Лу Синь с самой тёплой и приветливой улыбкой взирал на забившегося в угол двора маленького, жалкого и удивительно покладистого монстра.

Коротышка признался, что его зовут Прятки — такое кодовое имя присвоил ему «Чёрный Стол».

Он числился в спецподразделении под названием «Адская группа», а сюда прибыл с заданием устранить всех свидетелей с экспериментальной базы в посёлке Белой Пагоды и вернуть похищенные оттуда секретные документы. Однако теперь, после задушевной и дружеской беседы с Лу Синем, монстр полностью отказался от своих преступных замыслов, добровольно освободил всех людей из каравана и покорно ожидал справедливого суда.

Караванщица Гао Тин и остальные водители отделались лёгким испугом — наваждение спало без каких-либо последствий для рассудка. Вот только, проведя столько времени под чужим контролем, люди чувствовали себя так, словно только что очнулись от долгого тяжёлого сна. Они растерянно переглядывались, всё ещё не до конца веря в реальность происходящего.

Наконец вся толпа дружно уставилась на съёжившегося в углу монстра. Пережитый страх быстро сменился праведным гневом, и со всех сторон посыпались самые доброжелательные предложения:

— Это ещё что за невидаль такая?

— Ну и страшилище! Может, пришибём его чем-нибудь потяжелее?

— Такую тварь просто так камнем не расшибёшь, лучше вскипятить котёл побольше да сварить заживо!

— ...

Под перекрёстным огнём этих кровожадных взглядов маленький монстр безмолвно обхватил себя щупальцами и поглубже зарылся головой в собственные объятья.

— Главное, что все целы и невредимы. Проверьте-ка на всякий случай, все ли руки-ноги на месте...

Успокоив бывалых водителей, Лу Синь повернулся к стоявшему чуть поодаль молодому мужчине в чистом, опрятном костюме и со стильной причёской на пробор. Своим франтоватым видом тот резко выделялся на фоне чумазых работяг из Пустошей и сейчас тоже ошалело моргал, приходя в себя после гипноза.

— Стало быть, вы и есть...

Услышав вопрос Лу Синя, молодой человек энергично тряхнул головой и шагнул навстречу с протянутой для рукопожатия ладонью:

— Здравствуйте.

Из-за обилия посторонних ушей вокруг он благоразумно воздержался от упоминания кодовых имён, ограничившись кратким представлением:

— Моя фамилия Ли, я сотрудник представительства Лазурной Гавани в Центральном Городе. Можете называть меня господином Ли или просто по имени — Ли Ган. На сей раз мы все ходили буквально по лезвию ножа! Какое счастье, что я вовремя почуял неладное и успел оставить вам условный знак, иначе эта тварь наверняка сгубила бы и меня, и весь ваш караван...

Договаривая фразу, он свирепо зыркнул на притихшего в углу коротышку, явно порываясь подойти и отвесить ему пару крепких пинков.

«?»

Лу Синь слегка опешил и поспешно переспросил:

— Здравствуйте, господин Ли. Простите, а о каком именно условном знаке идёт речь?

— Вы разве не заметили мой тайный сигнал? — с лёгким недоумением уточнил Ли Ган. — Ну как же, ту самую записку у вас в номере! Я прибыл сюда раньше назначенного срока, как раз когда вы с караваном уехали по делам. Зашёл к вам в комнату, нашёл оставленную вами записку, но не успел ничего предпринять, как нагрянул этот монстр. Время шло на секунды, я отчётливо понимал, что уйти мне уже не удастся, поэтому оставалось лишь особым образом сложить листок бумаги, зашифровав для вас критически важную подсказку...

— Критически важную подсказку? — ещё больше удивился Лу Синь. — Какую же?

— И этого вы тоже не поняли?

Лицо Ли Гана вытянулось от искреннего изумления:

— Я же сложил вашу записку по диагонали так, чтобы острый уголок указывал прямо на висевшее на стене меню!

— ...

Лу Синь окончательно растерялся:

— И какой в этом был смысл?

