Покинув столицу, Дэмиен незамедлительно вернулся в поместье Хаксен.

Едва приблизившись к особняку, он увидел Виктора, подметавшего двор у парадного входа.

Хм-м.

Виктор сладко зевнул и потянулся. По всему было видно, что он простоял на ногах всю ночь.

— Молод ты ещё, чтобы так зевать.

— А?! К-кто здесь?!

— Твоя реакция ничуть не меняется.

Вздрогнувший от голоса Дэмиена Виктор выставил перед собой метлу, словно копьё. Однако в следующее мгновение он разглядел лицо юноши и расплылся в широкой улыбке:

— Молодой господин!

— Да, это я.

— Вы вернулись живым и невредимым! Я так волновался! — воскликнул Виктор и принялся торопливо осматривать Дэмиена с ног до головы, проверяя, не ранен ли тот. — Но что же мы тут стоим! Пойдёмте скорее в дом! Все заждались, глаз не сводят с дороги!

Дэмиен последовал за слугой в особняк.

Как только он переступил порог, взгляды всех домочадцев мгновенно устремились к нему. Поначалу родные замерли от неожиданности, но тут же разразились радостными возгласами.

— Дэмиен! — первым к нему бросился отец. Виконт Хаксен принялся ощупывать плечи и руки сына, убеждаясь, что с тем всё в порядке. — Я слышал, ты оказался в столице как раз тогда, когда вспыхнул мятеж! Всё хорошо? Нигде не ранен?

Одолев Александра Эппла, Дэмиен задержался в столице ещё на несколько дней. Ему пришлось участвовать в допросах и расследовании Святой Церкви, а кроме того, король то и дело находил предлоги, чтобы оттянуть его отъезд. За это время вести о мятеже успели разлететься по всему королевству.

— Похоже, обошлось без ран. Какое облегчение.

— Дорогой, что я тебе говорила? Я же уверяла, что переживать не о чем, — с гордым видом произнесла виконтесса Хаксен.

Виконт лишь тихо рассмеялся.

— В последнее время ты слишком часто пропадаешь в разъездах. Останься дома и отдохни хоть немного. Если снова соберёшься куда-нибудь уйти, я тебя отругаю, — строго сказала старшая сестра Луиза. Беда была лишь в том, что лицо у неё было настолько мягким и добрым, что напугать кого-либо она при всём желании не могла.

— Брат, я и правда очень за тебя переживал.

— Братец, какое счастье видеть вас целым и невредимым.

Младший брат и его невеста тоже поспешили выразить своё беспокойство. И тут Абель неожиданно спросил:

— Кстати, брат, до нас дошли какие-то странные слухи.

— Какие ещё странные слухи?

— Поговаривают, будто ты одолел рыцаря Высокого ранга.

— А, это всего лишь искажённая правда.

Абель громко рассмеялся:

— Нет, брат, ты, конечно, удивительный человек, но чтобы победить Высокий ранг…

— Я и не побеждал. Просто сумел продержаться в живых, пока он не погиб сам.

— Ч-чего?!

Не только Абель, но и вся семья уставилась на Дэмиена с потрясёнными лицами.

— Гм, брат… что ты имеешь в виду?

— Мятеж устроил Александр Эппл. Этот парень применил тёмную магию, чтобы изолировать пространство, и я случайно оказался заперт внутри.

Дэмиен рассказывал обо всём столь подробно неспроста — он хотел, чтобы эта версия событий разошлась как можно шире. Чем детальнее звучал слух, тем меньше у людей возникало бы подозрений на его счёт.

— Э-э… брат?

— Что такое?

— Но разве это всё равно не значит, что ты одолел рыцаря Высокого ранга?

Дэмиен недовольно прицокнул языком, всем своим видом показывая разочарование от такого вопроса:

— Я лишь чудом уцелел, избегая прямого столкновения, а враг уничтожил сам себя. Разве это можно назвать победой?

На словах Дэмиен был совершенно прав. Однако Абель и остальные члены семьи всё равно смотрели на него с недоверием. В конце концов, Дэмиен стоял перед ними живой и невредимый, а рыцарь Высокого ранга был мёртв — чем не победа?

— Ах да, отец. Вот, это подарок, — пока родные пребывали в замешательстве, Дэмиен открыл пространственное кольцо и извлёк оттуда свёрток пергамента.

Отец недоумённо нахмурился:

— Что это?

