Слой водорослей уже добрался до тропы, по которой двигалась хвостатая часть стада эмпирейских бивней. Чтобы не задеть своих, эмпирейские бивни воздерживались от применения ударных волн. Лишь первый эмпирейский бивень продолжал выпускать их, после чего в спешке помчался дальше по очищенной от водорослей дороге.

Остальные последовали за ним в спешке. Но к тому моменту, когда на расчищенную тропу ступил восьмидесятый эмпирейский бивень, её уже затянули водоросли. И в тот самый миг его нога соскользнула, из-за чего он потерял равновесие и накренился.

Восьмидесятый эмпирейский бивень выпустил через хобот струю воздуха и за счет созданной тяги замедлил падение. Его туша рухнула на землю, вызвав мощный толчок, в то время как его Внутренняя Инерционная Графитация перевела удар от падения на шкуру, высвободив мощную вибрацию, которая заставила водоросли содрогнуться.

Вибрация расколола слой на множество кусков, и те прилипли к эмпирейскому бивню лоскутами. Поскольку они рассыпались на отдельные фрагменты, зверь сумел глубоко вонзить ноги в землю и подняться на них.

Более того, восемьдесят первый эмпирейский бивень помогал ему, держа хоботом за хвост. В свою очередь, восьмидесятый эмпирейский бивень ухватился за хвост семьдесят девятого. С помощью семьдесят девятого и восемьдесят первого эмпирейских бивней ему удалось быстро восстановить равновесие и снова зашагать вперёд.

Многие эмпирейские бивни теряли равновесие и падали, но те, что двигались прямо перед ними и позади, тут же приходили им на помощь. По крайней мере, за их спинами всегда был другой эмпирейский бивень, готовый подстраховать. Единственным исключением стал сто четвёртый эмпирейский бивень, замыкавший всё стадо.

Его никто не прикрывал с тыла, а потому, когда он поскользнулся, то не смог оправиться так же быстро, как остальные. Более того, при его падении по привязанной к хвосту веревке побежала волна, хлестнув тянувшийся позади караван, словно удар хлыста, и всех находившихся там людей разметало в разные стороны.

— Защитите Харлу! — во весь голос рявкнул Яхард Бивень и сгустил стену света, превратившуюся в цилиндрическую тюрьму. Ее нижние концы глубоко вонзились в землю, намертво вкопав сооружение на месте.

Захаэлла превратился в Рокатриса и вцепился своими многочисленными руками в прутья тюрьмы. В одной из рук он держал Захаэллу первой Стадии Жизни, которая не выпускала из объятий Харлу.

— Тц! — цыкнул языком Яхард Бивень, видя, как сородичи Мамонта из его поселения разлетаются по слою водорослей вдребезги вместе с разрушающимися домами их каравана. Веревка продолжала натягивать все, что осталось от повозок, а сто четвёртый эмпирейский бивень тем временем юзом скользил вперед, не имея возможности остановиться.

— Бора! — крикнул он следом и сплел из лучей света множество веревок, раскидывая над местностью сеть.

— Сделано! — взревел в ответ Бора Бивень и вызвал серию мягких взрывов, отбросивших растерянных сородичей Мамонта прямо в ловушку. Падая в сеть, все тут же судорожно вцепились в нее, чувствуя, как их тела волочит вперед, ведь ее задний конец крепился к канату, тянувшему караван.

В этот момент из-под земли выпрыгнул декалич и стрелой устремился к Харле. В этих краях в ней бурлило больше всего крови, поскольку она уже успела сформировать крошечный биом. Именно поэтому она стала главной мишенью для декаличей.

— Только через мой труп! — прорычал Захаэлла, и руки Рокатриса молниеносно выбросились вперед, перехватив вращающегося декаличу на лету. Поскольку щупальца каждой такой твари достигали тридцати метров в длину, несколько рук Рокатриса умудрились ухватиться за каждое из них, рванув монстра в разные стороны, чтобы разорвать в клочья.

Одна из рук пронзила его тело и вырвала скопление крови вокруг Духовного Сосуда, тем роковым ударом уничтожив тварь. Но ровно две секунды спустя на Рокатриса рухнули еще три декаличу, следом за ними еще два, а за теми – еще четыре, полностью подавив его числом.

— Реша! — в ужасе завопил Захаэлла, заметив, как рой декаличей облепляет зверя, подбираясь совсем близко к Харле.

