Назад Том 1 · Глава 110

Во время перемен Нин Сюли покидала класс, и стоило ей выйти, как в прежде тихом помещении тут же поднимался шум, словно закипал котёл с маслом. Комната наполнялась всевозможными голосами.

– Я расскажу это только тебе, так что ни за что никому не проболтайся! Сегодня утром учительница Нин обмочилась! – Девочка наклонилась к уху другой и прошептала: – Рано утром я пошла в туалет и как раз проходила мимо кабинета учительницы Нин. Из-за двери я заметила, что её брюки были подняты не до конца, поэтому спряталась. Когда она ушла, на том месте, где она стояла, пахло мочой. Воняло ужасно…

Поскольку детей запирали в спальне, в первую ночь многие из них не могли удержаться и мочились в постель. В результате внутри стоял крайне неприятный запах. Не желая мучить собственный нос, Нин Сюли перестала запирать дверь на ночь, позволяя ученикам выбираться из кроватей и ходить в туалет.

Однако, даже когда дверь оставалась открытой, дети предпочитали пить меньше воды перед сном. Никому не хотелось вставать посреди ночи.

Школа по ночам была по-настоящему жутким местом. Дети предпочитали терпеть, лишь бы не выходить из спальни.

А поскольку Нин Сюли безжалостно наказывала учеников, в глазах всех детей она была воплощением дьявола.

Услышав непристойные сплетни об учительнице Нин, вторая девочка тут же оживилась.

Хотя Нин Сюли внушала ей ужас, ничто не мешало им с подругой за её спиной перемывать ей косточки.

Девочки некоторое время беззаботно ругали учительницу, пока не подошло время следующего урока.

Однако секрет о том, что учительница Нин обмочилась, оставался тайной недолго.

Во время перемены после второго урока девочка, узнавшая эту историю, уже не могла держать её в себе. Она тихонько поведала секрет другой подруге.

– Дуо Дуо, я хочу рассказать тебе кое-что секретное. Но ты должна пообещать, что никому не скажешь…

…

Так, передаваясь от одного ребёнка к другому, история вскоре стала известна почти всем ученикам класса.

Сам того не желая, об этом узнал и Бай Янь.

Дети не осмеливались обсуждать случившееся в присутствии Нин Сюли, поэтому использовали её позорную историю для собственного развлечения. Кто-то утешал себя выдумкой, будто учительница никогда не вытирала задницу после туалета. Другие верили, что эта злая ведьма столкнулась с призраком и потому выбежала из кабинета, даже не успев натянуть штаны.

В конце концов история превратилась в рассказ о том, как Нин Сюли встретила призрака, из-за чего прямо на месте обмочилась.

В результате во время послеобеденных уроков несколько чересчур безрассудных учеников то и дело опускали головы и хихикали.

Кроме того, все стали смотреть на Нин Сюли странными взглядами, отчего она чувствовала себя не в своей тарелке.

Никто из детей не сделал ей ничего плохого напрямую. Сама Нин Сюли не понимала, откуда взялась проблема, но настроение у неё было скверным, поэтому она решила отыграться на тех, кто её испортил.

В результате она снова и снова наказывала и оскорбляла учеников, пока несчастные дети не начинали горько рыдать.

Лишь тогда она наконец заметила, что странные взгляды исчезли.

Вместо них вернулись страх и покорность, с которыми эта кучка никчёмных детей относилась к ней прежде.

Вечером Нин Сюли внимательно следила за учениками, пока те доедали свой ужин, полный песка и волос, а затем отправила Бай Яня убирать её комнату.

Бай Янь взял метлу и изо всех сил старался подметать пол. Метла была почти такой же высокой, как он сам.

Внезапно Нин Сюли заговорила:

– Мне всё чаще кажется, что вы обсуждаете меня за спиной. Что именно вы обо мне говорите? Можешь шепнуть учительнице на ушко. Я никому не расскажу.

«…»

Бай Янь продолжал держать метлу и молчал, словно не слышал её слов.

Он не верил ни единому слову из того, что говорила Нин Сюли!

Сегодня ещё трое учеников по непонятной причине захотели поделиться с ним секретом. И все трое рассказали одно и то же.

Этого было достаточно, чтобы понять: те, кто обещает хранить чужую тайну, лгут.

Нин Сюли терпеливо ждала пять минут, но Бай Янь так ничего и не сказал.

