«Ло Сы сошел с ума! Он рехнулся!»

«Все вместе, фас!»

«Прикончите этого предателя!»

Се Сычао, Белый Костяной Крокодилий Демон и прочие могущественные существа взревели один за другим, бросившись на Ло Сы вдвоем, втроем – со всех сторон.

Хотя Ло Сы и получил наставления от Стареца Седых Костей, в Царстве Мёртвых Ванчуань он действовал методично и неуклонно шел вверх. Но в конце концов, он был здесь чужаком. Прошло слишком мало времени, и о полном доверии речи не шло.

На этот раз его назначили главнокомандующим армией вторжения в Бессмертный Город Белой Бумаги лишь потому, что другие высокопоставленные старики не хотели брать на себя ответственность и просто спихнули на него эту горячую картошку.

По сути, он оставался чужаком.

Ему не хватало ни времени, ни возможностей, ни нужных связей, чтобы по-настоящему влиться в систему Царства Мёртвых Ванчуань.

Более того, даже сам Ло Сы с самого начала держал определенную дистанцию с Царством Мёртвых – во многом из-за подсказок Стареца Седых Костей, который предрек ему встречу с истинным господином.

И все же Ло Сы находился на ступени Зарождения Души. Раз уж его назначили главнокомандующим, его личная боевая мощь не вызывала сомнений у верхушки вроде Владыки Ванчуаня.

Он с легкостью отразил совместную атаку толпы, а затем выскользнул из окружения. Словно вспышка света, он стремительно помчался прямо на Бессмертного Хань Яня.

— Предоставьте это мне!

— Двое старших, уходите первыми.

Нин Чжо и Цин Янь переглянулись, резко отвернулись, выскочили из зоны боевых действий и быстро воссоединились с Армией Цин-Цзяо.

Увидев, что Армия Цин-Цзяо прет как тигр, Се Сычао, Белый Костяной Крокодилий Демон и остальные тут же бросили преследовать Ло Сы, чтобы взять под контроль свои отряды.

Однако в составе войск Ло Сы находились не только обычные культиваторы.

Там было полно чертовых духов и призраков!

У-у-у… рёв, вой и плач духов…

Среди всеобщего хаоса головы-великаны, большеголовые черти, матушки-призраки, утопленники, висельники, демоны содранной кожи и прочая нечисть превратились в источник смуты, открыв огонь по своим же союзникам!

Подавляющее большинство этих тварей обладало лишь зачаточными крохами разума, но высший приказ они выполняли беспрекословно.

Численность Армии Цин-Цзяо была слишком мала, чтобы тягаться со всей армией Ло Сы. Это все равно что мышь набросилась бы на слона – масштаб противника оказался колоссальным, и сокрушить его сходу было нереально.

Но по приказу Ло Сы этот слон сам затеял жуткую внутренню резню, начав разваливаться изнутри.

Как ни старались Се Сычао и остальные удержать ситуацию, толку от этого было чуть.

«Боевая ситуация катится по наклонной. Спастись своими силами мы уже не сможем!»

«Остается только ждать подкрепления от гвардии!»

Однако, когда они уповали на помощь извне, сама гвардия погрязла в собственных проблемах.

И виной всему была Старая Мать Сто Духов.

Эта старая карга обладала глубоким фундаментом и мастерски порабощала призраков. Она тщательно отбирала и взращивала сотню могущественных духов, отличавшихся выдающейся боевой мощью, за что и получила свое прозвище.

Стоило ей погибнуть, как все ее ручные твари разом лишились сдерживающих оков. Обретя абсолютную свободу, они тут же принялись за свое.

Кто-то пустился в бега, кто-то тупо замер на месте, озираясь по сторонам, а кто-то, переполненный жгучей ненавистью и обидой, обрушил всю ярость на гвардейцев.

Вышла жуткая нелепость: гвардия и армия Ло Сы практически одновременно угодили в междоусобицу по одной и той же причине.

Еще до того, как ударить в спину, Ло Сы просчитал такой расклад. Именно поэтому он сделал своей главной мишенью Старую Мать Сто Духов, чтобы использовать ее ручных призраков для расстановки сил на поле боя!

Все бойцы Армии Цин-Цзяо скакали на бумажных конях, источавших запах черной крови.

Внутри бумажных туш бушевало мертвенно-зеленое призрачное пламя, передавая колоссальную силу сквозь жесткий бумажный каркас прямо в лошадиные тела. От ударов копыт земля содрогалась, словно от раскатов грома.

Безмолвие бумажных коней лишь подчеркивало их бесстрашиие. Давящая атмосфера безмолвной атаки пугала куда сильнее любого конского ржания!

Пх-пх-пх…

Серия глухих ударов. Бесчисленные культиваторы из армии Ло Сы падали на пути наступающей Армии Цин-Цзяо.