— Королевский указ Его Величества о возведении вас из виконтов в графы.

При этих словах глаза виконта широко распахнулись. Остальные домочадцы тоже замерли в изумлении.

— Д-Дэмиен! Это правда?!

— Неужели это и впрямь королевский указ?!

Родные зашумели, глядя на пергамент, и только сам виконт Хаксен молча уставился на свиток, не произнося ни слова.

Удивлённый такой реакцией отца, Дэмиен спросил:

— Вы разве не рады?

— Рад. Конечно, рад. Как можно не радоваться, когда мечта, которой поколениями жили мои предки, наконец сбылась на моём веку?

Каждый виконт мечтал однажды стать графом. В отличие от титулов барона или виконта, графское достоинство требовало особого положения и влияния, так что получить его мог далеко не всякий. Именно поэтому баронов и виконтов было пруд пруди, а графов — считаные единицы. Некоторые даже утверждали, что настоящая знать начинается именно с графа.

— Но ведь ради этого тебе снова пришлось шагнуть навстречу смертельной опасности, разве нет? — виконт посмотрел на Дэмиена с печалью в глазах. — Я ничего не смыслю во владении мечом, но прекрасно знаю, сколь ужасны рыцари Высокого ранга. Разве не по их числу судят о могуществе целого королевства?

Вместо того чтобы взять пергамент, он крепко сжал плечо Дэмиена:

— Из-за этого я едва не потерял тебя. Как же тут радоваться…

От слов отца в груди у Дэмиена что-то дрогнуло. Ему отчаянно захотелось рассказать отцу всю правду. Сказать, что рыцари Высокого ранга для него — пустое место, и подобная опасность не стоит даже выеденного яйца.

— … Отец, мне тяжело слышать от вас такие слова.

Но признаться в этом он не мог, а потому лишь тихо пробормотал:

— Я через столько прошёл, чтобы добыть этот указ. Неужели вы не порадуетесь за меня?

Дэмиен выдавил улыбку и слегка встряхнул пергамент, однако выражение лица отца не изменилось.

— Дорогой, Дэмиен прав. Если уж мы не отпразднуем его заслугу, то кто тогда порадуется за него? — вмешалась виконтесса Хаксен, мягко убеждая мужа.

Лишь тогда виконт Хаксен наконец принял свиток.

— «Сим повелеваю, виконт Хаксен… Я, властвующий над всеми…»

Развернув туго скрученный пергамент, виконт зачитал текст указа вслух:

— «…и посему настоящим жалую роду Хаксен графский титул».

Едва отец закончил читать, как домочадцы дружно захлопали в ладоши.

— Ого! Его Величество жалует нам ещё и новое владение!

— Какие именно земли? — первой откликнулась Оливия. Она проявляла необыкновенный интерес ко всему, что касалось укрепления могущества семьи.

— Я сам о них толком не знаю, но, возможно, ты слышала, — виконт Хаксен передал указ Оливии.

Пробежав глазами по строкам, та поражённо ахнула:

— Его Величество передаёт нам равнины Гаргари и окрестные леса?!

— Стало быть, хорошие земли?

— Хорошие? Да это мало сказано! Эти края славятся тем, что там собирают богатейший урожай, что ни посади! И Его Величество вот так просто отдаёт нам столь плодородный удел…

По искреннему изумлению Оливии сразу стало понятно, насколько щедрым оказался королевский дар. Монарх выразил свою благодарность не пустыми словами, а делом.

— Его Величество поистине оказал нам великую милость, — удовлетворённо улыбнулся виконт Хаксен, а затем смущённо оглядел родных. — Графом-то я стал, это прекрасно, вот только… что мне теперь делать?

Став графом, он больше не мог жить по-старому. Менять приходилось слишком многое. Беда заключалась в том, что ни у него, ни у кого-либо ещё в доме не было подобного опыта.

Кроме одного человека.

— Прежде всего, отец, вам следует отправиться в пожалованные владения, официально вступить в права и уже от этого строить планы на будущее, — Оливия, выросшая в доме графа Копперхеда, собственными глазами видела, как её отец управлял обширным графством.

— Как я и думал, ты отлично в этом разбираешься, Оливия, — с облегчением выдохнул виконт Хаксен.

— Но до этого необходимо сделать кое-что ещё.

— И что же?

На вопрос виконта Оливия ответила без малейшего промедления:

— Нужно во всеуслышание объявить всей знати Запада, что род Хаксен получил титул графа.

