Колокольный звон Передающего Дхарма Коломны отзванивал прямо в сознании Нин Чжо. Содержимое этапа Основания Двача трех высших сект запечатлелось в его нижнем даньтяне духовного моря.

Однако главное внимание Нин Чжо было приковано вовсе не к основам трех сект.

Он глубоко вздохнул, наслаждаясь дивным состоянием стадии Основания.

Духовная мысль слилась воедино, превратившись в духовное сознание, способное покидать тело для разведки, управления магическими артефактами и прочего.

Использование духовного сознания для контроля над механическими творениями также было одним из главных направлений в искусстве марионеток.

В море Ци духовная сила сжижилась, перестав быть истинной ци этапа Очищения Сюэ. С каждым днем углубления его культивации накапливаемая в море Ци сила будет становиться все более мощной.

Верхний предел емкости вырос колоссально, а поскольку заклинания теперь расходуют напрямую сжиженную духовную силу, их мощь естественным образом взмыла до небес.

В море Крови жизненная сила также значительно расширилась и точно так же перешла в жидкое состояние.

В процессе прорыва Основания море Крови взяло на себя задачу по омовению сухожилий и очищению костного мозга, подняв самую суть его плоти на новый уровень.

Даже без использования духовной силы его ударная мощь теперь исчислялась тысячами цзиней, а скорость не уступала бегущему скакуну – он окончательно вырвался за пределы человеческих возможностей.

Что еще важнее, каждый вдох Нин Чжо теперь давал тот же эффект, что и прежнее поглощение энергии на этапе Очищения Сюэ. Его плоть стала куда лучше приспособлена к усвоению духовной энергии.

Это привело к неизбежному результату – приему пилюль и отказу от обычной пищи.

После возвышения его тела Нин Чжо мог обходиться без еды, поглощая духовную энергию, и в обычной пище больше не нуждался. Обычная еда лишь накапливала бы в его теле примеси, мешая культивации, поэтому отныне ему лучше питаться исключительно духовной пищей.

«А еще – продолжительность жизни».

«У монахов, успешно заложивших Основание, срок жизни возрастает и составляет от двух до трех сотен лет».

«Насколько конкретно увеличилась моя жизнь, еще предстоит подсчитать. Но с основами трех сект прирост долголетия точно будет немалым!»

Нин Чжо размял свое тело.

Его фундамент был настолько мощным, что прорыв на этап Основания дался ему буквально без малейших усилий.

Из-за прорыва его состояние не ухудшилось, напротив – он ощутил мощнейший прилив комфорта, словно каждый дюйм его тела был дочиста омыт духовной энергией.

Резко возросшая сила заставляла его чувствовать себя невероятно крепким.

Его органы чувств обострились, особенно восприятие духовной энергии – с тем, что было на этапе Очищения Сюэ, это и вовсе не шло ни в какое сравнение.

В сердце Нин Чжо всколыхнулся азарт: впервые в жизни он чувствовал себя по-настоящему сильным!

Но тут же он слегка покачал головой, предостерегая себя: «Это всего лишь недавний переход на этап Основания. Качественный скачок в силе породил это ощущение легкости и парения, но это лишь иллюзия».

Вспомнив величественный боевой облик Чжу Сюаньцзи, Нин Чжо мгновенно развеял это пьянящее чувство окрыленности.

Он отчетливо понимал: хоть он и поднялся до этапа Основания, столкнись он сейчас с Чжу Сюаньцзи лицом к лицу – по-прежнему не выстоит.

Те три божественные способности, которые Чжу Сюаньцзи продемонстрировал в недавнем бою, казались просто неразрешимой задачей!

«Пожалуй, та ночная дождевая демоническая секира в руках Чжэн Даньляня таит в себе хоть какую-то надежду».

«А возможно, я смогу задействовать божественную способность „Жизнь на Волоске“ и попытаться подсадить ее Чжу Сюаньцзи, чтобы взять под контроль».

Нин Чжо уже полностью овладел этой божественной способностью.

Еще будучи на этапе Очищения Сюэ, он по ощущениям от способности понял: стоит ему пробиться на этап Основания, как он сможет влиять ею даже на существ уровня Золотого Ядра.

В этом не было ничего удивительного.

Такие вещи, как божественные способности и природные таланты, заключают в себе великое Дао и законы мироздания, изначально позволяя монахам бросать вызов противникам более высоких ступеней.

Но теперь, осознав всю мощь Чжу Сюаньцзи, Нин Чжо засомневался: действительно ли способность «Жизнь на Волоске» способна справиться с Чжу Сюаньцзи? И даже если удастся успешно ее подсадить и задействовать – насколько сильным окажется влияние?

«Пытаться разобраться с Чжу Сюаньцзи в одиночку – задача чертовски сложная».

