каньон Дьенг!

Вспыхнул золотой свет, и группа зингеров оказалась повержена на землю перед Орахой. Их крылья были проколоты, так что улететь они не могли.

Ораха не обратил на них внимания и сосредоточился на их опустевшей колонии. По его воле шип риренала впился в баобаб и взмыл в небо. Словно плоды, на ветвях висели Пранические Бомбы.

Ораха собрал целую охапку и перенес их на Равнины Эннуду. Сейчас он находился в сорока километрах от начала каньон Дьенг. Награбленные Пранические Бомбы он утащил на сто километров вглубь Равнин Эннуду – слишком далеко, чтобы зингеры даже помышляли вернуть их.

Он повторял это снова и снова, пока не собрал достаточно.

— Сможешь посторожить кучу Пранических Бомб? — спросил Ораха.

Рувва кивнула и уточнила:

— А ты что будешь делать?

— Я скоро вернусь. — С этими словами Ораха подхватил Рувву и усадил перед грузом. Затем он обратился золотой вспышкой и помчался по лабиринту каньона.

Зингерам оставалось лишь смотреть вслед золотой молнии. Их глаза были достаточно зоркими, чтобы уследить за вспышкой, но тела совершенно не поспевали: плечи вздрагивали лишь спустя мгновение после того, как он проносился мимо.

Два часа спустя Ораха вернулся к Рувве, держа в руках большой цилиндрический контейнер из риренала, доверху наполненный Плодами Паруте.

— Это как-то связано с… — Рувва замолчала, гадая, зачем понадобились Плоды Паруте и Пранические Бомбы.

— И это посторожи тоже. — Бросив это, Ораха снова вспыхнул золотом и растаял вдали.

Если приглядеться вблизи, можно было заметить, как тело Орахи превращается в золотого гуманоида, а его ноги принимают форму гепарда. Позвоночник выгнулся, и вскоре контуры полностью сложились в фигуру зверя.

Мягкие подушечки лап были снабжены пружинами для пущей взрывной мощи, а когти располагались под таким углом, чтобы обеспечить максимальное сцепление с землей. Вокруг зверя клубился слой праны, порождая психокинез.

Даже без задействования Духовного Оружия одной лишь плотности энергии хватало, чтобы вгрызаться в почву и нестись еще быстрее.

Что насчет скорости? Гепард уже преодолевал по пять километров в секунду. Если бы он ускорился еще сильнее, чудовищное трение могло бы помешать движению.

Конечно, Духовное Оружие пользователя риренала двигалось быстрее, куда быстрее. Вокруг хозяина оно развивало скорость до ста восьмидесяти метров в секунду. Разумеется, на такой скорости львиная доля праны и психокинеза уходила исключительно на то, чтобы бороться с сопротивлением воздуха и с помощью Искусства Мистического Кинезиса постоянно поддерживать прочность оружия, чтобы оно не развалилось.

Пять километров в час для Орахи были комфортной крейсерской скоростью на длинные дистанции – оптимальный баланс между темпом и расходом праны. Попытайся он двигаться быстрее, и затраты энергии на каждый преодоленный километр резко возросли бы.

Вскоре он пересек Равнины Эннуду и ворвался в лес, где деревья достигали четырехметровой высоты. Это были Деревья Декодус, а в самом их сердце пряталось гнездо Грязевых Гадюк.

Словно золотая молния, он пролетел сквозь вход, уворачиваясь от каждой Грязевой Гадюки на пути, и выскочил наружу еще до того, как они успели опомниться и дать отпор.

Криии!

Грязевые Гадюки хлынули из гнезда целой ордой, намереваясь разорвать нарушителя. Однако к тому моменту, как они выбрались наружу, Ораха в своем облике гепарда уже несся по Равнинам Эннуду.

А позади него, словно хвост, парил контейнер. Внутри него было надежно запечатано яйцо Грязевой Гадюки. Он взял всего одно.

— Ты уже вернулся? — ахнула Рувва в шоке. — Как тебе удается передвигаться так быстро?

— Булл Бримган еще быстрее, — усмехнулся Ораха. — Рядом с ним моя скорость – пустяки.

— В общем, я добыл всё, что хотел, — добавил он, поднимая яйцо Грязевой Гадюки.

— Ты что, собираешься вывести какого-то особого Пранического Зверя? — спросила Рувва, не скрывая любопытства. — Разве это так просто? У тебя всего три предмета. Этого хватит?

— Грязевые Гадюки склонны к мутациям, но в их гнезде ты не увидишь ни одной. Как думаешь, почему? — спросил Ораха.

— Они убивают любое чужеродное существо, ступившее на их территорию, — ответила Рувва.

— Верно, — кивнул Ораха. — И когда среди них появляется мутант, сородичи тут же расправляются с ним.

— Как бы то ни было, я намерен воспользоваться плодами одной такой мутации, — сказал Ораха, и следом за чередой вспышек раскорчеванные оболочки Пранических Бомб завалили одну из сторон поляны. Плазму из них слили в большой чан.

Ораха погрузил туда яйцо Грязевой Гадюки и запечатал контейнер.

— И что теперь? — спросила Рувва.

— А теперь, — усмехнулся Ораха, — мы ждем.

— И всё? — Рувва в недоумении склонила голову набок. — Неужели этого достаточно, чтобы мутировала Грязевая Гадюка? И… и вообще!

