— Я в восторге.

Сарказм лился, как и всегда, стекая жгучим ядом по губам. Еще раз вчитавшись в написанное, во мне забурлила нарастающая злость.

«Типичное клише. Но по такому принципу мной должен был бы заинтересоваться Ширион».

Три раза перекрестившись и сплюнув на всякий случай, я поблагодарила Богов, что такого не случилось.

Однако факт самой проблемы был неизбежен.

— Да какая проблема, Ча Си?

Тянуче молвила одна моя сторона.

— Упс. Или-и-исса...

— ...

— Глядишь, озолотишься. За спасение вознаградят, да и на том свете воздастся. Ну лучше не придумаешь. Все хорошо-о-о.

— Хм.

Однако встряла вторая:

— Даже не мечтай. Подлому извращенцу, к тому же кронпринцу, вознаграждать дочь мелкого графа? Посмотри вокруг, а потом на себя.

— ...

— В этом мрачном мире абсолютно никого не интересует твоя личность. Во дворце, при принце, тебе сделают ошейник, чтобы ты не убежала.

— ...

— Этого хочешь? Разве для тебя не в приоритете свобода действий и слова? Или пребывание здесь тебя настолько изменило? Подумай, Ча Си. Или-и-исса...

Обе эти стороны составляли одно целое – меня.

«Заткнитесь, пока яда не хлебанула».

Сжав газету в ладонях, я опустила голову.

«На самом деле, хлестнуть умом здесь и впрямь нужно».

Конечно же, в первую очередь все подозрения лягут на меня, ибо в том чёртовом лесу одни Ванос «отдыхают». А среди тех мудаков — одна я девушка.

«Но горничные?»

Не знаю, видел ли принц Аеск мои волосы. Надеюсь, что нет.

Однако, если и разглядел, то тут дело такое: ни у одной из горничных нет синих волос. Опять же, под обстрел попадается именно моя персона.

Если нет: бьюсь об заклад, допросят прислугу.

Итак, точно не подумают на рыцаря и старую Ташу. Остаются девчонки.

Всё бы ничего, но Карина...

Она знает. Может проколоться. Выдать либо меня, либо обратить большее внимание на себя.

— Вот же дерьмо.

Я разжала руку, дежащую бумагу.

Под действием ветра она отлетела от меня, унеся с собой немножко мыслей.

Подумаем о виновнике торжества. Чего он хочет? Пожать руку и закидать сундуками с золотом – очень мало вероятно.

Закрыть в темнице или в интимной обстановке богатых покоев – вероятнее всего.

Какой же вывод?

— Мне п*здец.

Нервно усмехнувшись, я ощутила, как задергался глаз.

Мало всех этих событий, так я ещё и стою на дороге, как особо одарённая. Люди вокруг не очень активничали.

Светские дамы с зонтиками гуляли по улочкам, хихикая с самых ужасных шуточек, которые только в КВН и крутили. Мужчин было меньше в отношении женщин, если считать именно родовитых. В основном сопровождающие.

Погода была хорошей. Ни жарко, ни холодно.

Ну, середина сентября, как я узнала.

Подведя указательный палец к глазу, я собиралась убрать чуть осыпавшиеся катышки туши.

Но именно в этот момент в меня кто-то врезался. Бух! Столкновение было не из приятных: человек явно куда-то спешил и прямо ударился о меня.

По инерции двинувшись в сторону, я задела ногтем переносицу, и небольшой резь ощутился в этом же районе.

— А!

Я выдохнула от неожиданности.

— Кья-я-я!

Однако я не упала. А вот дама, видимо, бежавшая марафон, быстро шлёпнулась на пыльную дорогу. Я обернулась, готовясь поругаться.

— Да что за...

Но кое-что заставило меня заткнуться и замереть.

— Мамочки... Ой-ой...

Девушка потёрла ушибленное плечо, бурча себе под нос.

— Больно!.. Что за...

Губы приоткрылись в немом вопросе, так и не прозвучавшем.