«К счастью, чтобы захватить пост дворцового владыки Бессмертного Дворца Лавы, вовсе не обязательно уничтожать всех конкурентов».

«К тому же теперь, когда я скрываюсь в тени, я могу спокойно выжидать момент, позволяя Чжу Сюаньцзи и остальным грызться между собой и истощать друг друга».

«Пока меня не выкинули из игры, у меня остается надежда. И пусть эта надежда призрачна, я не сдамся!»

Взгляд Нин Чжо был тверд и непреклонен.

За это он был особенно благодарен Чжу Сюаньцзи. Именно пережитое в Цзыююане укрепило в Нин Чжо решимость сражаться до конца.

«Молочная Бабочка, продержись еще немного», – бросил он на ходу, тут же принимаясь за ремонт механической обезьяны уровня Золотого Ядра.

Помимо нее, оставался еще и Посланник Преисподней Ци Бай.

Внутренности механической обезьяны уровня Золотого Ядра были разрушены до основания; внешняя оболочка хоть и пестрела вмятинами от кулаков и отпечатками ладоней, все же сохранилась относительно целой.

Тогда Нин Чжо извлек ранее замененные механические детали и с легкостью установил их на место.

Эти детали были добыты на испытательных уровнях и изначально составляли единый комплект с механической обезьяной Золотого Ядра.

После успешной сборки марионетка вновь обрела боеспособность.

«Жаль только, что Золотокровный Боевой Обезьян: Дашэн всё еще у старшего Суня. Если бы заполучить паразитирующий дух Юань Дашэна, это сберегло бы мне кучу сил при управлении марионеткой».

Что же до Посланника Преисподней Ци Бая, его раны были тяжелы. В недавней схватке Чжу Сюаньцзи разрубил его надвое прямо ударом своей ладони.

Осмотрев повреждения, Нин Чжо незамедлительно принял решение о срочном ремонте.

Он взял необходимые материалы и сперва с помощью плавления соединил обе половины тела воедино. Затем, применив Плавающие Ледяно-Белые Руки и задействовав природный талант Нефритовые Руки Ледяного Жира, он совершенно бесхитростным, но чертовски действенным способом идеально восстановил мельчайшие детали Посланника Преисподней Ци Бая.

Это колоссально сэкономило Нин Чжо время и душевные силы.

Хрусь-тресь, бряк…

Звуки шестеренок разнеслись вновь.

Секретный павильон Перемен после пережитого ранее великого перелома преодолел отметку в тридцать шесть пройденных монахами секретных павильонов-марионеток, вновь запустив механизм.

На сей раз это был малый перелом.

Монахи, до того державшиеся неподалеку друг от друга, в ходе этого малого перелома были разведены на значительные расстояния.

Огненный Дух Драконьей Черепахи уже давно ждал этого момента: стоило перелому завершиться, как он тут же передал весточку Мэн Чуну, указав тому самый верный путь, дабы он вырвался наружу первым и вошел в главный чертог Бессмертного Дворца.

Бессмертный Дворец Лавы.

В тот момент, когда гигантская рука из духовной силы схлестнулась с тремя пламенными демоническими зверями уровня Зарождения Души, из ниоткуда внезапно материализовалась огненная лиса о пяти хвостах. Размером с комнатную собачонку, среди бушующего моря пламени она казалась совершенно незаметной.

Лишь когда она внезапно применила заклинание, наружу вырвалось поистине грандиозное испускание мощи уровня Зарождения Души!

Ее пасть была плотно сжата, а пять хвостов покачивались за спиной, причем их кончики, словно кисти для письма, выписывали в воздухе сокровенные узоры талисманов.

Талисманы тут же рассеялись, море пламени взметнулось вверх, языки огня переплелись в пространстве, формируя колоссальные огненные шары размером с холм.

С гулом эти огненные шары сорвались с мест, врезавшись прямиком в Бессмертный Дворец Лавы.

Бум-бум-бум…

Беспощадное пламя терзало дворец, взрывы заставляли обитель содрогаться снова и снова, бесчисленные механические творения горели в огне.

Огонь докинулся даже до главного чертога.

Под яростным жаром в небеса взмыли бесчисленные механические кубы.

Каждый из этих блоков был величиной с дом, а между собой они соединялись цепями сине-фиолетовых электрических разрядов.

Само пространство исказилось от появления этих механических кубов.

Бушующее доселе чудовищное пламя было временно отсечено хаотичным пространством, порожденным механическими блоками!

«Это же… Секретный павильон Перемен?!», – осознав происходящее, монахи тут же завопили в потрясении.

Вершина горы Хоши, высокие облака.

Увидев это, Мэн Ху резко выпрямился. Его тигриные глаза в упор уставились на пятихвостую огненную лису.

