Шёпот у самого уха полностью исчез.
Бай Янь почувствовал сильный запах крови.
На самом деле он уже заподозрил неладное, пока мальчик разговаривал с другим человеком. Ведь он тоже вспомнил, что мальчик лежал рядом со стеной, а значит, справа от него никого быть не должно.
Как и ожидалось, стоило мальчику распороть одеяло и приняться за хлопок внутри, как воздух постепенно пропитался слабым запахом крови.
Мальчик тяжело дышал, поедая хлопок. Даже его слюна, брызгавшая во все стороны, была пропитана насыщенным привкусом крови.
В конце концов боль стала такой сильной, что мальчик перестал замечать всё вокруг. В растерянности он спросил:
– Куда тот человек делся?
Но Бай Янь отчётливо слышал: тот самый «человек» всё ещё находился в комнате и никуда не уходил!
– Больно… Как же больно…
– Призрак… В комнате призрак…
Мальчик с трудом переводил дыхание. Он изо всех сил пытался говорить, но голос, который ему удалось выдавить из горла, был слишком слабым, чтобы разбудить хоть кого-нибудь.
Все, кроме Бай Яня, по-прежнему крепко спали.
Слушая, как мальчик испускает последний вздох, Бай Янь не смог удержаться и открыл глаза в темноте. Под одеялом он осторожно протянул руку, пытаясь понять, что происходит с мальчиком.
Однако стоило ему открыть глаза, как его на мгновение ослепил резкий свет. Это был луч фонарика.
Фонарик загорелся лишь на мгновение, после чего внезапно погас.
От ослепительной вспышки глаза Бай Яня наполнились слезами. Капли потекли по щекам, увлажняя лицо.
Сквозь пелену слёз он смог кое-что различить, хотя и весьма смутно. Но даже за этот короткий миг Бай Янь заметил, что в комнате появился ещё один «человек».
Теперь он стоял у изголовья Бай Яня, держа фонарик и глядя прямо на него.
Значит, он действительно никуда не ушёл!
«Кто-то уже умер. Следующим… неужели буду я?»
Бай Янь прекрасно понимал, что призрак смотрит на него.
Он старался дышать как можно медленнее, но дыхание всё равно оставалось прерывистым, пульс бешено колотился, а глаза продолжали наполняться слезами.
При этом его щёки покраснели, а на губах появилась невинная улыбка. Ведь ребёнок должен выглядеть счастливым и беззаботным.
Он не стал звать на помощь. Если разбудить остальных, это лишь заставит их разделить с ним опасность.
Бай Янь просто молчал, открыв глаза и ожидая, что принесёт ему неизвестное будущее.
«…»
Время текло в тишине.
Комната была окутана мраком. Ночное зрение Бай Яня было особенно хорошим, но даже он не мог разглядеть ни людей, ни предметы вокруг.
«Почему я всё ещё жив?»
«Неужели призрак ушёл?»
Бай Янь не знал, что и думать, когда вдруг почувствовал, как нечто тяжёлое накрыло его тело. Предмет придавил его сверху, затрудняя дыхание.
Почти мгновенно его нос наполнил резкий запах крови.
Спустя некоторое время до тела добралась липкая, едкая жидкость, пропитавшая пижаму.
Всю ночь Бай Янь гадал, какую ещё уловку приготовил призрак.
Он пытался ощупать предмет, лежавший поверх него, но тот будто был отлит из свинца. Бай Янь не мог пошевелить даже пальцами.
Наконец он понял, что призрак не ушёл. Он переместился от кровати к его одеялу. Или же призрак находился прямо поверх одеяла и именно поэтому Бай Янь не мог двигаться.
Осознав, что у него сонный паралич, Бай Янь всё равно не смог придумать, как выбраться из этой ситуации.
Поэтому он продолжал лежать с открытыми глазами в темноте, дожидаясь рассвета.
Когда первый луч солнца проник через окно в совершенно чёрную комнату, тело Бай Яня расслабилось. Тяжёлый предмет, давивший на его одеяло, наконец исчез.
