Новость о том, что Полу Хаксену пожаловали титул графа, со скоростью лесного пожара облетела весь Запад.

Западные вельможи пришли в неописуемое негодование. В их глазах Пол Хаксен ни с какой стороны не заслуживал графского достоинства.

— Ещё вчера о них никто и слыхом не слыхивал! С какой стати их вдруг называть графами?!

— Слышал я, всё состояние дома Хаксен — пшеничное поле с мышиный хвост. Как столь ничтожная семейка могла дослужиться до графского титула?!

— Я навёл справки: у них даже ни одного рыцаря на службе нет, не говоря уже о приличной страже! Ну какой из них графский дом?!

На самом деле владения семьи Хаксен были уже далеко не такими скромными, как полагали злопыхатели. Во-первых, Оливия, выйдя из-под опеки отца, принесла с собой половину земель Копперхедов, а во-вторых — главной опорой рода выступал Дэмиен. Рыцарь Среднего ранга, человек, связанный со Святой Церковью, и герой королевства, пресечённый мятеж которого спас столицу. Если судить по его заслугам, пожалование Полу Хаксену графского титула не выглядело ни на йоту странным.

Однако человеческая зависть всегда застилает разум.

— Просто кичатся тем, что сынок вышел удачным.

— Без Дэмиена Хаксена они — пустое место.

Знать Запада принялась наперебой отделять заслуги Дэмиена от его отца, принижая Пола Хаксена. Но была и ещё одна причина, по которой реакция аристократии оказалась столь бурной.

— Неужто виконт Хаксен метит в новые Первейшие вельможи?

Статус Первейшего вельможи не присваивался королевским указом. Это было негласное почётное звание, закреплявшееся за самым могущественным домом региона. И всё же именно за ним охотились все местные роды — ведь громкое имя неизменно приносило за собой реальную власть и выгоду.

Изначально Первейшим вельможей Запада считался граф Копперхед. Но в последнее время над ним сгустились тучи: устроенный им рыцарский турнир оказался запятнан связью с тёмной магией, а вдобавок старшая дочь Оливия забрала половину родовых земель и отделилась от семьи. Теперь граф Копперхед превратился в пустую оболочку от былого величия. Неудивительно, что окрепшие за последнее время дома Запада уже вовсю примерялись к освободившемуся месту. И внезапное возвышение Пола Хаксена пришлось им совершенно не по нутру.

А однажды местным дворянам доставили приглашения. Прочитав содержимое писем, вельможи остолбенели от изумления.

— Что?! Они устраивают торжественный приём в честь получения графского титула?!

Наглость Пола Хаксена, осмелившегося созвать знать на празднование собственного возвышения, привела западных господ в бешенство. Они-то вовсю поносили и Пола, и Дэмиена Хаксена за спиной, а те, видите ли, надумали устроить пир и похвастаться новым положением. Вельможи Запада кипели от злости. Они тут же решили принять приглашение — с твёрдым намерением превратить этот праздник в день позора, который выскочка Хаксен не забудет до конца своих дней.

— Этот Пол Хаксен точно спятил!

Возмущённые разговоры лишь подливали масла в огонь:

— Вы только посмотрите! Пол Хаксен в открытую заявляет о своих притязаниях!

— Зачем ещё ему созывать нас всех? Ясно как день — ищет себе вассалов!

— Никаких сомнений, он тоже зарится на место Первейшего вельможи!

В глазах западной аристократии приглашение семьи Хаксен выглядело ничем иным, как открытой заявкой на главенство в регионе.

— Деревенщина лезет туда, что ей не по зубам.

— Человек, всю жизнь возившийся на клочке земли с ладонь, закатывает графский банкет? Смех да и только!

— Похоже, он решил, будто это обычная деревенская пирушка. Боже правый, какое убожество.

Дворяне Запада уже предвкушали грядущее зрелище, не скупясь на насмешки:

— Интересно, нашлось ли у него хоть приличное место для приёма?

— Наверняка сгонит всех в свой старый особняк.

— А чем кормить станет? Небось, подаст гостям какую-нибудь похлёбку?

— Представляю, что там будет за музыка… Поди, наймёт бродячих скоморохов с площади?

