Два дня спустя крышку чана сняли, обнажив яйцо Грязевой Гадюки, которое было на одну десятую крупнее прежнего. Он внимательно осмотрел его и улыбнулся, когда яйцо начало трескаться:

— Хорошо.

Рувва с любопытством заглянула в чан, наблюдая, как из яйца появляется Грязевая Гадюка:

— Это Грязевая Гадюка.

— И впрямь она, — отозвался Ораха, глядя, как змейка извивается в жидкости, пока её тело постепенно стабилизируется. Она двигалась в растворе, похоже, не решаясь даже выплыть на поверхность.

Более того, через несколько секунд её тельце стало слегка подёргиваться через равные промежутки времени, заставляя её издавать жалобные писки от боли.

— Она голодна, — произнесла Рувва и покосилась на Ораху. — Разве нам не нужно её покормить?

— Да, как только её крики достигнут пика, — ответил Ораха, поднял плод Паруте и занес его над чаном, наблюдая, как писк Грязевой Гадюки нарастает, пока вскоре та не начала биться в спазмах. — Пора.

Он бросил Плод Паруте в воду, и Грязевая Гадюка мгновенно проглотила его в один миг. Она двигалась с такой скоростью, что в чане поднялся небольшой всплеск. Проглотив еду, Грязевая Гадюка продолжила пищать.

Ораха скормил ей еще два Плода Паруте и посмотрел, как она засыпает:

— А теперь нам нужно просто повторять эти шаги.

Чан был цилиндрической формы, пять метров в диаметре и два в высоту. Как только Грязевая Гадюка заснула, Ораха вычерпал остатки из её яйца и немного почистил чан.

С этого момента он кормил Грязевую Гадюку плодами Паруте через равные промежутки времени. И всякий раз, когда она засыпала, он очищал чан от её испражнений.

Заметив, как Рувва наблюдает за его действиями, Ораха пояснил:

— Строго говоря, проявлять такую заботу необязательно. Достаточно просто сваливать всё в кучу. Пока эти двое имеются в достатке, Грязевая Гадюка изо всех сил постарается выжить.

— И когда она это сделает, то мутирует в нужную мне форму, — продолжил он. — Даже в Клане Мамонта, будучи студентом, я мог это сделать.

Затем он указал на контейнер с плодами Паруте:

— Сбор их станет самым сложным предприятием. Впрочем, это вполне возможно, поскольку фермы Королевских Деревьев Паруте существовали в каждом Эмпирейском Бивне.

— Как ты планировал накопить столько плодов Паруте? — спросила Рувва. — Я знаю порядки в Академии Очищения. В твоем положении, с Болезнью Осколков, накопить такое состояние кажется невозможным.

— У всех шестерых у нас был план, — ответил Ораха. — Ну, у Реши тоже имелся план: он собирался использовать своё Искусство Очищения Токсинов, чтобы превратить яд Грязевых Гадюк в лекарство. Будучи регрессором, он строил и другие планы.

В академии Реша продавал бы лекарства. Добравшись до Стадии Тела, он очистил бы яд Грязевых Гадюк до Эликсира, что принесло бы ему достаточно порошка из костей бивня со всех 44 Поселений.

Это был надежный план. У него также были средства проникать в гнезда Пранических Зверей, воровать их яйца и благополучно возвращаться в Поселение. — Обладая Внутренней Инерционной Графитацией, он легко мог делать всё, что захочет.

— Что до нас, — сказал Ораха, — каждый из нас, реинкарнаторов, явился во всеоружии, имея средства для сбора ресурсов, необходимых для нашего развития.

У Виралы не было ничего на продажу. Он планировал выкачать ресурсы у бабушки Ойо через сородича Мамонта Рувву. Если этого окажется мало, он обдерет других женщин. — Даже при том, что все мы делали ходы, под его каблуком оказались две женщины.