Жёлтые волосы средней длины, пушистая чёлка, золотистые глаза, идеально кукольное лицо, точно из фарфора. Эти детали сплетались в один четкий образ, отпечатавшийся в моей памяти задолго до моего перемещения.

«Катерина Кейц?»

Будто вспомнив что-то важное, девушка вскочила и, резко поклонившись, извинилась:

— П-простите! Вот же...

А после также загадочно убежала, как и появилась. Я лишь молча просмотрела ей вслед.

— Первая встреча с главной героиней.

«Это... Сердце бьётся чаще. Будет ли также волнительно встречаться с ключевыми фигурами романа?»

Руки чуть вспотели, и я вздохнула. Странно, что это волнует. Точно ли это оно?

— И...

Что она тут делала?

«Спешит на встречу с любимым?»

— Только поцарапалась.

Пощупав щиплющую ранку на носу и убедившись, что она вовсе небольшая, я отряхнула плащ.

«Хорошо, хватит стоять посреди улицы просто так. Осмотрюсь хоть».

Я повернулась и собралась уходить, но вдруг на глаза попался какой-то предмет. И я бы не обратила на него внимания, если бы не интересное оформление. На полу, прямо где ещё минуту назад распласталась Екатерина, валялась...

...Визитка?

«Что это?»

Я подняла это и стряхнула грязь, поднявшуюся падением. Инициалы заставили меня прищуриться.

Rtf D.

Ниже было написано шрифтом побольше:

Гильдия Эртиф Дэ.

А еще ниже, в углу, адрес. Так?

Сама предполагаемая визитка была черной, а серебром выведенные линии и инициалы и привлекали внимание.

— Эртиф Дэ...

Я покрутила карточку между пальцев, раздумывая.

Эртиф Дэ – многофункциональная гильдия.

Начиная с самого простого, там можно приобрести или продать товар. Но самое главное, ради чего ее посещают, – возможность нанять сотрудников ради цели, или запросить информацию.

Любую. За определенную плату, естественно.

Это, вероятно, самое загадочное и временами жуткое место в Империи.

Инициалы являются именем и фамилией главы гильдии – Делой Рутиф.

Делой Рутиф – один из самых желанных и популярных мужчин Империи, после Императорской семьи, к счастью или несчастью для него.

Этот мистер способен сделать практически всё, что угодно. И, разумеется, хорош собой.

«Такая вещица очень пригодится. Возвращать её слишком уж невыгодно».

Именно такая мысль в числе первых произнеслась у меня в голове. Я запрятала визитку в декольте на платье и оглянулась по сторонам.

— ...

Ничего и не изменилось.

Решив уже в третий раз больше не торчать на проходе, мой путь наконец принял свой маршрут. Я видела неподалеку отсюда что-то вроде кафе. Желудок урчал от одной мысли о вкусном перекусе, ибо граф запрещал мне есть столько же, сколько и они.

Фигура, мать твою!

Плакали мои мечты о шоколадной жизни, в обоих смыслах. Хорошо хоть Карина иногда чего-нибудь принесет. Совсем загнулась бы...

Теперь ясно, почему в средневековье средняя продолжительность жизни не более пятидесяти лет.

«Когда там граф иссохнет? О, Небеса, прошу, скорее».

Завернув налево, затем направо, потом прямо... Я добралась до гребаного кафе.

— Неужели.

Само помещение было небольшим. Дизайн тоже простенький: всё лаконично и бюджетно. Ничего лишнего.

Внутри казалось, будто совсем другая атмосфера растворяла улочную. Здесь было... спокойно.

Совсем малость людей, и то бедняков, ибо знатные особы обходят стороной это местечко, что, впрочем, и славно. Одна лишь я со своими средствами мотаюсь по мелким забегаловкам.

«А те придурки ни в ус ногой в зуб не дуют всю жизнь свинячью».

Я попыталась унять раздражение, нарастающее с потоком мыслей. Меня словно било током от одной лишь мысли об этой семейке.

«Это выводит меня из колеи».

