Чернотеневой культист и Ян Чаньюй сошлись в яростной схватке, а грохот от их ударов, похожий на раскаты грома, разбудил весь Бессмертный Город Огненной Хурмы.

Никто и предположить не мог, что эта битва вспыхнет так внезапно и втянет в водоворот войны весь город.

Эта ночь была обречена стать бурной и неспокойной.

Из-за внезапного нападения Фэй Сы всё еще сидел за письменным столом, разбирая официальные бумаги.

Услышав новости, он тут же схватил лежавшую на столе печать и, влив в нее духовную силу, активировал часть мощи защитной формации города, чтобы оценить обстановку.

Он даже приказал заново воспроизвести сцены недавнего боя.

Фэй Сы прищурился, и в его глазах заплясали острые искорки. Проанализировав появление Ян Чаньюй и ее дальнейшее поведение, он уловил густой дух чужого заговора.

Его реакция была молниеносной: он тут же приказал активировать защитную формацию всей резиденции городского лорда, выкрутив ее мощность на максимум.

После этого он немедленно отправил человека к Мэн Кую с докладом о чрезвычайной ситуации.

И наконец, отдал приказ связаться с городской стражей, приказав людям из резиденции городского лорда сидеть тихо и не соваться куда не просят.

Обстановка оставалась туманной, и ему нужно было во всем разобраться, прежде чем предпринимать какие-либо шаги.

Ян Чаньюй внезапно объявилась неподалеку от резиденции городского лорда, да еще и приволокла с собой демоническое сокровище.

Очевидно, этот древний фолиант Демóнов был тем самым ключевым предметом, который последние дни бурно обсуждал весь город.

Ян Чаньюй неслась сломя голову, а чернотеневой культист преследовал ее по пятам, во все услышанье заявляя, что священное писание демонов находится у нее в руках. Создавалось полное впечатление, будто девчонка только что стянула его из резиденции городского лорда, но была перехвачена культистом на полпути.

«Это же чистой воды подстава!» – Фэй Сы сохранял полное внешнее спокойствие.

Про себя же он мысленно отрезал: «Враг в тени, а мы на свету. Раз они сплели столь замысловатую паутину интриг, то наверняка просчитали и нашу реакцию».

«А значит, нам нельзя ввязываться опрометчиво, иначе мы угодим в ловушку».

Не успел Фэй Сы утвердить эту тактику, как в следующую секунду до него донесся до боли знакомый яростный рев.

— Чернотеневой культист, ты наконец-то вылез! На этот раз я посмотрю, куда ты сбежишь!

Низкорослый коренастый мужик с бельмом на глазу, источавший мощную ауру мышц и похожий на тяжелый каменный чурбан, взмыл в небо и со свирепым криком бросился прямо на чернотеневого культиста.

Им оказался не кто иной, как правая рука Мэн Куя – Чи Дунь.

У Фэй Сы тут же потемвело в глазах, и он до боли закусил губу: «Этот тупоголовыйя бугай!»

Чи Дунь пер напролом.

Его совершенно не волновало демоническое писание – он был зациклен лишь на том, чтобы прикончить чернотеневого культиста.

А чернотеневым культистом, между тем, никто иной и не был, кроме замаскировавшегося Сунь Линтуна.

Увидев, что Чи Дунь, будучи практиком стадии Заложенного Ядра, безумно преследует его и выглядит так, будто мечтает разорвать на куски, даже Сунь Линтун невольно цыкнул языком, ощутив колоссальное психологическое давление.

«Какого черта здесь происходит?»

Тем временем в укрытии у Нин Чжо.

Чжэн Даньлянь и Чжоу Нунъин скрывали свои фигуры, обмениваясь мыслями через передачу звука.

Сегодня была их очередь дежурить рядом с Нин Чжо вдвоем.

Ни один из них не спешил вступать в бой.

Посовещавшись, они тоже заподозрили, что это вражеская уловка, призванная выманитиь их наружу и пробить брешь в обороне Нин Чжо.

Бах!

Стоило Чи Дуню почти настичь цель, как изображавший чернотеневого культиста Сунь Линтун торопливо вытащил нефритовый флакон с пилюлями и со всего маху разбил его о землю.

Тут же густой черный порошок превратился в гигантские клубы мрачного дыма, которые стремительно расползлись по округе, полностью заслонив всем обзор.

Чи Дунь не колеблясь ни секунды, словно разъяренный бык, с разбегу нырнул прямо в эту непроглядную пелену.

Неподалеку от дома Нин Чжо.

— Это и есть чернотеневой культист? — поинтересовалась Чжоу Нунъин.

Чжэн Даньлянь нахмурился, пуская в ход поисковые техники и изо всех сил пытаясь просканировать клубящуюся черную дымку:

— Тут не угадаешь. Дымка какая-то фальшивая, с душком обмана.

