Нин Чжо без промедления передал прошение о встрече, но, прождав целые сутки и не получив ни единого ответа, сразу всё понял.

Никакого удивления он не испытал. Прежде чем сделать этот ход, черноволосый юноша уже просчитал подобный исход.

«Похоже, Юй Хэе ни в грош меня не ставит».

Такая реакция была вполне логичной и естественной.

В глазах Юй Хэе Нин Чжо был всего лишь зеленым новичком стадии Основания Дома, каких на Собрание Летящих Облаков заглядывало пруд пруди.

Что за выскочка тут нарисовался?

Он ведь даже не знал, кто такой этот Нин Чжо!

Да и Лю Фу вряд ли удосужился нормально навести о нем справки. С чего бы тратить духовные камни на расследование? Да и сколько вообще стоит информация о каком-то ничтожном юнце?

Пусть Нин Чжо и продемонстрировал кое-какие зубы, разве стоило оно того?

Пока что он явно не дорос до того, чтобы лагерь Юй Хэе удостоил его более пристального внимания.

«К тому же, чем дальше продвигаешься в освоении „Обратного Демонического Искусства Пяти Элементов“, тем чудовищнее становится боевая мощь, но тем труднее себя сдерживать – в разы возрастает риск впасть в безумие и потерять рассудок».

«Только обладая выдающейся силой сферы, можно хоть как-то обуздывать этот хаос».

«Предел Юй Хэе уже близок. Судя по сведениям из досье, он давно сидит на пороховой бочке: большую часть времени медитаций у него уходит на усмирение кипящего Даньтяня и балансировку собственной энергии, лишь бы не сорваться в срыв».

«При таком раскладе ему точно не до меня».

Пусть люди Юй Хэе и не собирались тратить время на расследования в отношении Нин Чжо, сам он подобных ошибок не совершал.

Он даже прикупил часть трактата по «Обратному Демоническому Искусству Пяти Элементов», чтобы детально во всем разобраться.

В центральной обители Секты Десяти Тысяч Явлений, ясное дело, не было филиала Библиотечного Павильона, но среди Шестнадцати Залов нашлось местечко под названием Зал Передачи Навыков, чьи функции во многом напоминали книгохранилище.

Главным достоинством «Обратного Демонического Искусства Пяти Элементов» была его безумная боевая мощь. Адепты этой техники на начальных этапах развивались стремительно и яростно, а в бою зачастую превосходили соперников своего же ранга.

Однако минусов было два.

Во-первых, риск сойти с ума от обратного тока энергии у этого искусства в разы превышал показатели обычных методик того же уровня.

Во-вторых, у «Обратного Демонического Искусства Пяти Элементов» был весьма низкий потолок развития – техника обрывалась на стадии Зарождения Младенца.

Уровень понимания законов пяти элементов у Нин Чжо был настолько высок, что ему хватило беглого просмотра, чтобы насквозь раскусить эту дьявольскую методику.

Эта техника делала упор на развитие среднего (киноварного) и нижнего Даньтяней, подменяя чистую духовную энергию кровью и плотью, а внешние стихии пяти элементов – внутренними органами.

В обычных условиях даже Нин Чжо преобразовывал внешнюю духовную силу через пятиэлементные техники, обращая ее в собственную внутреннюю энергию ци. К какому бы роду ни принадлежало заклинание – скажем, стихия дерева порождала древесную ци. Формула Пятиэлементных Духовных Ритмов самого Нин Чжо давала универсальную пятиэлементную ци.

А вот «Обратное Демоническое Искусство Пяти Элементов» отталкивалось от внутренностей. Пять плотных органов человеческого тела сами по себе несут стихии, и практик извлекает эту чистую субстанцию, выводя ее через потоки крови, получая куда более послушный источник боевой энергии.

Эта кровь способна мгновенно обращаться в стихийную ци, и точно так же ци может сгущаться обратно в кровь, заполняя тело.

При таком механизме нижний Даньтянь фактически дублирует средний, а средний может служить особым хранилищем крови.

Наложение двух котлов друг на друга закономерно делало адептов «Обратного Демонического Искусства Пяти Элементов» столь опасными бойцами. Бурлящая из органов кровь в одно мгновение обращалась в яростную стихийную ци золота, дерева, воды, огня или земли, послушную любому движению пальца.

