики отвечали им взаимной враждебностью.

«Обстоятельства у них скверные, да и… просьба совершенно невыполнимая».

По-хорошему, в такой просьбе следовало отказать.

До экзаменов оставалось всего ничего. Времени не хватило бы, даже если бы они, как и планировалось, сосредоточились только на физической подготовке и Имперском фехтовании.

А тут от него требуют обеспечить им победу на дуэли? Да ещё и против первого и второго учеников первого курса?

И всё же язык не поворачивался отказать. Дэмиен вспомнил годы собственных скитаний.

В бурной юности родные не выдержали его выходок и в конце концов выгнали из дому.

Упрёки и гнев, которые семья тогда обрушила на него, вонзались в сердце острыми стрелами.

Виноват был сам Дэмиен, сам накликал на себя беду. И всё равно выносить обвинения и злость близких было невыносимо тяжело.

Но эти двое подвергались травле со стороны родни вообще без всякой вины с их стороны.

Боль, которую они испытывали, наверняка была во сто крат сильнее и мучительнее, чем та, что пережил он сам.

— … Ладно. Я принимаю вашу просьбу.

Произнёс Дэмиен после недолгих раздумий. Лица обоих учеников тут же озарились радостными улыбками.

— Но сразу уясните одну вещь. На деле победить этих парней для вас невозможно.

Как и подобает первому и второму ученикам первого курса, Эмилио и Гелливер уже достигли ступени младшего рыцаря.

Младший рыцарь уже способен пробуждать ауру и укреплять своё тело маной.

По меркам обычных людей их смело можно было назвать сверхлюдьми.

— Чтобы их одолеть, вам придётся пахать в разы больше остальных. Но даже при этом обещайте, что ни разу не пикнете.

— О-обещаем!

— Мы выполним любой ваш приказ!

Оливер и Пенелопа ответили не задумываясь. Дэмиен удовлетворённо кивнул.

— Есть ещё одно условие. На самом деле — самое главное.

— Да! Говорите!

— Если проиграете — умрёте от моей руки.

Ученики на миг засомневались, не ослышались ли они.

— Я не о том, что вы будете умолять прикончить вас. Нет, вы просто умрёте от моей руки.

— Инструктор, вы ведь шутите?…

— По-твоему, я сейчас похож на шутника?

В глазах Дэмиена вспыхнул огонь. Он пронзил обоих леденящим взглядом.

Под этим взглядом оба ученика судорожно сглотнули.


Отправив обоих восвояси, Дэмиен встретился с агентом Карательного Отряда.

— Рад снова видеть вас, господин Дэмиен.

Приветливо улыбнулся Джейк, боец Карательного Отряда. Как и в прошлый раз, Дэмиен через монокль проверил тайный знак у него на лбу.

— Удалось выяснить то, о чём я просил?

— Времени было мало, так что раздобыть удалось немного.

Дэмиен ничуть не расстроился. Прошли всего лишь сутки — ничтожно малый срок для сбора сведений.

— Но кое-что любопытное я всё же услышал.

— И что же?

— Говорят, в этом году бойцы Ордена Рыцарей Белой Крови зачастили с вылазками за пределы Академии.

Орден Рыцарей Белой Крови был создан специально для охраны Академии.

И то, что его рыцари стали так часто отлучаться, выглядело крайне подозрительно.

«Сла ни за что не смогла бы в одиночку высматривать и похищать учеников. Неужели её приспешники просочились в Орден Рыцарей Белой Крови?»

Дэмиен подумал о Бланке. Похоже, всё это требовалось проверить куда тщательнее.


На следующий день настало время тренировки. В отличие от вчерашнего, сегодня никто не сбежал — на полигон явились все до единого. Видимо, до учеников дошло, что бежать больше некуда.

— Пенелопа, шаг вперёд.

По его команде девушка вышла из строя. Дэмиен протянул ей деревянный меч и произнёс:

— Сегодня утреннее занятие проведёшь ты.