— Но больше всего мне не терпится взглянуть, во что он вырядится! Откуда людям из такой глуши знать толк в столичной моде?

Вельможи Запада ни секунды не сомневались, что праздник обернётся жалким посмешищем.

— Я непременно поеду. Уж очень хочется увидеть это жалкое зрелище своими глазами.

— Полностью согласен. Нельзя упускать такое представление.

В этом мнении дворяне сошлись единодушно. Благодаря их злорадству число гостей, пожелавших посетить приём, росло с каждым днём.

— Так вот он какой — Замок Спринг!

Пока западная знать сходила с ума от негодования, Дэмиен вместе с семьёй прибыл в замок, возвышавшийся посреди равнин Гаргари.

— Ах, какой же он красавец!

— Матушка, взгляните вон туда! Интересно, кто высек эти узоры?

Родные с восхищением оглядывали замок Спринг. Построенный сравнительно недавно, он удачно сочетал в себе надёжность крепости и изящество дворца. Белоснежные стены сияли, словно дорогой фарфор, выгодно оттеняя крытые чёрной черепицей остроконечные шпили. У главных ворот гостей встречали искусные каменные изваяния.

— Дэмиен! Ты ведь не шутил, когда говорил, что Его Величество отдаёт этот замок нам?! — взволнованно спросил отец, теперь уже граф Хаксен.

Владеть собственным замком мечтал каждый дворянин, однако позволить себе такую роскошь могли лишь немногие. Огромной была не только цена самой постройки, но и расходы на её содержание, а вдобавок требовалось обладать соответствующим рангом. Неудивительно, что сердце графа переполняла искренняя радость.

— В королевском письме всё было написано предельно ясно.

— Его Величество поистине великодушен!

Осмотрев крепостные стены и двор, семья направилась в банкетный зал. Предназначенный для крупных торжеств, он поражал простором и великолепием — здесь с лёгкостью могли разместиться сотни гостей.

— Боже мой, какой же потрясающий приём здесь можно устроить! — радостно всплеснула руками графиня, оглядывая убранство зала.

Граф Хаксен с тёплой улыбкой поглядел на жену, а затем уточнил:

— Кстати, а что насчёт поваров и музыкантов?

— Не волнуйтесь, отец, я уже наняла лучших мастеров своего дела, — тут же ответила Оливия. — Прежде их постоянно приглашал к себе граф Копперхед, и ни разу не было ни единого нарекания.

Будучи старшей дочерью Копперхеда, Оливия с юности присутствовала на множестве приёмов и прекрасно знала, к кому обращаться в подобных делах.

— Всё складывается как нельзя лучше. Уверен, торжество пройдёт без сучка без задоринки, — с облегчением выдохнул граф.

Однако в этот момент заговорил Дэмиен:

— Отец, осталась ещё одна, пожалуй, самая важная деталь.

— Хм? И какая же?

— Нам нужно позаботиться о парадных нарядах, в которых мы выйдем к гостям.

Граф Хаксен добродушно расхохотался:

— Ха-ха-ха, ну ты совсем не веришь в своего отца! Парадный камзол у меня имеется, так что можешь не тревожиться.

— Это тот самый старый, заношенный до дыр наряд?

Дэмиен прекрасно знал, что в гардеробе семьи не было ни одной приличной вещи, которую не стыдно было бы показать людям. Это выяснилось ещё в день банкета после турнира у Копперхедов, когда Абель достал потёртый парадный костюм. На удивлённый вопрос Дэмиена брат тогда признался, что одолжил старый наряд у отца. Из-за прошлых выходок Дэмиена семья погрязла в долгах и попросту не могла позволить себе сшить новые парадные одежды.

— Какой же он заношенный?! Этот наряд твой отец носил ещё в дни своей молодости!

— И к тому же он давно износился и безнадёжно вышел из моды. Если выйдете в нём к гостям, нас поднимут на смех.

Общественное мнение напрямую зависит от внешнего вида — особенно в кругу кичливой аристократии. Дэмиен ни за что не позволил бы своим родным показаться на людях в старье.

— Угх… — отец всё равно смотрел на него с упрямым недоумением.