Кашлянув в руку, я двинулась вперед. Молодая девушка, на вид лет двадцати пяти, карими глазами улыбнулась мне. Она произнесла, прикрыв глаза:

— Доброе утро, госпожа! Желаете чего-нибудь?

Я улыбнулась в ответ, представляя, как буду наслаждаться сладким вкусом какого-нибудь десертика. В Корее я любила что-нибудь шоколадное, с мёдом или орешками, или карамелью...

И теперь надеюсь на что-то подобное в средневековье.

Мой взгляд упал на прилавок с изделиями, а точнее на цены. Так быстро улыбка ещё не сползала с моего лица. Тогда с пола пришлось поднимать не края плаща, а мою челюсть.

«Да не может чётов кекс стоить пятнадцать серебряных!»

— ...

Спустя небольшое количество утёкшего времени шока я сидела за столиком, угрюмо облокотившись о руку и допивая свою воду с кусочком лимона.

«Какая вкуснотища».

Пыталась подбодрить себя я, однако не очень выходило. Обведя взглядом всех присутствующих, меня захлестнуло непонимание.

«Они же вроде нищие, так какого уплетают за обе щеки?»

Не желая больше сидеть как бедный родственник, я вскочила с места и сделала шаг, однако тут же обернулась обратно. Мой взор зацепил стакан, на половину полный. Рука потянулась к нему, и разом влила содержимое мне в рот.

Всё, что уплочено, должно быть проглочено.

А затем, вытерев рукавом влажные губы, я скрылась за дверь.

Мои мысли посещали разные идеи, и всё же я не понимала. Почему Илисса, дочь графа, беднее простого населения?

Живот продолжал урчать, как бы моя рука не пыталась успокоить его.

«Не хочу пока возвращаться».

И тогда, обогнув забегаловку, я случайно подглядела через окошко настоящее бесстыдное мошенничество! Девушка, что продала мне воду, проследила, чтобы я отошла от выхода, и сотворила нечто с прилавком: заменила ценники.

Мне не удалось в точности разглядеть новые цены, однако было видно, что они дешевле.

«Какого?..»

А через стекло, вдобавок ко всему, блестящая штучка переняла взор на себя. С того момента, как я опустила голову себе на грудь, всё стало ясно.

Там висела брошка, сделанная на заказ специально для семьи Ванос. Птичка, раскидывая в стороны свои перья, олицетворяла «добродушие» и «бескорыстность» главы семейства.

Это даже рассмешило меня, но на лице дёрнулся лишь нерв моего глаза.

«Неужели все на улице понимали, что эта проходимка – грёбаная Илисса Ванос?»

...

«Дура. Как я могла не заметить?»

Мой плащ находился в стирке, так что я укр... позаимствовала у «щедрого» графа.

Резко стянув брошь, она полетела на землю, а после оказалась раздавленной моим каблуком.

«Вот, это тебе за то, что меня так бессовестно обманули».

На самом деле,

— ...

мне даже понравилось.

Ловкость рук, хитрость и смелость делают своё дело. Сразу видно – город специалистов.

И тут в голове зародилась одна мысль... Такая маленькая, совсем не злодейская.

Вернуться туда.

Мне хотелось взять своё и показать торговке, что я не осталась обведённой вокруг пальца. Нужно было действовать осторожно, не пропуская глазастую девушку из своего поля зрения.

Так что я аккуратно проходила около окон и ждала, пока она не отвернётся. Когда момент настал, я раскрыла дверь и устремилась прямо к ней, не отвлекаясь на разглядывания клиентов или интерьера.

Девушка обернулась, но улыбка сохранилась на ее лице. Лишь небольшая капелька пота и несколько растерянный взгляд выдавали мелкое мошенничество.

Я же попыталась сделать максимально невозмутимое лицо, даже весёлое. Наверное, выходило не очень, судя по выражению лица девушки.

— Ну надо же... У вас прям на глазах цены падают.

Я указала на продукты, которые стоили теперь раза в два дешевле.

— Ну до чего же прекрасное кафе!

Торговка выпрямилась, сложив руки вместе.

— Да... Представляете...

Она импровизировала как могла.

