— Каин, говоришь?

Услышав слова Широна, Ируки и Нейд внимательно всмотрелись в лицо короля. Мужчина средних лет, но его озорной взгляд создавал обманчивое ощущение, что время над ним не властно.

«Нет, дело вовсе не в этом».

Если он первый в истории человечества убийца, то жил в невообразимо далеком прошлом, задолго до их эпохи.

— Как он может быть жив?

— Пустотная кальпа. Время в Мелькиду течет иначе, чем в реальности. Это мир, куда разум погружается из реального мира.

И одного погружения было недостаточно.

— Из реальности на внешний трек, с внешнего трека на внутренний, оттуда в королевский замок, затем в большой зал, а из большого зала — на этот трон... Создавая новые миры один внутри другого, он раз за разом отсрочивал течение времени.

— Разве такое возможно? Хочешь сказать, так можно жить вечно? — ошеломленно спросила Пена

— Это не вечность.

Сколько бы ни длилось погружение в пустотную кальпу, перед лицом истинной бесконечности у всего есть конец.

Впервые Широн осознал это...

«В лабиринте Андре».

Именно по этой причине проект «Утопия», созданный человечеством ради обретения бессмертия, потерпел крах.

«Арго не смог просчитать бесконечность и в итоге дал сбой».

Он прекратил мыслить и начал банально разводить людей, словно скот.

— Ты прав, пустотная кальпа не в силах одолеть бесконечность, — согласился Каин. — Но это справедливо лишь в том случае, если бесконечность вообще существует. Неужели ты веришь, что эта вселенная вечна? Насколько мне известно, ей осталось совсем недолго. Если верить Закону — всего пять часов.

— Ты ждал этого? — спросил Широн.

От самого начала человечества — и до его последних мгновений.

— Это было долгое и утомительное путешествие. Можешь представить, сколько слоев пустотной кальпы мне пришлось преодолеть? Мир, в котором я существую сейчас, ограничивается лишь этим троном. Стоит мне сделать хоть шаг, и я окажусь в мире более высокого порядка. На один уровень ближе к реальности.

И время там потечет куда быстрее.

— Так я и сидел здесь. В самых глубоких недрах созданного мною Мелькиду, дожидаясь наступления этого дня.

— Ради чего?

— Вы ведь хотите попасть в Ядро? — сменив тему, Каин отдал приказ: — Отпустите его.

Рыцари убрали мечи и отступили, а Кёртис, потирая шею, хрипло пробормотал: — ...Простите.

У друзей накопилась к нему уйма вопросов, но сейчас важнее всего было прорваться в Ядро.

Широн сделал шаг навстречу Каину.

— Как нам получить пропуск в Ядро?

— Сам знаешь. Придется меня переубедить.

— Каковы правила?

— Ха-ха! Как-то даже непривычно. Обычно я строю из себя неигрового персонажа. Мой характер — хаос. И правила я устанавливаю сам. Крайм-поинты можете не платить. Но шанс у вас только один. Проиграете здесь — придется искать другой путь.

Дав им секунду на размышление, Каин спросил: — Кто бросит вызов?

Обменявшись взглядами с товарищами, Широн снова повернулся к трону.

— Это сделаю я.

— Мудрое решение.

Пространство вокруг исказилось, и перед ними раскинулась бесконечная фазовая зона, предназначенная для игры в кости.

Каин, казалось, сидел прямо в воздухе. Свысока взирая на команду Широна, он произнес: — Правила предельно просты. Используем всего одну кость. Бросаем одновременно: если у тебя выпадает то же число, что и у меня — вы победили. Любой другой результат означает поражение.

Лицо Ируки помрачнело.

— Одновременно...

Используя квантовый коллапс, Широн мог контролировать результат броска, заставляя выпадать нужное число.

«Но тут другое. Даже сам Каин не знает, какое число у него выпадет».

Истинный хаос, в прямом смысле этого слова.

Широн недовольно нахмурился, а Каин, заметив его реакцию, ухмыльнулся и добавил: — Что такое? Спасовал, о тот, кто переубедил половину человечества? Разве Яхве не является владыкой над разумом и сердцами?

Шанс был всего один.

— Я согласен.

Широн принял вызов без малейших колебаний, заставив Эден в изумлении обернуться к нему.

«Что он задумал?»

«Я все равно выиграю».

Широн был абсолютно уверен в своей победе.

«В этом месте доступна техника воплощения. А значит, я могу использовать Слэйт оф Хэнд».

Нужно было лишь увидеть результат Каина, а затем изменить свое число.

— Начнем?

