Гуань Хун взметнул вверх кроваво-красный клинок в своей руке. Воинское искусство – Прямолинейный удар!

Армейская мощь хлынула в него, заставив кровавый клинок извергнуть гигантское лезвие.

Лезвие сияло алым, как кровь, и отличалось невероятной остротой: оно перерубило связь между багряным воплощением и армейской мощью отряда трех генералов.

Треугольное построение в виде наконечника стрелы мгновенно ускорилось, сбросив с себя нависшее сверху багряное воплощение.

В этот миг все в Лесу Тысячи Пиков оцепенели.

А Ма Фэйтуй и вовсе замер прямо внутри воплощения.

Он безумно атаковал, желая разбить багряную формацию и поквитаться с Лагерем Красных Цветов, а заодно громко звал Чэнь Линфэна и остальных ударить по отряду трех генералов, дабы помочь ему поскорее вырваться.

Но Чэнь Линфэн, У Хэнь и прочие не спешили этого делать.

Хотя на них висели божественные указы, требовавшие биться изо всех сил, в сражении нужно выбирать подходящий момент.

Очевидно, что было бы куда лучше позволить Ма Фэйтую и отряду трех генералов истощить друг друга, а когда обе стороны выдохнутся, Чэнь Линфэн с У Хэнем могли бы вмешаться, разве нет?

Во-первых, боевая мощь отряда трех генералов упала бы на дно, с ними стало бы проще и безопаснее расправиться.

Во-вторых, ослабленный Ма Фэйтуй позволил бы Чэнь Линфэну, У Хэню и остальным без труда присвоить боевые заслуги.

Кто же знал, что внезапный маневр отряда трех генералов ввергнет всех в такой шок!

Они ведь взяли и бросили багряное воплощение – ключевой инструмент для удержания демона-зверя стадии зарождения зародыша.

Чэнь Линфэн среагировал быстрее всех: почувствовав, как по спине пробежал леденящий холодок, он тут же взмахнул крыльями и взмыл ввысь.

А стоявший на земле культиватор золотого ядра замешкался на мгновение, и тут к нему вихрем подлетел Чжан Хэй, мимоходом выставив вперед Копье Чёрной Змеи.

Монах попытался увернуться, но Нин Чжо сковал его движения заклинанием.

Пхть.

Копье Чёрной Змеи пронзило сердце культиватора золотого ядра насквозь, убив его на месте!

Воинское искусство – Дорога дорога ложка к обеду, а на войне дорога скорость!

Лю Эр, применяя воинское искусство, завопил:

— Быстро, быстро, быстрее!

Воинское искусство – Дорога дорога ложка к обеду, а на войне дорога скорость!

Гуань Хун применил ту же технику: их совмещенный эффект заставил солдат отряда трех генералов нестись с бешеной скоростью.

Убив врага одним ударом, Чжан Хэй немедленно вернулся.

Будучи одним из трех остриев треугольника, он не мог надолго покидать боевое построение.

Воинское искусство – Дорога дорога ложка к обеду, а на войне дорога скорость.

Он тоже владел этим искусством, и стоило ему применить его, как отряд трех генералов понесся так быстро, что от ног бойцов остались лишь расплывчатые тени.

Выпуская пятистихийные заклинания, Нин Чжо мысленно позавидовал: «Если бы я тоже постиг воинские искусства, моя эффективность возросла бы в разы».

В этом и заключалось преимущество армейских построений.

Когда все применяют одно и то же заклинание, они могут накладывать их друг на друга. И пусть идеального слияния не добиться и неизбежны внутренние потери, сам эффект суммирования сил позволял совершить качественный скачок.

Строго говоря, пятистихийные заклинания Нин Чжо не слишком гармонировали с армейским строем.

Потому что он тратил собственную духовную силу, в то время как армия опиралась на пруд духовной силы и впитывание природной ци снаружи.

Пятистихийные заклинания обретали чудовищную мощь лишь потому, что Нин Чжо вплетался в общее построение, позволяя силе государства, армейской мощи и формации подпитывать себя.

Используй он воинское искусство, эффект от притока армейской мощи превзошел бы нынешний во много раз.