— Вы – наш юбилейный покупатель, и поэтому, эм, у вас есть возможность заплатить меньше!

— Неужели? Как удачно я...

Я хитро улыбнулась, смотря прямо в карие, словно шоколадные глаза.

— ...вернулась.

Собеседница натянула кривую линию на губы, однако совсем скоро она изгладилась, вернувшись к привычному состоянию.

«И часто к ней знать захаживает?»

— Так вы... чего-то изволите?

— Да, конечно, раз уж такое дело. Вон тон медовый кекс подойдёт.

Я достала мешочек с монетами и, глянув на цену товара исподлобья, выудила из него шесть серебряных.

«Так бы и сразу».

Земля рассыпалась под моими туфлями. Снова устало бредя вглубь леса, я разглядывала природу.

— ...

Всё-таки, я иногда скучаю по своему миру. Здесь всё такое... чужое. Непривычное.

К тому же, крайне неудобно без прошлых угодств.

«Просто ничего».

До изобретения знакомых мне вещиц еще уйма веков, а я живу здесь и сейчас. Да и дело не совсем в этом.

Некомфортность вовсе не означает только неудобства без современных штучек, нет. Это нечто... Подсознательное?

Я понимаю, что не должна здесь находиться. Во всяком случае, не я.

Прямо сейчас я должна быть на своей работе, а после – прийти домой и прочитать ещё одну главу новеллы.

Если честно, я даже боюсь, что на самом деле всё это – чёртова симуляция. Что этих людей, с кем я вижусь, – их попросту не существует.

Это дает некий сбой в моей голове, и становится жутко.

«Как я ненавижу перемены».

Кстати говоря, как там идет новелла? Я не дочитала ее.

Изменились ли тексты автора, либо же мои действия никак не влияют?

— ...

Теперь я поймала себя на мысли, что уже несколько минут стою посреди леса, смотря на листок интересной формы в моей руке.

Он был перистый, сильно разрезанный, но совокупность его особенностей, в том числе разная в некоторых местах окраска, придавала ему бо́льшую индивидуальность.

Разжав руку, я выдохнула, а лист предался ветру.

Шух-

Мне вообще не хотелось идти в дом.

Словно я что-то предчувствовала. Однако выбора у меня особо нет. Так что нога ступила порога... и мое чутьё оказалось правдивым.

— ...

Все присутствующие разом обратили своё внимание на меня.

То были и семейка Ванос, и горничные, и незнакомая мне группа лиц. По их атрибутам можно было догадаться, что это портные.

Я обвела взглядом каждого и поняла, как хорошо было бы иметь при себе аппарат, стирающий память. Наконец граф подал голос.

— Явилась...

На удивление, он сдерживал свою агрессию по отношению ко мне, и процеживал слова сквозь зубы.

Но если включить мозги, становится ясно, что «добросовестный» глава семьи не желает собачиться при лишних персонажах.

«Ха-ха, никогда не разонравится подшучивать над его светлым умом».

— Доченька, Илисса.

Его приторные фразы сопровождались жестами-приглашениями.

— Проходи скорее. Мы тебя... заждались.

Джеральдин, сложив руки на груди, сначала всматривался мне в глаза, а после того, как я перевела свой взгляд на него, мгновенно усмехнулся и отвернулся.

Портных было трое: одна девушка стояла с лентой для снятия мерок, вторая рядом с ней, а третья, постарше их, держала в руках блокнотик.

Вся свора синхронно поклонилась и поздоровалась.

— Пройдёмте с нами, леди. Нам нужно замерить вас.

«О Господи».

— Да, иди, доченька.

Это выглядело максимально неестественно, но граф играл как мог.

Он и так, и эдак, а отыграть на оскар никак.

«Как так-то, святейший?»

Мне пришлось пройти с девушками в комнату. Меня попросили снять одежду, оставив только нижнее бельё. То была непонятная ночнушка на бретельках до бёдер.

Чтобы визитка не затерялась, положила ее в комод, а тем временем меня уже окружили девушки.