Лиса словно что-то почувствовала, подняла голову и бросила взгляд на небо, выражая явную нервозность.

Ее миниатюрная фигурка стремительно растворилась в море огня, после чего она камнем рухнула в раскаленную лаву и исчезла.

Мэн Куй холодно хмыкнул, лицо его помрачнело.

На горе Хоши водились звери вроде огненных лис, но их популяция была крайне мала, а жизненное пространство полностью оккупировано огненными демоническими макаками, змеями огненого схождения, огнеходными ящерицами и прочими.

При столь ничтожной численности вида откуда вообще могла взяться пятихвостая огненная лиса уровня Зарождения Души?

Мэн Куй прикинул на пальцах: «Конечно же, дворец Тайцин!»

Тут же вычислив точные координаты, он знаком велел Мэн Ху действовать.

Получив приказ, Мэн Ху испустил яростный рев и пулей вылетел из облаков, с сокрушительной силой врезавшись в горный склон всего в ли отсюда.

Маленькая гора содрогнулась, тучи пыли взметнулись к небесам, ее едва не переломило пополам от удара.

Синеватый свет взмыл ввысь, являя миру молодого монаха с нарисованными на лице звериными узорами.

«Поганый отщепенец демонического пути, я шел по твоему следу всю дорогу!», – взревел Мэн Ху.

Уголки глаз молодого монаха дернулись. Он был заклинателем зверей, и это он только что управлял своим питомцем, пятихвостой огненной лисой, чтобы как следует напакостить Бессмертному Дворцу Лавы.

Он никак не ожидал, что не успеет толком насладиться моментом, как Мэн Ху выследит его истинное тело.

«Я из дворца Тайцин…», – молодой монах попытался назвать свою принадлежность, но Мэн Ху оборвал его громовым рыком.

Мэн Ху бросился в атаку, излучая свирепую и жуткую ауру.

Младому монаху оставалось лишь пятиться, выпуская из сумок для призыва зверей всевозможных тварей для защиты.

Бессмертный Дворец Лавы.

Главный центральный чертог.

Секретный павильон Перемен был выбит наружу, вынужденно отражая жар пламени, из-за чего сопутствующие запреты вновь колоссально ослабли!

Внутри павильонов Чжу Сюаньцзи и остальные в тот же миг восстановили свою культивацию на уровне Золотого Ядра.

Более того, их духовное сознание теперь пробивало стены собственных павильонов, позволяя в разной степени наблюдать за обстановкой снаружи.

Чуткие монахи быстро обнаружили с помощью заклинаний, что связь между внутренним и внешним миром вновь стала свободной.

Монахи уровня Очищения Сюэ и Основания теперь могли даже проскользнуть внутрь этих павильонов, если лишь уклонялись от змейвшихся повсюду сине-фиолетовых молний!

Раскинув духовное сознание во все стороны, Чжу Сюаньцзи обнаружил точное местоположение монахов семьи Мэн, Чжэн Даньляня и других.

Мэнский мастер боевых искусств Золотого Ядра толкнул Мэн Чуна в плечо:

— Молодой господин Мэн, следуй указаниям своего деда, уходи первым. А мы задержим Чжу Сюаньцзи!

С суровым лицом он первым ринулся к павильону, где засел Чжу Сюаньцзи.

В то же самое время к Чжу Сюаньцзи устремился и Чжэн Даньлянь.

Мэн Чун, не оглядываясь, пробил одну из дверей и по подсказке Огненного Духа Драконьей Черепахи бросился к верному выходу.

«Сунь Линтун, похоже, затаился, а Мэн Чун… создает проблемы». Духовное сознание Чжу Сюаньцзи пробивало стены павильонов, охватывая колоссальные пространства. Почувствовав маневры Мэн Чуна, он тут же сорвался с места, бросаясь на перехват.

Голос Чжу Чжэня раздался внезапно:

— Старший брат, по твоему приказу мне посчастливилось добыть обломки кирпичей и камней из руин Золотой Печи.

— Часть материалов уже извлечена, ручаюсь, они происходят из Золотой Печи №3!

— Переправить их к тебе?

Чжу Сюаньцзи на мгновение задумался:

— Переправляй.

В следующее мгновение оба одновременно применили заклинание.

Чиновничья техника – Официальная переправа!

Комок отбросов в руке Чжу Чжэня исчез, а в следующее мгновение материализовался прямо в ладони Чжу Сюаньцзи.

Сжимая этот комок мусора, Чжу Сюаньцзи сверкнул глазами, и в них вспыхнули резкие, пронзительные золотые лучи.

Природный талант – Золотые Очи.

Заклинание – Прослеживание истоков!

(Конец главы)