Когда они, прихватив добычу со склада, добрались до места встречи, Пена уже беседовала с капитаном.

— Как все прошло?

— Успешно. Подробности расскажу позже.

Капитана тоже уже успели подкупить, но обсуждать детали при нем все равно не стоило.

Капитан заговорил первым.

— Пора выдвигаться. Но сразу проясню: я здесь лишь в роли провожатого. Не могу ручаться, что вам удастся подкупить капитана стражи. Он дотошный формалист.

Покинув порт, группа Широна направилась к королевскому замку и проникла внутрь через задние ворота. Внутреннее устройство ничем не отличалось от настоящей крепости, и множество людей трудились здесь, не зная ни минуты покоя.

— Все они — лишь программы, исправно выполняющие заданные роли. Поддерживать функционирование столь колоссального мира, как Мелькиду, наверняка непросто. Если судить по нашему игровому опыту, надо признать — система продумана блестяще, — заметил Ируки.

Широн был с ним согласен, но при мысли о том, ради чего создавался весь этот мир, у него тяжело заныло сердце.

«Все дело в Каине».

Согласно хроникам Омеги, он был сыном Митохондриальной Евы, а если говорить точнее — сыном Лилит.

— Нам сюда.

Капитан указал на дверь кабинета начальника стражи и коротко постучал.

— Войдите.

Как только они переступили порог, их встретил суровый, крепко сложенный мужчина со шрамом на лице.

— Здравия желаю, господин капитан. Вот опись припасов, доставленных этой ночью. Прошу вашей подписи.

Подобная процедура требовала весьма высоких полномочий.

Медленно пробежав глазами по документам, капитан стражи исподлобья смерил вошедших тяжелым взглядом.

— А это еще кто такие?

— Ну, понимаете…

В разговор тут же вмешался Широн.

— Нашего товарища несправедливо бросили за решетку по ложному обвинению. Мы просим вас о снисхождении.

В случае успешного подкупа железная логика была уже не важна, но действовать столь же бесцеремонно, как Нейд, Широн просто не мог.

— Товарища? И кого же?

Судя по информации от Кёртиса, чтобы вообще получить возможность подкупить капитана стражи, кто-то действительно должен был находиться в темнице.

— Кёртиса.

Взгляд капитана резко переменился.

— Исключено. Этот мерзавец — особо опасный преступник. Если перечислять все совершенные им убийства и награбленное добро, наберется не один десяток страниц обвинительного акта. Его я не отпущу.

— Но ведь здесь, в Мелькиду, Кёртис ни в чем не виноват. Дайте нам шанс переубедить вас, господин капитан.

— Свирепо зыркнув на Широна, тот все же открыл рот.

— Вздумал меня переубедить? Мой характер — непреклонный. Стоимость одной попытки — пятьдесят миллионов крайм-поинтов.

Все оказалось именно так, как они и предполагали.

— Мы согласны.

Едва Широн произнес эти слова, как кабинет капитана начал растворяться, превращаясь в изолированное фазовое пространство, внутри которого остались лишь сообщники.

Раздался голос системы.

— Программа подкупа запущена. Разрушьте принципы капитана стражи с помощью крайм-костей.

С противоположной стороны этого призрачного пространства к ним уверенно зашагал капитан стражи.

«А вот это уже выходит за рамки ожидаемого».

Пока отряд Широна недоуменно переглядывался, капитан хладнокровно извлек свои крайм-кости. Увидев в его руках четыре восьмигранных кубика, Нейд мрачно нахмурился.

— Какого черта, у него кости сильнее наших! Разве подкуп не должен проводиться на равных условиях с одинаковыми костями?!

В арсенале команды Широна было лишь три семигранных кости — они уступали противнику и в количестве, и в числе их граней.

Капитан холодно, пугающе улыбнулся.

— Ха, уж не знаю, кого вы успели подкупить на своем пути сюда, но со мной этот фокус не пройдет.

Широн все понял интуитивно.

«Формалист. В отличие от других системных администраторов, этот капитан не станет отступать от собственных принципов».

— Противники поочередно бросают кости. В соответствии с выпавшим значением списываются крайм-поинты оппонента. Одно очко на грани крайм-кости равно ста тысячам крайм-поинтов. Побеждает тот игрок или команда, чьи действия первыми обнулят баланс противника.

— Ох!

Нейд мгновенно осознал всю тяжесть их положения.

«Здесь не выйдет победить одним броском. Три семигранных кубика могут выдать максимум сорок два очка, и это с учетом бонуса за дубль. Сколько бы очков ни было у капитана, один Широн эту битву не вытянет. Придется бросать и нам».

— Каков баланс крайм-поинтов у капитана стражи? — спросил Ируки.

— Пятьдесят миллионов крайм-поинтов.

На лице Эден отразилась глубокая растерянность.

— В то время как у нас…

Поскольку плата в пятьдесят миллионов списалась сразу на старте, на их счету теперь оставалось от силы миллионов восемь.

