Глава 201. Меня сейчас обесчестят!

Взвыл промозглый ветер, вскипели тени!

Ян Чаньюй напряглась и отчаянно рванула назад.

Бабуля Цюшуй была стремительна: прочертила в воздухе тёмную полосу и в несколько вдохов настигла её.

И тут Ян Чаньюй усмехнулась.

Она запустила спрятанный в теле артефакт — и мгновенно поменялась местами с ядовитым арбалетным болтом, тем самым, что только что прошил Ло Шана.

У Ло Шана рябь пошла перед глазами. А когда прояснилось, перед ним стояла красавица-культиватор в розовом, лицом — как персиковый цвет, и ласково ему улыбалась.

Красоты Ян Чаньюй он не разглядел. Он ощутил только огромное давление смерти и захлестнувший с головой ужас.

Ян Чаньюй ударила. Сабля в её руке разбрасывала вспышки, каждый взмах — на разруб.

Ло Шан едва держался. Кровь шла горлом. Больше десятка ран, каждая до кости, кровь летела веером.

— Ян Чаньюй! — взревел он. Лицо перекосило, от прежней ленивой невозмутимости не осталось и следа.

Как Сунь Линтун узнал его, так и он узнал Ян Чаньюй.

Прямая ученица Секты Непустоты — о такой давно ходили подробные сведения.

— Ты посмеешь меня убить?

— Не боишься войны между Непустотой и Пожирателями Душ?!

Ло Шан кричал не переставая.

— Хе-хе, отчего же не посмею? — Чем красивее она улыбалась, тем злее рубила.

И тут же нахмурилась.

По своей природе отвечать она была не должна. Значит, её уже задело: мысли путались и выходили из-под руки.

Ян Чаньюй спешно погнала силу в артефакт. Помогло, но не до конца.

Следующие несколько наскоков Ло Шан, истекая кровью, всё-таки пережил.

«Энергия Судьбы у него не иссякла. Не убить», — вздохнула про себя Ян Чаньюй, видя, как бабуля Цюшуй разворачивается и идёт обратно.

«Нет. Шанс ещё есть. С чего бы мне падать духом прямо сейчас?»

И от этой мысли её натиск неизбежно ослаб — на самую малость.

В таком бою промах в волос оборачивается промахом в тысячу ли.

Тем более что дурман входил в неё всё глубже, и натиск слабел ещё на малость, и ещё.

— Бабуля, спаси!! — Лицо Ло Шана залилось лиловым. Сил не осталось, яд внутри он придавить не мог.

Бабуля Цюшуй вмешалась — и всё-таки выбрала спасать Ло Шана.

Её послали сюда сторожить прямого ученика. Провалит дело — Секта Пожирателей Душ спросит. И тогда развеяние души будет ещё мягким наказанием.

Ян Чаньюй снова отпрыгнула.

Отходя, она раз за разом била из арбалета.

Старуха-призрак только что на этом обожглась и сразу поняла: болт — это переход. Ян Чаньюй опять окажется у Ло Шана.

Она подумала — и без колебаний оторвала себе левую руку, швырнув её в Ян Чаньюй.

Потом коротко загребла ладонью над телом Ло Шана.

Несколько женщин-призраков, на которых он оттачивал искусство, вылетели наружу. Она раздавила их одной рукой.

Визг стоял страшный. Лицо старухи только каменело.

Из них, как из материала, она сплела огромное облако призрачного тумана.

Туман намертво обвил Ян Чаньюй и Сунь Линтуна и загудел, закручиваясь воронкой.

Оставшейся правой рукой бабуля Цюшуй сгребла Ло Шана и рванула прочь.

Секта поручила ей сохранить Ло Шану жизнь, а не искать того, кто убил Ци Бая. Это была задача Ло Шана, не её.

Она уже показала себя. Если дыхание Зарождающейся Души разойдётся и на него явится градоначальник Мэн Куй — будет плохо.

И главное: Ло Шан дышал на ниточке, весь опух и пошёл багрово-лиловым.

Яд, которым Ян Чаньюй смазала болты, оказался слишком лютым.

Не возьмись она лечить прямо сейчас — не жилец.

Всё это и решило: она ушла с поля боя.

Ло Шана несли за шиворот. Голова у него раздулась в лиловую свиную морду, глаза заплыли и остались двумя щёлками.

«Влип».

Козырь, который берегли на самый край, — бабку-призрака — выбили одним ударом.

Его взяли врасплох. Он и вполсилы не сработал, а его уже сломали.

«Ну и Ян Чаньюй».

«Сегодняшнее я запомнил. Верну стократно».

«Только и тебе сегодня сладко не будет».