Дэмиен мысленно вздохнул. Подумав, он вспомнил, что отец всю жизнь оставался совершенно равнодушен к одежде. В таких случаях действовать следовало иначе.

— Матушка, Луиза, а вам разве не нужны новые платья?

Под взглядом Дэмиена мать и сестра смущённо замялись, а затем обратились к главе семьи:

— Дорогой, по правде говоря, я бы и сама хотела заказать новое парадное платье…

— Отец, и я тоже.

Раз уж заговорили даже эти двое, графу Хаксену не оставалось ничего иного, кроме как уступить.

— Дэмиен, я сделаю так, как ты говоришь, но… даже если мы закажем наряды прямо сейчас, их сошьют в лучшем случае через несколько месяцев, — обеспокоенно заметил отец.

Тут в разговор вступила Оливия:

— Не переживайте об этом, отец. Я расспрошу знакомых и подыщу портниху, которая сейчас свободна.

Но Дэмиен решительно покачал головой:

— Нельзя доверять наряды для столь важного торжества первому встречному мастеру, у которого нет заказов.

— Но, братец, где же тогда найти того, кто возьмётся за работу?

— Я как-то заглядывал в «Лунные Волны», мне там весьма понравилось.

При этих словах родные переглянулись в полном изумлении.

— Дэмиен, ты, верно, не знаешь, что такое «Лунные Волны».

— Говорят, это самое знаменитое ателье на всём Западе.

— Там очереди на пошив расписаны на несколько лет вперёд!

Родные наперебой пытались объяснить ему очевидное, но на лице Дэмиена по-прежнему играла уверенная улыбка.

— Не волнуйтесь. Я уже всё продумал.

— И что же ты придумал? — недоумённо уставились на него родные.

Лишь один Абель внезапно всё понял.

— Брат, только не говори мне, что ты…!

Дэмиен спокойно кивнул:

— Перед золотом не существует никаких очередей.

Питер Ллойд, владелец знаменитого в городе Лэндуоке ателье «Лунные Волны», наслаждался заслуженным отдыхом за чашечкой отборного чая.

Хм-м~ хм-м~.

Нет ничего лучше чаепития после сытного обеда. Это было самое любимое время дня Питера Ллойда. Он мог стерпеть многое, но только не тех, кто смел нарушать его послеобеденный покой.

С чашкой в руках Питер подошёл к окну. За стеклом небо сплошь затянули мрачные свинцовые тучи.

— Похоже, собирается дождь. Надо бы заранее выставить зонт у входа.

Глядя на тёмные облака, он вдруг вспомнил один случай из недавнего прошлого. Воспоминание это было отнюдь не из приятных — напротив, оно до сих пор приводило мастера в бешенство.

— В тот день было точно так же… Такая же промозглая погода…

Прошло уже несколько месяцев, но всё стояло перед глазами как живое. Тогда Питер Ллойд точно так же отдыхал за чашкой чая, когда дверь распахнулась, и на пороге возник незнакомец.

— Говорят, у вас тут шьют неплохие костюмы?

Молодой человек был весьма хорош собой, но держался донельзя дерзко и угрюмо. «Лунные Волны» славились как лучшее ателье всего Запада. Желающих одеваться здесь дворян было столько, что заказы расписали на три года вперёд. Поэтому вопрос «неплохие ли у вас костюмы» звучал самым нелепым оскорблением, какое только доводилось слышать Питеру.

— Чем могу служить? — клиент всё же оставался клиентом, поэтому Питер Ллойд подавил гнев и вежливо отозвался.

— Мне нужен парадный костюм для банкета.

— В настоящий момент мы крайне загружены, вам придётся записаться в очередь.

— И как долго ждать?

— Заказы расписаны полностью, так что получить готовый наряд вы сможете не раньше чем через три года.

Питер самодовольно воззрился на юношу. «Подумать только, этот наглец ещё смел пренебрежительно отзываться о „Лунных Волнах“ — небось теперь сам прикусит язык, осознав, насколько велико наше имя…»

Но его торжествующие размышления прервал спокойный голос гостя:

— Слишком долго. Банкет на носу, одежда нужна мне прямо сейчас. У вас там, смотрю, висит немало уже готовых нарядов.