Инала планировал продавать картины и скульптуры парам из сородичей Мамонта в честь их романтических воспоминаний. — В обстановке, пропитанной смертью, это выглядело довольно трогательно. Это продлится недолго, но к тому моменту он успеет добыть достаточно ресурсов, чтобы достичь Стадии Тела, после чего его планы изменятся.

Блола намеревался пойти по стопам Реши. — Он просто подготовил инструменты и средства, чтобы красть ресурсы из домов других сородичей Мамонта так, чтобы его не поймали.

— И этого было достаточно? — Рувва нахмурилась. — Разве все не поняли бы, что что-то не так, когда их вещи начнут пропадать?

— Первый Малый Кризис унес жизни половины обитателей нашего Поселения, — горько улыбнулся Ораха. — Это оставило немало пустующих домов. Найтись-то нашёлся тот, кто ими управлял, но никто не вел ежедневный учет хранившихся там вещей.

— Выходит, к тому моменту, как кто-то замечал кражу, он уже успевал выпуститься из академии? — уточнила Рувва.

— Ему требовалось лишь столько, чтобы в одиночку пересечь Равнины Эннуду. — Ораха указал на некий туннель, расположенный совсем близко к горе с ровной площадкой на вершине. — В конце этого туннеля пряталось семя Королевского Дерева Паруте. Стены вдоль тропы поросли Духовным Мхом.

— Вот как он заполучил силу Трансцендентного Пожирателя, — кивнула Рувва.

— Ни у кого не было ни малейшей догадки. Мы все думали, будто это просто сокровище для усиления нашей выработки праны. Это было важно для каждого из нас, но недостаточно, чтобы упускать другие возможности, — подытожил Ораха. — Лишь он считал это своим главным приоритетом, поскольку также хотел убить детеныша Эмпирейского Бивня, которого везли наши родители.

Грехха намеревался поймать живьем парочку Грязевых Гадюк во время Первого Малого Кризиса и разводить их, чтобы продавать бабушке Ойо как яйца, так и яд. — Его план был предельно надежным. А после выпуска у него появятся сила и средства, чтобы мутировать Грязевых Гадюк в более высокие подвиги, чьи яйца он станет сбывать Клану за ресурсы. Его план оставался неизменным по сей день.

Йеннда создал Копья Рото, чтобы произвести революцию в боевых возможностях сородичей Мамонта в обращении с Духовным Оружием. — Они были совместимы с Искусством Мистической Кости, а потому на них всегда сохранялся бы спрос.

Последним в списке значился Ораха. — Мой план был проще всего в исполнении – помогать на кухне.

— Я думала, студентам Академии Очищения обещали столько еды, сколько им требуется? — удивилась Рувва. — Какая тебе была выгода там работать?

— На Земле существовали такие вещи, как витамины в таблетках, — пояснил Ораха. — У меня имелись средства использовать Искусство Мистической Кости, извлекать ценные питательные вещества из еды и превращать их в концентрированные гранулы исключительно для потребления сородичами Мамонта.

— Ты смог додуматься до такого на Земле, не имея ни малейшего представления о функциях Искусства Мистической Кости? — Рувва выразила удивление.

— Разве ты не видела частичку моей жизни на Земле? — спросил Ораха, усмехнувшись, когда собеседница кивнула. — Моя жизнь там казалась пустой. Однако у меня было то, чего остальным реинкарнаторам на Земле достаться не могло – причем в колоссальных количествах.

— Деньги, — он с гордостью улыбнулся.

— Когда я помешался на Хрониках Суматры, я тратил на это кучу денег. Сначала я просто покупал любой мерч, связанный с этой историй. Но по мере того, как моя одержимость росла, я взглянул на историю под другим углом, — продолжил он. — Я зашел на форумы новеллы и пригласил читателей из своего города развлечься.

— То были простые посиделки, где тема сводилась по большей части к одному, — Ораха взглянул на Рувву и произнес с напускным высокомерием:

— Если бы Континент Суматра существовал наяву, что бы мы сделали, чтобы выжить?