«Простая математика: стоит ему выбросить на костях в сумме восемьсот очков, и мы полные банкроты».

Широн подпер подбородок рукой, погрузившись в раздумья.

«Так вот что имел в виду господин Кёртис, говоря про минимум в пятьдесят миллионов. Неужели мы слишком опрометчиво ввязались в бой?»

Нет, дело совсем не в этом.

«Это мы тут уникальный случай, а обычные игроки наверняка приходят сюда, накопив не меньше ста миллионов. Если бы это была банальная игра в кости, мы бы легко выкрутились».

А значит, исход этого сражения решат…

— Артефакты.

Широн обратился к системе.

— Нам разрешено использовать артефакты?

— Главный принцип капитана стражи — «Ставь на кон все и бейся до конца». В рамках текущего подкупа не предусмотрено никаких ограничений.

— Мы ведь можем менять очередность бросков?

— Можете. Однако, пока круг не завершится, один участник не имеет права бросать кости дважды. По тому же принципу одному участнику запрещено применять более одного артефакта за ход.

— Значит, вот как все устроено.

Что касается артефактов, то, хорошенько обчистив портовые склады, они успели собрать внушительный арсенал.

— Кто бы мог подумать, что клептомания Нейда окажется столь полезна.

— Эй! — возмущено воскликнул Нейд, хотя в глубине души он и сам испытывал огромное облегчение.

«Какое счастье. А ведь это я настоял на том, чтобы потратить очки на взлом того склада».

— Если в дело пойдут артефакты, матч едва ли продлится больше двадцати ходов. А значит, ценность каждого броска возрастает многократно, — заметил Широн.

Капитан стражи громогласно заявил: — Я бросаю первым.

Подобный подход был весьма нетипичен для системы, но возмущаться перед этим упертым формалистом правил было попросту бесполезно.

И он вытащил системную карту.

— Власть Капитана.

— Чего? Это еще что за артефакт?

— Капитан стражи применяет артефакт, предназначенный исключительно для администраторов системы. Данный предмет недоступен для покупки в магазине.

Система сразу же огласила эффект карты.

— Атакующая сила оппонента будет разделена на наименьшее выпавшее значение крайм-костей. Эффект длится три хода.

Не успела система закончить описание, как кости со стуком покатились по невидимому столу.

«Хоть бы выпала единица! Ну пожалуйста!»

Но, вопреки горячим мольбам Нейда, грани костей замерли на значениях 3, 6, 2 и 7.

«Разделить на два».

Это означало, что на протяжении следующих трех ходов любой урон, наносимый капитану стражи, будет урезан ровно наполовину.

— Да вы издеваетесь?! Откуда здесь вообще такие вещи?!

— Они ведь созданы специально для администраторов. Так, нам нужно изменить очередность бросков. Артефактов у нас в достатке, но если Широн станет атаковать, пока действует Власть Капитана — это будет крайне неэффективно.

Ход Широна был их главным, критическим козырем.

— Пожалуй, первой брошу я.

Эден уверенно вытянула карту. Артефакт высшего ранга, Озарение Гения, позволял скомбинировать выпавшие на костях значения так, чтобы получить максимально возможное число. И поскольку при дубле оба результата суммировались, максимальный потенциальный урон, на который они могли рассчитывать, составлял пятнадцать миллионов пятьсот сорок тысяч.

— 7, 3, 4.

В результате комбинации получилось 743 — семь миллионов четыреста тридцать тысяч, но из-за дебаффа эта сумма тут же разделилась на два.

— …Какая жалость.

Эффект карты был поистине великолепен, однако на фоне пятидесятимиллионного запаса капитана этот удар выглядел как комариный укус.

Капитан стражи хладнокровно извлек следующую карту.

— Карающее Убеждение.

— С каждым последующим ходом итоговый урон удваивается. Эффект длится пять ходов.

Ируки подозрительно прищурился.

«На последнем ходу множитель достигнет тридцати двух. Выходит, этот ублюдок твердо намерен прикончить нас за пять ходов».

Значения на костях капитана: 5, 1, 7 и 4.

— Триста сорок тысяч списано. Звучит терпимо, но вот со следующего хода начнется настоящая мясорубка.

В глазах Ируки вдруг вспыхнул азартный огонек.

— Погодите-ка, сейчас бросаю я.

Отодвинув Нейда в сторону, он применил карту «шибка Счетовода.

— Итоговое значение текущего хода переносится на следующий ход.

«Даже если мы пустим в ход все наши резервы, нам банально не хватит очков. Остается лишь поставить все на эту безумную комбинацию».

Кости выдали дубль, и итоговая сумма составила 27.

— Какая вопиющая глупость. Испугаться Власти Капитана и упустить шанс использовать мощный атакующий артефакт.

Снова настал черед капитана стражи. На этот раз сработал четырехкратный множитель, выкосив с их счета один миллион шестьсот сорок тысяч.

Губы капитана изогнулись в издевательской ухмылке.