Она озадаченно нахмурилась:

— Разве такая случайная мутация позволит создать твою собственную уникальную сборку?

— Ты же знаешь о «Хрониках Суматры»? — Ораха пристально посмотрел на Рувву. — И насколько хорошо ты их понимаешь?

— В смысле? — изумленно выдохнула Рувва. — Понимаю? Ну, я знаю всё, что там происходит.

— Любой, кто читал эту историю, знает, что в ней происходит, — закатил глаза Ораха. — Я спрашиваю…

— Как часто ты мечтала о «Хрониках Суматры»?

— Мечтала? — Рувва нахмурилась. — О чем там вообще мечтать?

— О тех сборках и силах, которые можно было бы заполучить, родись ты на Суматре, — со всей серьезностью произнес Ораха. — В умах читателей «Хроники Суматры» взращивают именно это. В них скрыто невероятное множество возможностей.

— То есть… — Рувва уставилась на чан. — Этот билд ты придумал, когда читал книгу на Земле?

— Да, — кивнул Ораха.

— И с чего ты взял, что всё сработает именно так? — поморщилась Рувва. — Я не припомню там никаких рецептов мутаций для создания новых видов Пранических Зверей.

— О нет, их там предостаточно, — на лице Орахи появилась улыбка. — Просто они не расписаны напрямую. Эти рецепты разбросаны по всей книге, словно кусочки пазла. Находишь то, что цепляет твой интерес, и пытаешься сложить картинку воедино.

— Выходит, Пранический Зверь, которого ты хочешь создать, основан на одном из таких рецептов? — догадалась Рувва.

— Когда Реша исследовал гнездо Грязевых Гадюк, собирая их токсины с мыслью сварить эликсир с помощью своего завершенного Навыка Очищения Токсинов, поведение тварей было описано во всех подробностях, — пояснил Ораха. — Среди прочего там был момент, когда четыре Грязевые Гадюки проигнорировали нападавшего Решу и набросились на другую особь своего же вида.

— Я помню этот эпизод! — воскликнула Рувва. — Но там описывалась только внешность той разновидности, и больше ничего!

— Освежи в памяти сцену целиком, м? — усмехнулся Ораха.

…

Скри-и-и!

Грязевые Гадюки обрушились на Решу, поливая его грязевыми снарядами. Однако тот лишь взмахнул молотом, и мощный порыв ветра швырнул комья грязи обратно в морды тварей. Рядом с ним, не меняя формы, парил Фонарь Хранения.

Схватив одну из гадюк, Реша с силой сжал ее клыки, заставляя яд сочиться наружу. Странным образом струйка яда повисела в воздухе и сама влетела в Фонарь Хранения.

«Хм?», – Реша заметил, что не все гадюки атакуют его. Взмахом молота он расчистил небольшую площадку и увидел, как четыре Грязевые Гадюки рвут на куски какую-то странную змею.

Ее оранжевая кожа пестрила розовыми полосками, напоминающими молнии, а в длину существо едва достигало десяти сантиметров. У него было четыре передних отростка, кончики которых жутко смахивали на человеческие руки. Избитая до неузнаваемости морда вызывала неприятное чувство зловещей долины своими человеческими чертами.

Тварь выглядела мертвой, лишь судорожно дернулась пару раз перед тем, как испустить дух. Ее внутренности были вырваны и раскиданы вокруг. Ее зверски пытали и убили. Тело покрывала плазма из яйца, из которого она вылупилась. От всего этого веяло чем-то странным… «Праническая Бомба?»

Подумал Реша, но так и не почувствовал ничего определенного, чтобы сделать окончательный вывод. Бросив на мертвеца еще один взгляд, он заметил, что розовые узоры молний странным образом… напоминали человеческие руки?

«Наверное, еще одна мутация», – покачал он головой и продолжил собирать яд Грязевых Гадюк.

…

— Вот тебе и вся сцена целиком, — улыбнулся Ораха. — Теперь дошло?

— Эм… нет, — помотала головой Рувва. — Кроме того, как она выглядела, это мне ничего не дало.

— А ты задумывалась, откуда в том гнезде вообще взялась жидкость Пранической Бомбы? — спросил Ораха. — Их территория отделена от каньон Дьенг Равнинами Эннуду. Зингеры не шляются на такие расстояния.

— Тогда в чем же причина? — нахмурилась Рувва.

— Хм, а помнишь, что происходило в предыдущей сцене? — поинтересовался Ораха.

— Клан Мамонта проходил через гнезда Грязевых Гадюк, — ответила Рувва. — И Реша остался позади, чтобы насобирать яда, пока стадо Эмпирейских Бивней остановилось передохнуть на Равнинах Эннуду.

— Разве они не разграбили гнездо Гадюк после того, как те украли их запасы еды? — напомнил Ораха.

— Дядя, ты меня совсем запутал, — Рувва схватилась за голову. — Пожалуйста, просто скажи ответ.

— Нет уж, поразмысли сама, — покачал головой Ораха. — Когда ты сама до всего дойдешь, тебе же будет проще. В конце концов, «Хроники Суматры» еще не раз выручат тебя в будущем.

— Эту информацию Рендулду выудил с помощью Взгляда в Будущее. Там есть детали, которые даже он, пожалуй, не до конца понимает, — добавил Ораха. — А пока…

Он указал на чан:

— Просто подождем два дня, и всё будет готово.