— Стреляйте! Метайте копья! — надрывался молодой офицер, изо всех сил командуя подчиненными, пока те выигрывали драгоценные секунды ценой тяжелых потерь на передовой.

Отец Цзяо Ма взмахнул боевым знаменем с костяными лезвиями, сжигая ресурсы войска ради активации защитной боевой техники.

Полотнище тут же исторгло блекло-зеленую пелену света, которая мгновенно окутала каждого бойца Армии Цин-Цзяо.

Град стрел и копий, летевший в кавалеристов, словно увяз в невидимом болоте – их скорость упала, траектории искривились. До целей долетела лишь жалкая, ничтожная доля снарядов, растерявшая всю убойную силу.

В самом авангарде, как всегда, мчалась Цин Чи.

Девушка-дух шла первой, объятая полыхающим лазурным пламенем.

Огонь окутал даже ее скакуна, и на всем скаку она палила врагов так, что те оглашали округу истошными воплями.

Цин Чи молотила кулаками и ногами, выплетая сокрушительные отпечатки кулаков и ладоней, сотканные из синего пламени.

Подкрепленная силой армии и заставшая армию Ло Сы в состоянии беспрецедентной слабости, она не встретила никакого сопротивления. Свирепость Цин Чи не оставляла шансов: несколько культиваторов стадии Золотого Ядра пали под острием ее натиска.

Следом за Цин Чи неслись элитные бойцы Армии Цин-Цзяо, сжимавшие в руках изогнутые сабли Полумесяца.

Они вжались в конские спины, слившись с бумажными скелетами скакунов воедино. В момент врезания во вражеский строй эти кавалеристы разом взмахнули клинками!

«Ву-у… дзынь…!»

Жуткий металлический звон разорвал воздух. Это был вовсе не лязг стали, а звук трескающегося ледника!

Лезвия взметнулись подобно шелковым лентам, и из трещин во льду хлынуло бледно-голубое сияние луны, превращаясь в плотные, холодные лунные серпы с зазубренными пространственными рябями по краям!

Там, где проходили эти серпы, само пространство казалось скованным и рассеченным донельзя острой лунной силой!

Тяжелые доспехи, защитные заклинания и заслонившие путь артефакты – все разрывалось, промерзало насквозь и разлеталось вдребезги под натиском клинков!

А затем смертоносная волна полосовала тела культиваторов. Плоть ли то была или призрачная оболочка – всё мгновенно застывало в экстремальном холоде, а затем осыпалось ледяной синей пытцой, прерывая жизни на месте.

За кавалеристами с саблями следовали воины с длинными копьями Раскола Пространства.

Наконечники копий отлили не из металла – они состояли из бесчисленных слоев тончайшей бумаги с рунами, плотно скрученных, спрессованных и склеенных с немыслимой плотностью.

Копья один за другим вонзались во врагов.

«Пх-пх-пх-пх-пх…!»

Частая, словно барабанная дробь, череда глухих пронзающих звуков слилась в единый гул.

Рыхлая середина наконечников вдруг взрывалась, выплевывая прямо перед собой тучи спрессованных до предела бумажных обрывков. Активировались руны, разрывая пространство и порождая чудовищную бурю из бесчисленных осколков Пустоты.

Врагов, попавших под обстрел осколков Пустоты, буквально решетило на куски.

Копья возвращались назад: от наконечников оставалась лишь нижняя половина. Но это не имело значения – крошечные обрывки бумаги молниеносно перемещались с древков к самым кончикам, вновь формируя новые острия.

Сабли Полумесяца прокладывали в авангарде широкую просеку.

А каждый колющий удар копий Раскола Пространства мгновенно превращал уцелевших храбрецов в фарш.

— Держать строй! Живо остановить их! — выкатив кровяные зенки и захлебываясь пеной, ревел офицер, отчаянно пытаясь удержать позиции.

Но Армия Цин-Цзяо извивалась гигантским питоном, прошивая плотные вражеские порядки. Их боевой авангард был невероятно остр.

Все, кто пытался преградить им путь, погибали на месте.

Впрочем, Армия Цин-Цзяо тоже несла потери: несколько человек пало, а свыше сотни получили ранения разной степени тяжести.

Увидев это, Цин Чи глубоко вздохнула и разом сожгла сорок процентов армейского ресурса, вливая его в себя и применяя технику!

Техника – Огненное Кольцо Увядания и Расцвета.

Бушующее лазурное пламя, охватившее ее тело, с Цин Чи в центре мгновенно метнулось в стороны, разворачиваясь огромным зелено-синим огненным кольцом.

Изумрудное пламя огладило тела воинов Армии Цин-Цзяо, принеся с собой волну палящей, исцеляющей животворящей силы.

Раны бойцов мгновенно затягивались, на глазах отрастали новая плоть и бледно-зеленая кожица!