Её терпение мгновенно иссякло. Она попутно схватила указку и насмешливо произнесла:

– Не хочешь говорить? Тогда я буду считать, что ты сам не хочешь дожить до сегодняшней ночи!

Затем она немного смягчила голос, пытаясь заманить его в ловушку:

– Я знаю, что это был не ты, так что не бойся и расскажи учительнице. Я ничего с тобой не сделаю. Если станешь защищать их, то будешь таким же отвратительным, как и они. А если ты мне не расскажешь, рано или поздно кто-нибудь другой всё равно проболтается. Разве не лучше сказать мне правду и избежать побоев, чем получить их вместе со всеми остальными?

После таких слов Бай Яню захотелось молчать ещё сильнее.

В конце концов, стоило ей докопаться до сути, как Нин Сюли наверняка разозлилась бы.

Хотя она и обещала его не бить, в приступе ярости вполне могла потерять над собой контроль.

В таком случае лучше вообще не говорить об этом. Чем меньше скажешь, тем меньше побоев получишь.

Взвесив все за и против, Бай Янь с самым искренним видом ответил:

– Учитель, я был занят учёбой, поэтому не слышал, о чём они говорили. Но все говорили, что вы очень строгая и страшная. Больше я ничего не знаю.

Нин Сюли некоторое время смотрела на Бай Яня с подозрением. Но его лицо выражало такую искренность, что её сомнения постепенно рассеялись.

В этот момент в кастрюле булькала вода, поднимая пузырьки.

Когда из неё начал исходить аппетитный аромат, Нин Сюли выключила газ. Глядя на кипяток, она вдруг кое-что вспомнила.

В её глазах ясно отразился страх. Вспомнив руку призрака, высунувшуюся сегодня утром из раковины в ванной, Нин Сюли не смогла сдержать дрожь, пробежавшую по всему телу.

Ей выделили всего один кабинет, причём именно «Особый район» определил, где он должен находиться. Изменить что-либо она не могла.

Весь день она пыталась справиться с травмирующими воспоминаниями о случившемся в туалете.

После утреннего происшествия она больше не заходила в эту ванную.

Однако Нин Сюли понимала, что проблему необходимо решить. В конце концов, она не могла всё время протискиваться в спальню учеников, чтобы воспользоваться их туалетом.

К тому же спальня была ещё опаснее. Двое детей погибли там две ночи подряд!

Успокоившись, Нин Сюли быстро придумала хитрый план.

Она приготовила себе ужин и съела его, совершенно не чувствуя вкуса. Затем бросила миску в таз и дождалась, пока Бай Янь встанет на маленькую подставку и начнёт с трудом её отмывать.

После этого она заговорила:

– Пробка в раковине моей ванной застряла. Иди прочисти слив. Как закончишь, можешь возвращаться.

Бай Янь уже привык к дополнительным поручениям Нин Сюли, поэтому ничего не заподозрил. Он направился в ванную и открыл дверь.

Как и сказала Нин Сюли, раковина была до краёв наполнена водой, от которой пахло мылом и лосьоном.

Бай Янь протянул руку и вынул пробку. Вода из раковины быстро ушла в слив, но он не заметил ничего необычного.

Затем он открыл до отказа кран и тщательно вымыл раковину. Закончив, Бай Янь без труда перекрыл воду и вышел из ванной.

Увидев, что мальчик выглядит как обычно, Нин Сюли нервно спросила:

– Ты всю воду спустил? Не заметил в ней ничего странного?

– Нет, учитель Нин. Я просто вынул пробку, как вы и велели. В воде ничего не было.

Услышав ответ Бай Яня, Нин Сюли не знала, стоит ли ей отчаиваться или радоваться.

Задав этот вопрос, она, обычно не склонная сдерживать обещания, неожиданно проявила милосердие и отпустила Бай Яня обратно в спальню отдыхать.

В десять часов вечера Нин Сюли рано легла спать. Она улеглась на узкую односпальную кровать и закрыла глаза.

Однако, когда она уже начала засыпать, ей смутно вспомнилась одна деталь. Нин Сюли тут же окончательно проснулась.

Она припомнила, что после возвращения вечером в ванной, кажется, не было слышно никаких звуков.

Но ведь сегодня утром, когда она в ужасе убежала оттуда, кран точно оставался открытым! Она даже слышала бегущую воду, прежде чем выбежала за дверь.

Тогда как, чёрт возьми, кран оказался закрыт?


Над главой работал:

PRAISE THE SUN!

На boosty главы выходят раньше и в большем количестве: https://boosty.to/kleyn_lm