Говоря это, он выхватил свое фирменное оружие – парные крюки «Инь-Ян» – и крепко сжал их в обеих руках.

Заметив, что напарник так и рвется в бой, горя желанием вклиниться в драку, Чжоу Нунъин тут же осадила его:

— Не спеши горячиться. Мы должны дождаться прибытия господина Чжу Сюаньцзи и остальных мастеров Заложенного Ядра, и только тогда выступать.

— Раз ты сама не уверена, значит, этот чернотеневой культист вполне может оказаться липой! Скорее всего, это очередная грязная игра Фэй Сы!

Ранее Ян Чаньюй уже совершала внезапное нападение на Нин Чжо.

После того инцидента Чжу Сюаньцзи и остальные сошлись во мнении, что здесь кроется одна занятная вероятность.

А именно: Ян Чаньюй тайком сговорилась с резиденцией городского лорда, и ее нанял сам Фэй Сы.

Если дело обстояло именно так, то вся сегодняшняя потасовка между Ян Чаньюй и чернотеневым культистом была не более чем дешевым спектаклем, разыгранным резиденцией городского лорда, чтобы нейтрализовать ту третью волну слухов, которую нарочно запустил лагерь Чжу Сюаньцзи.

Смысл этого представления сводился примерно к следующему: раз уж обыватели вовсю подозревают резиденцию городского лорда в краже демонического писания, то мы сами на наших же глазах разыграем сценку, в которой это писание отбирают другие люди, раз и навсегда доказав всем, что никаких древних трактатов у нас больше нет.

Грох-грох-грох!

Из глубтей стремительно расползающегося черного дыма донесся целый каскад жутких взрывов.

Очевидно, внутри дымовой завесы Ян Чаньюй и чернотеневой культист сошлись в еще более ожесточенной схватке.

Ян Чаньюй тяжело фыркнула, словно получив серьезные ранения, и истошно завопила:

— Чернотеневой культист, сукин ты сын, я тебя запомнила! Раз тебе так нужна эта книга, так забирай ее! М.

С этими словами все увидели, как из бушующей черной мглы брызнул яркий розоватый луч света.

Внутри сияния отчетливо угадывалась каменная плита.

Вскоре после этого чернотеневой культист вылетел пулей из черного дыма и на всех парах помчался вслед за улетающим сокровищем.

В этот самый миг сердца множества собравшихся вокруг практиков стадии Заложенного Ядра дико заколотились.

Кто же не хотел заполучить демоническое писание?

Пусть они давно уже сформировали свои ядра и не могли сменить культивационные техники, этот трактат был неразрывно связан с Бессмертным Дворцом Лавы и Высшими Законами трех великих сект, а потому имел баснословную ценность.

Даже если они не смогут использовать его сами, его всегда можно было с выгодой толкнуть другой силе или обменять на редкие ресурсы – выручка в любом случае оказалась бы колоссальной.

В одно мгновение взоры всех присутствующих приковало летящее по воздуху демоническое писание.

Описав длинную дугу в небе над Бессмертным Городом Огненной Хурмы, трактат стремительно полетел вниз, в какой-то переулок.

А этот самый переулок находился как раз поблизости от дома Нин Чжо.

Это зрелость заставило сердца Чжоу Нунъин и уже готового сорваться с места Чжэн Даньляня встрепенуться – они вновь почуяли неладное.

— Похоже, это и вправду проделки городского лорда, — процедила сквозь зубы Чжоу Нунъин. — Брат Чжэн, быстро хватай это писание, пока оно не навело смуту и драка не перекинулась сюда, задев Нин Чжо! М.

Чжэн Даньлянь взмыл в небо с парными крюками наперевес и напрямик ринулся к летящему трактату.

В одном из ближайших зданий.

Сердце истинного наследника Тая Цин, практика стадии Заложенного Ядра, тоже бешено заколотилось.

Он затаился как раз неподалеку от жилища Нин Чжо.

Все последнее время он неустанно выслеживал первоисточник слухов, страстно вожделея демоническое писание.

Этот ученик Тая Цин был уверен: если ему удастся заполучить древний трактат, это неизмеримо облегчит ему задачу по захвату Бессмертного Дворца Лавы!

Даже если в будущем дворец достанется кому-то другому, само по себе демоническое писание представляло для него огромную ценность.

Пригодится ли оно для взращивания собственной силы или пойдет на подношение секте Тая Цин – в любом случае оно не пропадет.

Поэтому, увидев, что манускрипт летит прямо к нему, он тут же воспылал непреодолимым желанием завладеть им.

Парень тут же зашарил по своему пространственному браслету и извлек оттуда комплект черных одежд.

— Как хорошо, что я подготовился заранее.

