— Скольких не досчитались на этот раз? — лицо Лу Синя потемнело, и лишь спустя некоторое время он медленно задал этот вопрос.

Но сколько он ни ждал, ответа так и не последовало. Только тогда он заметил, что Гао Тин, которая только что сидела совсем рядом с ним, бесследно исчезла. На матрасе, где она сидела, осталась вмятина, которая сейчас медленно и совершенно беззвучно расправлялась.

— Караванщица... Караванщица тоже пропала!.. — срывающимся на рыдания голосом закричал один из перепуганных бывалых водителей.

В общей комнате с широкими нарами мгновенно воцарился хаос. О том, насколько важна была Караванщица Гао Тин для этого каравана, не стоило и говорить. Пока она оставалась рядом, даже столкнувшись со столь жуткими вещами, старые водители ещё держали себя в руках. Но сейчас, внезапно обнаружив, что в одно мгновение пропало столько народу, включая саму Караванщицу, бывшую для них главной опорой, они поддались неописуемой панике.

— Проклятье, где эта тварь?!

— Выходи! Вылезай, я тебя на куски порублю!..

— Всё, хватит, с меня довольно! Я здесь больше не останусь, надо бежать!..

Кто во что горазд — вся комната с общими нарами превратилась в сущий бедлам. Многие повскакивали с мест, порываясь броситься наружу.

— Успокойтесь все... — Лу Синю пришлось самому выйти вперёд, чтобы образумить их.

— Какое там успокойтесь?! Ещё немного поспокойничаем, и нас всех черти утащат!..

— Не стой на пути, я ухожу отсюда!..

Даже зная, что Лу Синь человек непростой, сейчас бывалые водители уже не могли совладать с собой. Изматывающий душу животный ужас доводил их почти до безумия. С громким топотом сразу несколько человек кинулись к дверям, намереваясь прорваться на улицу и бежать куда глаза глядят.

Хотя Лу Синь стоял прямо в проходе, преграждать им путь он не стал. В эту минуту у него на душе тоже скребли кошки, поэтому он лишь молча наблюдал за происходящим. Ему было непривычно разбираться с подобными сценами.

Казалось, ещё секунда — и оставшиеся люди из каравана окончательно потеряют над собой контроль. Но вдруг один из мужчин преисполнился ярости, резко спрыгнул с койки и, словно проворный дикий кот, со свистом метнулся к дверям, преградив путь паникёрам. Сходу схватив за грудки бежавшего первым водителя, он с размаху отвесил ему две звонкие пощёчины и, вытаращив глаза, рявкнул:

— В такое время... Ну-ка, посмотрим, кто из вас посмеет драпануть?!

Такая свирепость мгновенно отрезвила охваченных паникой людей, вернув им толику рассудка.

Тем, кто бросился вперёд и раздал оплеухи, оказался не кто иной, как Пёс Сунь. Крепко стиснув зубы, он сверлил взглядом глаза того водителя и кричал:

— Вы что, оглохли?! Молодой человек Лу велел вам не паниковать! Сама Караванщица ему так доверяла, а вы теперь смеете его не слушать?!

Увидев подобную выходку со стороны командира отряда охраны, который раньше подозревал его в шпионаже, Лу Синь даже немного удивился.

Следом с нар спрыгнул ещё один широкоплечий, могучий парень — Маленький Чжоу. Вскинув кулаки и стиснув зубы, он процедил:

— Кто-то ещё хочет выйти? Сначала подеритесь со мной! Сейчас Караванщицы... с нами нет. Если мы хотим вытащить их всех обратно, вся надежда только на брата Сяо Лу!

Один из них и в обычное время пользовался немалым авторитетом, а второй одним своим богатырским телосложением внушал трепет, так что вдвоём им удалось быстро приструнить остальных водителей. В комнате стало немного тише.

Маленький Чжоу повернул голову к Лу Синю. Глаза парня слегка покраснели, и он тихо проговорил:

— Брат Сяо Лу, мой дядя только что пропал.

Лу Синь обернулся и бросил взгляд на то место, где совсем недавно сидел Старый Чжоу.

В голосе Маленького Чжоу звучали сдерживаемые рыдания:

— Это всё из-за меня... Как только я услышал шум снаружи, то машинально повернул голову. Всего на миг отвлёкся, а дядя уже исчез... Дядя пропал, а я остался здесь — значит, он всё это время не сводил с меня глаз... Это моя вина, я сам не уследил за собой...

