— Все уже собрались?

Голос донёсся от дверей небесной ложи.

Джисоп повернул голову в ту сторону.

«Кто это?»

Туда, куда упал взгляд Джисопа, вливалась целая толпа людей.

В самой её середине — женщина средних лет, выделявшаяся особенно сильно.

Лет под пятьдесят. Широкополая шляпа и крупные солнечные очки. Пёстрый наряд — тоже, но сильнее всего впечатление производила причёска, развевавшаяся, как грива льва.

Джисопу не потребовалось много времени, чтобы понять, кто она.

Едва она появилась, все руководители KH Group, собравшиеся в небесной ложе, разом вскочили с мест.

— Добро пожаловать, председатель!

— Добро пожаловать, председатель!

Председатель KH Group Чжу Ёнын.

Это был миг, когда она впервые предстала перед глазами Джисопа.

Джисопу, который всю жизнь только и делал, что играл в бейсбол, такие слова, возможно, покажутся немного смешными. Но именно в тот момент он ощутил: «ветер» в KH Group, похоже, давно уже дует в сторону председателя Чжу Ёнын.

— Председатель, вы выглядите лучше, чем когда мы виделись в прошлый раз! Только теперь у меня на душе немного спокойнее!

— Председатель, костюм, что вы прислали, я получил с большой благодарностью. Буду беречь и носить, а потом ещё и сыну передам, хе-хе-хе!

Никто никого не опережал. Все до единого руководители KH Group наперебой бросились к председателю Чжу Ёнын и принялись наперебой разливать мёд.

«Ну и ну…»

Джисоп тоже не прожил жизнь белой вороной, гордо парящей в небесах. Чтобы выжить с фор-симом на 128 километров в час, он делал многое и похуже.

Но ему казалось: если уж человек дорос до руководителя крупного конгломерата, то и подхалимничать он должен бы с каким-то достоинством… Похоже, это было заблуждение Джисопа.

«Так или иначе, глядя, как эти тузы виляют хвостами… похоже, желавших пойти за Сахалинским Паком не было с самого начала».

На душе у Джисопа было сложно.

И думалось: зачем было звонить Сахалинскому Паку и устраивать весь этот цирк, если они с самого начала и не собирались выходить в форме?

И думалось: чем это «ветер» успел так перемениться, что же всё это время делал тот старик, Сахалинский Пак?

И как раз в тот миг, когда Джисоп с кислым видом причмокнул губами…

— …

Он ощутил, что помещение, шумевшее от подхалимства руководителей, вдруг стало тихим.

— … М?

Это была председатель Чжу Ёнын.

Глава KH Group, медленно шагая, обменивалась рукопожатиями с руководителями.

И она заметила седого старика, стоявшего в трёх-четырёх шагах позади, словно брошенный кем-то мешок с зерном.

— Вице-президент Пак Хонджу?

Несколько самых сметливых руководителей мгновенно — шмыг-шмыг — отступили назад. По образовавшемуся коридору вице-президент Пак Хонджу прошёл к председателю Чжу Ёнын.

Вице-президент Пак склонил голову с учтивым видом.

— Давно не виделись, председатель.

— Да. Как вы всё это время?

Не знаю, было ли это заблуждением Джисопа, но на лице председателя Чжу Ёнын, снимавшей очки и протянувшей руку для пожатия, лежала очень бледная улыбка.

Однако

и это продлилось недолго.

— …

Убедившись, во что одет вице-президент Пак Хонджу, она приняла поистине странное выражение. Словно её взяла досада; словно ей всё это опротивело; словно ей стало жалко старика, который из кожи вон лез, чтобы надеть форму.

Так, долго глядя в лицо «Сахалинскому Паку», председатель Чжу Ёнын не сказала многого.

— Идите.

Тон был мягким, но Джисопу эта фраза показалась очень холодной.

— Вы ведь любите бейсбол.

Вице-президент «Сахалинский Пак» Пак Хонджу.

Он молчал.

Дзынь.

С той минуты, как они вышли из небесной ложи, спустились на лифте на первый этаж…

Он шёл, крепко сжав губы, как жаба, проглотившая муху, и тупо смотрел только вперёд.

Заговорил с вице-президентом Паком — осторожно — всё-таки секретарь Ян.

— Вице-президент, позвольте отвезти вас домой.

Лицо секретаря Яна было полно тревоги. Видимо, он думал: а вдруг вице-президент Пак схватится за шею и упадёт?