— … Что?

От столь внезапного приказа Пенелопа опешила.

— У меня с утра появилось одно дельце. Не переживай, просто делай всё то же, что и я. Гоняй их бегом всё утро без передышки.

— Поняла.

Хоть Пенелопа и ничего не понимала, но ослушаться не посмела.

Оставив 13-й класс на неё, Дэмиен покинул тренировочную площадку.

— Так… и где же, говорили, проходят занятия по фехтованию у первого курса?

Дело у него было одно — понаблюдать за тренировкой Эмилио и Гелливера.

Обычными способами выполнить просьбу Оливера и Пенелопы было невозможно.

Поэтому Дэмиен задумал досконально изучить все приёмы и привычки их противников, чтобы натаскать Пенелопу и Оливера именно против них.

«Пусть они и младшие рыцари, не может быть, чтобы против них не нашлось никакой управы».

Младшие рыцари были ещё слишком незрелыми, так что даже с укреплением тела маной прирост их силы оставался невелик. К тому же в учебных поединках использование ауры запрещалось.

Иначе говоря, добившись превосходства в технике, победить вполне реально.

«Осталось всего пять дней. Успеем ли?»

Погружённый в эти раздумья, Дэмиен шёл по дорожке, как вдруг…

— Ой, да это же господин Дэмиен!

С противоположной стороны к нему бежала Бланка. В отличие от прошлого раза, руки у неё были не пусты — на плече она несла здоровенный деревянный ящик.

— Как хорошо, что я на вас наткнулась! У меня тут кое-что для вас.

Бланка опустила ящик на землю. Внутри оказалось всевозможное тренировочное снаряжение.

— Это тот самый инвентарь, о котором я говорила в прошлый раз. Старенький, конечно, но вполне годный. Я за ним каждый день ухаживала, ни разу не пропускала.

С гордостью заявила Бланка.

— Я, признаться, не ожидал, что вы и правда его принесёте. Неловко вышло.

— Хм? За кого вы меня принимаете? Я — Бланка Рош. И слов на ветер не бросаю.

Сказала она, похлопав себя ладонью по нагруднику.

Глядя на неё, Дэмиен вспомнил вчерашний доклад Джейка.

— Благодарю, но… признаюсь честно, мне немного не по себе. С чего бы вам так обо мне хлопотать?

Спросил Дэмиен напрямик. Услышав этот вопрос, Бланка смущённо улыбнулась.

— Ну, если не знать всех обстоятельств, это и правда может показаться странным.

Подумав немного, она предложила:

— Найдётся у вас минутка?

Дэмиен бросил взгляд на видневшуюся вдалеке часовую башню. До начала урока фехтования на первом курсе время ещё оставалось.

— Думаю, минутка найдётся.

— Большое спасибо. Тогда пойдёмте со мной.

С этими словами Бланка двинулась вперёд.


— В журнале посещаемости 13-го класса есть один отсутствующий, верно?

Спросила Бланка на ходу.

Она была права: за 13-м классом действительно числился один ученик, взявший бессрочный отпуск по состоянию здоровья.

— Откуда вы знаете?

— Я не только это знаю. Мне и имя его известно. Гаэль Рондо, так ведь?

— Да, именно так.

— Вот к этому мальчику мы сейчас и идём.

Бланка остановилась. Дэмиен поднял голову и посмотрел на табличку над дверью.

Надпись гласила: «Лазарет».

— Сюда переводят на поправку учеников, которые получили тяжёлые травмы на тренировках или серьёзно заболели.

— Гаэль Рондо лежит здесь?

Бланка кивнула и отворила дверь лазарета. Внутри стояло больше десяти коек.

На одной из них сидел мальчик.

Бледный, со впалыми щеками и землистым, словно у мертвеца, лицом. Даже от порога доносился резкий запах лекарств.

— … А!

Увидев Бланку, мальчик радостно улыбнулся и воскликнул:

— Мама!