Они принялись измерять талию, бёдра, грудь, спину, переложив копну моих прядей набок, а третья, с тёмными-тёмными волосами, записывать результаты в свою книжку.

Я не упустила возможности спросить у них про фасоны заказанной одежды.

— Г...

Осекнувшись на полуслове, я откашлялась.

— ...Отец, уже решил, какие платья надо сшить?

— Господин Бернард распорядился, леди.

«Не успела».

Досада заставила меня поджать губы, но я подбадривала себя тем, что он все равно не позволил бы мне выбрать что-то своё. Иначе – высек бы.

— ...Хорошо. Тогда я просто выберу заново.

Девушка слишком сильно стянула ленту, и я вздрогнула.

— ...Эй.

Та, что постарше, огляделась по сторонам, и, убедившись, что никто не подслушивает, прикрыла рот своей книжкой. А затем перешла на полушёпот, всматриваясь чёрными глазами в мои.

— Леди... Мы бы, конечно, повиновались, но господин твёрдо стоит на своём.

Она покачала головой и свела брови на переносице.

— Узнает – пальцы по одному повыдёргивает!

«Чёрт. Бабуль, давай по хорошему, а?»

Тем временем портные закончили свое дело, и я начала натягивать одежду обратно.

— Я скажу, что я вас принудила.

Женщина, верно, не ожидала такой фразы, и от этого её волосы стали дыбом.

— Леди, что вы!.. Нет, не могу. Прощайте меня...

Туфля только успела застегнуться у меня на щиколотке, как портная выдала миллион извинений и поклонилась в пол, а после скрылась за дверью, как и девочки.

— ...

«Я заставлю графа напялить эротическое платье с грёбаным декольте до пупка, пусть только подождет».

Такая мысль заставила меня стать одержимой донельзя. Я рухнула на кровать, проигравши опустив глаза на пол.

— Даже выходить не буду.

После конечного умозаключения, одеяло встретило мою спину. Пусть обнимет меня и задушит до смерти.

Потолок смущённо краснел от настойчивого взгляда. Хотя, наверное, я схожу с ума. Снаружи была слышна возня и ругательства Бернарда, а также поддакивания Джеральда.

— ...шляется всё утро не пойми где, а нам её ждать. Девка. На уме лишь одно, сразу ясно. Пусть только попадётся мне на глаза, ух, чёрт!

«Конечно, одно: повторить историю с поместьем, но запереть его с вами всеми вместе».

— Отец, что с нее взять? Непутевым дальше собственного носа ничего не видно.

Молодой голос говорил тихо, по сравнению со старым.

— Даже не тратьте свою энергию на неё.

«Да ну. От кого слышно?»

Прямо за дверью раздались шаги, а после и стук. Стук, стук.

«Придурочный пришёл? Нет, он не стучит».

Я даже не оторвала взгляда от единой точки наверху, просто ответила:

— Входи.

Скри-ип...

Когда край глаза уловил блондинистые волосы, я перевела взор на нее. На Карину.

— Вы в порядке, госпожа? Ничего не произошло на прогулке?

Она, сразу завалив меня вопросами, окончила свою походку около кровати.

— Нет, все в норме. Ты что-то хотела?

Карина моргнула, затем продолжила:

— Пора собираться, леди Илисса. Вы наконец переезжаете отсюда.

Я приподнялась на локтях и перевернулась на бок.

— Граф знает, что приюты не держат детишек старше восемнадцати?

Она прожестикулировала рукой, проговаривая.

— Не знаю, что для вас будет хорошей новостью. Вашей семье организовали место жительства в другом поместье, собственности Империи.

Сразу же я подумала о том, что Император вряд ли от чистого сердца вручил графу такой сюрприз. Наверняка платой за это будет повышение налогов с него.

— Ого. И где же это поместье находится? Дай угадаю, в овраге этого леса?

Девушка усмехнулась, однако опровергнула мою теорию.

— Не попали. Где-то близ окраины, но не там. Рядом с семьёй Новемберг.

«Новемберг?»

Далёкое воспоминание пронеслось смутной волной в моём сознании.

