Грехха и Рааха шли по узкому каналу, вход в который строго охранялся. Каждую секунду Грехха ощущал, как мощные волны Внутренней Инерционной Графитации накатывают на него, едва не причиняя вреда.

Он не был частью иммунной системы 1-го Эмпирейского Бивня. Из-за этого защитная реакция гиганта инстинктивно пыталась избавиться от чужака. Эмпирейскому Бивню приходилось отвлекаться, чтобы случайно не прикончить Грехху.

К счастью, они собирались ненадолго. Иначе 1-го Эмпирейского Бивня могло обсыпать сыпью. Чем глубже в тело забирался чужак, тем сильнее становился иммунный ответ.

Если бы в тело проник враг, Эмпирейский Бивень просто сосредоточился бы на его уничтожении. Но когда речь шла о сородиче Мамонта, требовалось соблюдать осторожность, чтобы не навредить ему, отчего гигант постепенно напрягался, пока его не обсыпало сыпью.

— Идем быстрее. — С этими словами Рааха перешел на бег и стрелой промчался по каналу. В ответ Грехха окутал себя Эмпирейским Инкубатором и закрутил его с помощью психокинеза, покатившись следом за Раахой, словно огромный шар.

Через минуту они оказались в пульсирующем мире, наполненном похожими на горные хребты массами плоти, которые концентрировали в себе огромные массивы информации. Прана волнами струилась по земле, порождая электрические искры, что проносились по небу подобно молниям и несли колоссальные объемы данных.

Стоило Греххе войти туда, как он заметил в самом центре этого мира шестиэтажную башню, соединенную с пульсирующими волнами Праны. Добтная часть молний вонзалась прямо в нее, словно поглощаясь изнутри.

— Вождь, я думал, Сокровищница Мамонтов слилась с твоим телом, — озадаченно произнес Грехха.

— Так и есть, но я могу извлечь ее в любой момент, поскольку полностью контролирую ее, — ответил Рааха. — Получив силу Золотого Эмпирейского Щупальца, я херу в безопасности. Этот биом может существовать только благодаря Сокровищнице Мамонтов. К тому же именно здесь живут Мамонтовы Старейшины и строят планы.

— 1-й Эмпирейский Бивень читает их мысли и следует за ходом их рассуждений.

— Вот оно как, — кивнул Грехха и, последовав за Раахой к Сокровищнице Мамонтов, вошел внутрь, оказавшись на обширной лужайке. Он уже бывал здесь раньше, когда выбирал себе Малое Сокровище.

Грехха с изумлением уставился на ослепительные столпы света, уходящие в самое небо.

— Впечатляет, верно? — усмехнулся Рааха. — Это истинное богатство Клана Мамонта. Мы собирали его из поколения в поколение ценой титанических усилий, проходя через бесчисленные смертельные угрозы.

— Следуй за мной, — бросил он и направился к скромному домику на самом краю этого мира. Трижды постучав в дверь, он вошел внутрь. — Приветствую Мамонтовых Старейшин.

— Разве мы не приняли решение только что, Вождь? — В гостиной стоял круглый стол, вокруг которого сидели шестнадцать человек. Один из них, бородатый старик с короткой стрижкой, заговорил, и выражение его лица ни капли не изменилось даже при виде Вождя Клана Мамонта.

Хотя стол казался обычной мебелью, на самом деле это был самый сложный Костяной Осколок во всем Клане Мамонта, который совершенствовали и развивали на протяжении тысяч лет. Объем информации, содержавшийся в этом столе, превосходил всё, с чем мог справиться даже отдельный Эмпирейский Бивень.

Задача Мамонтовых Старейшин заключалась в том, чтобы собирать и сопоставлять все данные, занося их в этот стол, именуемый Мамонтовым Осколком. Они обсуждали различные вопросы и постоянно перерабатывали пул данных для будущих поколений, гарантируя, что Клан Мамонта движется в верном направлении.

Именно с помощью этой информации Верховный Бивень Ганнала разработал семь Мистических Путей, получив их в наследство от тогдашнего 1-го Эмпирейского Бивня.

— Давай, докажи свою правоту. — Рааха хлопнул Грехху по спине и замер, позволяя тому изложить свой аргумент.

