Глава 202. Похищение ян для восполнения инь

Нин Чжо стоял на широком тяжёлом плече механической обезьяны и вскрывал ей черепную крышку.

Потом достал из пояса-хранилища деталь.

Это был барабан.

Корпус — приземистый толстый цилиндр.

Тулово ярко-красное, гладкое, явно лакированное, простое и строгое.

Обе кожи — жёлто-бурые, натянуты туго, плотные и упругие.

По краю кож шёл ряд медных гвоздей с круглыми, обкатанными шляпками.

По тулову бежал сплошной узор. Всюду поле боя: воины двух ратей рубятся в крови, и все до единого разинули рты в крике.

Это и был Барабан Неистовых Помыслов, награда, взятая Нин Чжо во Дворце Магматических Бессмертных.

Стоит ударить — и низкий гулкий звук расходится в голове, порождая бешеные, взрывные мысли и чувства.

Обычно его бьют в бою, чтобы враг вокруг сорвался в ярость, потерял разум и наделал прорех в защите.

Нин Чжо же придумал использовать барабан, чтобы обезьяна могла думать.

Бешеные, взрывные помыслы — это тоже мысли. Просто выводом всегда будет одно: бить, рвать, взрывать, не жалея себя, лишь бы прикончить врага.

«Не страшно».

«Духовность Юань Дашэна доросла до Разумной Стадии, он и сам соображает неплохо».

«Его духовность придавит бешенство, и рассудок сохранится».

«Хотя, если бить в барабан долго, ярость затопит голову и задавит уже самого Дашэна».

Но именно этого Нин Чжо и хотел добиться в нужный момент.

Тогда Юань Дашэн озвереет полностью. С той начинкой, что в него заложена, он выдаст боевую мощь как минимум вдвое выше расчётной.

Крышка черепа была снята. Нин Чжо осмотрел барабан, убедился, что тот цел, и опустил его внутрь головы.

Там уже стояло подготовленное основание.

Барабан лёг на него.

Нин Чжо достал полтора десятка круглых стержней, каждый складывался посередине. Он вставил их в основание, согнул в середине и вбил вторые концы в пазы на тулове.

Он влил немного силы и чуть шевельнул механизм. Тут же родился удар, и звук прокатился внутри черепа.

Всё работало. Нин Чжо занялся внутренними стенками.

Он вынул кисть для талисманов и принялся расписывать их изнутри, а потом достал из-за пазухи несколько десятков талисманов и наклеил один за другим, не пропустив и черепную крышку.

Только закончив, он вернул крышку на место.

«Сюда надо бы формацию отражения звука. Пока обойдёмся талисманами».

Нин Чжо взмок с головы до ног, но не позволял себе ни задержки, ни тем более отдыха.

«Босс Сунь в беде. Я должен рвать каждую минуту и выгадать ему как можно больше шансов».

«Эх, босса ведь через меня и зацепило».

«Моя божественная способность, Нить Человеческой Жизни, висит у него над головой. Бьют по мне — достаётся и ему».

«Да если бы не я, он давно бы ушёл из Города Бессмертных Огненной Хурмы».

«А он остался. Хотел помочь, хотел прикрыть».

«С его-то нравом сидеть в этих подземных норах хуже смерти. Но он терпел всё это время и ни разу меня не упрекнул».

«Всё обойдётся. Всё обойдётся!»

«Я эти дни на виду, наращивал имя, брал чужое признание, многим повесил Нить Человеческой Жизни».

«Способность у меня уже цельная, я могу опираться на чужую судьбу. Основание Энергии Судьбы у меня огромное, оно перебьёт злой рок».

«Так что, босс, ничего с тобой не случится!»

«Босс, только не вздумай».

Нин Чжо доводил обезьяну и одновременно старался выровнять себя.

Подземная база.

Внутри воронки призрачного тумана.

— Хе-хе-хе, попался, Сунь Линтун! — Ян Чаньюй глупо улыбалась, из глаз вот-вот закапает нежность, от которой у любого дрогнет сердце.

— Ян Чаньюй, успокойся. Успокойся, слышишь! — Сунь Линтун бился в её руках изо всех сил и не мог вырваться.

— Постой, отпусти. Отпусти, мне нечем дышать!

Лицом он утыкался ей в грудь и почти задыхался.

Ян Чаньюй посмеивалась, стискивала его насмерть и раскачивалась из стороны в сторону, будто хотела вдавить его в себя.

Призрачная ци обвивала её всю, голову ей заливала бесконечная похоть, и рассудка не осталось вовсе.

На краю Сунь Линтуна прижало так, что он выдал прорыв прямо в бою.

— Печать Абсолютной Непустоты!! — Он выжал из себя всё до последней капли и с невиданной прежде яростью позвал знак печати.

Знак засветился слабым светом, вытек из Сунь Линтуна и накрыл Ян Чаньюй.

Подействовало!

По её лицу пошла борьба, сомнение. Морочащая призрачная ци, уже просочившаяся внутрь, во многом вышла обратно.

Ян Чаньюй отпустила его, но пальцы намертво впились ему в руки.

— Сломаешь, сломаешь! — заорал Сунь Линтун. — Ян Чаньюй, да очнись же ты!

Лицо её всё менялось: то морок, то ясность.