— А разве это так необходимо? Рано или поздно они и сами узнают, — виконт, не терпевший показной роскоши, отнёсся к этой идее без особого восторга.

А вот его супруга, виконтесса Хаксен, придерживалась совершенно иного мнения.

— Какая замечательная мысль! Дорогой, давай устроим приём! Закатим пышный банкет и созовём всех вельмож Запада! — воскликнула она, широко разведя руки.

Лицо виконта дрогнуло:

— Неужели без этого никак нельзя обойтись?

— Ну конечно нельзя! Неужто ты забыл, сколько лет другие дома ни во что не ставили наш род Хаксен?! Судачили за спиной, будто владения у нас крошечные, а сами мы нищие… — виконтесса сжала кулаки, вся задрожав от негодования. Похоже, в ней годами копилась глухая обида. — Созовём их всех и покажем, кто мы теперь! Пусть впредь и думать забудут насмехаться над нашей семьёй!

— Матушка права. Нам непременно нужно воспользоваться этим поводом, чтобы укрепить репутацию рода, — поддержала её Оливия.

— Э-э, гм… — виконт всё ещё выглядел растерянным.

— Дорогой! К чему колебания? Это же прекрасный шанс отплатить им той же монетой! — она легонько толкнула мужа в бок, и тому оставалось лишь обречённо вздохнуть.

— Матушка снова права, — тихо усмехнулся Абель, наблюдая за этой сценой. — Брат, может, нам стоит заступиться за отца… Брат?

Машинально обернувшись, Абель замер в изумлении. На лице Дэмиена сияла широкая довольная ухмылка.

— Ого… Значит, желающих принизить нашу семью было так много, что даже матушка настолько разгневалась?

Лишь тут Абель осознал, как сильно заблуждался. Дэмиен вовсе не собирался выручать отца — напротив, он был готов с радостью подлить масла в огонь.

— Чтобы принять столько гостей, потребуется уйма золота. У нашей семьи нет таких денег, — попытался возразить виконт.

— Если проблема только в деньгах, то они у меня есть.

С этими словами Дэмиен активировал пространственное кольцо, и на пол звонким потоком посыпались сверкающие золотые монеты.

По правде говоря, его собственные запасы золота были уже далеко не такими внушительными, как прежде — немалую часть состояния он спустил на подпольных аукционах. И всё же на устройство пышного банкета средств хватало с лихвой.

— Матушка, не тревожьтесь о деньгах. Устроим пир на весь мир.

— Вот это по-нашему! Настоящий наш сын! — просияла мать, крепко обнимая виконта Хаксена.

Когда на сторону жены встал даже Дэмиен, главе рода уже нечего было возразить.

— … Хорошо. Поступим так, как желает моя супруга.

В конце концов ему ничего не оставалось, кроме как дать согласие на торжество.

— Я так тебя люблю! — счастливо рассмеялась мать, сжимая мужа в тёплых объятиях.

Судя по тому, как он смотрел на сияющее лицо жены, сам виконт в глубине души тоже был вовсе не против.

«Приём, значит…»

Глядя на родителей, Дэмиен глубоко задумался.

«Поскольку графский титул мы получили только что, остальные наверняка станут смотреть на нас свысока».

Простым это положение точно не будет. Обязательно найдутся завистники и недоброжелатели, готовые вставлять палки в колеса.

«Отец к таким играм совершенно не привык».

То же самое касалось и всех остальных домочадцев. Как ни крути, до сих пор они оставались обычными провинциальными дворянами. Положиться можно было разве что на Оливию, но даже при её знакомстве с нравами высшей знати она была всего лишь одна.

«Да и я сам во всём этом не силён».

Если бы дело касалось меча, разговор был бы совсем другим. Но в придворных интригах и кознях аристократии Дэмиен оставался полным профаном.

«Так не пойдёт. Нужно придумать иной выход».

В конечном счёте вся проблема сводилась к тому, что роду Хаксен недоставало собственного веса и влияния. Будь у них за спиной громкий авторитет, все эти вельможи сами бы наперебой лебезили перед ними.

«Значит, нужно просто позаимствовать этот авторитет на стороне».

К счастью, полезными связями Дэмиен уже успел обзавестись.

«Герцога ведь должно хватить с запасом, верно?»

Погружённый в размышления, Дэмиен стал обдумывать, в каких выражениях составить приглашение для герцога.