Чистая стихийная ци точно так же могла возвращаться в плоть, укрепляя физическую оболочку и выводя ближний бой на чудовищный уровень.

Именно поэтому последователи этой техники одинаково смертоносны как на дальней, так и на ближней дистанции.

Но из-за самой природы этого метода адепты неизбежно срывались в раскол ци.

Причина очевидна: стихийная ци, обращенная в кровь – чужеродная для плоти субстанция, и чтобы полностью сроднить ее с телом, требуются долгие годы вынашивания.

Обращение же крови в ци подтачивает саму основу физической оболочки. Стоит переборщить с выкачкой жизненной эссенции, и тело получает тяжелейшие увечья, влекущие за собой лавинообразное ухудшение состояния по всем фронтам.

К тому же законы взаимного порождения и преодоления пяти элементов внутри Даньтяня крайне запутаны. Все эти потоки энергии таят угрозу, требуя от мастера филивелировать баланс и выстраивать жесткую иерархию, иначе внутреннего столкновения не избежать.

Взять хотя бы Формулу Пятиэлементных Духовных Ритмов Нин Чжо: в его Даньтяне ци вращалась по кругу в виде пятиэлементного вихря, только так удерживая баланс и сосуществуя.

У адептов же «Обратного Демонического Искусства Пяти Элементов» стихийная ци скапливалась не только в Даньтяне, но и гуляла по всему телу! В конце концов, процесс взаимного превращения крови и ци не происходит мгновенно – пусть счет идет на мгновения, но время все же требуется.

Когда в теле одновременно бурлят разнородные стихии и несформированная кровь – это катастрофа!

Если вовремя не обуздать этот хаос, тело рванет, словно склад пороха. Даже без взрыва микротрения и взаимное истощение стихий день за днем источают силы владельца.

Вот почему все практики, преуспевшие в «Обратном Демоническом Искусстве Пяти Элементов», ходили с тяжелыми внутренними травмами.

Заплатив цену и полностью постигнув трактат, Нин Чжо обрел куда больше уверенности в расправе над Юй Хэе.

Вдобавок он обогатился колоссальным опытом практического применения пяти стихий.

«Пусть мое понимание стихий глубоко, реального боевого опыта у меня маловато. Всё же я слишком мало времени отдал культивации».

«Пожалуй, стоит собрать побольше различных пятиэлементных техник, чтобы расширить базу знаний».

«Когда накоплю достаточно материала, у меня появится шанс самостоятельно создать собственную пятиэлементную методику».

Мысль пришла неожиданно, затронув самые тонкие струны души Нин Чжо.

Его познания в стихиях давно перешли все мыслимые границы – он прямо во время боя мог импровизировать с заклинаниями. Но создавать с нуля полноценное руководство было неизмеримо сложнее, чем слепить боевое заклятье. И всё же, имей он на руках достаточную теоретическую и практическую базу, этот пробел можно было закрыть и написать уникальную технику самому.

«Запомню это на будущее, займусь, когда появится свободное время!»

А пока главным приоритетом оставался Юй Хэе.

И с ним все же было хлопотно.

Нин Чжо был полностью уверен, что одолеет такого противника поздней стадии Зарождения Ядра. А теперь, когда он изучил «Обратное Демоническое Искусство Пяти Элементов», у него на руках были все ключи к главным козырям Юй Хэе – справиться с ним было проще простого.

И это мы еще не говорим об остальном.

Стоило Нин Чжо задействовать божественную способность «Жизнь на Волоске», как подчинить Юй Хэе, заставить его рухнуть на колени и во все услышание звать папочкой стало бы плевым делом.

В конце концов, Юй Хэе – не практик стадии Зарождения Младенца.

Практически любой на стадии Зарождения Ядра не способен сопротивляться силе Божественного Навыка (разумеется, за исключением аномалий вроде Чжу Сюаньцзи или Линху Цзю).

Но Нин Чжо вовсе не желал прибегать к такому методу.

Стоит ему бросить вызов Юй Хэе и одержать верх на глазах у всех, как к его персоне тут же приковатся всеобщее внимание. Посыплются дотошные расследования, лавины общественного резонанса и назойливые предложения о покровительстве от всевозможных фракций.