— Вид у вас совсем неважный. Может, для начала немного отдохнуть, а всё остальное обдумать постепенно?

При этом секретарь Ян бросил в сторону Джисопа многозначительный взгляд.

[Тренер Ким, вы должны помочь.]

Взгляд был настолько умоляющим, что читать его тайные мысли было уже и незачем.

[Вице-президент вас очень ценит. Неужели и вам не стоит сказать за него словечко?]

Сегодня выйти на игру трудно. Поезжайте домой и отдохните.

Вот такую фразу, просьбу сказать вице-президенту Паку.

Однако Джисоп просьбу секретаря Яна не принял.

— …

Он слегка облизал губы языком, пристально посмотрел «Сахалинскому Паку» в глаза и наконец произнёс:

— Вице-президент, надо бы размяться.

Джисоп продолжил:

— Сегодня погода прохладная. Выйдете вы, скорее всего, запасным отбивающим в конце игры… но даже с учётом этого размяться как следует всё же надо.

— А, нет… тренер Ким!

Услышав слова Джисопа, секретарь Ян буквально подскочил на месте.

— Что вы такое говорите? Размяться? Зачем? Вы что, не понимаете, как обстоят дела?

— Я смотрел прямо рядом, как же мне не понимать. Разве не вице-президент получил удар в спину от других руководителей?

— К-какой удар в спину! Зачем вы так говорите, когда вице-президент слышит…

Секретарь Ян суетился, следя за настроением «Сахалинского Пака», но Джисоп и бровью не повёл.

— Так или иначе, на мой взгляд, у вице-президента нет причин отказываться от выхода на игру.

— Простите?

— Нет, он ведь с самого начала… собирался действовать в одиночку, разве нет?

Джисоп продолжил:

— В школу он пришёл один, договор заключал один, занятия со мной брал один… какая разница, бьют его другие руководители по голове или нет? Надо просто продавливать своё, как и задумал.

— Т-так-то оно так… но это же не такой простой вопрос.

У секретаря Яна был вид человека, умирающего от досады.

— Тренер Ким, подумайте немного. Мир бейсбола, наверное, от этого не сильно отличается… но компания — место, где слухи разлетаются с чудовищной быстротой.

Секретарь Ян понизил голос так, чтобы вице-президент Пак не слышал.

— То, что было в небесной ложе, скоро станет известно всем в компании. И если на этом фоне вице-президент выйдет на игру, что тут начнётся?

Секретарь Ян зажмурился и снова открыл глаза, будто ему было страшно даже представить.

— Хорошо, пусть неудобство других сотрудников — это ладно. Но это значит, что, пока вице-президент будет сидеть на скамье запасных, эту липкую неприязнь ему придётся нести на себе…

— То есть вы, секретарь Ян, хотите сказать…

Тут Джисоп сильно повысил голос:

— Что боитесь, как бы вице-президенту не пришлось хлебать унижения… так ведь?

— Тренер Ким!

Секретарь Ян всполошился, но Джисоп уже смотрел в сторону «Сахалинского Пака» совершенно открыто.

— Но вот что, секретарь Ян… Бейсбол ведь по природе своей такой вид спорта, где только и делаешь, что хлебаешь унижения.

— Что вы сказали?

— Не поймал третий страйк — хлебаешь унижения. Напортачил с подачей — хлебаешь унижения. Хорошо бросал, а потом не успел прикрыть базу и пропустил сэйф — и снова хлебаешь унижения…

— И впрямь странно…

Секретарь Ян заморгал.

— Странно дотошное у вас показание.

— Эт-то…

Джисоп откашлялся, прочищая горло.

— Так или иначе, это такой вид спорта, понимаете?

Торопливо продолжил Джисоп:

— И вот, если бояться хлебать унижения и увиливать от этого, тогда уж точно ни гроша не выйдет.

— …

— Хлебать унижения надо тогда, когда пришло время. Кто бы что рядом ни говорил, если упорно терпеть…

Ба-бах.

Джисоп сделал жест, будто взорвался фейерверк.

— …приходит и тот день, когда можно как следует врезать всем, кто до сих пор на меня косился.

— … Тренер Ким.

Секретарь Ян вздохнул.

— Я хорошо понимаю, что вы хотите сказать… но сейчас, при нынешнем положении вице-президента…

У секретаря Яна всё ещё был измученный вид.

Он шевельнул губами, будто собираясь сказать Джисопу что-то ещё, но попытка ни к чему не привела.

— Секретарь Ян, на этом хватит.