Слыша в его голосе горькое самобичевание, Лу Синь протяжно вздохнул и с кивком спросил:

— Сколько всего человек только что исчезло?

Пёс Сунь и Маленький Чжоу переглянулись и тут же принялись пересчитывать оставшихся.

— Во... восемь человек, — голос Пса Суня при ответе заметно дрожал.

Раньше люди пропадали по одному-два, самое большее — по трое или четверо, а сейчас... в одно мгновение испарилось сразу восемь человек. Число исчезающих за один раз росло!

— Кажется, я начинаю понимать, — кивнул Лу Синь, неспешно слез с нар, подхватил складной табурет и уселся прямо в дверном проёме.

Он вспомнил, как прежде сражался с Цинь Жанем: тогда способ распространения его загрязнения тоже работал по принципу геометрической прогрессии. От одного к двум, от двух к четырём, от четырёх к восьми... И сейчас закономерность исчезновения людей из каравана в какой-то степени совпадала с тем случаем. Вот только здесь цифры не были такими точными — возможно, потому, что количество людей, оставшихся без чужого внимания в конкретный момент, было случайным?

Ментальный уровень монстра рос, а потому за один раз он мог утащить всё больше жертв. Однако ему по-прежнему требовалось, чтобы на цель никто не обращал внимания, — лишь при этом условии он мог забрать человека.

«Значит, тот шум на улице специально устроили твои сообщники, чтобы отвлечь наше внимание?..» — молча размышлял он, опровергая один из своих прежних выводов.

Раньше ему казалось, что справиться с этим монстром сможет лишь тот, кто обладает колоссальной властью и способен заставить весь мир неотрывно смотреть на себя. Но теперь он думал иначе. Даже если у кого-то и найдётся такая власть, эта тварь сможет методично, одного за другим, похищать всех тех, кто смотрит на этого человека. Теоретически, какой бы огромной властью ни обладал такой человек, в конечном счёте он всё равно окажется в лапах монстра и ничего не сможет этому противопоставить.

Эта же цепочка рассуждений заставила Лу Синя задуматься и о самом себе.

«Я прождал его в соседней комнате так долго, но он за мной так и не пришёл. Не говорит ли это о том, что он считает меня слишком крепким орешком по сравнению с остальными, а потому просто боится соваться ко мне? Но если его сила накапливается и растёт с каждой жертвой... не значит ли это, что меня он оставил напоследок?»

...

В этот момент глухое недовольство в душе Лу Синя начало медленно нарастать. Он физически ощущал устремлённые на него взгляды бывалых водителей в комнате — полные тревоги, надежды и в то же время сомнения. Быть может, среди этих взглядов затесался ещё один — самодовольный и алчный взгляд самого монстра.

А ведь поначалу эти люди так верили в него. Особенно Маленький Чжоу — парень считал его настоящим профессионалом, способным разрешить любую проблему. Но сейчас перед лицом этой твари он оказался совершенно бессилен, словно превратившись в посмешище.

От этого внутри Лу Синя закипал гнев... И под влиянием этой ярости его тень, отбрасываемая светом лампы, начала странно дрожать и расползаться.

...

— Ладно, я уже нашёл способ расправиться с ним, — произнёс Лу Синь, сидя на низком складном табурете в дверях и слегка откинувшись спиной на дверной косяк.

Маленький Чжоу, Пёс Сунь и все остальные водители при этих словах вздрогнули, и на их лицах проступила робкая надежда.

— Теперь вам больше не нужно сидеть и пялиться друг на друга во все глаза, как раньше. Если продолжите в том же духе, до конца всё равно не продержитесь — рано или поздно устанете, и тогда эта тварь вас заберёт, — медленно проговорил Лу Синь, открывая глаза и обводя взглядом комнату.

Спокойствие в его зрачках достигло абсолютного предела. А когда взгляд человека становится предельно спокойным, со стороны это выглядит как ледяное равнодушие.