Каин покатал семигранную кость в ладони, и Широн тоже подхватил парящий перед ним кубик. Раздался голос системы.

— Для данного поединка активирован таймер. Время на подготовку — 60 секунд. Бросок должен быть совершен в последнюю секунду. 60 секунд, 59 секунд...

Пока шел обратный отсчет, Широн и Каин не сводили друг с друга глаз.

— 3 секунды, 2 секунды, 1...

Обе кости взмыли в воздух абсолютно синхронно.

«У меня лишь доля секунды».

Напрягая зрение до предела, Широн следил за вращением костей. В тот момент, когда кость Каина замерла на четверке, а его собственная собиралась остановиться на тройке...

«Слэйт оф Хэнд».

Его Божья Длань перехватила кубик и заставила его перевернуться еще раз. Прежний исход был стерт, и на глазах у всех сформировалась новая реальность.

«Получилось!»

С этой торжествующей мыслью Широн увидел, как его кость остановилась.

— А? — Нейд, тупо уставившись на выпавшую тройку, растерянно пробормотал. — ...Но ты же проиграл?

Это был неоспоримый факт, но никто из тех, кто знал о способностях Широна, не мог этого осмыслить.

Широн медленно поднял голову. Многозначительная усмешка тронула губы Каина, и фазовое пространство начало стремительно разрушаться. Когда перед глазами отряда Широна вновь предстали своды большого зала, на их лицах читалась глубокая тревога.

Каин нарушил тишину первым.

— Полагаю, победа за мной.

Широн не был настолько глуп, чтобы считать, будто победа всегда должна доставаться только ему по праву рождения.

— Как ты это сделал?

— Живя на заре человеческой истории, успеваешь наслушаться всяких сказок. Так это и есть способность геян, о которой слагают мифы? Как только я поверю, что на моей кости выпадет четверка, эта мысль станет абсолютным Законом, а ты, в свою очередь, можешь этот Закон переписать. Что ж... это и вправду достойно называться чудом.

— Значит, ты не был поверил?

Одно дело — бросать вслепую, но так искусно контролировать собственный разум во время броска... это был уже уровень самого Яхве.

Каин рассмеялся.

— Ты слишком меня переоцениваешь. Я всего лишь первый убийца. Достичь таких высот мне не дано.

— В таком случае...

У Широна оставалась лишь одна, последняя гипотеза.

— Именно. Я взломал систему.

— Внимание. Данные главной системы повреждены неизвестным кодом. Запущена процедура быстрого восстановления. Возможны критические системные сбои.

— Ч-что происходит?

За стенами замка послышались полные паники крики игроков.

— Это сообщение было разослано всем?

Каин невозмутимо ответил: — Я изменил системные параметры. Кто-то из игроков останется в выигрыше, а кто-то потеряет все.

Проще говоря, мир Мелькиду погрузился в абсолютный хаос. 

— Ты пошел на такое, лишь бы не пустить нас в Ядро? Что же там спрятано? — спросил Ируки.

— Ошибаешься, — Каин медленно поднялся с трона. — Я позволю вам войти в Ядро. Я вмешался в систему лишь для того, чтобы доказать свою правоту.

— Правоту в чем?

— В эффективности зла, — Каин спустился с трона, выходя за пределы своей пустотной кальпы. — В Мелькиду бесчисленное множество игроков из кожи вон лезет, чтобы попасть в Ядро. Я сам все так устроил. Они слепо верят, что эта система — незыблемый абсолют, что она подобна богу, но...

Разве система совершенна?

— На самом деле все эти правила — пустышка. Стоит изменить лишь один параметр, и все переворачивается с ног на голову. Даже тот самый разум, в который ты так истово веришь, Яхве. Твоя воля отчаянно жаждала увидеть на кости четверку, но в итоге выпала тройка.

Система правит разумом.

— И поэтому ты убивал? Пошел на все это, нарушая законы и отнимая жизни, только ради того, чтобы получить желаемое?

В глазах Каина на миг промелькнула глубокая скорбь, но тут же сменилась привычным насмешливым выражением.

— Да, я есть само зло. Точнее, я бы назвал себя ученым, посвятившим свою жизнь изучению зла. А почему, собственно, убивать нельзя? Если отбросить правила, получить желаемое становится в разы быстрее и проще. Вот, взгляните на себя: вы вошли через черный ход, и разве это не удобно? — Каин убежденно продолжал. — Человек вынужден питаться. Вынужден искать пару и размножаться. Мы — существа, которые ради пропитания истребляют другие виды, а ради выживания конкурируют с себе подобными. Неужели наша суть так омерзительна? И потому вы выдумали нелепые правила, чтобы прикрываться ими, твердя: «Мы хорошие, мы несем добро»? Существует ли добро, которое не требует пищи? Добро, которое может отказаться от продолжения рода? Это все пустые абстракции. Любовь, о которой ты проповедуешь, Яхве, не может состоять из одного лишь добра. Зло — ее неотъемлемый спутник.