Ли Ган мгновенно посерьёзнел:

— Как это — какой смысл?!

— Сам факт того, что записка сложена, сообщал вам, что связной уже побывал в номере. Загнутый острый угол на языке нашей оперативной службы означает прямую и явную угрозу. Кроме того, в условиях цейтнота я специально направил это остриё на стенное меню столовой. А если быть совсем точным — прямо на строчку с блюдом «Осьминожки с зелёным луком»! Тем самым я предупреждал вас, что противник представляет собой монстра со щупальцами, как у осьминога!..

Лу Синь просто лишился дара речи:

— ...

Ли Ган перевёл дух и с достоинством поинтересовался:

— Времени было в обрез, так что большего я передать при всём желании не мог. Или в моей шифровке был какой-то изъян?

— Да нет, с вашей запиской всё было в полном порядке... — помолчав немного, дипломатично ответил Лу Синь. — Загвоздка лишь в том, что мне и в голову не пришло копать так глубоко...

— Хм?

Ли Ган слегка склонил голову набок и с прищуром уставился на собеседника.

Повисла довольно неловкая тишина...

— Восхитительно сработано, господин Ли!.. — подумав секунду, с лучезарной улыбкой нашёлся Лу Синь. — За такое короткое время вы умудрились зашифровать столько ценных зацепок!

Ли Ган, уже было вставший в защитную стойку для жаркого спора, от столь внезапной похвалы даже растерялся.

— Но ведь вы разобрались с монстром, вообще не заметив моих подсказок... — медленно, словно прощупывая почву, произнёс он в ответ. — ...Что тоже весьма похвально?

Улыбка Лу Синя стала ещё шире и душевнее:

— Ну что вы, мне до вас далеко, меня вон даже ранили в бою...

— Ой, а где же рана?

— Вот ту...

Лу Синь пошарил глазами по плечу и разочарованно вздохнул:

— Уже затянулась...

— Ого, вот это мощь!..

— Да пустяки, просто врождённая живучесть хорошая. А вот то, что вы, господин Ли, будучи обычным человеком без способностей, сумели оставить тайный знак прямо под носом у монстра, — это настоящее мастерство...

— Хе-хе, ну полно вам, обычное дело. На курсах спецподготовки в своё время я был всего лишь вторым по успеваемости на потоке...

— А кто же был первым?

— Про Чэнь Цзин слыхали?

— О-о, тогда вы и правда невероятно круты, господин Ли!..

— ...

В одно мгновение между ними установилось полнейшее взаимопонимание и редкое единодушие.

Стоявший неподалёку Маленький Чжоу с благоговейным трепетом взирал на эту парочку, сумев расслышать лишь обрывки их беседы.

Судя по серьёзным лицам, оба этих парня были людьми невероятно таинственными и искушёнными в своём деле.

...

— Как бы то ни было, нападение врага мы успешно отбили, — с улыбкой подытожил Лу Синь. — Как нам следует поступить дальше?

Лицо Ли Гана вновь стало собранным и деловым:

— Раз противник бросил в бой столь опасного монстра... ну или одарённого, уж не знаю, мне прежде не доводилось встречать одарённых с подобной внешностью... значит, они придают этому делу огромное значение. Это косвенно подтверждает, какую колоссальную угрозу представляют для них добытые вами бумаги. Нет никаких гарантий, что враг не предпримет новых попыток, поэтому сейчас наша первоочередная задача — надёжно обезопасить улики.

— Улики?

Лу Синь ненадолго задумался:

— Сейчас они все при мне. Достаточно ведь просто передать их вам из рук в руки, верно?

Ли Ган заметно опешил:

— Передать мне?.. То есть вот так сразу взять и отдать всё мне?

— Ну да! — кивнул Лу Синь. — Вообще-то я приехал в Центральный Город по личному делу — проведать родню, а на всю эту историю в дороге наткнулся совершенно случайно. Исключительно из чувства профессионального долга сотрудника Отдела очистки я попутно собрал кое-какие доказательства, но заниматься этим расследованием вплотную у меня нет ни времени, ни сил. Вы ведь здесь самое высокое начальство от Лазурной Гавани, так что, передав улики вам, я смогу со спокойной душой умыть руки...