Даже внутри грудных клеток бумажных скакунов заплясало мертвенно-зеленое пламя, шкуры из бумаги налились упругостью, иссохшие скелеты издали тихий звон, источая еще более мощную волну иньской энергии.

Но когда этот зеленый огонь накрыл врагов, картина предстала совершенно иная.

Противников охватил страшный пожар; их плоть увядала и обугливалась в огне, обнажая голые кости, которые тут же обращались в искореженный сухой уголь.

Тела большинства врагов стремительно сморщивались, превращаясь в груды затянутых в рваные доспехи обугленных костей и черного сала.

Практически вся Армия Цин-Цзяо восстановилась, боевой дух взлетел до небес.

Цин Чи тяжело перевела дыхание, в ее глазах горел ослепительный блеск, а жажда боя рвалась наружу драконом.

Тем временем Бессмертный Хань Янь сходился в схватке с Ло Сы.

Вокруг первого клубились потоки морозной ци, ледяные шипы формировались и осыпались градом – его шквалистая атака походила на яростный буран.

Второй же, вооруженный удочкой и покачивая леской, вздымал рябь пространств, отбивая град ледяных шипов и удерживая позиции с железобетонной прочностью.

Бессмертный Хань Янь усмехнулся, пытаясь задавить противника словами:

— Ло Сы, до чего же ты глуп!

— Ну сдерживаешь ты меня временно, и что с того?

— Не забывай, твое личное дело до сих пор хранится в тайной сокровищнице Бессмертного Города Белой Бумаги! С той секунды, как ты ударил в спину, приказ уже ушел наверх!

— Быть может, в следующее мгновение тебя проклянут и ты подохнешь.

— Одумайся пока не поздно, оставь тьму ради света – глядишь, и сохрапишь себе жизнь!

Взгляд Ло Сы оставался неподвижным и спокойным – ни страха, ни колебаний, лишь фанатичная сосредоточенность смертника.

Он снова чувствовал себя перед лицом бездны, точь-в-точь как в тот раз, когда угодил в тупик в Ущелье Сломленного Дракона.

— Бессмертный Хань Янь, мне не нужно напоминать, я и сам это прекрасно знаю.

— Но я верю Старецу Седых Костей!

— Как только я вошел во главе армии в эти земли, я получил его послание через божественное сознание.

— Мой истинный господин уже здесь, и я не верю, что меня так легко проклянуть до смерти.

Бессмертный Хань Янь снова ухмыльнулся:

— Перекладывать собственную жизнь на чужие плечи? Какая же это глупость!

Ло Сы ответил:

— В прошлые годы, если бы не помощь Стареца Седых Костей, я бы лишился рассудка и рассудительности, превратившись в заурядного призрака.

— Раз он смог спасти меня, с какой стати ему меня губить?

— Если бы не его подсказки и планы на протяжении всех этих лет, разве поднялся бы я так высоко?

Бессмертный Хань Янь взбесился окончательно и заорал:

— Да он просто использует тебя!

— Пусть использует и губит, по крайней мере, я отдам ему свою жизнь, – легко усмехнулся Ло Сы.

— Тупоголовый упрямец! Сдохни же! — Бессмертный Хань Янь окончательно вышел из себя. Перестав тратить слова, он ткнул в Ло Сы пальцем.

Ледяная техника – Нить Смертельного Мороза!

Лазурный луч сорвался с места, став куда толще и плотнее, чем когда он атаковал Нин Чжо и Цин Яня!

Ледяная нить напоминала кисть судьи из Царства Мёртвых, неся с собой фатальный рок. Быстрее молнии, она вонзилась прямо в межбровье Ло Сы, целясь в его верхний Даньтянь.

Ло Сы экстренно уклонился, продемонстрировав поразительную скорость.

Но Бессмертному Хань Яню стоило лишь шевельнуть пальцем, чтобы траектория ледяной нити скорректировалась еще быстрее!

Там, где проходила нить, в воздухе оставался отчетливый белоснежный морозный след, который долго не рассеивался.

Поняв, что увернуться не удастся, Ло Сы резко тряхнул запястьем, сжимавшим удилище, и крючок Трех Жизней, висевший на конце лески, внезапно исчез!

Цзинь!

Звук невероятной чистоты, словно лобзание хрусталя о фарфоровую чашу.

Крючок Трех Жизней материализовался прямо внутри тела Бессмертного Хань Яня.

Ло Сы резко вздернул удочку.

Бессмертный Хань Янь усмехнулся:

— Мое ледяное дымящееся тело давно избавлено от обычных слабостей, все твои тщетные попытки… эгх.

В следующее мгновение его усмешка застыла, мгновенно сменившись ужасом.

Крючок Трех Жизней вырвал из его тела огромный кусок силы закона, жизненной энергии, духа и прочего, устремшившись сквозь пустоту.

