Сунь Линтун был большим мастером по части распускания слухов и обладал богатейшим опытом. Прикинув ситуацию, он высказался прямо:

— К тому моменту подняться может страшный бум, так что третья волна и правда будет решающей. Нам придется действовать как можно быстрее, иначе нас мигом вычислят, и противники, объединив усилия, раскатают нас в лепёшку.

Однако Нин Чжо лишь слегка покачал головой, глядя на это под другим углом. Он сказал Сунь Линтуну:

— Я бы предпочел, чтобы третью волну слухов запускали вовсе не мы.

Сунь Линтун удивился:

— Малыш Чжо, неужели у тебя есть на примете еще какие-то силы, готовые сыграть на нашей стороне?

На что Нин Чжо с улыбкой ответил:

— Старший, секреты у меня, конечно, имеются, но как ты себе представляешь скрывать от тебя целую организацию?

Этот ответ озадачил Сунь Линтуна еще сильнее, и он тут же поинтересовался:

— Раз так, кто же еще сможет помочь нам состряпать эту дезинформацию?

— Точно сказать не могу, у меня у самого нет стопроцентной уверенности, — покачал головой Нин Чжо.

— И всё же я думаю, что когда придет время запускать третий слой слухов, нам стоит немного повременить.

— Ты уверен? — встревожился Сунь Линтун.

В вопросах фабрикации сплетен он разбирался профессионально и подходил к делу со знанием дела.

Он уже четко просчитал грядущую расстановку сил:

— Если пускать третью волну по стандартному графику, к тому моменту у нас попросту не останется ни времени, ни пространства для маневра.

— И при таких раскладах мы еще хотим подождать, посмотреть на обстановку и только потом соваться со своими слухами?

Нин Чжо кивнул:

— Я считаю, что такой риск оправдан.

— Первые две порции слухов были еще куда ни шло, но третья волна, если мы запустим ее своими руками, неизбежно оставит за нами слишком явный след.

— Так что на этот раз, старший, я хочу сыграть ва-банк!

Сунь Линтун запрокинул голову и басом хохотнул, хлопнув Нин Чжо по плечу:

— Ладно! В правилах игр праведников ты разбираешься куда лучше меня.

— Сыграю с тобой в эту азартную игру.

Воспоминания оборвались, когда перед глазами у Сунь Линтуна внезапно выросла круглая румяная мордашка маленькой девочки, заслонив собой всё небо и выбив старика из задумчивости.

— Дедушка, вы чего тут разлежитесь? Вам помочь встать? — раздался ангельский детский голосок.

Сунь Линтун тут же заходился хриплым кашлем, сердечно поблагодарил девочку и признался, что помощь ему сейчас ой как пригодится.

Девочка вложила все силы в детские ручонки и кое-как вздернула Сунь Линтуна на ноги.

А старик меж тем передал ей мысленный сигнал: «Не ожидал, что ты так быстро отделаешься от Чжу Сюаньцзи!»

Под личиной ребенка скрывалась не кто иной, как Ян Чаньюй.

Она тихонько хихикнула и ответила мысленно:

— Будь мы в чистом поле, золотое зрение Чжу Сюаньцзи и вправду доставило бы мне немало хлопот.

— Но рельеф Бессмертного Города Огненной Хурмы слишком запутан, это тебе не открытая равнина. К тому же у меня были лазейки в формации, предоставленные тобой. При такой-то форе разве мог этот зануда загнать меня в угол?

А тем временем Чжу Сюаньцзи вернулся ни с чем.

Стоя перед Нин Цзюфанем и четырьмя другими мастерами золотого ядра, он прямо заявил:

— Я упустил ее, но ручаюсь – это была Ян Чаньюй.

Пятеро мастеров золотого ядра мрачно переглянулись, погрузившись в тяжелое молчание.

Нин Цзюфань тяжело вздохнул:

— Раз уж мы упустили Ян Чаньюй, да вдоamух наши ловушки были раскрыты, есть ли смысл и дальше охранять Нин Чжо?