И как при таком раскладе провоцировать тайную вылазку в Обитель Омовения Нефрита?

Прославиться и оказаться на слуху – дело хорошее, но всему свое время.

Нин Чжо и сам нуждался в известности, но выжидал подходящего момента.

Приближающееся Малое Испытание Вздымающихся Облаков перед великим собранием как раз и было тем главным звеном, что Секта Десяти Тысяч Явлений создавала для демонстрации сил молодых талантов.

Нин Чжо планировал блеснуть именно там, но не сейчас.

Время еще не пришло.

«Внутри Секты Десяти Тысяч Явлений старые и новые силы ведут жесткую борьбу за власть: Пурпурная Грозовая Вершина хиреет, а Облачная Вершина сделалась всеобщей мишенью».

«Сунься я на рожон прямо сейчас, меня в два счета разорвут на части оба лагеря».

Под «разорвут» подразумевалось многое: соблазнение выгодой, угрозы, жесткое давление и прочее.

Везде, где есть люди, есть и цзянху – мир рек и озер.

Стоит Нин Чжо продемонстрировать свою ценность, как вокруг него немедленно закрутится воронка интриг.

Тогда он уже не сможет остаться в стороне, даже если захочет. Его затянет силой обстоятельств, ведь фигуры подобного калибра не оставляют равнодушными никого.

Впрочем, Нин Чжо и не избегал схватки – он просто ждал часа «икс».

А когда этот час пробьет?

Пока что до него было далеко!

Прежде всего Нин Чжо нуждался в куда более исчерпывающих и точных сведениях.

Именно поэтому все последние дни он ждал, пока Вэнь Жаньюй завершит свои дела.

По мнению Нин Чжо, сила Вэнь Жаньюя заключалась вовсе не в уровне Зарождения Ядра или четырех благородных искусствах конфуцианца. Его главным оружием был его политический ум!

Столько лет удерживая Бессмертный Город Белой Бумаги в статусе представителя Секты Десяти Тысяч Явлений, он фактически заправлял всеми внутренними делами города, являясь правой рукой Владычицы Города Белой Бумаги.

Опыт управления таким мегаполисом за долгие годы у него накопился колоссальный. Несомненно, в процессе урегулирования конфликтов он изучил изнанку человеческой природы, насмотревшись как на непостоянство сердец, так и на их искренность.

Пусть Вэнь Жаньюй был не до конца знаком с текущим раскладом сил внутри самой секты, старые связи никуда не делись.

Стоило дать ему немного времени, и он молниеносно вникнет в дела обители.

А Вэнь Жаньюй безоговорочно стоял на стороне Нин Чжо.

Для самого Нин Чжо это был бесценный кладезь информации и надежный ориентир для дальнейших шагов.

Но даже собрав исчерпывающие данные и просчитав обстановку до мелочей, спешить было рано.

Ему требовалась подходящая точка входа.

В Секте Десяти Тысяч Лекарств такой точкой стала Линь Шаньшань. В Государстве Лянчжу – сначала Лю, Гуан, Чжан, а затем Му Лань. В Бессмертном Городе Белой Бумаги всё вышло немного иначе: точка входа была подготовлена заранее, и его встретили как долгожданного спасителя всего мира!

Какова же точка входа здесь, в Секте Десяти Тысяч Явлений?

Собрание Летящих Облаков – лишь гигантская возможность для каждого, но никак не отправная точка.

Вэнь Жаньюй, Ян Саньнянь, а также близкий друг из письма-упоминания медика-целителя Мэн Яоинь – все они гораздо ближе подходили под это определение.

Вэнь Жаньюй представлял внешние круги. Мэн Яоинь занимала схожую позицию, находясь вне главных вершин.

Ян Саньнянь представлял Зал Кары Зла, один из шестнадцати ключевых залов, где вершатся реальные дела.

А тот близкий друг Мэн Яоинь был практиком с одной из главных вершин, и через этот канал Нин Чжо вполне мог вклиниться в элиту.

Его стремление сблизиться с Шэнь Си отчасти объяснялось тем же: эта тусовка тоже могла послужить точкой входа.

Со временем наверняка появятся и новые варианты.

Какой именно путь в итоге выберет Нин Чжо, он пока не знал – все зависело от того, куда качнется маятник.