К тому же воинские искусства позволяли напрямую расходовать армейскую мощь, колоссально экономя собственную духовную энергию мага.

При поддержке Нин Чжо скорость культиваторов золотого ядра резко упала, и троица Лю, Гуань и Чжан без труда догнала их и перебила поодиночке.

Чэнь Линфэн смел лишь кружить в небесах и вести непрекращающиеся дальние атаки, а У Хэнь и вовсе забился в какую-то тень и боялся высунуть нос.

Заработав солидные порции щедрых боевых заслуг, Троица по-прежнему сохраняла суровые лица.

Ибо они знали: дальше им предстояло сразиться с демоном-зверем уровня зарождения зародыша!

И-и-их!

Небесный конь оттолкнулся задними копытами и наконец разнес багряное воплощение в клочья.

Трое генералов уже заняли боевые позиции и, управляя строем, бросились в атаку.

У Ма Фэйтуя глаза налились кровью: жаждая убивать, чтобы выпустить пар, он при виде приближающегося отряда трех генералов дико заржал и пошел на таран.

Телосложение у него было необъятным, словно холм. Налетая на врагов с опущенной головой, он поднимал бешеные ветра, от которых воинов отряда бросало в дрожь: боевой дух пошатнулся еще до столкновения, и армейская мощь изрядно просела.

Как ни крути, а отряд трех генералов был создан наспех и далеко не дотягивал до закаленных в сотнях боев элитных войск!

В критический момент Нин Чжо рявкнул и выпустил пятистихийные заклинания.

Свистели золотые клинки, стелился густой туман, путы лиан вились под ногами, огненные змеи вились вокруг врага, а земляные блоки путали шаги – заклинания пяти стихий обрушивались одно за другим.

Нин Чжо проявил изворотливость: он не пытался нанести тяжелые увечья, делая упор на сдерживание.

К этому моменту он уже понял: без использования Косы Большого Змея атаки трех генералов были куда острее и смертоноснее его собственных.

Ма Фэйтуй сталкивался с непрекращающимися помехами: пусть он отбивал золотые клинки, крошил земляные блоки, разгонял туман, рвал лианы и игнорировал пламя огненных змей, его скорость все равно неизбежно падала.

Лю Эр обеими руками сжал меч Сюаньхуан и первым вылетел вперед, столкнувшись с Ма Фэйтуем нос к носу.

Ма Фэйтуй отступил на полшага, в то время как у Лю Эра разорвало перепонки между пальцами и изо рта фонтаном хлынула кровь, когда его отбросило обратно в строй.

Чжан Хэй взревел:

— Лови копьё!

Ма Фэйтуй вперил в него взгляд и применил демоническое искусство, отвечая ударом на удар.

Копье Чёрной Змеи вонзилось в шкуру Ма Фэйтуя, но оставило лишь отметину – конская шкура оказалась прочнее, чем можно было вообразить.

Зато самого Чжан Хэя настигло демоническое искусство: его грудь слегка ввалилась внутрь, а кираса спереди разлетелась вдребезги.

Ма Фэйтуй только собрался преследовать его, как Гуань Хун наотмашь рубанул клинком.

Воинское искусство – Прямолинейный удар!

Алое, ослепительное лезвие обладало непостижимой остротой: оно оставило на спине Ма Фэйтуя рану длиной в пол-аршина, из которой фонтаном забила кровь.

Получив ранение, Ма Фэйтуй испугался и тут же применил демоническое искусство для исцеления, но кровь никак не останавливалась, лишь сбавив напор из фонтана до ручейка.

Как выяснилось, Гуань Хун практиковал демоническую технику «Кровавая сутра алого лика», и его духовная сила обладала чудесными свойствами: стоило нанести кровоточащую рану, как без специальных контрмер остановить кровотечение становилось почти невозможно.

Ярость в сердце Ма Фэйтуя сменилась тревогой.

Он отступал шаг за шагом, с легкостью удерживая дистанцию, но испробованные им различные способы залечить рану не давали результата – кровь не останавливалась.