— Приветствую, старейшины. — Грехха поклонился и сразу перешел к делу, открывая коробку. — Здесь двадцать яиц, которые я вывел специально для защиты внутренних органов Эмпирейского Бивня.

— Когда они вылупятся, то в зависимости от поглощенной Праны станут частью иммунной системы соответствующего Эмпирейского Бивня. Они будут праническими зверятами с теми же функциями, что и у нас, но поскольку это всего лишь пранические звери Железного ранга, ими можно пожертвовать. Да и их численность легко восстановить, — добавил Грехха, заметив скептические взгляды Мамонтовых Старейшин.

«Они оторвались от реальности. Что ж, тогда есть простое решение». Он усмехнулся и продолжил:

— Они смогут собирать для нас ресурсы и восстанавливать тело Эмпирейского Бивня. А в худшем случае – просто взорваться, напрямую подпитав силу своего Божества.

— Объясни подробнее, — произнес один из Мамонтовых Старейшин, заинтригованный последним доводом. — Каким именно образом они станут частью силы нашего Божества?

— Благодаря трем Природам, которыми они обладают, — ответил Грехха, заметив, как все, включая Рааху, уставились на него в полном шоке.

— Ты хочешь сказать… — Рааха дрожащим пальцем указал на яйца. — Они все родятся с тремя Природами?

— Да, именно так я их и создал, — кивнул Грехха.

— Даже ты об этом не знал, Вождь? — удивился один из Мамонтовых Старейшин.

— Я поддержал его план, как только понял, какими Первичными Природами обладают эти пранические звери, — вздохнул Рааха, уставившись на Грехху. — Но я и представить не мог, что ты усовершенствуешь их еще сильнее.

— Эта идея пришла мне в голову после нападения Кабаньего Владыки, — пояснил Грехха. — Наша ситуация отчаянная, и это подтолкнуло меня к развитию. Вторичная и Третичная Природы – не более чем их изначальные генетические особенности. Я просто смешал их с Праной, превратив в полноценные Природы.

Искусный пранический зверь Железного ранга – Костяная Гадюка!

Обладая емкостью Праны в 910 единиц на стадии зрелости и продолжительностью жизни в девяносто лет, это был весьма неплохой пранический зверь. Вырастающие в среднем до трех-четырех метров в длину, они имели передние конечности и по строению тела напоминали Грязевую Гадюку.

Однако с головы до ног их покрывал экзоскелет, схожий с панцирем Эмпирейского Бивня, что обеспечивало им мощнейшую защиту. Их тела и без того идеально подходили для того, чтобы ползать по бороздам экзоскелета Эмпирейского Бивня и сети пронизывающих его каналов. Теперь же они стали еще лучше приспособлены к жизни внутри гиганта.

Первичная Природа: Духовная Кость!

Это была та же Первичная Природа, что и у Греххи: она позволяла Костяной Гадюке выпускать туман, который при контакте с целью затвердевал, превращаясь в кость. Причем эта кость была полностью совместима с экзоскелетом Эмпирейского Бивня.

Таким образом, когда Эмпирейский Бивень сражался с Кабаньим Владыкой и лишался части своего панциря, Костяные Гадюки могли спешно вырабатывать новое вещество. По качеству оно уступало оригиналу, но с помощью Искусства Мистической Кости Эмпирейский Бивень мог переработать этот материал и в мгновение ока восстановить свой мощный экзоскелет.

Это давало ему большую свободу движений в бою и позволяло тратить меньше ресурсов.

— Да, этого мне хватило, чтобы убедиться в его правоте, — кивнул Рааха, когда Грехха закончил объяснять суть Первичной Природы Костяной Гадюки.

К этому моменту Мамонтовы Старейшины уже вовсю таращились на Грехху, и один из них возмущенно возразил:

— Но растить пранического зверя внутри тела нашего Божества – непростительно.

— Как бы мы их ни контролировали, они никогда не станут сородичами Мамонта, — добавил он.

— Вы абсолютно правы, старейшина, именно поэтому я и наделил ее Вторичной Природой, — ухмыльнулся Грехха, наблюдая, как лица присутствующих застывают от шока, а мгновение спустя их охватывает экзистенциальный кризис.