Это была председатель KH Group Чжу Ёнын.

Та, кто вызвала вице-президента Пака Хонджу.

— Только что всё закончилось.

Время перевалило за девять вечера. Кабинет председателя в штаб-квартире KH Group.

После обмена обычными приветствиями это была первая фраза, которую произнесла председатель Чжу Ёнын.

— Начальник управления Чхве Чонгю уйдёт председателем совета Высшей школы Йонсана. Президент Чо Санъик — в фонд истории Кымхва… Нет, лучше я вам это просто покажу.

С этими словами председатель Чжу Ёнын, будто скользнув, протянула один листок А4.

На лице вице-президента Пака Хонджу, взявшего листок, расцвела горькая усмешка.

«Все… уходят вот так».

На листке мелко-мелко были выписаны имена, знакомые вице-президенту Паку.

Люди, вместе с покойным председателем Чу Тхэсаном создававшие KH Group. Теперь они уходят с переднего края управления — фактически на покой. А их места займут новые лица, выдвинутые председателем Чжу Ёнын.

«…»

Он думал, что такой день когда-нибудь придёт, но когда он в самом деле настал, на душе стало горько и зябко.

Крепко сжав губы, вице-президент Пак Хонджу пробегал глазами по строкам с новыми назначениями старых товарищей.

И вот где-то возле его уха раздалось «тук-тук».

— М?

Вице-президент Пак Хонджу поднял голову.

И именно в этот момент с его уст сорвалось то, чего он и сам не ожидал.

— Ёнын-а!!!

Не «председатель».

— Ты опять грызёшь ногти? Сколько раз дядя тебе говорил, что от этого удача уходит…

Председатель Чжу Ёнын, державшая в зубах ноготь большого пальца, часто-часто заморгала.

Похоже, и она слегка растерялась, но вообще-то по-настоящему растерялся тогда именно вице-президент Пак Хонджу.

«Ах, вот незадача…»

Это была старая привычка, выскочившая в непредсказуемый момент.

В те времена, когда вице-президент Пак Хонджу был ещё молодым человеком лет тридцати, а председатель Чжу Ёнын — малышкой, только-только пошедшей в школу. Маленькой Ёнын, которая то и дело грызла ногти, вице-президент Пак и вправду обычно выговаривал: «от этого удача уходит».

Но это было уже давным-давно.

— П-председатель, э-это…

Выговаривать взрослому человеку, председателю крупного конгломерата, «не грызи ногти» — ну куда это годится.

Вице-президент Пак с неловким видом поскрёб шею, но на лице председателя Чжу Ёнын уже расцвела странная улыбка.

— Вице-президенту…

Сменив обращение, продолжала председатель Чжу Ёнын:

— …дядя всё ещё кажется, что я ребёнок?

— Ч-что ты такое говоришь.

То ли из-за обращения «дядя», то ли потому, что он страшно растерялся, — вице-президент Пак незаметно для себя самого перешёл на «ты».

— Клянусь, это не так. Я и твоему отцу при жизни не раз говорил. Что Ёнын — человек не робкого десятка. Что она хорошо поведёт KH Group.

И, выпалив всё это, вице-президент Пак почувствовал, что и у него на душе что-то зацепило.

— И зная это, я до сих пор не отходил от дел потому, что…

— Я знаю.

Председатель Чжу Ёнын перебила его.

— Потому что это было обещано отцу, разумеется.

Первая десятка деловых кругов.

Именно в этот момент тон председателя Чжу Ёнын стал чуть суше.

— Но здесь я скажу прямо. Вход KH Group в первую десятку деловых кругов… я не собираюсь передавать это дяде.

— …

Зрачки вице-президента Пака дрогнули.

— Ты из-за положения с Россией? Я говорил уже не раз, но если риски там, то я…

— Вопрос с российской линией тоже есть. Но дело не только в нём.

Председатель Чжу Ёнын продолжала беспощаднее, чем когда-либо.

— Это моя роль, дядя.

