— Так и есть...! Я не думал, что людей, обладающих божественной силой, так много!

Монахи очень обрадовались. Кто бы мог подумать встретить «Убийцу Троллей» в таком месте. 

Слухи в этом мире распространялись по-разному в зависимости от социального слоя. Среди дворян, среди простолюдинов, среди наёмников, среди служителей церкви. 

Эти слухи распространялись удивительно быстро и были для людей единственным способом получения информации. 

— Как вы услышали обо мне? 

— От воинов из монашеского ордена, участвовавших в той карательной операции. Ясно, что это было божественное провидение.

«Слишком уж они дружелюбны, даже неловко». 

Отношение монахов вызывало у Йохана смешанные чувства. То, что незнакомые люди не настроены враждебно — это хорошо, но чрезмерная дружелюбность тоже смущает. 

Казалось, они обращались с ним, как со своим старшим монахом или священником. 

— Эти монахи, они что, знакомы с сэром рыцарем? 

— Вроде нет? 

Даже наёмники, пришедшие с Йоханом, перешёптывались и удивлялись. 

Обычно рыцари и монахи, то есть церковь, не были близки. 

Политически они были союзниками, но с точки зрения ценностей — полными противоположностями. 

Рыцари стремились к славе. Они шли на поле боя, повергали врагов и захватывали золото. Хотя они и верили в Бога, они редко помогали по-настоящему слабым — крепостным, зато очень любили запрещённые церковью судебные поединки и турниры. 

Естественно, церковь и рыцари неизбежно сталкивались. Одно из самых частых занятий священников, назначенных в феод, — это бегать за рыцарями и проповедовать им. 

Конечно, редко кто их слушал. Для рыцаря вера была удобным украшением для возвышения собственной чести. 

Но сейчас отношение монахов было дружелюбным, словно к знаменитому священнику. 

«Кажется, здесь какое-то недоразумение...» 

Йохан вывел монахов наружу. В деревне, где произошла такая битва, ночевать было невозможно. 

— Вас послал епископ-граф Моксо? 

— Не послал. Его преосвященство рассказал нам, и мы выступили по собственной воле.

Моксо — феод*, расположенный к западу от владений графини Эбнера или Царфена. 

Прим.перев.: Феод — это земельное владение или доход, который сеньор (крупный землевладелец) дарил своему вассалу в Средние века в Западной Европе, но не в полную собственность, а во владение и распоряжение при условии несения вассалом военной, административной или придворной службы в пользу сеньора.

И это феод Эрангского Королевства. 

Епископство Моксо было землёй, управляемой епископом-графом, но это не меняло того, что он был вассалом и лордом короля Эрангса. 

Удивлённый Йохан спросил у Суэтльга: 

— Разве лорд может так просто посылать людей в чужие владения?

— Конечно, не может. Ты знаешь, что это за человек — епископ-граф Моксо. Человек, крепко вооружённый верой. 

— Тогда? 

— Ясно, что, услышав о страданиях крепостных в этих краях, он отправил вооружённых монахов, не уведомив графиню. 

— ... 

Посылать людей ради деревенских жителей, да ещё беглых крепостных графини Эбнера, было довольно рискованно. 

Лорд в своих владениях подобен королю. Вмешиваться в чужие владения, конечно же... 

Именно поэтому он, должно быть, действовал, не уведомляя графиню. 

— Похоже, они не особо испуганы... 

— Разве монахи разбираются в политике? Они верят только в Бога, чего им бояться? 

Суэтльг цокнул языком. Он не был неверующим, но его нельзя было сравнить с монахами. 

Вера церкви, монотеизм, исповедовала милостивого и всепрощающего Бога, но люди, исповедовавшие эту веру, не всегда были такими. Хотя на этот раз они пришли с добрыми намерениями, Суэтльга порой коробила фанатичная вера, которую демонстрировали монахи или паладины. 

— Немедленно следует схватить и заточить их, господин! Осмелились выступить без разрешения графини!

Инно вскочил с места. То, что монахи выступили, не сказав ни слова графине, привело его в ярость. 

— Что вы думаете? 

— Конечно, нужно заточить, но если заточим, все шишки полетят на тебя. 

— Я тоже так думал. 

Если заточить монахов, пришедших творить добро, все шишки полетят на Йохана. К тому же, судя по странной дружелюбности монахов, похоже, репутация Йохана несколько... искажена. 

— Случайно, ты не состоял в монашеском ордене? 

— Разве я похож на такого типа? 

— Действительно... 

Суэтльг сразу согласился. Йохану почему-то стало неприятно. 

— Мы пришли истреблять монстров, нельзя же заточить благочестивых монахов. Давайте сотрудничать вместе, пока дело не будет завершено. 