— Каждый участник явился с детальным разбором своего билда, средств и ресурсов, необходимых для его создания, и пошаговым процессом с самого начала, — он рассмеялся и похлопал себя по голове. — Я почерпнул от них массу идей. Знаешь, зануды чертовски потрясающие.

— Разумеется, у меня тоже имелся собственный набор задумок, который я представил созданному мной маленькому сообществу, — похвастался Ораха. — Они указали на изъяны в моем билде и доработали его.

— Один из недостатков касался еды, — продолжил он. — Один из них спросил меня, с чего бы мне знать, как спрессовывать пищу, если у меня изначально не было никаких знаний на этот счет?

— Так что я записался на курсы, — Ораха пожал плечами. — Нанял нескольких частных преподавателей, чтобы изучить переработку продуктов питания, и оттачивал различные методы. Не только переработку, но я даже выучился и смастерил инструменты, необходимые для обработки еды.

— Я даже выживал на одном из наших частных островов целую неделю, просто чтобы проверить теорию на практике, — с ностальгией вспомнил Ораха. — Этот опыт был ужасен. Тем не менее, когда я представил свои наработки клубу, они отнеслись ко мне как к какой-то знаменитости.

— Все в этом клубе начали заниматься ролевыми играми, чтобы тренироваться для своих билдов на Суматре. Все начиналось как случайная вечеринка, а в итоге превратилось в полноценный клуб, — его глаза увлажнились, когда он произнес:

— Я завел там немало друзей. Пусть я и вел все финансовые дела, каждый вносил свой вклад в других формах, чтобы оживить клуб.

— Как я уже говорил, — Ораха махнул рукой вскоре после того, как вытер влажные глаза. — Я не знал Искусства Мистической Кости. Тем не менее, мой клуб досконально изучил его эффекты, описанные в новелле, и на их основе мы составили несколько формул для моего билда, завязанного на переработке еды.

— И тогда… — спросила Рувва, наблюдая, как Грязевая Гадюка начинает меняться во внешности, соответствуя описанию Пранического Зверя из Хроник Суматры. — Ты пожалел о своих поступках?

— Разумеется, — проворчал Ораха. — Каждую бодрствующую минуту я жалел о своем выборе. Если бы только в тот момент паники или оцепенения я остался на месте, Реша не убил бы меня.

— Но такова уж Суматра, — он пожал плечами. — Причина, по которой я влюбился в этот мир, в то же время стала причиной моей гибели.

Гы-ы-ы!

Шло много дней, пока Ораха предавался воспоминаниям о своих земных деньках, вдаваясь в подробности о своем Клубе, его участниках и различных мероприятиях, которые они проводили вместе. Ораха умолк, услышав довольную отрыжку Грязевой Гадюки после того, как она съела трехсотый тысячный плод Паруте.

Сев на строгую диету из 300 000 плодов Паруте и оставаясь погруженной в жидкость из Пранических Бомб, Грязевая Гадюка полностью мутировала в новый вид.

— Это мой оригинальный билд, — Ораха схватил мутировавшую Грязевую Гадюку и крепко сжал кулак, перекрывая ей воздух. Почувствовав приближение смерти, мутировавшая Грязевая Гадюка сожгла свою сущность и превратилась в яйцо. — За мгновение до смерти она перерождается. Это единственный способ создания потомства, поскольку к оплодотворению она неспособна.

— Но обязательно ли было её убивать? — спросила Рувва. — Тебе ведь не нужна её форма яйца, верно? Ты больше не сородич Мамонта.

— У версии перерождения более стабильная генетика, — улыбнулся Ораха. — Ну, а кроме того, мне просто хотелось показать тебе механизм рождения столь великолепного существа.

— Это единственный в своем роде экземпляр на Суматре, одинокое, но по своей сути созидательное существо.

Мутировавший Пранический Зверь Продвинутого Серебряного Ранга – Паруте-гадюка!