«Две главные фракции Секты Десяти Тысяч Явлений неминуемо сойдутся в жестком противостоянии! И грядущее Собрание Летящих Облаков станет идеальной ареной для их поединка».

Это Нин Чжо уже отчетливо видел, проанализировав собранные по Пурпурной Грозовой и Облачной вершинам данные.

Однако его собственные познания о секте пока не шли ни в какое сравнение с глубиной здешних вод.

Ему требовалось выжидать и наблюдать. Как только дым рассеется и станет ясно, у какой из сторон больше шансов на победу, он без колебаний примкнет к победителям.

«Я здесь чужак, мой родной клан вообще в Государстве Наньдоу».

«Встав на сторону победителя, я автоматически стану победителем!»

Кому охота проигрывать?

Будучи чужаком в Секте Десяти Тысяч Явлений, Нин Чжо обладал абсолютной свободой маневра.

Умом он уступал многим, но его таланты лежали в другой плоскости.

Годы выживания и интриг в Бессмертном Городе Огненной Хурмы закалили его политическое чутье.

Именно это чутье раз за разом помогало ему делать верный выбор, благодаря чему он с таким блеском прошел сквозь испытания в Секте Десяти Тысяч Лекарств, Государстве Лянчжу и Бессмертном Городе Белой Бумаги.

Он неизменно умел обратить обстоятельства в свою пользу, натравить чужих тигров друг на друга и победить превосходящего силой противника.

«Время действовать еще не настало. Добыть реликвию матери – вот сейчас самое главное».

Цели Нин Чжо всегда были кристально ясны.

Так что подлинная проблема заключалась в другом: как прихлопнуть Юй Хэе так, чтобы не взметнуть лишней пыли и не привлечь к себе избыточного внимания.

Вмешательство же Шэнь Си делало эту задачу еще более запутанной.

Как именно Нин Чжо должен был проявить себя перед Шэнь Си и в какой мере? Это колоссальное испытание для его политического мастерства!

Собрав информацию, помрачневшая Су Линкоу вбежала к Шэнь Си:

— Братец, беда! Лагерь Юй Хэе перешел в контрнаступление! Немало его подручных из числа практиков Основания Дома разослали официальные вызовы новоселам.

— Зал Боевых Искусств утвердил все заявки в мгновение ока – очевидно, они заранее занесли кому надо и обо всем договорились.

— С людьми, которых нанял Нин Чжо, можно распрощаться!

— Большинство испугались и разбежались, никаких десять средних камней они не получат.

— Братец, план Нин Чжо провалился, а ведь все наши деньги сейчас у него!

Шэнь Си лишь покачал головой и улыбнулся:

— Эта партия только началась.

— Сестренка, неужто ты думала, что этот «легкий заработок», на который указал Нин Чжо, до него никто не замечал? И что никто раньше не пробовал проворачивать такое?

— Поверь, порядки на этих горах складывались веками и эволюционировали сами собой. Подобные вещи рождаются как отклик насущной нужды и отличаются предельной отточенностью.

— Вспомни хотя бы нынешний шаг Юй Хэе – его подручные с вызовами на боевую арену суть стандартный, выверенный до мелочей ответ. В прошлом все подобные дерзкие вылазки пресекались ровно таким же макаром.

В глазах Су Линкоу вспыхнул свет:

— Братец, ты просто невероятен! Ты просчитал это заранее!

Шэнь Си снова покачал головой:

— Если это предвидел я, значит, Нин Чжо тем более знал о таком исходе. И раз он всё равно пошел на это, мне чертовски интересно посмотреть, каков будет его следующий шаг.

Су Линкоу сменила гнев на милость и улыбнулась:

— Думаю, Нин Чжо сам выйдет на арену и лично надерет задницы этим практикам Основания Дома. У него достаточно боевой мощи, иначе бы у него не хватило дерзости так открыто плевать в лицо Юй Хэе.

Шэнь Си неопределенно хмыкнул:

— Что ж, давай-ка запасемся терпением и поглядим.

Лично выйдет на арену?

Как бы не так.

Под молчаливым присмотром Су Линкоу Нин Чжо не предпринимал вообще никаких шагов – не было заметно даже тени какой-либо подготовки.