Он дважды моргнул, постепенно привыкая к не слишком яркому свету. Всё это время его мучил вопрос, над которым он размышлял всю ночь. И наконец он нашёл ответ.
Тяжёлым предметом, лежавшим на нём, было одеяло.
Точнее, одеяло мальчика, который умер прошлой ночью.
Бай Янь выбрался из-под своего одеяла и обнаружил, что его пижама полностью окрасилась в тёмно-красный цвет. Руки и ноги были покрыты засохшей жидкостью, а вокруг стоял отвратительный запах крови.
За целую ночь кровь успела пропитаться зловонием и стала невыносимо вонючей. Этот удушливый запах быстро разбудил детей с чувствительным обонянием.
Проснувшись и увидев состояние мёртвого мальчика, они тут же подняли страшный шум. Их крики разбудили и тех, кто ещё спал рядом.
– У-у-у… Как шумно! Я хочу домой! Хочу домой…
– Почему его тело всё в крови? Он, должно быть, призрак! Наверняка ночью кто-то натворил дел!
– Учительница Нин! Здесь кто-то умер! Помогите! Выпустите нас! Скорее выпустите!
– …
На какое-то время шум в спальне превзошёл гул на шумном рынке.
Все звуки смешались в один оглушительный гомон. К нему добавились громкие рыдания детей, которые окончательно потеряли самообладание. Спальня превратилась в настоящий ад.
Некоторые дети начали строить догадки о случившемся, но большинство из них даже не пытались критически осмыслить услышанное. Они просто поверили чужим словам и решили, что Бай Янь и сам был призраком.
В результате многие дрожащими руками потянулись к окнам, а некоторые спрятались под одеялами, надеясь, что, если укрыться с головой, призрак не сможет их убить.
Другие не желали сидеть сложа руки и ждать смерти. Они бросились к двери, замахали маленькими кулачками, принялись колотить по ней и изо всех сил закричали, пытаясь привлечь внимание.
Пока каждый был занят своими делами, несколько достаточно смелых детей, таких же храбрых, как Бай Янь, собрались возле мёртвого мальчика.
Они пристально рассматривали его тело. Вскоре одна девочка, набравшись храбрости, протянула руку и осторожно потрогала живот мальчика.
Стоило ей прикоснуться к нему, как она испугалась, будто что-то укусило её за руку, и поспешно отдёрнула её.
Но уже в следующее мгновение девочка снова протянула руку и прикоснулась к животу.
На этот раз она ощупала его внимательнее и удивлённо произнесла:
– Какой мягкий у него живот!
Затем девочка наклонила голову и уверенно заявила:
– Он даже мягче плюшевого мишки, который у меня дома! Почему у него такой мягкий живот?
Бай Янь тоже стоял рядом, наблюдая за происходящим. Услышав слова девочки, он протянул руку и потрогал живот мальчика.
Смерть мальчика была крайне странной. Бай Янь внимательно осмотрел его широко раскрытые глаза, в которых застыли боль и ужас. Однако со стороны тело выглядело совершенно нормально.
Его руки и ноги не увеличились в размерах, все части тела оставались целыми и невредимыми. На коже не было никаких следов повреждений. Более того, на самом теле не оказалось ни единой капли крови.
И всё же, в отличие от совершенно обычных на вид конечностей, живот мальчика был устрашающе огромным. Даже живот беременной женщины, ожидающей близнецов, не мог сравниться с ним по размеру.
– Он действительно мягкий, словно внутрь набили хлопок из постели…
Бай Янь продолжал тыкать пальцем в живот мальчика и пришёл к такому же выводу.
Но стоило ему закончить говорить, как он кое-что вспомнил.
Прошлой ночью он слышал разговор мальчика со странным призраком. Поддавшись на его уговоры, мальчик съел огромное количество хлопка.
Неужели он действительно умер оттого, что ел хлопок?
В конце концов, хлопок был наполнителем одеяла, и его явно не следовало употреблять в пищу. Бай Янь никогда не слышал, чтобы кто-то ел хлопок, кроме этого невероятно глупого мальчика.