— Честно говоря, мне самому от этого как-то не очень спокойно на душе...

Глядя в лучащиеся безграничным доверием глаза Лу Синя, Ли Ган почувствовал, как внутри всё предательски холодеет.

Однако разве можно было ответить отказом на столь искренний и доверчивый взгляд? Помявшись секунду, он осторожно осведомился:

— А какие именно улики у вас имеются?

Лу Синь тут же подозвал Караванщицу Гао Тин, достал из своей дорожной сумки найденную папку и принялся обстоятельно перечислять всё по пунктам:

— Во-первых, вот эти документы, подобранные нами на экспериментальной базе в посёлке Белой Пагоды. Судя по всему, это рабочие записи проводившихся там опытов — по ним можно составить общее представление о том, чем именно они занимаются. Во-вторых, у нас есть веские основания полагать, что этот караван тоже попал под прицел злоумышленников. Не исключено, что доставленный ими груз предназначался как раз для тех самых незаконных экспериментов, поэтому мы заблаговременно отсыпали и припрятали небольшой образец сырья.

— В-третьих, все эти водители. Они своими глазами видели события в посёлке Белой Пагоды, так что вполне сойдут за живых свидетелей, верно?

— И наконец...

Лу Синь повернул голову и кивнул на забившегося в угол монстра, которого плотным кольцом обступили угрюмые дальнобойщики:

— ...вон там сидит ещё один.

— Его ведь можно приобщить к делу как... вещественное доказательство?

— ...

— Э-э...

Ли Ган окончательно смешался и вполголоса пробормотал:

— Все эти материалы имеют колоссальную ценность! С такими зацепками мы сможем потянуть за ниточку и без труда вывести на чистую воду всю шайку, стоящую за запретными экспериментами, вот только... — Он запнулся, и на лице его проступила откровенная неуверенность: — Вы точно уверены, что хотите оставить всех этих людей и такие важные улики на моём попечении?

— Разумеется! — бодро подтвердил Лу Синь. — Разве не вы здесь главный представитель Лазурной Гавани в Центральном Городе?

Ли Ган сник ещё сильнее:

— Да какой я главный, я же тут командир без войска, совсем один на точке!..

— Ах, вот оно что...

Лу Синь наконец смекнул, в чём дело: связной банально боялся, что стоить ему принять эти бесценные улики, как враги без труда отберут их у него силой.

И само собой, вместе с документами они попутно заберут и его собственную жизнь.

Поэтому Лу Синь мягко улыбнулся, развернулся и подошёл к сжавшемуся в комочек монстру в углу. Посмотрев на пленника самым доброжелательным взглядом, он тоном делового предложения спросил:

— Слушай, а не хочешь пойти на сделку со следствием и стать свидетелем обвинения?

Монстр лишь крепче обхватил щупальцами своё тщедушное тельце и ниже уронил голову, не проронив ни звука.

— Гав!..

Внезапно из-за ног Лу Синя выскочил пёс без шкуры и звонко тявкнул прямо на коротышку.

Монстр в ужасе вздрогнул всем телом и поспешно закивал.

— Умение признавать и исправлять свои ошибки — это очень похвально, — одобрительно кивнул Лу Синь и ласково продолжил: — Ты не бойся, если окажешь нам деятельную помощь в этом расследовании, власти Лазурной Гавани непременно учтут твоё раскаяние и смягчат приговор. У нас в городе руководство очень великодушное: вовсе не обязательно, что тебя приговорят к расстрелу — глядишь, просто зачислят в отряд смертников ранга D, будешь время от времени ходить на смертельно опасные задания, а в перерывах помогать нашим учёным в качестве подопытного кролика...

Щупальца на теле монстра затянулись до предела, а голова ушла в плечи так глубоко, словно он пытался провалиться сквозь землю.

