Демоны.

Так именовалась раса, процветавшая в другом измерении — мире, известном как Преисподняя.

Демоны отнюдь не были примитивными и злобными тварями. Их разум не уступал величайшим умам человечества, а цивилизация далеко превосходила любое из людских достижений.

Но и это ещё не всё. Демоны появлялись на свет уже могущественными. Они распоряжались почти неисчерпаемой тёмной маной и обладали телами невероятной прочности, а их способности охватывали целый спектр сверхъестественных сил.

— Огрызок?

Ошарашенный словами Дэмиена, демон с трудом мог осмыслить услышанное.

— Как ты смеешь обращаться ко мне подобным образом! Это у тебя отваги в избытке или же скудоумие мешает здраво рассуждать?

Демоны являлись первоисточником тёмной магии. Именно изучая их силы и подражая им, люди на ощупь проложили себе путь к этому искусству. В ранние времена человеческая тёмная магия не имела стройной формы и считалась грубой да варварской. Лишь Доруго упорядочил её и поднял на качественно новый уровень.

— Даже такой тупица, как ты, должен чуять, какая бездна тёмной магии течёт в моём теле. Разве это не говорит красноречивее любых слов о том, кто перед тобой стоит?

Тёмные маги и тёмные рыцари инстинктивно испытывали страх перед демонами: тёмная магия порождений Преисподней находилась на совершенно недосягаемой для них ступени.

— Куда утомительнее, чем непрерывный лай перепуганной шавки.

Разумеется, благоговейный ужас сковывал лишь слабых тёмных магов и рыцарей. Пусть демоны и были неоспоримо сильны, это вовсе не значило, что они превосходят каждого без исключения человека.

— И ты вновь несёшь эту высокомерную чепуху? Совсем собственной жизнью не дорожишь?

В ответ на угрозу Дэмиен лишь презрительно ухмыльнулся.

Демону было невдомёк. Он не знал, что в прошлой жизни Дэмиену довелось повстречать бесчисленное множество обитателей Преисподней. Во время Войны Разрушения Доруго использовал демоническую мощь в походах против Империи, благодаря чему Дэмиен накопил обширные знания об этой расе. Их имена, особенности, природа их тёмной магии — он знал всё. Именно поэтому он мог с полной уверенностью утверждать, что стоящая перед ним тварь — не более чем жалкий, слабый огрызок.

— … А ведь я подумывал оставить тебя в живых и сделать своим рабом, заметив, что в твоей тёмной магии есть кое-какой толк.

От демона хлынул колоссальный выброс тёмной маны. Она в корне отличалась от того, чем владели тёмные маги — была несравнимо плотнее и сокрушительнее.

Впрочем, это не вызывало удивления. Тёмные маги могли извлекать свою силу, лишь подвергая человеческие души нестерпимым мукам. Демоны же были устроены иначе: они от рождения сами вырабатывали тёмную ману. Эта самородная, предельно мощная энергия и являлась подлинным истоком демонического могущества.

— Цена за отказ от моего милосердия окажется очень высокой.

Ничуть не смущённый смертоносной угрозой, Дэмиен лишь усмехнулся. Какая-то частица настоящего демона, едва удерживавшаяся в здешнем мире за счёт хрупкой телесной оболочки, осмеливалась нести такую чушь. Расправиться с подобным воплощением было сущим пустяком: требовалось лишь отыскать и раздавить скрепляющее его ядро.

«Но разве интересно отпускать его так легко?»

Дерзость жалкого осколка демона, что отважился спуститься в мир смертных в ненадёжном теле и попытался обратить его в раба, требовала расплаты.

Дэмиен призвал свою тёмную ману, вытянул руку вперёд и сжал её в кулак в воздухе. В тот же миг с его ладони сорвался всплеск непроглядной тьмы.

«Какая дерзость, ничтожный людишка!» — подумал про себя Галдор, Багровый Демон, глядя сверху вниз на стоящего перед ним человека.

В смертном не ощущалось ни капли почтения к существу, неизмеримо превосходящему его по своей природе.

Впрочем, Галдор отчасти мог понять эту бездонную спесь. Перед ним стоял Мастер — вершины этой ступени достигали лишь избранные единицы среди так называемых человеческих гениев. Мощь Мастеров была такова, что с ней приходилось считаться даже демонам: Клинок Ауры, которым они владели, мог разрубить саму жизненную силу порождения Преисподней.

Однако подобные страхи были уделом слабаков. Демон графского ранга вроде Галдора не страшился даже Мастеров — паладин той же ступени, сражённый одним ударом, служил тому наглядным доказательством.

— Человек, цена за то, что ты исчерпал моё милосердие, окажется очень высокой.

Галдор произнёс эти слова совершенно искренне. И в ответ человек перед ним усмехнулся.

Посмеялся? Жалкий смертный осмелился насмехаться над ним? Над его величием?!

Разум Галдора затопила неудержимая ярость. Он замахнулся кулаком, намереваясь размозжить наглецу череп.

Именно в этот миг человек призвал тёмную ману и вытянул руку. Из пустой ладони брызнул чёрный свет.

Свет сгустился в рукоять, из которой тут же, вытягиваясь по прямой, возникло лезвие.

Клинок Ауры.

Абсолютное оружие, доступное лишь тем людям, кто достиг вершины боевого искусства.

Даже Галдор не мог позволить себе пренебречь Клинком Ауры. Однако большой проблемы он в этом не видел. Это было всё равно что гадюка с ядовитыми клыками: существовали сотни способов прикончить змею, не дав ей себя укусить.

«Для начала покалечу тебе ноги, чтобы не вздумал удрать».