Бай Янь мрачно кивнул, уверенный, что разгадал загадку.
Неудивительно, что живот мальчика был таким мягким: он набил его хлопком до отказа.
Пока другие смелые дети с любопытством ощупывали живот покойника, мысли Бай Яня вернулись к одеялу, которым призрак накрыл его ночью.
Одеяло давило на него всю ночь, не позволяя пошевелиться.
Теперь наступил рассвет, и призрак, должно быть, ушёл.
Увидев, как исчезает фигура «человека» за окном, Бай Янь потянул к себе окровавленное одеяло и принялся вытягивать нити из ткани.
Швы на детских одеялах были довольно непрочными. Стоило ему сильно дёрнуть, как одеяло полностью расползлось.
Большая часть хлопка внутри давно исчезла без следа. Посередине лежало лишь несколько окровавленных клочков, но вовсе не они привлекли внимание Бай Яня.
Он даже не стал рассматривать окровавленный хлопок, потому что всё его внимание поглотили куски плоти, спрятанные внутри одеяла.
Внутри находились изорванные человеческие органы.
Бай Янь впервые видел нечто подобное, но инстинктивно понимал, что перед ним.
Вот фрагмент сердца, этот кусок – часть почки, а здесь – фрагмент желудка…
Бай Янь запустил руки внутрь одеяла и начал вытаскивать содержимое. Внутри оказалось полно подобных останков.
Только теперь он наконец понял, почему прошлой ночью на него стекала зловонная жидкость и почему он никак не мог заснуть.
– Он съел хлопок из одеяла, а содержимое его живота оказалось набито внутрь самого одеяла… Вот как мыслят призраки.
Бай Янь принял эту логику, совершенно не замечая, что в ней что-то не сходится.
Пока несколько самых смелых детей по очереди ощупывали живот мальчика, Нин Сюли наконец проснулась.
Выйдя из своего кабинета, она принялась ругаться, увидев дверь спальни.
Однако, когда она открыла её, внутри неожиданно оказалось тихо.
Увидев ужасное состояние мёртвого мальчика, Нин Сюли потеряла дар речи. Лишь спустя некоторое время, придя в себя, она достала телефон и позвонила какому-то крепкому мужчине, приказав ему прийти.
Мужчина прикатил тележку, положил на неё тело мальчика и увёз его. Скрип колёс постепенно затих вдали.
Нин Сюли пришла в себя лишь тогда, когда звук тележки полностью исчез.
Она тут же снова стала суровой и властной, принялась без разбора избивать и ругать детей, запертых в спальне.
…
Смерть мальчика сильно повлияла на Нин Сюли.
Внешне она по-прежнему срывала злость на детях, как и раньше, но сама понимала, что кое-что изменилось.
Смерть мальчика оказалась для неё куда более серьёзным потрясением, чем превращение Линь Мяомяо в призрака. То полностью окровавленное одеяло теперь каждую ночь не давало Нин Сюли покоя. Она многократно ощупывала и колотила собственное одеяло, боясь, что внутри тоже что-то прячется.
На утро третьего дня в школе Нин Сюли выглядела совершенно измождённой.
Она посмотрела на себя в зеркало. Её лицо выражало тревогу. Подумав о том, что ей придётся провести в этой школе ещё шесть лет, Нин Сюли нервно дёрнула уголками губ, но так и не смогла выдавить улыбку.
Она открыла кран и рассеянно принялась умываться. Не успела она закончить, как ей захотелось в туалет.
Нин Сюли поспешно вытерла лицо полотенцем, не закрывая кран, и быстро уселась на унитаз.
Шум бегущей воды немного успокоил её.
Закончив справлять нужду, Нин Сюли случайно подняла взгляд на раковину, наполненную водой.
Но стоило ей приподнять голову, как всё её тело застыло.
Потому что из наполненной водой раковины высунулась мертвенно-белая рука…
Над главой работал:
PRAISE THE SUN!
На boosty главы выходят раньше и в большем количестве: https://boosty.to/kleyn_lm