— Вот я и нашёл вам отличного помощника! — с улыбкой обернулся Лу Синь к связному. — В прятки он играет просто виртуозно, так что с его помощью вы без труда припрячете все документы и спокойно дождётесь прибытия силовой поддержки из Лазурной Гавани, верно? Как считаете, в дальнейшей работе вам ещё потребуется какое-нибудь моё участие?

— И это называется «нашёл помощника»?!

Ли Ган переводил ошарашенный взгляд с забившегося в угол коротышки на Лу Синя, чувствуя, как волосы на затылке встают дыбом.

— Позвольте, но ведь это же монстр, который теоретически способен стереть с лица земли население целого города! Почему мне кажется, будто вы относитесь к нему как-то... — Он запнулся, подыскивая наиболее точное определение: — ...свысока, что ли?

— Да ну? — удивился Лу Синь и после короткого раздумья предположил: — А может, всё дело в том, что от него самого так и веет какой-то забитостью и слабостью?

Ли Ган невольно оглянулся на дрожащий в углу комок и машинально кивнул:

— Пожалуй, что-то такое в нём и правда есть...

Лу Синь с облегчением рассмеялся:

— Ну вот видите, дело вовсе не во мне!

Уи-у-уи-у-у!..

В этот самый миг ночную тишину за воротами мотеля внезапно разорвал вой полицейских сирен.

— Руки держать на виду!..

К воротам одна за другой подлетали патрульные машины, выстраиваясь в плотное кольцо оцепления, а во двор с топотом ворвался целый отряд полицейских: вооружённые пистолетами, с мощными фонарями и штурмовыми щитами наперевес, они с лязгом вскинули оружие, беря на прицел всех присутствующих.

— Полиция? Откуда здесь взялась полиция?! — Ли Ган первым делом рефлекторно вскинул руки вверх и в изумлении воскликнул: — Кто вызвал наряд?!

— Это я, — послушно поднимая руки и щурясь от бьющих прямо в лицо лучей фонарей, отозвался Лу Синь. — Я позвонил в участок в самом начале, едва тут начали пропадать люди, просто не ожидал, что они доберутся до нас только сейчас...

— ...

Ли Ган уставился на него в полном ступоре:

— Имея на руках секретные документы такой важности в совершенно чужом городе, вы сами вызвали местную полицию?!

— А что такого? — искренне удивился Лу Синь. — Столкнулся с бедой — звони в полицию, разве в этом есть что-то неправильное?

Ли Ган:

— ...

Он вдруг понял, что на столь железный аргумент ему попросту нечего возразить.

...

— Всем оставаться на своих местах! Любая попытка полезть в карман — огонь на поражение без предупреждения!

Вслед за передовым отрядом во двор вошёл лысеющий мужчина средних лет и зычно рявкнул в мегафон:

— Кто здесь Гао Тин?!

Бывалые водители каравана к этому моменту уже окончательно растерялись от обилия потрясений за одну ночь.

Повернув головы и увидев, что даже Лу Синь чинно стоит с поднятыми вверх руками, они поспешно последовали его примеру, с тревогой и недоумением поглядывая на оцепление.

Услышав своё имя, Караванщица Гао Тин шагнула вперёд из толпы и, не опуская рук, громко крикнула полицейским:

— Это я...

— Мы сами только что звонили в участок, но проблема уже решена...

— ...

— Какая ещё проблема решена?! — криво усмехнулся мужчина с мегафоном. — К нам поступило официальное заявление от корпорации «Строительство Земли»! Вы подозреваетесь в краже секретной корпоративной документации, поэтому сейчас проследуете с нами для допроса... А всех остальных задержать и доставить в управление как соучастников!

— Чего?!

От подобного заявления все присутствующие буквально обомлели.

Лу Синь слегка нахмурился и, вглядевшись в ряды полицейских, заметил маячившую за их спинами знакомую фигуру.

Небрежно поигрывая на пальце ключами от спорткара, там стоял человек, а рядом с ним переминался с ноги на ногу генеральный директор Ван.

Это был Чжао Хуэй.