Примерно через час. Прачечная.

Карина активно растирала края одежды меж собой, пока мыло превращалось в пузырящийся комок пены.

Кап- кап-

Вода каплями попадала на пол и горничных, однако это не имело значения. Тазы с водой часто бились друг о друга, когда девушки работали слишком усердно.

Тогда завязался ненавязчивый разговор:

— Что ж... Какие ваши мысли насчёт всей этой ситуации?

— Честно признаться, я даже рада, что так получилось. То место всё было пропитано...

Милая девушка с двумя красными косичками продолжила развивать тему.

— ...словно ядом. До костей пробирало...

— Хватит, Лили. Ты всего-то там два месяца работала.

— И что? Как будто тебе, Питис, было хорошо.

Ещё одна, розоволосая, вмешалась,

— А мне вообще это не нравится. После всех тех неудобств, я, наконец, получила долгожданные дни отдыха, а эта дрянь всё испортила. Я уверена, что это всё – её замысел. Кому ещё это нужно?

Карина сжала в руках уцелевшее платье леди Илиссы.

— Следи за своим языком, Нова.

Она раздражённо свела брови на переносице.

— То, что здесь только прислуга, не значит, что ты можешь бездумно раскидываться словами.

Нова криво усмехнулась, взглянув исподлобья на девушку.

— Ха... А что, Карина? Тебя сделали личной горничной, и ты сразу осмелела?

Она явно провоцировала и была уверена в себе.

— Успокойся, пока не пожалела.

На это девушка лишь звонко рассмеялась, вытерев плечом уголок глаза. Питис и Лили обеспокоенно переглянулись. Ситуация набирает обороты, которые в последствии могут и изжить.

— Лучше подумай о себе, сиротка.

Последнее слово разогрело нутро Карины, и она выпустила из рук платье в таз.

— Твою госпожу выдадут за какого-нибудь пузатого старикана, а тебя оставят тут. Глядишь, жениха под стать найдут.

Нова хихикала, пока по ее лицу не прилетело мокрой ладонью, оставив красный болючий след.

Хлысть!

— Ха!

Она замолчала, приложив руку к щеке. Девочки выпучили глаза, по инерции дернувшись назад.

Карина, устремивши недовольный взгляд на неё, не проронила ни слова. Однако, не выдержав, всё-таки оставила комментарий:

— Статус грелки постели графского сына не делает тебя принцессой, Нова. Спустись на землю, в тёмную прачечную.

Нова резко вскочила, притянув к себе Карину за рубашку. Брови ее перевернулись настолько, что, кажется, были вертикальными.

— Ты, чёртова плебейка!

Злость наполнила её с головой, затуманив разум.

— Ты хоть знаешь, что с тобой станет, если на моем лице останется шрам?! От тебя только царапина останется, и то, только на сердце у старой Таши!

— ...

— Знаешь почему? Знаешь? Да потому что у тебя никого нет! Моли Бога, чтобы все зажило быстро.

Нова тряханула Карину. Лили вскочила, сложив руки в замок, умоляющим взглядом стараясь расцепить их.

— Господи, девочки! Прекратите, не надо!

Девушка оттолкнула ту от себя, прикрикнув:

— Не лезь, Лилиф!

Шух. Питис поймала Лили у земли. Она поджала ноги, подняв глаза на конфликтующих.

— Совсем бешеная?

Карина сжала руку девушки и вырвалась из ее хватки.

— Мозги продуло, если у тебя они были?

Нова, немного успокоившись за счет боли в щеке, прищурливо глянула на нее. А затем рывком толкнула девушку на пол, вылив на неё воду с пеной из тазика.

Бах! Плесь!

— ...

Горничная переступила на одну ногу, ответив, а после ушла.

— Умойся.

— ...

Карина убрала намокшие волосы с лица, когда к ней бросилась Лилиф.

— Карина, ты как?...

— ...Животное, ослеплённое доминантностью.

Кажется, все мысли девушки были заняты недавней ситуацией. Но она быстро переключилась на Лили и Питис: «Всё в порядке».