Лю Эр тяжело вздохнул, с досадой наблюдая за тем, как появляется удобный момент, ухватиться за который они не в силах.

«Хотя мы и выбрали треугольное построение со стреловидным наконечником – оно очень быстрое, – в плане скорости мы все равно проигрываем».

«Похоже, это затяжная война на истощение!»

Истощив большую часть сил после мощного удара, Гуань Хун отступил вглубь построения для экстренного восстановления.

Лю Эр тоже перевел дух и, сжав меч Сюаньхуан, вновь выдвинулся вперед, преграждая путь небесному коню.

Стоило ему отступить, как его место занял Чжан Хэй.

Нин Чжо безостановочно швырял заклинания пяти стихий, стараясь максимально сковать Ма Фэйтуя.

Троица во главе с Лю Эром на обороне, Чжан Хэем на подстраховке и Гуань Хуном в нападении, при поддержке военного советника Нин Чжо, сражалась всё слаженнее и привычнее, быстро прибавляя в мастерстве прямо в разгар схватки.

Даже будучи демоном-зверем уровня зарождения зародыша, Ма Фэйтуй получил множество ран и в прямом столкновении не мог получить преимуществ.

Чем дальше заходил бой, тем сильнее он изумлялся, глядя на отряд трех генералов с совершенно иным выражением лица: «Эта банда не так-то проста! Все трое генералов – элита среди золотых ядер, и культивируют техники, идеально подходящие для поля боя. Что же до того мага на стадии основания, его постижение пяти стихий невероятно глубоко! Со временем эти люди вырастут в нечто ужасающее».

Ма Фэйтуй заволновался и мысленно решил отступить.

К силам Леса Тысячи Пиков он примкнул главным образом ради мести Лагерю Красных Цветов.

Напасть наотмашь сгоряча он решил лишь потому, что счел отряд трех генералов слабаками, которых можно раздавить ради разрядки.

Но прямое столкновение показало ничью, и взять верх ему было непросто.

Было бы здорово, сумей Чэнь Линфэн, У Хэнь и остальные оказать ему поддержку.

Но после того как отряд трех генералов сбросил багряное воплощение, они первыми атаковали золотые ядра Чэня и У, перебив нескольких из них и нагнав на остальных такой жути, что те в панике разбежались, заранее зачистив этот скрытый риск.

«К черту. С какой стати мне насмерть рубиться с отрядом трех генералов?»

«Мой главный враг – Лагерь Красных Цветов!»

Подумав об этом, Ма Фэйтуй резко развернулся, взмахнул крыльями и взмыл высоко в небо.

— Куда побежал! — всполошился Чжан Хэй. Вырвшись из строя, он замахал Копьем Чёрной Змеи в погоне.

— Третий брат, не преследуй! — перепугался Лю Эр.

Всё потому, что он сам еще не до конца восстановил дыхание, а недавний удар Гуань Хуна держал армейскую мощь на увядшем уровне.

У Чжан Хэя в этой вылазке почти не было поддержки от армейского построения.

— А?! — заметив это, Ма Фэйтуй несказанно обрадовался.

Он и не думал, что как раз перед его отступлением в рядах противника, славившегося безупречной командной работой, обнаружится столь колоссальная брешь. Ма Фэйтуй резко развернулся и выплюнул струю золотисто-железной ци.

Боевая ци – Леденящий душу холод клинка!

Воинское искусство – Выстрел вдогонку!

Золотисто-железная ци мгновенно спрессовалась в длинное копье и со свистом рассекла воздух.

Усиленная воинским искусством «Выстрел вдогонку», она неслась с предельной, запредельной яростью.

Даже Чжан Хэй не успел среагировать и лишь оцепенело проводил взглядом летящее копье… которое просвистело в сантиметре от него.

— Третий брат! — срывающимся голосом взревел Лю Эр, но тут же понял, что Ма Фэйтуй вовсе не промахнулся.

У Чжан Хэя на лбу выступил холодный пот от подступившего ужаса, как вдруг раздался испуганный вопль Гуань Хуна:

— Плохо!

Сообразив в чем дело, Лю Эр в панике оглянулся:

— Советник, берегись!!