— Возможно, ты и прав, — Широн не стал этого отрицать. — Я тоже не считаю систему безупречной. Но несовершенство еще не значит, что она в корне ошибочна. Мы движемся вперед, пытаясь найти лучший путь.

— И куда же вы идете? — Каин презрительно фыркнул. — Куда вам идти? Оглянись назад. Мы — дикие звери. Пока человек не превратится в бездушную машину, он будет отнимать жизни и причинять боль соперникам. И на этом пути всегда кто-то будет терять, а кто-то — наживаться. Кто-то обретет счастье с любимым, а кто-то останется брошенным и растоптанным. Зависть и ревность, эгоизм и похоть... Не существует в мире системы, способной вместить в себя весь этот хаос человеческих пороков.

А если бы она и существовала, то имя ей было бы Ультима.

— Тогда зачем ты создал Мелькиду?

Каин вдруг замолчал.

— Раз уж ты так гордишься собой, мог бы просто продолжать жить как убийца, верно? Тебе бы не пришлось из кожи вон лезть, чтобы доказать свою правоту. Хочешь, я скажу почему? Ты и сам давно все знаешь, — голос Широна звучал твердо. — Какие бы оправдания ты ни придумывал, для зла нет святыни.

Повисла тяжелая тишина...

— Хе-хе, — запрокинув голову, Каин разразился раскатистым хохотом. — Ха-ха-ха! Ты что, неужели слышал это? А ведь и правда, кажется, я говорил нечто подобное. Это было так давно, что стерлось из памяти.

— Уверен, ты все прекрасно помнишь. Иначе ты бы не вынес здесь этой пугающей вечности. Теперь я наконец понял, зачем ты создал Мелькиду. Вовсе не для того, чтобы доказать праведность зла. Как раз наоборот.

— Что за чушь ты несешь?

Веселье мигом слетело с лица Каина.

— Ты просто хочешь все стереть. Стереть то, что натворил. Стереть тот кошмар, когда из-за единственной ошибки ты разочаровал тех, кого любил, и в одночасье потерял все, что тебе было дорого.

Внезапно раздались приглушенные рыдания.

— О-ох... — Кёртис бессильно рухнул на колени и, давясь слезами, прохрипел: — Я хотел наложить на себя руки. Я пришел сюда вовсе не потому, что дрожу за свою жизнь. Я просто... просто не смею взглянуть в глаза моей дочери на том свете... Если бы только я мог сделать так, чтобы всего этого никогда не было...

Глядя на его слезы, Пена осознала очень многое.

«Так вот оно что…»

Значит, твое сердце... тоже было разорвано в клочья?

Широн снова посмотрел на Каина.

— Благодаря хроникам Омеги я многое о тебе узнал. Узнал, на что пошла твоя мать, Митохондриальная Ева.

Каин хранил молчание.

— Называя себя ученым, изучающим зло, ты лишь доказываешь, что относишься к нему критически. Впусти нас в Ядро. Ведь ты должен, по крайней мере, узнать ответ на тот единственный вопрос, ради которого терпел пытку вечностью на протяжении всей истории человечества.

Казалось, он больше не произнесет ни слова, но...

— ...И сказал господь, — тихо прошептал Каин. — «Агриппа, о чем ты горько плачешь?» И ответил Агриппа: «Женщина, которую я люблю, вышла замуж за моего брата».

Это была третья глава Книги Агриппы.

— «О заблудший агнец, отбрось зависть и обиду. Убей брата своего и забери его жену».

И так, дойдя до последней строфы...

— «Я буду с тобой, и тебе не придется платить за то, чего ты желаешь. Отбирай все, что захочешь, и приноси мне. В пристанище убийц…» — медленно подняв взгляд, Каин закончил. — В Мелькиду.

В тот же миг иллюзия большого зала пошла трещинами, словно хрупкое стекло, и на них обрушился шквальный ветер. Пространство вокруг заволокла кромешная тьма, но они явственно чувствовали, что мчатся вперед со скоростью света.

— Что это?

Когда мрак наконец рассеялся, они оказались посреди дремучего леса, залитого лучами настоящего солнца...

Ядро Мелькиду явило им свой истинный облик.