«Всё идет точно по Хроникам Суматры», – думал Вирала, наблюдая за их продвижением. — «Даже после того, как стадо стало намного больше, кое-что остается неизменным».

Его усы начали удлиняться, обвивая три его Фонаря Хранения Первого Уровня и сжимая их всё крепче, пока внутри них сгущалось плотное количество Праны. Его тело напряглось в ответ, так как Вирала начал излучать Прану, намереваясь следить за обстановкой вокруг. Он насторожился.

В тот же самый момент все реинкарнаторы тоже напряглись в ответ, демонстрируя крайнюю нервозность.

Реша спокойно приблизился к малышке Харла и встал рядом с ней, намереваясь отдать все силы на ее защиту.

— Что-то должно случиться? — спросила Захаэлла, увидев его действия.

— Вождь велел мне быть начеку, — Реша небрежно свалил вину на Рааха. — Я просто действую соответственно. Пожалуйста, начните накапливать Прану в своем теле и будьте готовы трансформироваться в любой момент.

— Ладно, — Захаэлла не стала тратить время на расспросы, и из ее Духовного Сосуда в кровоток хлынуло еще больше Праны. Она разделила свое тело надвое. Захаэлла 1-й Стадии Жизни держала малышку Харлу, в то время как ее копия 6-й Стадии Жизни встала на страже неподалеку, готовая превратиться в Рокатрис.

В комнате, расположенной в задней части бивня 1-го Эмпирейского Бивня, находился Блола, запертый здесь с тех пор, как Рааха начал злоупотреблять своими способностями на благо Клана Мамонта.

Его глаза блеснули, когда он увидел, как слой водорослей пронесся по Липко-Скользкому Плато подобно приливной волне и приблизился к усеянной кратерами тропе: «Началось!»

Он оглядел периметр своего дома и заметил шестерых элитных бойцов, выставленных в дозор с целью защитить его. Все они находились на пике Стадии Тела и обладали сдерживающими способностями, призванными скрутить Блолу, вздумай он сделать что-то противоречащее планам Рааха.

Блола небрежно достал из своего Фонаря Хранения ампулу и начал разбрызгивать ее содержимое вдоль внутренних краев дома: «Как же круто, что Вирала достал такой сильный токсин декаличу».

Очевидно, он купил его для определенной цели, вздрогнув от предвкушения, когда увидел, как токсин подействовал. Стены дома начали размягчаться, пока он выглядывал наружу и вел обратный отсчет до приближения волны водорослей к стаду.

Грехха появился на террасе своего вибрирующего дома и спокойно заключил себя в Эмпирейский Инкубатор. Он активировал способность несколько раз, накладывая пузыри друг на друга, пока слои не слились в один прочный пузырь.

Он активировал свою Вторичную Природу и заполнил внутреннее пространство Эмпирейского Инкубатора Внутренней Инерционной Графитацией: «Надеюсь, меня не затопчут до смерти. Я не хочу, чтобы Блола меня воскресил и превратил в своего раба».

В хвосте каравана находилось старое полуразрушенное здание, похожее на склад и заваленное кучей механических инструментов. Среди груды костяных осколков валялся Йеннда, его выражение лица было тусклым, почти безжизненным.

Он посмотрел на приливную волну из водорослей и вздохнул в ответ:

— Пора уже для этой херни?

Он спокойно достал шлем, внутренняя поверхность которого была покрыта шипами, способными приводиться в движение с помощью психокинеза. Он надел его и пропустил сквозь него свою Прану, готовый активировать его в любую секунду. Он был готов покончить с собой при первой же возможности, не желая претерпевать то дерьмо, что случилось бы дальше: «Смерть в миллион раз лучше, чем бесплодные мучения».

В Хрониках Суматры через три месяца после Первой Великой Катастрофы должны были произойти три Малых Криса подряд. Это было чертовски ужасно.

К счастью, в этой жизни им пришлось куда легче благодаря пассивному подавлению, исходившему от объединенного стада. Именно в это время Йеннда былброшен на Равнины Эннуду вместе с кучей сородичей Мамонта. Так что он избежал трех Малых Крисов.