Оказалось, что Ма Фэйтуй метил вовсе не в Чжан Хэя, а в Нин Чжо.

С самого начала битвы сильнее всех прочих он ненавидел не кого-то там, а именно этого мелкого мага на стадии основания.

Этот парень действовал ему на нервы, оттягивая на себя тучу внимания и сил, отчего сражаться было тяжело, руки словно сковали цепями, и на душе скребли кошки.

Сравнивая его с отрядом трех генералов, бивших в лоб всей мощью золотого ядра, он находил их куда более приятными ребятами.

Быстро, быстрее!

Скорость была молниеносной.

Боевая ци не имела физической плотности, но Ма Фэйтуй вложил в нее всю силу, да еще и прибавил «Выстрел вдогонку». Прошив боевое построение насквозь, копье из ци оказалось перед Нин Чжо прежде, чем тот успел пошевельнуться!

Со свистом пробив защиту строя и разорвав на пути с десяток солдат, ци вонзилась в землю прямо перед ним.

В следующее мгновение боевая ци распалась, обратившись в ледяное сияние с россыпью шлейфов, и вернулась в пасть небесного коня.

— Советник!! — Чжан Хэй наконец повернул голову и увидел пустующее белое пятно в самом сердце плотного строя, оставленное пролетевшим копьем.

В этот миг им овладела жуткая ярость, а жажда убийства взметнулась до небес.

— Третий брат, успокойся! Советник жив: перед самым ударом активировался его талисман, он унесся сквозь пространство! — поспешно утешил его Лю Эр.

Ярость Чжан Хэя захлебнулась, и он снова уставился на небесного коня:

— Ах ты, поганая кляча, сердце у тебя чернее сажи! Чуть нашего советника не угробил, плати жизнью!

Чжан Хэй снова рванул в атаку.

Лю Эр поспешно повел людей следом.

К счастью, он успел перевести дух, и армейская мощь изрядно восстановилась – теперь она не казалась такой жалкой и могла дать Чжан Хэю куда больше усилений.

Увидев, что Нин Чжо не погиб, Ма Фэйтуй испытал легкое разочарование, а завидев прущего на него Чжан Хэя, разозлился пуще прежнего.

— Раз этого тошнотворного мага больше нет, я могу драться в полную силу!

— А вы, жалкие культиваторы золотого ядра, больно много на себя берете!

Ма Фэйтуй передумал отступать и решил остаться, чтобы преподать троице жесткий урок.

Направленный пространственный талисман!

Нин Чжо внезапно материализовался внутри «Ванли Юлун».

Сразу после телепортации его качнуло, и он едва не рухнул на пол.

— Ох, пронесло! Ох, чуть не помер!

Нин Чжо опустил взгляд: направленный пространственный талисман за его пазухой как раз догорал, обращаясь пеплом.

Такой талисман он раздобыл в Бессмертном Городе Огненной Хурмы у Нин Цзюфаня.

Стоило культиватору активировать его при угрозе жизни, как он переносил цель в безопасное место – классическое и распространенное средство побега.

Но только что атака ци превысила предел реакции Нин Чжо: по идее, у него попросту не хватило бы времени активировать талисман духовным сознанием.

— Спасибо кольцу-механизму!

Лицо Нин Чжо побледнело от пережитого страха.

Предчувствуя опасность на поле боя, он заблаговременно подготовил защитные и спасительные меры перед началом сражения.

Он связал кольцо-механизм со способностью пронзать сердца и направленный пространственный талисман, собрав простейшую формацию: стоило духовной силе в кольце зафиксировать смертельную угрозу для жизни Нин Чжо, как талисман активировался сам.

Именно эта мера и спасла ему жизнь.

— Слишком опасно!

— Вот она, война.

— Секунду назад мы гнали врага, а в следующую сильный противник углядел брешь, чуть не отправив меня на тот свет.

Нин Чжо уттер пот с широкого лба.

Лоб был покрыт мелкой испариной.

— Малыш Чжо, ты наконец-то здесь! — заметив движение, к нему подлетел Сунь Линтун.