Если бы Нин Чжо, Чжэн Даньлянь и Чи Дунь оказались здесь, они бы тотчас поняли: эта черная одежда точь-в-точь повторяла наряд настоящего чернотеневого культиста.

Все дело было в том, что истинному наследнику Тая Цин из-за его высокого статуса праведного адепта было неудобно светиться во многих делах открыто.

Выведав о появлении чернотеневого культиста, он заранее озаботился тем, чтобы смастерить себе точно такой же прикид.

В конце концов, мало ли какие пакости творит этот бандит? Какое отношение он, благородный наследник секта Тая Цин, имеет к какому-то культисту?

Чжэн Даньлянь мчался на всех парах, и уже видя перед самым носом демоническое писание, протянул руку, намереваясь схватить его.

Как вдруг откуда ни возьмись на него сринулась темная фигура.

Бах!

Чжэн Даньлянь, держа крюк в одной руке, ответил свирепым ударом.

Столкнувшись в лобовой атаке с чернотеневым культистом в лице наследника Тая Цин, они оба отлетели назад, а поднявшаяся от удара ударная волна отбросила манускрипт высоко в небеса.

— Какого хрена, откуда тут взялся второй чернотеневой культист?! — изумленно выдохнул Чжэн Даньлянь.

Приземлившись на землю, скрывающийся под личиной культиста ученик Тая Цин тут же подскочил и взмыл ввысь.

Небрежным взмахом руки он собрал духовную энергию в гигантскую лапу и цапнул падающий фолиант.

— Мечтай! — на этот раз уже Чжэн Даньлянь перехватил наследника Тая Цин.

Одним взмахом крюка он разнес духовную лапу в щепки.

Чернотеневой культист в исполнении Сунь Линтуна тоже рвался к сокровищу, но находился куда дальше остальных.

А Чи Дунь, неотступно следовавший по пятам, сверлил его тяжелым взглядом.

Сунь Линтун чувствовал, как внутри него закипает досада: «Этот тупой вонючий бык Чи Дунь – просто безмозглый чурбан. Демоническое писание прямо перед ним, а он прицепился ко мне и ни на шаг не отходит».

Бросив взгляд на дальнюю свалку, Сунь Линтун озадаченно гадал: кто же этот второй выскочивший из ниоткуда чернотеневой культист?

У Чи Дуня же логика была предельно проста: «Неважно, кто из них настоящий чернотеневой культист, главное – отлупить того, кто ближе всех».

Сунь Линтун изо всех сил гнал вперед, используя попадающиеся по пути постройки Бессмертного Города Огненной Хурмы, чтобы хоть как-то сбить пыл преследовавшего его Чи Дуня.

Чи Дунь все-таки был человеком городского лорда и не мог палить изо всех сил, что позволило Сунь Линтуну изрядно потянуть время.

Тем временем Чжэн Даньлянь и фальшивый чернотеневой культист из секта Тая Цин сцепились не на жизнь, а на смерть.

Видя, что Сунь Линтун почти добрался до цели, Ян Чаньюй вдруг мелькнула в воздухе и материализовалась аккурат на том месте, где летело демоническое писание.

Снова перехватив трактат в свои руки, она заливисто рассмеялась, расцведя улыбкой.

Она уже собралась было улепетывать с писанием, намереваясь нырнуть через брешь в защитной формации Бессмертного Города Огненной Хурмы прямо в подземный ход, чтобы скрыться из зоны боевых действий, как вдруг…

На нее обрушился ослепительный золотой свет!

Попав под лучи, Ян Чаньюй почувствовала, как ее скорость мгновенно упала до минимума.

Внутри золотого сияния проступила фигура Чжу Сюаньцзи, который стремительно падал сверху.

Прибегнув к излюбленному трюку, Ян Чаньюй взвизгнула:

— Хотите демоническое писание? Так забирайте!

На сей раз она метнула манускрипт прямо в лапы чернотеневому культисту – тому самому истинному наследнику Тая Цин на стадии Заложенного Ядра.

Однако Чжу Сюаньцзи даже глазом не повел в сторону проклятой книги и продолжил таранить исключительно саму Ян Чаньюй.

Понимая, что в подземный ход ускользнуть не выйдет, Ян Чаньюй пришлось сменить план: она бросилась наутек, на ходу поливая преследователя шквалом заклинаний.

А чернотеневой культист в личине наследника Тая Цин никак не ожидал, что «счастье» так внезапно свалится ему на голову!

Оторопев всего на мгновение, он все же судорожно сжал демоническое писание в руке.

Стоило ему соприкоснуться с фолиантом, как в его сознание хлынул поток глубочайших тайных смыслов.

«Комплекс Демонического Окрашивания Кровных Жилок!», – вытаращив глаза, наследник Тая Цин расплылся в счастливой улыбке.

В этот момент он окончательно уверовал: перед ним подлинное, неподдельное демоническое писание!

(Конец главы)