— Уже! — Силуэт Реши метнулся к ним; превратившись в зингера, он подхватил Харлу и взмыл в воздух. В погоню за ним бросились два декаличу, но внезапно на них обрушилась колоссальная гравитационная сила, впечатав тварей в землю.

Реша высвободил гравитационный поток, чтобы воздействовать на саму землю и нейтрализовать этот эффект, намереваясь создать в своей точке абсолютную невесомость. Раньше он никогда этого не пробовал – просто не было нужды, как и в превращении в зингера.

Третичная Природа: Эмпирейская Сотня!

Будучи единственным существом, способным планировать по воздуху, тело зингера явно подходило под одну из его целей. Его крылья рассекли зону невесомости, когда он собрался выпустить струю воздуха, чтобы улететь подальше. Но в тот самый миг мир вокруг него словно замер.

«Ч-что это?», – с тяжелым предчувствием Реша уставился на гигантский глаз, невесть откуда появившийся перед ним. Само его существование, казалось, ставило на паузу все законы мироздания. Окружающий мир стал монохромным, а сам Реша лишился возможности двигаться, моргать и даже думать.

Он заметил, как глаз скользнул взглядом по его крыльям зингера, по зоне нулевой гравитации вокруг него и по силе Совершенной Инерционной Графитации, позволившей ему взлететь. Мгновение спустя глаз определил его виновником этого «полета», а потому исказил причину и следствие, намереваясь стереть нарушителя с лица земли.

Реша даже сообразить ничего не успел, как почувствовал, что само его существование вычищают из летописей Континента Суматра. И виновником оказался этот таинственный глаз, взирающий на него с абсолютным всемогуществом и всеведением.

«Нет, я не могу умереть!», – Ссобрав воедино каждую унцию своих сил, он активировал финальную часть Искусства Мистической Кости. Из всех его семи отверстий хлынула кровь, а сам он взревел:

— Предок Мамонт!

— Помоги мне!

От него исшел мощный всплеск Праны, эхом разнесшийся по всей округе. Мгновение спустя один из парящих в небе Трансцендентных Миров моргнул в ответ.

Бум!

Уходящий в бесконечность бивень из слоновой кости вырвался из Трансцендентного Мира и вонзился прямо в глаз, ослепив его.

КНДГХФФФКУХХХР!

В ответ раздался невообразимый скрежет, а из глаза фонтаном забил кровавый водопад.

[Прыгай! Не летай!]

Реша услышал голос Предка Мамонта в своей голове, и монохромный статический мир схлынул, возвращаясь к жизни. Он заметил, как кровоточащий глаз исчез, оставив после себя лишь жуткие вопли. Бивень из слоновой кости пропал – он существовал лишь в то самое единственное мгновение.

«Это…?», – Он заметил зависшую в воздухе таинственную субстанцию, струившуюся волнами и не подчинявшуюся никаким законам природы. Это была кровь, пролитая глазом. Реша огляделся и понял, что только он один способен видеть эту кровь.

Поразмыслив пару секунд, он открыл рот и жадно вдохнул, втягивая всю кровь загадочного глаза в свое тело. Тотчас же его Искусство Мистической Кости взревело на полную мощность, мгновенно перешагнув за свой теоретический предел, а в желудке забурлил бесконечный источник энергии.

«Направить ее!», – Реша сосредоточил поток на Великом Сокровище Исцеления и почувствовал, как Мистический Путь внутри него стремительно наполняется силой. Сделав это, он заскользил по воздуху и обрушил гравитационные удары на декаличей, впечатывая монстров в землю.

Спустя считанные минуты он проанализировал всю череду произошедших событий, придя к выводу: «На Суматре объявилось некое Трансцендентное существо, запрещающее полеты. Его власть над обитателями этого континента абсолютна, однако оно уступает по силе Предку Мамонту, раз уж она сумела меня спасти».

Реша поднял взгляд к небу и увидел, как мигающая планета исчезает из виду: «Вот оно что, значит, именно там находится Трансцендентный Мир, в котором обитает Предок Мамонт. Похоже, защищая меня силой, она упустила возможность связаться с нами. Должно пройти немало времени, прежде чем ее Трансцендентный Мир снова окажется в пределах досягаемости Суматры».

— Всё стало гораздо сложнее, — пробормотал Реша, тяжело вздыхая. Теперь он как никогда отчетливо понимал, как мало на самом деле знает об этом таинственном континенте.