Голос вице-президента «Сахалинского Пака» Пака Хонджу донёсся из-за спины.

— Этот тип, Циндао, за время игры в бейсбол столько раз хлебал унижения, что у него уже и гордость, и понятие… вообще из головы пропали. Секретарь Ян, сколько ни объясняй, толку не будет.

— В-вице-президент?

Лицо обернувшегося секретаря Яна немного просветлело: на лице вице-президента Пака, ещё недавно похожего на больную жабу, расцветала горькая усмешка.

— «Хлебать унижения надо тогда, когда пришло время»… проклятье, все ведь понимают, что это банальность, но в его устах почему-то звучит убедительно.

— Эй, Циндао.

Вице-президент Пак окликнул Джисопа.

— Да, вице-президент.

— Дай-ка я спрошу одно.

Вице-президент Пак широко шагнул ближе.

— За всю свою жалкую бейсбольную жизнь… хоть раз-другой такое было?

— Что именно?

— Хлебать унижения, хлебать, хлебать — терпеть до конца и наконец как следует рвануть.

— Только не падайте.

Джисоп усмехнулся.

— Но всё же по три-четыре раза за сезон непременно бывало.

— По три-четыре раза за сезон, значит…

Вице-президент Пак фыркнул.

— Учитывая твой уровень в бейсболе, вероятность совсем неплохая.

Кивая и переводя взгляд за окно, вице-президент Пак Хонджу.

Смотря через прозрачное стекло на раскинувшееся зелёное поле, он снова заговорил:

— Эй, Циндао.

— Да, вице-президент.

— Пойдём.

Вице-президент Пак указал подбородком на поле.

— Надо размяться.

Внутренний бейсбольный турнир KH Group на поле «KH Кэннонс».

На поле кипела поистине жаркая борьба, но руководители группы, собравшиеся в небесной ложе, к самой игре, похоже, интереса не проявляли.

Разумеется, среди них были несколько человек, следивших за полем, но и они говорили совсем о другом.

— А как там вице-президент Пак Хонджу? Может, вам что-нибудь рассказывали?

— Сахалинский Пак? Кто его знает. Может, отправился прямо домой? Его же при всех так опозорили.

— Ох, бедняга. Хоть бы домой добрался благополучно. Выглядел он так, будто вот-вот лопнет от давления…

Руководители наперебой вставляли словцо о «Сахалинском Паке».

И вот в тот самый момент один из них, глянув в экран телефона, заговорил:

— Вице-президент Пак домой не поехал. Говорят, он сейчас сидит на скамье команды „Дьюти-фри KH“.

— Что?

— Домой не поехал?!

Руководители изумились.

— Да что он… что он там делает? Играет в главного тренера, что ли?

— При чём здесь вообще беспошлинные магазины KH? Это же не его компания!

— Да, я сообщил, что у команды „Дьюти-фри KH“ состав полный и выйти на игру может не получиться… А вице-президент сказал, что ему не нужно давать шанс, и просто уселся на место.

Хе-хе, ну и человек.

Что у него вообще на уме.

Пока руководители с ошарашенными лицами наперебой выбрасывали реплики, из-за их спин донёсся негромкий голос:

— Что случилось?

Обернувшись и увидев, кому принадлежит голос, руководители подскочили.

— А-а, председатель!

— Как прошло совещание?

— Да. Я хотела закончить как можно быстрее, но времени ушло больше, чем думала.

Председатель Чжу Ёнын села в кресло в центре и заговорила:

— И о чём же вы тут беседовали?

— Простите?

— Мне краем уха послышалось что-то про Сахалин…

— А-а, это там…

То, что председатель Чжу Ёнын относится к вице-президенту Паку Хонджу настороженно, в группе считалось общим знанием.

Руководители, хорошо это понимавшие, лишь переглядывались и никто не выступал вперёд.

Но как раз в этот момент со стороны поля донёсся суетливый голос стадионного диктора.

— А-а, да! Команда „Дьюти-фри KH“ выпускает запасного отбивающего! В ситуации, когда сегодняшнюю игру можно и закончить, на место отбивающего выходит… о-о-о! Что же это такое!

Зрительские трибуны загудели.

— Команда „Дьюти-фри KH“ выпускает поистине потрясающего игрока! Друзья, поприветствуйте его громкими аплодисментами! Исполнительный директор KH Global…

В следующее мгновение руководители в небесной ложе округлили глаза.

— …вице-президент Пак Хонджу!