— Но, господин... 

— У меня же нет права наказывать их? Позже я доложу графине. 

Поняв, что с Йоханом, видимо, не договориться, Инно обратился к Стефану. 

— Сэр Стефан. Они самовольно... 

— Похоже, сэр Йохан прав. 

— ...Да. 

Если Стефан так говорит, Инно ничего не поделаешь. Остаётся только потом, когда графиня будет спрашивать, сказать: «А я им говорил». 

Рядом его сын Гердольф неуверенно открыл рот. 

— Те, те... 

— ! 

Услышав, как сын заговорил, Инно удивился. Неужели Гердольф собирается сказать что-то как рыцарь графини в этой ситуации? 

— ...Господин прав. Я так думаю. 

— О. Спасибо, сэр Гердольф. Кстати, ты хорошо поработал в этой битве. 

— Благодарю. 

Гердольф удовлетворённо улыбнулся и помахал рукой. Благодаря тому, что Йохан сразу по возвращении перевязал ему руку тканью, разорванная ладонь не сильно болела.

Инно остолбенело уставился на сына. Что он такое съел? 

Тем временем Суэтльг про себя подумал о другом. 

«...Стоп. Неужели этот парень снова потратил ту воду, что я дал...?» 

— Кстати, посылать так самовольно людей в чужие владения... 

— Не настолько удивительно. Запад Империи находится под влиянием Эрангского Королевства, а юг Империи — под влиянием городов-государств Каталийского Полуострова. Даже дом Эбнера, вероятно, состоит в отдалённом родстве с королём Эрангса. 

Здесь, если где-то начиналась междоусобная война, королевства, империи, города-государства — все тайно вмешивались из-за кулис. 

Дворянские семьи переплетены, как паутина. Страна не имела значения. Бывали случаи, когда за одно графское звание сражались дворяне из разных стран.

— Конечно, епископ-граф Моксо вряд ли затеял это, рассчитывая на подленькую мысль немного увеличить своё влияние, отправив сюда монахов. Графиня, должно быть, это знает, так что даже если станет известно, всё хорошо уладится. Но что вы делали сегодня утром? Я вас не видел. 

— Совершал утреннюю молитву с монахами. 

— ... 

Суэтльг крепко сжал губы. Чтобы сдержать смех. 

— Правда? 

— А разве там можно было не совершать? 

— Нет, ты? Правда? Ты хоть знаешь молитвы наизусть? 

— Знаю большинство обычных. 

От слов Йохана Суэтльг снова удивился. 

«Неужели в детстве он правда собирался стать священником?» 

Непонятливые монахи обрадовались, пригласив Йохана совершить вместе утреннюю молитву. Старший монах-священник, возглавлявший их, был ещё бестолковее и удостоил Йохана чести начать первые строки... 

И Йохан, читая заученные когда-то у пастора Бальберга строфы, начал молитву. 

— Господи, отверзи уста мои. И уста мои возвестят хвалу Твою... Не понимаю, чего они хотят от меня. Они, кажется, считают меня... странствующим рыцарем-аскетом. 

— Хм... Я тоже удивился. Редко монахи так себя ведут. Видимо, рыцари из монашеского ордена, бывшие на той карательной операции, действительно хорошо о вас отозвались. В любом случае, это не плохо. Лучше, чем прослыть развратником. 

— Что вы имеете в виду, говоря, что ежедневные молитвы и скромная жизнь — это неплохо? 

— Это полезно и для тела, и для души. Пока молодой, немного поаскетичничай. Состаришься — сможете предаваться желаниям. 

От этих несвойственных Суэтльгу слов Йохан, недовольный, собрал наёмников. 

Рассвело, и настало время осмотреть деревню. 

Наёмники, заново увидев размеры кабанов, ахнули. Это определённо было существо, достойное звания монстра. 

Убить такое в одиночку... 

— Непонятно, кто здесь монстр. 

— Ты спятил? Следи за языком. Из-за тебя все можем быть выпороты. 

— А, нет. Просто сорвалось. 

— Соберите трупы гоблинов в одну кучу и сожгите! Остальные — обыщите подземелья деревни! 

Монахи разбили лагерь в разрушенной деревне и собирались искать логово гоблинов. Хотя люди ушли, дома ещё оставались, что хорошо защищало от холодного ветра. 

Но когда стемнело, гоблины внезапно повыскакивали из разных уголков деревни. Ясно, что они прятались под землёй. 

— Приготовьтесь разжечь огонь. Нужно выкурить их дымом. 

— Отойди. Такое тряпьё, разве даст дым? 

Опытные наёмники приготовились выкурить гоблинов дымом. Если бросить внутрь сырые ветки и поджечь, гоблины повыскакивают, как стая псов. 