Он понятия не имел, что Нин Чжо только что балансировал на волосок от гибели, и светился от возбуждения:

— Не ожидал, что ты так долго возишься!

— Быстро, каков наш план?

На Нин Чжо и Сунь Линтуна были наложены божественные указы, и им следовало нанести удар по войскам Государства Лянчжу, выполнив требования указов, чтобы благополучно пережить это испытание.

Поэтому, обсудив всё, они велели Сунь Линтуну увести «Ванли Юлун» подальше от войск и ждать подходящего момента.

Нин Чжо тут же задействовал духовное сознание, обрисовывая Сунь Линтуну текущую обстановку.

Сунь Линтун скрипнул зубами:

— Му Лань та еще сука, мы ударим по ним?

Нин Чжо покачал головой:

— Какой толк с Лагеря Красных Цветов? К тому же у них кость больно крепкая!

У него уже созрел план:

— Мы отправляемся прямиком в Лагерь Белого Нефрита – тамошние сынки знатных семейств самые богатые.

Питая к Му Лань неприязнь, Нин Чжо сохранял холодный рассудок и не позволял личным эмоциям брать верх.

Продолжая мысль, он добавил:

— Проведя в бою столько времени, я по столкновениям с Чэнь Линфэном и другими понял, что условия божественного указа не такие уж суровые.

— На этот раз, сыграв роль Старого Демона из Камня и ограбив арсеналы и оружие Лагеря Белого Нефрита, мы с лихвой закроем требования указа.

Сунь Линтун давно изнемогал от нетерпения, потирая руки:

— Я тащу каменный шар, а ты давай восстанавливайся, Малыш Чжо, выступаем немедленно! Если замешкаемся, можем опоздать к раздаче слонов!

Состояние Нин Чжо было не так уж плохо.

Приняв пилюлю и позволив ее силе помочь восстановить дыхание, он направился в отсек головы дракона.

Сунь Линтун уже выкатил каменный шар наружу, спрятав внутри него «Ванли Юлун».

Нин Чжо выдохнул селезенку земной стихии, заставив ее слиться с каменным шаром.

Обе стороны обрели прежний вид, и «Старый Демон из Камня» вернулся на сцену.

Сила божественного указа мгновенно активировалась, словно удавка, затянувшаяся на шеях Нин Чжо и Сунь Линтуна.

«Старый Демон из Камня» стал цельным, и божественный указ наконец обрел истинную сдерживающую силу!

— Живо, громим Лагерь Белого Нефрита! — потирал руки Сунь Линтун.

Каменный шар скрылся под землей, стремительно устремляясь вперед.

Помысел Нин Чжо скользнул вбок, и он применил Технику Земли, заставив шар нестись с бешеной, но при этом невероятно скрытной скоростью.

Поле боя Лагеря Белого Нефрита.

Шуан Цзин отчаянно держался, используя армейскую мощь против дедушки Луна. Заместители командовали солдатами, то помогая Шуан Цзиню, то отражая атаки чужаков-золотых ядер снаружи.

Лагерь Белого Нефрита нес тяжелейшие потери: отражая удары с двух фронтов, воины едва не выплевывали кровь от отчаяния.

Если бы Му Лань не подоспела вовремя со своим Лагерем Красных Цветов, взяв на себя львиную долю внешнего давления, Лагерь Белого Нефрита давно бы развалился.

Внезапно из-под земли вынырнул каменный шар, оказавшись аккурат рядом с одним из прудов духовной силы.

Вух.

Каменный шар проглотил пруд духовной силы, и тот исчез без следа.

— Ч-что за хрень?! — остолбенели охранявшие пруд солдаты Лагеря Белого Нефрита.

— В атаку! — заорал кто-то, окружающие опомнились и дружно ударили.

Но основные силы Лагеря Белого Нефрита были брошены на борьбу с дедушкой Луном, и потуги этой мелюзги для «Старого Демона из Камня» ощущались не сильнее комариного укуса.

«Старый Демон из Камня» не стал затягивать бой: в следующее мгновение он нырнул в землю и был таков!

(Конец главы)