В этот миг Бессмертный Хань Янь задействовал защиту на полную мощность.

Но атака крючка и лески оказалась столь причудливой, что привычные защитные средства не возымели ни малейшего эффекта!

Нить Смертельного Мороза поразила Ло Сы, превратив всю его левую руку в ледышку.

Тело же Бессмертного Хань Яня заметно испарилось, а его аура рухнула на тридцать процентов.

Они обменялись ударами – ничья по очкам, у каждого свои приобретения!

Продолжая бой, они переместились из воздуха на землю, а оттуда вели позиционную возню, взмывая обратно в поднебесье.

Бессмертный Хань Янь шокировал сам себя с каждым новым обменом ударами.

Он-то полагал, что без армейской подпитки боевая мощь Ло Сы как воина окажется так себе и он вовсе не соперник.

Но скрестив клинки с десяток раз, он полностью отмел прежние догадки, не скрывая потрясения: «Без армейской поддержки он и то так силен! А если б за ним стояла армия, сколько бы ударов я выдержал под его началом?»

«Нет!»

«Я обязан прикончить его, выложившись на все сто!»

Техника льда – Ледяная Тюрьма Вечных Мук!

Сложив руки печатью, он высвободил колоссальную силу Зарождения Души, смешанную с мощью войска.

Тело Бессмертного Хань Яня дико раздулось, обратившись в поток холода, который вихрем бросился на Ло Сы.

Куда бы он ни устремлялся, пространство мгновенно сковывалось льдом.

Ло Сы отступил, но холодный поток распался на части, обошел с тыла, окутал и поглотил его.

В конце концов буран обратился в колоссальную ледяную глыбу величиной с гору, запечатавшую Ло Сы в самом сердце.

Ледяная гора слегка завибрировала, донеся изнутри смешок Бессмертного Хань Яня: «Ло Сы, пасть под моем сильнейшим козырем – для тебя уже великая честь».

Но в следующее мгновение вокруг замерзшего тела Ло Сы тончайшая, неразличимая глазу леска пришла в движение.

Она змеилась сквозь толщу льда, игнорируя напрочь скованное пространство.

Леска Переправы Ванчуаня!

Нить пробила лед, высунув наружу один из концов.

Силуэт Ло Сы мгновенно исчез с прежнего места, а в следующее мгновение объявился на самом конце лески.

Не дав Бессмертному Хань Яню сменить технику, Ло Сы мертвой хваткой вцепился в леску и яростно дернул ее на себя.

Техника рыбной ловли – Выуживание Судеб из Мира!

Бессмертный Хань Янь пронзительно взвыл от боли; стоило ему издать крик, как ледяная глыба рухнула, рассыпавшись на миллиарды льдинок и осколков.

Бесчисленные осколки льда вновь превратились в жуткий мороз.

Холодные потоки сжались вместе, пытаясь вернуть человеческий облик, но лишь бесконечно клубились, не в силах обрести форму.

Спустя несколько ударов сердца они растворились под утренним солнцем с шипящим звуком, исчезнув без следа.

Бессмертный Хань Янь пал!

Лицо Ло Сы побелело, раны оказались тяжелыми, а аура стремительно рухнула.

Медленно опустившись на землю, он смог лишь распустить леску вокруг себя, приступая к экстренному восстановлению и лечению.

Армия Цин-Цзяо уже разбила армию Ло Сы в пух и прах.

Нин Чжо, Цин Чи, Цин Янь и остальные валились с ног от усталости – их запас магии и физических сил истощился практически до дна.

Состояние остальных соратников оказалось еще плачевнее.

Деваться было некуда: их всего несколько сотен, а врагов – видимо-невидимо. Армия Цин-Цзяо хоть и сильна, но это была борьба слона с мышей наизнос, где им приходилось пахать на пределе возможностей, опасаясь, что враг очнется и перегруппируется.

Собери они хотя бы часть сил обратно, этот крепкий орешек стал бы фатальным, нанеся Армии Цин-Цзяо тяжелейший урон.

К счастью, все войско сплотилось воедино, Нин Чжо беспрестанно наносил удары в одиночку, а Цин Чи проявила потрясающее боевое чутье, на корню уничтожая любые ростки вражеской перегруппировки.

Ху-ху-ху…

Нин Чжо тяжело дышал, а Цин Чи вспотела с ног до головы.

Они добились потрясающих результатов, но их выносливость подошла к пределу.

Продолжи они драться дальше, первыми рухнули бы не враги, а они сами.

«Дрянно!» – оглянулся Нин Чжо, помрачнев лицом.

В секторе Ло Сы все обстояло относительно неплохо – там врага окончательно раскатали в лепешку. Но со стороны гвардии, не прикрытой второй Армией Цин-Цзяо, уже формировались уцелевшие регулярные соединения.