Малые Крисы инвазивного типа больше не были столь эффективными, как в Хрониках Суматры – они ослабли благодаря пассивному подавлению, испускаемому Эмпирейскими Бивнями, когда их число перевалило за сотню. Второй, Третий и Четвертый Малые Крисы носили инвазивный характер и потому были слабее оригинальных.

Но то дерьмо, что вот-вот должно было обрушиться на них, было совсем другим. Не имело значения, сорок или сто Эмпирейских Бивней шло впереди. Они примут на себя всю мощь удара, как и было описано в Хрониках Суматры.

1-й Эмпирейский Бивень маршировал по усеянной кратерами тропе по приказу Рааха, из-за чего разносились грохочущие толчки: Эмпирейские Бивни двигались в ритмичном темпе, ступая в углубления, оставленные шагами шедших впереди собратьев.

Бум!

1-й Эмпирейский Бивень едва прошел сорок километров, как путь перед ним уже покрылся водорослями. Он испустил ударную волну, чтобы расчистить дорогу. Поблизости больше не было достаточного количества почвы, чтобы обрушить на врагов еще один метеоритный удар.

Единственным способом сделать это было использовать землю из собственных биомов, но 1-й Эмпирейский Бивень не желал тратить почву, которую очищал и обогащал с помощью своей Праны. Он стал бы использовать ее только в крайней ситуации, до которой пока не дошло.

Глух! Бах! Глух!

Его шаги были громкими, при каждом движении они порождали ударные волны, раз за разом расчищая путь впереди, который в ответ стремительно затягивался. Более того, он намеренно увеличивал свой вес, чтобы вызывать более мощные подземные толчки, прекрасно зная о существе, которое пряталось там и было готово выпрыгнуть на него.

Все Эмпирейские Бивни топали как можно сильнее, чтобы использовать ударные волны и перебить как можно больше этих таинственных тварей. В конце концов, они никак не могли обнаружить создания, которые не испускали никакого присутствия, передвигались под землей в абсолютной тишине и во время движения никогда не производили ни малейшего шума в окружении.

Крошечная дырочка шириной едва в десять сантиметров раскрылась, и из нее, словно парашют из сумки, вылетело некое живое существо. Оно вырвалось наружу с невероятной силой, сперва приняв форму тонкого цилиндрического блока. По мере того как оно взмывало вверх пулей, оно обретало коническую форму.

Чем дальше оно летело, тем шире становилось его коническое основание, пока вскоре оно не раскрылось, подобно цветку, превратившись в желеобразный круглый лист радиусом в четыре метра и толщиной всего в два сантиметра.

От его круглых краев, напоминая хвост воздушного змея, отходили усики общей численностью в десять штук, каждый длиной по тридцать метров. По своей форме эти усики напоминали лопасти вертолетного винта и обладали аэродинамическими свойствами – прямо как аэропрофиль.

Существо было устроено так, что при прыжке вверх воздух обтекал его тело, заставляя эти усики вращаться и вырабатывать подъемную силу. Из-за своего тонкого, почти невесомого тела оно ничем не отличалось от вращающегося вертолетного винта, когда летело стрелой к хоботу 1-го Эмпирейского Бивня и присасывалось к нему.

На его усиках имелись присоски, похожие на осьминожьи, которые позволяли ему держаться на любой поверхности, куда бы оно ни приземлилось. Подобно водорослям, его усики расстилались, охватывая все большую площадь хобота, в то время как из его тела выступали крошечные иголки-волоски числом в десятки тысяч.

Они действовали подобно магниту, притягивающему железные опилки, но их целью была кровь. В тот же миг множество кровеносных сосудов, проходящих через хобот Эмпирейского Бивня, лопнули и хлынули наружу, позволив этому существу впитать кровь и вырасти в размерах; оно пульсировало, напоминая бьющееся сердце, а его усики служили ему венами.

Поразительно, но, несмотря на все произошедшее, 1-й Эмпирейский Бивень остался в неведении и ничего не почувствовал – и всё благодаря этому опасному созданию.

Пранический Зверь Промежуточного Серебряного Ранга – декаличу!