Чжу Сюаньцзи покачал головой: по дороге сюда он уже обдумал дальнейшие шаги.

— Мы до сих пор не можем понять истинных целей Ян Чаньюй. Возможно, она охотится за демоническим писанием из собственной жадности, а возможно, её наняла городская управа.

С этими словами Чжу Сюаньцзи с досадой ударил себя по колену, выглядя донельзя расстроенным:

— Жаль только, что у нас по-прежнему нет никаких улик.

Даже личное вмешательство Чжу Сюаньцзи закончилось побегом Ян Чаньюй.

Этот результат оставил пятерых мастеров золотого ядра глубоко разочарованными и полными мрачных предчувствий.

Заметив их уныние, Чжу Сюаньцзи вздохнул и пояснил:

— Ян Чаньюй воспользовалась знанием местности и шмыгнула в один из потайных ходов между городскими защитными формациями, так ей и удалось уйти.

Нин Цзюфань:

— Тут вины господина Чжу нет. На его месте любой бы упустил эту вертлявую девчонку.

Чжоу Нунъин холодно фыркнула:

— Ситуация предельно ясна: это городская управа наняла Ян Чаньюй для разведки! А чтобы обеспечить ей и её сообщникамбезопасность, они любезно предоставили ей карту скрытых ходов в барьере!

Чжу Сюаньцзи покачал головой:

— Утверждать это рано, у нас нет доказательств.

Чжэн Даньлянь покачал головой:

— По правде говоря, во всем виновато бездействие городской управы!

— По уму, защитный барьер города нужно полностью перенастраивать каждые несколько лет, только тогда можно гарантировать безопасность.

— Но ни один из последних глав управы палец о палец не ударил ради этого. Видимо, сочли хлопотным делом, с которого не поиметь особой выгоды.

Чжу Сюаньцзи шевельнул губами, собираясь что-то сказать, но передумал.

Определенные закулисные нюансы этого дела были ему известны.

Это попустительство чинилось королевской семьей Наньдоу намеренно.

В конце концов, Бессмертный Город Огненной Хурмы лежал в самом сердце королевства, в относительно безопасном месте. Затевать перенастройку защитной сети – дело и впрямь дорогое и хлопотное.

Будучи новым городом, Огненная Хурма имела свои уникальные ресурсы, ежегодно приносящие в казну королевства баснословные налоги.

Стоило бы им переделать защитный контур, как доходы корона сразу бы рухнули!

Тут подала голос Чжоу Нунъин:

— Раз всё зашло так далеко, положение складывается скверное. Мы слишком связаны по рукам и ногам.

— Сейчас все наши люди прикованы к защите Нин Чжо.

— И сколько бы к нам ни заявлялось убийц, пока мы не можем их поймать, мы не в состоянии доказать, была ли это инициатива городской управы или всего лишь личная жадность наемников.

— Фэй Сы – скользкий тип! Я уверена, что он уже просек наши намерения и тянет время.

— Ему достаточно раз за разом засылать или нанимать Ян Чаньюй для проверки нашей бдительности, чтобы держать нас на коротком поводке. Большая часть наших сил будет вечно прикована к охране этого сопляка.

— Так мы загоним себя в еще большую ловушку.

— Поэтому я думаю: вместо того чтобы вечно отбиваться, не пора ли нам взять инициативу в свои руки?

Чжэн Даньлянь с любопытством спросил:

— И как же нам действовать на опережение?

Чжоу Нунъин легко улыбнулась:

— На самом деле всё до смешного просто. Куда проще, чем вы думаете.

— Раз уж слухи множатся сами собой, я уверена, что значительная их часть исходит именно от городской управы.

— Почему бы нам самим не запустить слух, который напрямую прижмет городскую упрапу к стенке?

И вот.

Появилась третья волна сплетен.

Слухи распространялись с железной уверенностью, детально расписывая историю с Нин Чжо, механической огненной обезьяной, Юань Дашэном, Праздником Хурмы и прочими подробностями.