— Твоя… роль?

— Войти в первую десятку деловых кругов, поехать в Голубой дом и получить обед от президента… этот уговор был только с дядей?

Председатель Чжу посмотрела на вице-президента Пака.

— Для меня это тоже важный уговор. Уговор, который я хочу исполнить своими силами, который не желаю уступать никому другому. Пусть даже ради этого…

Взгляд председателя Чжу скользнул к собственному ногтю большого пальца.

— …мне придётся навечно рассориться с единственным человеком, который может выговорить мне «не грызи ногти».

— …

Снаружи он этого не показывал, но тогда вице-президент Пак про себя удивился.

Удивило его не твёрдое поведение председателя Чжу Ёнын. Это человек, который всех руководителей KH Group перетянул на свою сторону, — удивляться такому было бы смешно.

Тогда вице-президента Пака удивило то, что он принимает всю эту ситуацию необыкновенно спокойно.

«Похоже, и я наконец… смогу немного отпустить».

Уговор с покойным председателем Чу Тхэсаном.

Он был той движущей силой, что заставляла Пака Хонджу как человека идти вперёд до сих пор, — и в то же время тяжкой ношей.

Но теперь появился тот, кто побежит вместо него, — значит, можно уйти со спокойной душой.

Вот тут-то вице-президент Пак и подумал впервые об «отставке». Однако у председателя Чжу Ёнын на этот счёт, похоже, были другие мысли.

— Возьмите.

Доставая из ящика стола маленький мешочек и протягивая его, председатель Чжу Ёнын.

На лице вице-президента Пака Хонджу, взявшего мешочек, было полно недоумения.

— Это… что такое?

— Откройте.

Сказала председатель Чжу Ёнын.

— Это вещь, которую отец не выпускал из рук до самой смерти.

— Твой отец?

Наклонив голову набок, вице-президент Пак Хонджу открыл мешочек.

Через мгновение его взгляду предстало золотое кольцо.

Но форма его почему-то показалась знакомой.

— Постой, это же…

— Верно.

Кивнула председатель Чжу Ёнын.

— Символ отцовской поспешности.

Услышав её слова, вице-президент Пак Хонджу не удержался от смеха.

— Да, уж поспешность так поспешность.

Кольцо оказалось образцом «кольца за победу „KH Кэннонс“», изготовленного в 1996 году по распоряжению покойного председателя Чу Тхэсана.

Тогда «KH Кэннонс» впервые с момента основания пробилась в осенний бейсбол. Окрылённый этим председатель Чу Тхэсан распорядился изготовить кольца за победу ещё до начала плей-офф.

Вице-президент Пак Хонджу отговаривал его: «Ещё рано», «кольца можно сделать и после победы», — но председатель Чу Тхэсан настоял: «Пахнет победой».

Разумеется, не успели кольца добраться до председателя Чу Тхэсана, как «KH Кэннонс» выбыла, хлебнув горечи.

— Я так дразнил его «символом поспешности», что думал, он давно это выбросил… а он, оказывается, всё это время хранил?

На вопрос вице-президента Пака Хонджу председатель Чжу Ёнын горько улыбнулась.

— Я тоже думала только так… но однажды пришла в палату и увидела, что он держит это в руке.

Особых слов он не говорил. Не было ни просьбы уделять внимание бейсбольному клубу, ни пожелания когда-нибудь привести его к победе.

Просто сидел, сжимая в руке это кольцо, и тупо смотрел в окно.

— Вообще-то… поэтому я собиралась держать это в тайне до самого конца. То, что отец до последнего тосковал по бейсбольному клубу.

Это было признание председателя Чжу Ёнын.

— Клуб не помогает управлению группой, а бессмысленно навлекает на нас одну ругань… И главное, я не была уверена, что сумею заботиться о клубе так же любовно, как отец, — так что собиралась продать его в подходящий момент.

— Но?

Вице-президент Пак Хонджу поднял кольцо.

— Но почему тогда ты показываешь это мне сейчас?