«Морок бабули Цюшуй — не шутка. Как бы тебе не кончить тем, что своих же и порвёшь».

На лице Ло Шана проступила злоба.

Перемены в собственном настрое он ловил остро и сразу понял: неладно.

И на лице проступила растерянность.

А следом — испуг.

Он вёл Технику Мрака, Иссушающую Душу: лицо должно быть пустым, ни радости, ни гнева. А сейчас его качало по-настоящему.

«Искусство мне не сорвали, но раны слишком тяжёлые. Проклятье, что это вообще за яд?»

…

Тем временем Нин Чжо один за другим принимал сигналы тревоги от Сунь Линтуна.

«Босс Сунь!»

«Босс опять влип».

Нин Чжо оборвал медитацию и поднялся с циновки.

«Секта Пожирателей Душ, Ло Шан, призрачный генерал уровня Зарождающейся Души…»

«Секта Непустоты, Ян Чаньюй. Твою мать, она любимая ученица старейшины Цин, главная враждебная боссу сила внутри Непустоты».

«Плохо. Совсем плохо».

Нин Чжо заходил по комнате, опустив голову, и лихорадочно искал ход.

«Туман, что держит босса и Ян Чаньюй, свит из руки призрачного генерала Зарождающейся Души. Это не шутки».

«Вытащить босса можно только механической обезьяной уровня Золотого Ядра».

«Но обезьяна не достроена…»

«Поставить Барабан Неистовых Помыслов, кое-как прикрыть низ корпуса — и сойдёт».

И он бросился собирать обезьяну.

…

Вершина Горы Огненной Хурмы.

Мэн Куй хмурился.

«Дыхание Зарождающейся Души?» Он смотрел туда, где шёл бой, — в сторону подземной базы.

Но вставать и вмешиваться не собирался.

Потому что одновременно почуял: Чжу Сюаньцзи в беде.

О том, что тот собрал Золотые Ядра трёх семей и полез под Гору Огненной Хурмы, Мэн Кую сообщили лично. А раз знал, то обязан был приглядывать, чтобы Чжу Сюаньцзи не сложил там голову.

Как бабуля Цюшуй отвечала за Ло Шана, так и Мэн Куй отвечал за то, чтобы человек королевской крови не умер у него на глазах.

А вот три семейных Золотых Ядра…

Мэн Куй был бы только рад, лягте они там все.

Из-за Дворца Магматических Бессмертных намерения семьи Мэн стали слишком видны, и три силы целиком легли под Чжу Сюаньцзи.

Тронуть самого Чжу Сюаньцзи он не мог, тронуть эти три Ядра напрямую — тоже. Зато мог не спасать.

«Достаточно вытащить одного Чжу Сюаньцзи».

Он подумал и вызвал Чи Дуня и Фэй Сы: пусть посмотрят, откуда взялось дыхание Зарождающейся Души.

Фэй Сы остался прикрывать снаружи. Чи Дунь обошёл городскую защитную формацию, спустился и нашёл подземную базу.

Он ворвался внутрь и увидел огромный призрачный туман, крутящийся воронкой.

Стоило подойти ближе, как в нём поднялась дикая похоть: дыхание сбилось, глаза налились кровью, потянуло выплеснуть жар.

«Приём уровня Зарождающейся Души!»

Чи Дунь не смирился. Отступив на безопасное расстояние, он попробовал ударить заклинанием. Толку почти никакого.

А внутри тумана Ян Чаньюй уже поймала.

Лицо — персиковый цвет, взгляд поплыл нежностью, вот-вот закапает. Она глупо хихикала и бежала к Сунь Линтуну.

— Не надо! Не подходи! — заорал Сунь Линтун.

— Паршивец, хватит бегать, — сказала Ян Чаньюй.

— Мы и так помолвлены, чего ты стесняешься?

— Не беги. Иди к сестрице на ручки!

Ужаса на лице Сунь Линтуна было больше, чем только что в бою.

Он бился о туман, но тот держал намертво: Заложению Основ такое не прорвать.

— Сяо Чжо! Сяо Чжо, ты где?

— Спасай скорее!

— Ещё немного, и меня обесчестят!

Туман отрезал внутреннее от внешнего. Даже Нить Человеческой Жизни, что была на Сунь Линтуне, не пропускала весть наружу.

«Босс, держись!» Нин Чжо уже добрался до другой тайной подземной базы и на всех парах собирал обезьяну уровня Золотого Ядра.

«Босс, только продержись». Что творится в тумане, он не знал. В голове у него стояла картинка: Ян Чаньюй, как когда-то Ци Бай, пытает Сунь Линтуна.