— С каждым последующим броском моя мощь будет лишь возрастать. Вам ни за что не сломить мои принципы.

Никто из друзей даже не удостоил его ответом, ведь каждый из них уже прекрасно осознал суть стратегии Ируки.

«В этот раз стопроцентной вероятности успеха не существует. На одном квантовом коллапсе нам не выехать».

И они не могли произнести свой план вслух лишь по одной причине: услышав его, противник мгновенно перекрыл бы их комбинацию защитным артефактом.

— Ошибка Счетовода.

Когда Нейд активировал точно такой же артефакт, капитан стражи недоуменно нахмурился.

«Опять эта дрянь?»

— Эффект Ошибки Счетовода накладывается дважды. Итоговое значение текущего хода переносится на следующий ход.

«Ах вот оно что, эти сопляки надумали использовать Бога Ветра», — вдруг осенило капитана.

«Артефакт, доступный исключительно пользователям. Затея весьма недурная, вот только шансы на ее успешную реализацию смехотворны. Если только им не повезет выбить подряд несколько крупных чисел…»

Без этого эффект перемножения будет до смешного мал.

«Я все равно одержу победу. Вероятность того, что им удастся списать пятьдесят миллионов одним махом, вызывает лишь смех».

Нейд с силой метнул кости.

«Молю! Пусть будет дубль! Дубль!»

Заметив, что все три выпавших числа разные, он на мгновение погрузился в отчаяние, но в следующую же секунду его сердце бешено заколотилось.

«Получилось!»

На гранях красовались 7, 4 и 6 — в сумме семнадцать.

Если на следующем ходу активировать Бога Ветра, им был обеспечен стартовый урон в четыре с половиной миллиона крайм-поинтов (4 590 000).

Капитан стражи невозмутимо достал еще одну карту.

— Вижу, вы любите рисковать. Что ж, пришло время вынести вердикт вашей судьбе. Активация: Чрезвычайное Положение.

— Ко всем значениям на выпавших гранях добавляется +2.

И снова удача оказалась на стороне капитана: выпал дубль, нанесший колоссальный урон в четыре миллиона восемьсот тысяч. От их запаса очков остался лишь жалкий миллион.

— Следующий ход станет для вас последним. Готовьтесь убраться отсюда куда подальше.

— Не рановато ли вы празднуете победу? Действие вашей Власти Капитана тоже подошло к концу.

— И что с того? Это ничего не меняет. Неужели вы всерьез надеетесь списать пятьдесят миллионов одним жалким броском? Вероятность подобного исхода…

— Передай кости мне.

Широн уверенно принял кости из рук Нейда.

— Бог Ветра.

— Все вычисления выпавших значений преобразуются в умножение.

Не сводя глаз с капитана, Широн задал вопрос: — Почему вы так упорно отказываетесь отпустить господина Кёртиса?

— Что за нелепый вопрос? Этот человек совершил неисчислимое множество преступлений.

— Вы сами породили все это.

Капитан стражи осекся и замолчал.

— Тот, кто совершил преступление, должен понести заслуженное наказание — это прописная истина. Но как насчет тех, кто создал эту порочную систему? Если у тебя есть очки — ты невиновен, какие бы зверства ни делал. Если очков нет — ты преступник по умолчанию. Чем больше злодеяний ты совершаешь, тем стремительнее растет твой баланс, а те, кто отказывается играть по этим грязным правилам, вечно находятся на самом дне. Вы всерьез считаете такую систему справедливой?

Вопрос Широна был адресован не столько капитану, сколько тем, кто стоял за его спиной — незримым создателям Мелькиду.

— Я совершенно не улавливаю сути твоих претензий. Никто никого не принуждает. Не хочешь гнить за решеткой — не нарушай закон, все предельно просто. Ты что, клонишь к тому, что нужно ненавидеть преступление, но прощать преступника?

— Вовсе нет, — Широн с силой стиснул зубы. — Раз уж вы так безмерно ненавидите тех, кто совершает преступления… — с широким замахом он швырнул три крайм-кости на стол, и те со стуком запрыгали по поверхности. — То вам следует точно так же возненавидеть и саму природу этих преступлений!

Когда на всех трех гранях выпали семерки, капитан стражи в немом ошеломлении приоткрыл рот.

— Д-да как такое вообще…

— Выпал дубль. Вам предоставляется дополнительный бросок.

— Если вы так жаждете карать грешников… — не дав костям остановиться, Широн перехватил их и с силой метнул в то же самое место. — То вам не мешало бы сначала хорошенько задуматься, почему эта преступность вообще пустила здесь корни!

И снова кости выдали три идеальные семерки.

— Срабатывает Ошибка Счетовода. Благодаря эффекту Бога Ветра все вычисления преобразуются в умножение.

27*17*7*7*7*7*7*7 = 54 000 891

Губы Ируки растянулись в торжествующей улыбке.

— Безоговорочная победа.

Изолированное фазовое пространство рассеялось, как дым, и застывшее время вновь возобновило свой ход.