— ...Никто не выходит? 

— Что? 

— Определённо, сбежали. 

Выслушав доклад после завершения работ в деревне, Суэтльг так сказал. Капитаны наёмников тоже были озадачены. 

— Обычно... это цепкие твари, редко сбегающие. 

— Хм. 

Гоблины обычно упорно держались, даже когда прибывал карательный отряд. Но они просто испарились. 

Суэтльг коротко сказал: 

— Видимо, действительно сильно испугались. 

— А-а...! 

— Точно...! 

Бывшие на месте наёмники сразу согласились.

Честно говоря, будь они на месте гоблинов, увидев такое, они тоже сбежали бы! 

— ...Не знаю, что именно ты сделал, сэр Йохан, но, в любом случае, раз гоблины сбежали, нам нужно думать о следующем шаге. 

Суэтльг указал на горы возле деревни. 

— Нужно обыскать горы. 

Наёмники тяжело вздохнули. Будь ты опытным наёмником или новичком, обыскивать горы в поисках логова монстров — это скучная и нежеланная работа. 

К тому же, это место, где карательные операции терпели поражение раз за разом.

Наверняка будет трудно найти.

— А нельзя пустить собак на поиски? 

— Ты что, с юга? Гоблины и собак могут обмануть. Они мажутся смесью грязи и слюны... 

— Гррр. 

Капитаны наёмников замолчали. Потому что Карамаф издал низкое рычание. 

— С-сэр рыцарь, а ваш волк... может выследить? 

— Кажется, он уверен в себе. 

Карамаф гордо поднял голову. Его вид вызвал восхищение у наёмников. Действительно, волк, служащий рыцарю, был каким-то особенным. 

Но Йохана это немного беспокоило. Если он гордо выступит перед карательным отрядом и потерпит неудачу... 

«А он точно сможет найти?» 

[Перед наёмниками я не сказал, но...]

[?]

[Думаю, всё же нужно сказать. Эти кабаны, как ни крути, странные]. 

[Вы считаете, что гоблины не могли бы управлять такими?]

[Управлять-то могли бы. Но за всю жизнь я не видел среди гоблинов таких выдающихся, чтобы управлять сразу несколькими такими. Такие свирепые существа не могут ужиться вместе. Они не терпят вторжения на свою территорию].

]Тогда...]

[Подозреваю, что в тех горах есть кто-то с выдающимися навыками. Знаток в обращении с животными]. 

[...И зачем такому жить в горах с гоблинами?]

[Меня это тоже смущает. С такими способностями он мог бы пойти и к дворянам]. 

Йохан двигался, вспоминая слова Суэтльга. Было понятно, почему маг сказал это только ему. Наёмники, несмотря на грубый образ жизни, были суеверны и пугливы. 

Если бы услышали слова Суэтльга, они бы напрасно ещё больше перепугались и затряслись. 

— Гррр! 

Карамаф, учуяв запах гоблинов и поднимаясь в горы, размахнулся огромной лапой и разбросал землю. И открылся вход в пещеру, в которую могли бы пройти двое-трое человек. 

— Нешуточные способности! 

— Верно. И как он нашёл логово гоблинсих сволочей. 

Наёмники зашумели и приготовились к бою. Сражаться внутри таких пещер — дело наёмников. 

Но Йохан вместе с Гердольфом встал вперёд. 

— С-сэр рыцарь... Неужели вы собираетесь зайти внутрь? 

— А что?

— Э-э... Это... 

— Не говорите ерунды, поставьте наёмников, которые пойдут внутрь. Как только приготовятся, мы зайдём. 

— Буду сражаться усердно. 

— Благородно, сэр Гердольф. Так и должен поступать рыцарь. 

Услышав, что Йохан идёт внутрь, наёмники невольно ещё раз проверили своё снаряжение. 

Перед рыцарем, да ещё нанимателем, нельзя было показать себя с плохой стороны. 

Тем более перед рыцарем, который сам идёт в такое опасное место. 

Три часа спустя. 

Йохан вместе с наёмниками вышел из пещеры. Щит и булава были покрыты засохшей кровью гоблинов. 

— Все вышли? 

— Так точно!! 

— Короткий отдых, затем двигаемся к следующей пещере. Отдыхайте, не теряя бдительности.

Наёмники, ожидавшие снаружи, удивлённо смотрели на выражения лиц своих товарищей. Те выглядели так, будто внутри встретили призраков. 

— Что такое? Внутри встретили не гоблинов, а троллей? 

— А, нет. Дело не в этом... 

— ??? 

— Они что, ранены? Нет, тела целы?? 

— Даже мечи не обнажали? Что за фигня, ни капли крови на них? Вы что, на прогулке были?