— Потому что нашёлся человек, который позаботится о клубе вместо отца.

Председатель Чжу Ёнын слегка улыбнулась.

— Я думала, нашему вице-президенту уже пора уйти на покой и отдохнуть… а сегодня посмотрела — вы бодры и полны сил.

— …

— Все видят, что это обычный катящийся мяч по внутреннему полю, а вы стиснули зубы и бежите, чтобы получить хоть один сэйф… Глядя на это, я и укрепилась в своём решении.

— То есть ты хочешь сказать…

— Да.

Председатель Чжу Ёнын кивнула.

— Дядя, возьмите бейсбольный клуб на себя.

И, если возможно:

— Тот завет, что отец носил в душе, но так и не произнёс вслух… Я хочу, чтобы дядя исполнил его вместо меня.

— Последний завет твоего отца…

Вице-президент Пак Хонджу молча смотрел на кольцо, лежавшее у него на ладони.

Вскоре после этого он стиснул руку и крепко сжал кольцо.

Три дня спустя.

Вернувшись в «Суперстар Бейсбол», Джисоп сидел перед компьютером в консультационном кабинете.

— Хм-м…

С невероятно серьёзным лицом Джисоп всматривался в экран монитора.

Тяжко промучившись какое-то время, он щёлкнул кнопкой мыши — и из динамиков полился свист: «У-у-у».

[YOU LOSE! TRY AGAIN!]

Сообщение, извещающее о проигрыше Джисопа.

Увидев его, Джисоп схватился за голову и застонал, а сидевший рядом директор О Суман, потягивавший кофе с рожком кофейного микса, заговорил:

— Господин Джисоп.

— Да?

— Может, поиграете во что-нибудь другое?

Директор О Суман горько усмехнулся.

— Я уже какое-то время смотрю, что вы делаете… хе-хе, кажется, впервые в жизни вижу человека, который так плохо играет в онлайн-покер.

— …

— Игра ведь для того, чтобы убить время, разве нет? Зачем сидеть и рвать на себе волосы? Есть много чего другого, позабавнее.

Директор О Суман, вероятно, сказал это без задней мысли, но его слова вонзались занозами прямо в сердце Джисопа.

Потому что онлайн-покер, в который он сейчас играл, был не просто убиванием времени.

«Чтобы в следующем году попасть в профессиональную покерную лигу, на этом сайте надо достичь как минимум платинового уровня…»

Это была неожиданная преграда.

В бытность игроком независимой лиги США Джисоп, играя в покер с товарищами по команде, одерживал буквально сто побед из ста.

Разумеется, отчасти благодаря способности читать чужие мысли, но вообще-то он считал, что и таланта к покеру у него вполне достаточно.

Но на сайте онлайн-покера было слишком много сильных игроков, и уровень Джисопа чем больше он играл, тем упорнее только отползал назад.

«Проклятье, так дело никуда не годится…»

Правда, ходили слухи, что в самих США есть специальная программа для подготовки профессиональных игроков в покер. Но поговаривали, что только за участие в этой программе нужно отдать ещё несколько тысяч долларов.

При таком раскладе невозможно было даже прикинуть, сколько уйдёт на начальные вложения и сколько времени понадобится, чтобы стать профессионалом.

«А-а, с ума сойти. Просто…»

В замысле, казавшемся безупречным, там и сям начинали проступать трещины.

И как раз тогда, когда он ломал голову, чтобы хоть как-то эти трещины заткнуть…

Дзынь-дзынь-дзынь.

На телефон Джисопа, лежавший на компьютерном столе, поступил один звонок.

— М?

Подняв телефон и проверив, кто звонит, Джисоп склонил голову набок. Звонил человек, которого он совсем не ожидал. Гонорар за занятия он уже получил, за игру наёмным — тоже, — так что же ещё могло случиться?

С этой мыслью Джисоп нажал на экране телефона кнопку приёма.

— Алло.

Он продолжил:

— Что случилось, вице-президент?