— Пранические Звери прорвали стену! — завопил солдат на городской стене, нанося колющий удар копем и высвобождая огненное сияние, которое испарило его противника. Ему едва исполнилось шестнадцать, но, несмотря на юный возраст, его культивация ясно показывала Стадию Тела, причем с весьма солидным уровнем развития.

Было очевидно, что перед нами одаренный культиватор. Но орде Πранических Зверей, валом валивших на городские стены, было на это плевать. Он оставался единственным культиватором на Стадии Тела на всю округу. Все остальные застряли на Стадии Духа, обладая жалкими крохами Праны и нулевой нормальной подготовкой.

У подавляющего большинства даже техники культивации отроду не было.

Когда-то существовала могущественная Империя, процветавшая почти тысячелетие. На беду ей в правящей семье родились трое несравненных гениев. Когда двое из них достигли совершеннолетия и начали грызню за трон, их сторонники раскололись надвое.

Оба принца были одинаково достойны короны, обладая талантом, далеко превосходящим достижения предков, не говоря уже об ауре величия и лидерства, притягивавшей к ним толпы верных последователей.

Империя раскололась на две враждующие фракции. Конфликты разгорались всё сильнее и становились всё кровопролитнее по мере того, как оба принца достигали Стадии Жизни, превращаясь в истинных столпов силы.

Третий принц-гений всё еще был ребенком, когда первые двое схватились за власть. Могучая Империя погрузилась в пучину гражданской войны. Силы сторон оказались равны, и финал вышел катастрофическим – взаимное уничтожение.

Потеряв былую мощь, Империя больше не могла удерживать и контролировать столь огромные территории. Удар по военной силе спровоцировал вторжение орд Пранических Зверей, довершивших истребление населения.

Единственным выжившим из августейшей семьи оказался третий принц-гений, который собрал всё, что смог унести, и бежал с верными людьми в этот регион. Земли их бывшей Империи стали слишком опасными – больше дюжины Пранических Зверей Золотого Ранга сцепились там в борьбе за господство.

Они бежали в бедный ресурсами край, чтобы основать Королевство Сагар, состоявшее по сути из одного-единственного города. Из-за скудости ресурсов здешние Пранические Звери были столь же ограничены в силе.

Но это не значит, что от них не было толку. Числом они брали своё. Пожирание людей приносило куда больше пользы, чем давал скудный регион. Поэтому они совершали набеги на город ежедневно.

Практически все, кто обладал хоть какой-то силой, прошли через горнило гражданской войны и погибли – либо от рук культиваторов вражеской фракции, либо в лапах орд Пранических Зверей под предводительством тварей Золотого Ранга в самом конце.

Ганн-Сагар, единственный выживший принц павшей Империи и нынешний правитель Королевства Сагар. Он был еще совсем юн, но раз уж он единственный обладал Стадией Тела, защищать свой народ приходилось ему.

— В атаку! — с громовым рыком Ганн-Сагар взмахнул копьем, изрыгнув взрыв пламени, который спрессовался в вытянутое лезвие и полоснул по дюжине Пранических Зверей, словно лазер. Впрочем, на орде это почти не отразилось. «Какого чёрта! Почему их сегодня так много?!»

Потрепанные стены рушились одна за другой, впуская в город всё больше Пранических Зверей. Когда испуганные горожане заголосили в укрытиях, Ганн-Сагар в отчаянии заорал:

— Сражайтесь!

— Защитите всех!

— Гражданские! Воружитесь! — ревел он. — Пусть вы слабы, нападайте на Пранических Зверей! Просто сдерживайте их достаточно долго, чтобы солдаты успели со всеми покончить!

Его призывы едва ли помогали. В конце концов, будь у них достаточно солдат для боя, стены бы вообще не прорвали. Люди начали гибнуть пачками, повергая юношу в еще больший ужас.

Но когда казалось, что им всем конец, с неба брызнула кровь, проливаясь настоящим дождем и замирая всех на месте. Внезапно Пранические Звери, еще секунду назад рравшие горожан на куски, затрепетали от животного ужаса, ощутив присутствие истинного владыки.

— Что происходит? — Ганн-Сагар растерянно хлопал глазами, но терять время на раздумья не стал. Заметив, что звери оцепенели от страха, он перешел в наступление. — Они колеблются! Мочите их!

Его силуэт замелькал на улицах, методично и мастерски пробивая головы Праническим Зверям одну за другой – сказывался богатый боевой опыт.

Когда поток рвущих проломы в стене чудищ иссяк, у солдат появилась передышка, чтобы сосредоточиться на уничтожении врагов, уже пробравшихся в город.

— Гррр! — Расправившись с головой последней твари, Ганн-Сагар добежал до уцелевшего участка городской стены и вскарабкался наверх, замечая, что за это короткое время кровавый дождь только усилился. Добравшись до гребня, он наконец понял причину.

В самом центре орды Пранических Зверей стояла девочка, на пару лет младше его самого. В руке она держала палицу, насаженную на трехметровую цепь. Оружие, судя по всему, было сделано из кости и отличалось безумной прочностью.

Ухватившись за конец рукояти, девочка крутилась волчком, прорубая себе путь сквозь орду, как заправская мясорубка. Тела Пранических Зверей взрывались кровавым туманом при столкновении с палицей, вес которой, казалось, равнялся целому холму.

Блокировать это было невозможно. Резня стояла такая жестокая, что кровь убитых тварей хлестала с небес сплошным потоком, превращаясь в настоящий ливень.

Девочка словно выплескивала накопившуюся ярость, продолжая безостановочно крутиться и выкашивая орду без единой передышки. — К-кто она такая?

— Она вообще человек?

— Разве человек может быть настолько силен?

Солдаты карабкались на стены и шумно галдели, с отвисшими челюстями глядя на то, как одна-единственная фигура безжалостно кромсает многотысячную орду Пранических Зверей. Сама она выглядела болезненно, чуть ли не истощенно. Но враги перед ней походили на беспомощных муравьев, раздавленных могучими лапами слона.

Даже в человеческом облике мощь Эмпирейского Бивня оставалась непревзойденной. Когда больше половины орды было перебито, остатки в ужасе бросились наутек, положив конец внезапному нападению.

Пока солдаты облегченно ликовали, Ганн-Сагар смотрел, как кровавый дождь иссякает, и молча глядел на фигуру посреди залитой кровью земли, будто здесь пронеслась целая багровая река:

— Она похожа на Богиню…

— На Богиню, что проливает кровавый дождь.