Туман давил, Ян Чаньюй держала, и свободы Сунь Линтун так и не получил.

— Сяо Чжо, Сяо Чжо, спасай!

Зрачки его сузились: Ян Чаньюй проиграла. Лицо у неё снова поплыло, она глупо хихикнула и потянулась губами к нему.

Сунь Линтун быстро нагнул голову вправо и ушёл от поцелуя.

Ян Чаньюй отстранилась и потянулась снова.

Он нагнул голову влево и снова ушёл от её губ.

Она целила и целила, он мотался из стороны в сторону.

Ничего не выходило, и Ян Чаньюй кокетливо усмехнулась:

— Братик, а ты, оказывается, стеснительный? Жаль, что без толку.

И запустила тайное искусство — похищение ян для восполнения инь.

— Всё, всё, сейчас случится! — Сунь Линтун покраснел от натуги. Связанный, он мог только принять удар.

«Случилось!» То же самое ахнуло и в голове Чжу Сюаньцзи.

Он вёл Золотые Ядра трёх семей в самый низ Горы Огненной Хурмы и пробился к главному логову огненных демонических макак.

Там их не только встретила засада — теперь они не могли и вырваться. Макаки шли одна за другой, и людей прижали в углу.

Чжу Сюаньцзи держал самый перёд. Один человек — целая линия обороны.

С начала боя артефакты у него не кончались, и дрался он куда сильнее прочих Золотых Ядер.

Он хмурился. Отбив очередную макаку уровня Золотого Ядра, он плеснул золотом из глаз и уставился на лаз неподалёку.

— Смотрите туда. Там проход. Когда мы пробовали пробиваться в ту сторону, макаки каждый раз дёргались и защищали её изо всех сил.

— Скорее всего, эта пещера выводит наружу!

Чжу Сюаньцзи говорил передачей голоса.

— А может, там обезьяний питомник, — добавила Чжоу Нунъин. Она отошла в самый тыл и залечивала себя.

— Сейчас я выпущу механическую тварь почти уровня Золотого Ядра, — продолжал Чжу Сюаньцзи. — Она рванёт туда и стянет на себя оборону.

— Они задёргаются, и в других местах откроются прорехи. Бьём в одну сторону, идём в другую, ловим прореху, рвём кольцо и уходим тем же путём!

Он дал трём семьям изготовиться и отсчитал по передаче голоса.

После «раз» он рявкнул:

— Пошли!

Чжу Сюаньцзи выпустил механического тигра, и тот, не разбирая дороги, бросился к пещере.

Всё вышло, как он и думал. Макаки уровня Золотого Ядра задёргались и всей сворой кинулись перехватывать тигра.

— Уходим! — Чжу Сюаньцзи шёл первым. Он нашёл прореху в их строю и рванул наружу.

Рёв.

В следующий миг Владыка огненных демонических макак обрушился поперёк, как боевое божество, и намертво остановил уже разогнавшегося Чжу Сюаньцзи.

Увидев это, Золотые Ядра трёх семей ударили все разом.

Приёмы легли Владыке в тело, а толку почти не было: сила заклинаний срезалась самое малое на треть.

Зато в нём проснулась злоба. Он взревел, пошёл кулаками и ногами и вышиб Чжу Сюаньцзи прочь.

А потом бросился на три семьи.

У Золотых Ядер ёкнуло в груди, они прыснули врассыпную, и Владыка ударил в пустоту.

Чжу Сюаньцзи вдруг закричал:

— Не сопротивляйтесь мне!

И тут же перехватил управление тигром, который всё ещё рвался вперёд.

Тигра обложили несколько макак Золотого Ядра, он был весь в пробоинах и держался на честном слове.

Приняв команду, механизм выпустил несколько тянущих лучей.

Столбы света легли на людей, и их потащило силой, которой было не переспорить.

Чжу Сюаньцзи предупредил заранее, поэтому Золотые Ядра трёх семей не упирались и отдались лучам.

Тигр обвёл светом всех людей-культиваторов на поле и резко мотнул головой, уводя лучи в другую сторону.

— Р-р-рёв!!!

Огненные демонические макаки взвыли в один голос и впали в бешенство.

Людей несло так быстро, что за два моргания они оказались на другом краю.

А тот край и был устьем той самой пещеры.

— Ха-ха-ха! Хорош господин Чжу! — расхохотался Нин Цзюфань.

— Внутрь. Пусть теперь макаки боятся задеть своё! — Чжу Сюаньцзи опять шёл первым.

С начала боя он всё время лез вперёд. Такая прямота втайне подкупила всех троих.

— Плохо! — В следующий миг он резко встал и тихо охнул.

Три семьи за его спиной подняли головы разом и тоже переменились в лице.

Впереди спала старая обезьяна. И сейчас она медленно приоткрывала веки. Дыхание у неё было уровня Зарождающейся Души.

Рёв. Рёв.

Макаки Золотого Ядра сгрудились у входа, но внутрь так никто и не сунулся.

Людей заперло посередине: впереди старая обезьяна Зарождающейся Души, позади несколько огненных демонических макак Золотого Ядра. Ни вперёд, ни назад.

«Скверно!»

«У макак прятался зверь уровня Зарождающейся Души!»

«Почему же он не вышел, когда тряхнуло Дворец Магматических Бессмертных?»