— Следующие слова я адресую тебе, — его взгляд был расфокусирован, словно он смотрел сквозь пространство на какого-то несуществующего монстра в помещении. — Я знаю, что ты сейчас находишься в этой комнате и прекрасно меня слышишь... Впрочем, даже если не слышишь, неважно — я всё равно уже решил поступить именно так. Кто-то однажды учил меня, что при встрече с необъяснимыми и жуткими вещами единственным преимуществом человека остаётся холодный рассудок. Так вот, сейчас я сыграю с тобой в игру на рассудительность!

Говоря это, он достал свой маленький блокнот и принялся пункт за пунктом записывать туда выводы, попутно озвучивая их вслух:

— Во-первых, мой предыдущий анализ, а также тот факт, что ты воспользовался шумом снаружи, отвлёкшим наше внимание, чтобы разом похитить столько людей, лишь подтверждают мою догадку. Ты действительно можешь забирать только тех, на кого в данный момент никто не обращает внимания. И это же доказывает, что ты всё это время безвылазно сидел в этой комнате, наблюдая за каждым из нас.

— Во-вторых, раз уж ты решил переловить людей из каравана, по логике вещей тебе следовало первой же утащить Караванщицу. Ведь с исчезновением лидера весь караван тут же ударился бы в панику, что сильно облегчило бы тебе задачу. Более того, когда ты только начал действовать, Караванщица отдыхала у себя в комнате совершенно одна — схватить её тогда было проще простого. Но ты этого не сделал. Вместо этого ты даже не побрезговал первым делом залезть в отхожее место, чтобы утащить человека оттуда... Хе-хе, монстр, лазающий по сортирам...

— Поначалу я подумал, уж не кроется ли причина в том, что Караванщица отчасти подверглась мутации, из-за чего ты просто побоялся связываться с ней напрямую. Однако только что ты воспользовался удобным случаем и забрал её, хотя она сидела бок о бок со мной... Следовательно, ты не боялся её трогать — у тебя просто не было подходящей возможности. С того самого момента, как она вышла из своей комнаты, в силу её статуса Караванщицы внимание всех людей в отряде было приковано к ней. Она была самым заметным человеком в караване, а значит — самой трудной мишенью для тебя. Но раз так, почему же ты с самого начала не пробрался к ней в спальню и не схватил её там?

Дойдя до этого места, Лу Синь слегка прищурился, и его голос сделался ледяным:

— Потому что ты физически не мог этого сделать. Она заперла дверь изнутри, а окна были закрыты на шпингалеты, поэтому ты просто не сумел попасть внутрь.

На его губах заиграла улыбка, и он быстро черкнул ручкой в блокноте:

— А значит, у тебя есть физическое тело. Ты просто умеешь делать так, чтобы люди тебя не видели и, возможно, даже не могли нащупать?.. Впрочем, последнее пока под вопросом. Но как бы то ни было, это совсем не то же самое, что растворяться в воздухе. Пусть никто и не способен тебя увидеть, но чтобы выйти из комнаты, тебе всё равно придётся лавировать между людьми, а также открывать и закрывать двери или окна. Как-никак в вопросах ментального загрязнения я прошёл профессиональную подготовку: ментальные способности воздействуют главным образом на человеческое восприятие, но они не в силах отменить базовые законы материального мира.

— В-третьих, ты промурыжил меня с самого полудня до глубокой ночи, ведя себя как жалкий, трясущийся от страха трус. Более того, я так долго ждал тебя в соседней комнате, но ты так и не рискнул сунуться ко мне. Не говорит ли это о том, что на самом деле ты до смерти меня боишься?

— А раз так, то всё становится куда проще.

Сказав это, он с облегчением выдохнул, достал из своей сумки чёрный жестяной портсигар и вынул оттуда сигарету с золотым фильтром. Всего их оставалось три штуки: одну он бросил Маленькому Чжоу, вторую — Псу Суню, а последнюю неспешно закурил сам. Уголки его губ изогнулись под странным углом, и он тихо произнёс:

— Зачем мне вообще искать, где ты прячешься? Мне вполне достаточно знать, что ты находишься в этой комнате. Я буду неотступно сторожить этот вход и не дам тебе ни единого шанса улизнуть. Поверь мне: попытаешься ли ты проскользнуть мимо меня через дверь или решишь выбить окно и сбежать — я моментально тебя засеку.

Он сделал короткую паузу, ослепительно улыбнулся, но голос его прозвучал зловеще:

— И в это же самое мгновение я заставлю тебя пожалеть о том, что ты вообще появился на свет...

...