В тексте особо подчеркивалось, как юный шестнадцатилетний Нин Чжо обратился за советом к Чэнь Ча, но городская управа бесцеремонно присвоила себе лавры разработчика. Затем его заставили запустить массовое производство механических обезьян на продажу, а во время Праздника Хурмы Фэй Сы лично вручил Юаню свой жетон, приказав Юань Эру смотреть сквозь пальцы на происходящее и позволить Юань Дашэну погибнуть.

Стоило людям услышать это, как в их головах складывалась вполне определенная картина из трех пунктов.

Первое: Нин Чжо банально пострадал из-за своей молодости, став жертвой чужих интриг. Вызывало жгучее сочувствие.

Второе: городская управа, скорее всего, заполучила демоническое писание уже давным-давно, а Фэй Сы просто использовал Нин Чжо, избавившись от лишних свидетелей руками Юань Дашэна.

Третье: истинное демоническое писание, судя по всему, преспокойно лежит в закромах городской управы. Именно городская управа и есть главный теневой синдикат, сорвавшей самый жирный куш!

В мгновение ока весь город зашумел: где же в конце концов прячется это демоническое писание? У городской управы или всё-таки у Нин Чжо?

А брошенная Ян Чаньюй перед самым отступлением фраза «Вот оно как» разлетелась по улицам со скоростью лесного пожара.

Городская управа.

Фэй Сы лично проводил Шу Чжунцзюня до самых дверей поместья.

Вернувшись в кабинет, он опустился за рабочий стол с мрачнее тучи лицом.

Шу Чжунцзюнь являлся мастером золотого ядра из Всекнижного Павильона. Прибыв в Бессмертный Город Огненной Хурмы, он совмещал управление местным филиалом павильона с активным исследованием Бессмертного Дворца Лавы, продвигаясь в этом деле ударными темпами и стремительно накапливая заслуги.

Визитом к Фэй Сы Шу Чжунцзюнь преследовал вполне конкретную цель – заключить сделку.

Если в руках городской управы и впрямь оказалось демоническое писание, Всекнижный Павильон готов выкупить его по баснословной цене.

С какого перепугу Фэй Сы было знать про какое-то демоническое писание? Он тут же отрезал, что никакой торговли не будет.

В конце концов, проводив Шу Чжунцзюня за порог…

— Даже Шу Чжунцзюнь повелся… Эта третья волна сплетен бьет прямо по мне, по городской управе!

— Кому же приспичило меня потопить?!

Фэй Сы почувствовал, что противник наконец-то сбросил маски.

Первые две волны слухов тоже казались ему подозрительными, заставляя держать ухо востро с самого первого дня.

Но третья волна открытым текстом обвиняла городскую управу в тайном присвоении демонического писания!

Осознав всю серьезность положения, Фэй Сы немедленно поднял на уши всех людей, отдав приказ расследовать дело до конца.

И в разгар этого расследования настала очередная глухая ночь.

Безлунная.

Усыпанная колючими звездами.

Бум!

Раскатистый громовой удар разорвал тишину, вмиг поднявши на ноги тысячи мирных жителей, спавших мертвецким сном.

Люди повыскакивали из домов, пытаясь понять, в чем дело.

Некоторые с удивлением увидели, как Ян Чаньюй с боями отступает под натиском какого-то мастера золотого ядра.

— Ян Чаньюй?!

— Погодите-ка, а её противник… это же Чернотеневый Культист!!

В этот момент глаза наблюдавших за схваткой практиков едва не вылезли из орбит.

Спустя столько дней Чернотеневый Культист наконец-то объявился вновь.

В следующий миг раздался рев Чернотеневого Культиста:

— Ведьма, верни писание!

Практики на улицах синхронно вздрогнули всем телом.

— Писание?

— Какое еще писание?!

— Ян Чаньюй выскочила прямо из городской управы… Неужели она выкрала демоническое писание из хранилища городской управы?!

(Конец главы)