«Я зла! Черт побери!» – рычала Луттрена, проходя мимо торговых рядов один за другим.

— Извините… — Вдруг раздался знакомый голос, заставивший ее обернуться и уставиться на говорившего. Она сразу узнала, кто ее окликнул: «Он тот студент, что рисует портреты. Его зовут…»

— Инала, верно? — Луттрена в замешательстве уставилась на собеседника. — Ты что-то от меня хочешь?

— Агх, да. — Инала виновато улыбнулся и спросил:

— Вы ведь человек не бедный, верно?

— С чего ты вдруг это спрашиваешь? — Луттрена нахмурилась. Она и так была не в духе, поэтому ей казалось, что если он продолжит болтать, она просто сорвется на него.

— Я заметил, что вы не в духе. Не хочу лезть не в свое дело, но если вы хотите перевести дух и расслабиться, я могу помочь. Я могу создать портреты, которые успокоят вас с первого же взгляда, — заговорил он.

— Не до этого мне, — Луттрена фыркнула, собираясь уйти. — Не приставай ко мне.

— Вы на грани срыва, — голос Иналы стал серьезным. — Ваше эмоциональное состояние сейчас на пределе. От малейшего толчка ваши Духовные Сосуды могут треснуть. В результате вытечет по меньшей мере двадцать единиц Праны.

— Ты… — Луттрена остолбенела. Она намеревалась рявкнуть на него, но инстинкты культиватора, вбитые в нее с самого детства, заставили ее на секунду задуматься. Если то, что сказал Инала, правда, она могла потерять двадцать единиц Праны. Это опасно. Даже для нее потеря такого количества означала бы, что она плохо контролирует свои эмоции.

И без того слабый интерес ее отца к ней после этого мог исчезнуть окончательно. Она была раздражена тем, что ей отказали в собственном ребенке. Это жутко давило на нее, особенно учитывая, что к деторождению относились как к чему-то священному.

И пусть все случилось из-за выходок Виралы, но зачатия лишили именно ее тело. Это наносило тяжелый удар по ее психике.

Она зыркнула на Иналу:

— Я дочь Лидера 43-го Поселения, Луттрена. Я не настолько слаба, чтобы незначительные перепады настроения могли привести к тому, что мои Духовные Сосуды…

— У меня Болезнь Осколков, — Инала заглянул ей в глаза, сохраняя мрачное выражение лица, и проследил, как она вздрогнула от неожиданности при его признании. — При малейшем изменении моего эмоционального состояния мой Духовный Сосуд трескается. Я проходил через это достаточно раз, чтобы распознать с одного взгляда. Вы сейчас именно в таком состоянии.

— Благодаря своей болезни я считаю, что обладаю достаточным опытом, чтобы судить о вашем состоянии.

— Болезнь Осколков… — пробормотала она, успокаиваясь. Она глубоко вдохнула и пустила в ход Искусство Мистической Кости, постепенно очищая мысли.

У нее был знакомый, страдавший Болезнью Осколков.

Когда он выпустился и доказал свою бесполезность для клана, его бросили в пасть Праническому Зверю. Она лично видела это зрелище. Выпустив свою Прану, она ощутила слабые трещины в его теле, подтвердив, что у него действительно была эта болезнь. Поэтому она понимала всю весомость слов Иналы.

— Спасибо, я уже достаточно успокоилась, — произнесла она пару минут спустя. — Но прошу прощения. Мне не нужна помощь. Я сама прекрасно контролирую свои эмоции.

— Я рад, что вы на это способны, — Инала расплылся в улыбке. — Будучи студентом-смертником, я вечно отчаянно пытаюсь принести хоть какую-то пользу клану. И когда я увидел ваше состояние, то понял, что обязан вас предупредить.

— К тому же вы заплатили мне двадцать Паруте. Так что вы моя важная клиентка, — он ухмыльнулся, ведя себя как неопытный, прижимистый торговец. Его намерения были очевидны. Помогая ей сейчас, он надеялся на новые заказы в будущем. Поскольку он не выказывал и капли коварства, Луттрена сочла его детские манипуляции милыми.

— Ха-ха! — Луттрена хохотнула и протянула руку для рукопожатия. — Инала, да? А покрупнее портреты можешь делать?

— Могу, — Инала хлопнул себя по груди. — Никаких ограничений по размеру. Насколько большой захотите, настолько и сделаю, будь то портрет или скульптура, от одного человека до всей вашей семьи. Мне все по силам. И еще…

На его лице появилось самодовольное выражение:

— Я также могу создавать Искусство Воображения.

— Искусство Воображения? — Луттрена склонила голову набок в недоумении. — Это еще что такое?

— Что, если бы вы родились мужчиной? Я могу нарисовать реалистичную версию этого, — продолжил он. — Могу изобразить сцену вашей битвы с Грязевой Гадюкой, сделать так, будто вы совершаете набег на ее гнездо, и все в таком духе. Или могу сотворить эмоциональные портреты вас самих либо любого человека на ваш выбор. Будь то бурная вспышка гнева, печали или радости – я передам это во всех красках.

Он указал на нее:

— Только что вы злились. Я могу создать произведение, которое при одном взгляде на него заставит вас разозлиться. Очень сильно разозлиться.

— И какой от этого толк? — замолкла на полуслове Луттрена, пойманная на крючок его объяснениями.

— Тренировки, а какой же еще? — ухмыльнулся Инала. — Каждый раз, когда ваши эмоции задевают, вы можете использовать Искусство Мистической Кости, чтобы успокоиться. Это послужит ценной тренировкой контроля над эмоциями. Для любых эмоций, которые вы только способны испытать, я заставлю вас прочувствовать их через мое искусство. В контролируемой и безопасной обстановке вы сможете практиковаться в их выдерживании, не теряя при этом свою Прану.

— Мне ведь не нужно разжевывать дальше, верно?

— Теперь я понимаю, почему ты спросил, богата ли я, — Луттрена кивнула и уставилась на него со спокойным видом. — Это Искусство Воображения… обойдется дорого, да?

— Да, поскольку они должны быть детализированными и достаточно взрывными, чтобы вызвать у вас нужную эмоцию. На создание уйдет время, — ответил Инала. — Но с точки зрения пользы – вы можете использовать его в одиночку или продать Академии Очищения вашего поселения на благо всех студентов.

— Ты ведь хочешь денег взамен, верно? — Луттрена смолкла, а затем произнесла:

— Дай мне два дня на раздумья. И подготовь образец Искусства Воображения. Если оно окажется настолько эффективным, как ты заявляешь, я поддержу тебя своими средствами.

— Спасибо за предоставленный шанс, — Инала почтительно поклонился. — Не буду больше тратить ваше драгоценное время. Пожалуйста, возвращайтесь домой целой и невредимой.

— Ладно, — Луттрена улыбнулась и развернулась, собираясь идти домой. Она внезапно замерла и бросила на него взгляд:

— Ты из 44-го Поселения…

— Да, оттуда, — Инала кивнул с облегчением: «Наконец-то она задала этот вопрос. Теперь я смогу выведать, что именно с ней сделал Вирала. Ух, сколько же времени ушло, ха-ах!»

— Ты знаешь кого-нибудь по имени Вирала? — спросила она.

— О, я отлично его знаю, — с видом знатока произнес Инала. — Мы с ним в одной лодке.

— Мы оба студенты-смертники.