Питер невольно нахмурился:

— Исключено. Все костюмы в зале сшиты по предварительному заказу, — твёрдо отрезал он.

Подобные предложения поступали ему и раньше, но Питер всегда отвечал решительным отказом. Каждое платье и каждый камзол в «Лунных Волнах» создавались для конкретного человека. Они были словно дети, которым ещё при рождении нарекли единственного хозяина. Передать их кому-то другому? Это шло вразрез со всеми жизненными принципами Питера Ллойда.

Однако юноша просто протянул руку. В воздухе возникла чёрная дыра, и на пол звонкой рекой посыпались золотые монеты.

— Заплачу тройную цену.

При виде сияющей груды золота у Питера отвисла челюсть, а во рту невольно скопилась слюна.

— Н-нет! Я всё равно обязан сначала внести вас в список ожидания! — Питер из последних сил цеплялся за остатки благоразумия.

Но из чёрного провала хлынул новый поток золота. Сверкающая гора монет ослепила мастера.

— Пятикратная цена.

— Какой именно наряд изволите примерить?

В конце концов Питер не устоял и пал жертвой непомерного богатства юноши.

— Из-за этого мальчишки в прах рассыпались убеждения, которым я хранил верность десятки лет! — вспоминая тот день, Питер до сих пор не мог сдержать досады.

Конечно, заработал он тогда баснословно, но сама мысль о том, сколько бессонных ночей потом пришлось потратить, заново отшивая уступленный наряд, заставляла его содрогаться.

— Помрачился я тогда рассудком, не иначе. Но отныне никто и ни за какие деньги не заставит меня предать свои принципы!

Глядя на тёмные тучи за окном, Питер дал себе нерушимую клятву.

— Есть кто-нибудь?

Дверь ателье отворилась со звоном колокольчика. Питер мгновенно натянул лучезарную улыбку и повернулся к вошедшим:

— Добро пожаловать. Изящество и красота, достойные лунного света! Я Питер Ллойд, владелец «Лунных Волн»…

Но едва разглядев посетителей, Питер замер с распахнутыми глазами. Его дрожащий указательный палец уставился прямо на гостя:

— Т-ты…!

— Давно не виделись.

На пороге стоял и приветливо улыбался тот самый юноша — Дэмиен Хаксен.

— Ч-что ты здесь делаешь?!

— Зачем ещё приходят в ателье? За одеждой, разумеется.

Дэмиен отступил на шаг, пропуская вперёд ещё четверых человек.

— Ого, так вот какие они, «Лунные Волны»!

— Ах, посмотрите на это платье! Какая тонкая работа!

Спутники Дэмиена, явно приходившиеся ему роднёй, тут же разошлись по залу, с восторгом разглядывая наряды. У Питера под ложечкой засосало от недоброго предчувствия.

— Мы скоро устраиваем большой приём, вот и заехали прикупить обновки, — пояснил Дэмиен.

Худшие опасения Питера подтвердились в тот же миг.

— В «Лунных Волнах» н-нельзя получить одежду без предварительной записи!

— Да ладно тебе начинать всё по новой. Я ещё в прошлый раз заметил, что у тебя тут полно готовых костюмов.

— Но у каждого из них уже есть хозяин…

— Я заплачу достойно.

Дэмиен вновь открыл в воздухе чёрный провал, и вниз со звоном полилось золото.

— Семикратная цена.

Мысли в голове Питера закружились с бешеной скоростью. Если одеть предстоит шестерых человек, то даже по пятикратной цене выручка выходила поистине баснословной…

— … Нет, так не пойдёт! — Питер поклялся себе никогда больше не изменять своим принципам. На сей раз он точно проявит твёрдость и откажется…

— Восьмикратная.

Поток золотых монет стал ещё гуще. Питер издал нервный, горький смешок.

«Пожалуй, один раз — не считается, раз уж я всё равно проиграл одному и тому же человеку…» — оправдал себя мастер и просиял самой любезной улыбкой:

— Почту за честь служить вам! Прошу, следуйте за мной!

И Питер Ллойд со всей услужливостью принялся провожать семью в примерочную.