Едва эта мысль оформилась в его сознании, тело само рванулось вперёд. В мгновение ока демон оказался за спиной человека и обрушил рубящий удар ладонью, метя в колени смертного.

И тут Галдор увидел это. Глаза человека смотрели прямо на него.

Как жалкий смертный сумел прочитать его движение? Другой Мастер — тот паладин — не успел даже среагировать на выпад Галдора. А этот человек глядел на него так, будто наперёд просчитал каждый шаг.

Пока Галдор на миг замешкался, человек поднял Клинок Ауры.

В ту же секунду демона пронзил леденящий душу ужас. Страх пустил корни во всём его существе.

Действуя по наитию, Галдор со всей силы оттолкнулся от земли и прыгнул назад. Он отступил так далеко, что фигура человека уменьшилась до размеров горошины.

— Чего?

Человек озадаченно посмотрел на Галдора.

— Демон пустился наутёк?

Сам Галдор был обескуражен ничуть не меньше. Бежать? От какого-то человека?!

Это было унизительно. Позорно. Но у Галдора не оставалось времени предаваться жалости к себе — инстинкты по-прежнему истошно предупреждали его о смертельной угрозе, исходившей от стоящего вдали мужчины.

Наверняка это ошибка. Он просто ошибся. Не могло быть такого, чтобы он испытывал страх перед простым смертным.

Пока Галдор сомневался в собственном чутье, человек поднял Клинок Ауры, произнося какую-то загадочную фразу.

Расстояние между ними было огромным — человек казался не крупнее ногтя. И всё же Галдор явственно ощутил могильный холод, словно лезвие Клинка Ауры приставили прямо к его горлу.

— Проклятье!…

Выругавшись, Галдор призвал всю свою тёмную ману до последней крупицы и одновременно пробудил свои демонические силы.

— Чтобы я… перепугался какого-то людишки!…

Зелёное пламя, хлынувшее из его тела, превратило Галдора в чудовищный огненный вихрь. Стремительно раздуваясь, демон вознёсся ввысь, возвышаясь над облаками.

— Человек! Понятия не имею, кто ты, чёрт возьми, такой!

Рёв Галдора эхом раскатился по округе, а зелёный огонь вспыхнул с новой яростью.

— Даже если придётся выжечь всю свою силу без остатка, я убью тебя прямо здесь!

Галдор обрушился на человека, намереваясь испепелить его целиком в своём пылающем обличье.

Человек опустил Клинок Ауры навстречу надвигающемуся пеклу. На фоне чудовищной мощи Галдора этот выпад казался смехотворно ничтожным.

Но едва острие рассекло воздух…

Мир раскололся надвое.

Чёрная вспышка разделила мир.

Рассечённое надвое пространство слегка сдвинулось. Поначалу Галдору показалось, что это наваждение. Но затем до него дошло: пополам раскололся не только окружающий мир — его собственное тело тоже оказалось разрублено.

— А-а-а-а! Кх-а-а-а-ак!

В ту же секунду, как он осознал реальность, голову пронзила нестерпимая, жгучая боль. Невыразимая мука терзала Галдора.

— Кх-а-а-а! А-а-аргх!

Его огненная громада начала стремительно сжиматься.

— Невозможно… этого не может быть… Кха-а-а!

Поскольку у огня не было плотной формы, пылающее тело Галдора оставалось неуязвимым для любых физических повреждений. Однако этот удар был иным. Одним взмахом его рассекли на две половины, нанеся смертельную рану. Иными словами, Галдор сейчас умирал.

Если пламя окончательно рассеется, его тело-воплощение будет уничтожено, и тогда душе Галдора придётся вернуться в физическую оболочку в Преисподней. Эта мысль была невыносима. Он не желал покидать мир смертных и возвращаться в опостылевшую Преисподнюю — он отчаянно хотел сохранить своё воплощение.

— Я… должен восстановиться… должен хоть как-то затянуть рану…

Но как бы он ни старался, раны на теле-воплощении не желали заживать. Вскоре зелёное пламя угасло до последней искры, и в тот же миг сознание Галдора померкло.

— Х-ха-а-ах!

Придя в себя, Галдор обнаружил, что вновь очутился в своём настоящем теле в Преисподней.

— Невозможно… не может такого быть… Как простой человек… так легко… рассёк мою силу!…

На две половины. Одним-единственным ударом воплощение Галдора было уничтожено, а его душа изгнана обратно в Преисподнюю.

— Что за… что это вообще за монстр… Да что ж это на свете творится?…

И в этот миг по его лицу что-то потекло. Галдор провёл по щеке ладонью — кожу окрасила багровая кровь.

— Как такое… случилось…

Галдор повернул голову к широкому высокому зеркалу. В стекле чётко отразилась его фигура.

Линия. Тонкая черта тянулась от самой макушки вниз, к паху. Увидев её, Галдор ошеломлённо пробормотал:

— Катастрофа… пострадало… даже моё истинное тело?…

Из рассечённой линии хлынула кровь. Нет — она ударила мощным потоком, словно прорвавшая плотину вода. Живот разошёлся, и наружу вывалились внутренности. На демона накатила свинцовая, всепоглощающая слабость — Галдор ощутил приближение неминуемой смерти.

— Катастрофа… преодолевшая границы измерений… Как такое… вообще возможно?…

Это фехтование превосходило пределы даже самого Модеуса, Великого Владыки Демонов.

— Я… связался… с таким чудовищем… Подобного существа… не должно существовать…

Его тело от головы до пят развалилось на две половины.

И в то же мгновение дыхание Галдора оборвалось навсегда.