Книга 6. Глава 58: «Вступление в бой»

Окутанное туманом, жуткое видение заполнило разум Тайрона, пока он смотрел на мир глазами своих призраков. Стоило кому-то из них подобраться слишком близко, как часовые, расставленные Золотым Легионом, тут же открывали огонь на поражение. Тайрону приходилось наблюдать издалека, что само по себе было не лучшим способом обзора, когда смотришь сквозь взор духа.

Впрочем, он успел увидеть достаточно. Его противник не выказывал ни малейшего намерения сдвинуться с места.

Присутствие Тайрона в городе приносило свои плоды: он продолжал отвоевывать позиции, тесня Защитников улицу за улицей, здание за зданием. Против элитной Нежити, окружавшей его, и его собственной грозной Магии гарнизон был бессилен – ничто из того, что враг мог бросить в бой, не могло остановить продвижение. Однако Тайрон не мог быть везде одновременно, и чем глубже они проникали в город, тем шире становился фронт.

Несмотря на тысячи тел, пополнявших растущие ряды Нежити у ворота, внутри города все еще оставались десятки тысяч Солдат и магов, служивших Благородным Домам. Часы шли, и Тайрон чувствовал нарастающее раздражение от того, как замедлялся темп наступления.

Перемещаясь с места на место, Тайрон остро ощущал эту борьбу за инициативу. Стало ясно, что гарнизон оставил попытки сдержать его – они просто атаковали везде, где его не было. Чтобы полностью захватить город, Тайрону пришлось бы ввязаться в затяжную битву, медленно оттесняя Защитников, загоняя их в ловушки и перебивая по одному.

Это заняло бы дни, если не целую неделю. И все это время Золотой Легион сидел бы под стенами, наблюдая. Насколько он мог судить, они закончили трапезу еще несколько часов назад и продолжали отдыхать, восстанавливая силы. Учитывая их сверхчеловеческие способности к регенерации, вскоре они снова будут в идеальной форме.

К его удивлению, Дав первым заметил нарастающее раздражение. Призыватель Нежити рыскал по городу со своими контрактными существами, сея хаос и то и дело нанося Защитникам удары в спину, когда те меньше всего этого ожидали.

Теперь он вернулся к основным силам, чтобы проверить ход сражения и похвастаться своими достижениями.

— В чем проблема? — Спросил Дав. — Вид у тебя такой, будто тебе волоски в паху выщипывают. Медленно.

Тайрон раздраженно зыркнул на него.

— Золотой Легион отказывается вступать в бой, — сказал он. — Пока я не перевернусь и не подставлю им брюхо, они не нападут.

— Ну так подставь, — Дав пожал плечами. — Что самое худшее может случиться?

— Они могут стереть значительную часть орды в порошок, — прорычал Тайрон.

Его план всегда заключался в том, чтобы выманить Легион на бой и застать их врасплох, но он надеялся, что они бросятся в атаку еще несколько часов назад. Судя по всему, они были вполне готовы позволить ему завести в город больше половины армии, если это означало, что они смогут уничтожить сорок процентов его сил, не встретив почти никакого сопротивления.

— Тебе нужно, чтобы они напали, так сделай то, что заставит их это сделать, — сказал Дав. — Я не генерал, пацан, но это, блядь, не высшая математика.

Как бы Тайрону ни хотелось огрызнуться, Дав был прав. О каком бы плане он ни думал, попытка захватить весь город, пока Золотой Легион угрожает его тылам, была обречена на провал. Они должны были напасть, а он должен был победить их в открытом сражении. Только тогда он сможет сосредоточиться на окончательном покорении Мирасмас.

Как только город падет, вся Южная Провинция окажется в его руках. Все Благородные Дома собрали свои силы здесь – когда их не станет, его уже ничто не сдержит.

Но это означало, что ему придется сражаться против Золотого Легиона без численного преимущества… что было далеко от идеала.

— Ох, черт с ним, — прорычал он и отдал мысленный приказ.

— Мой муж рискует жизнью на улицах города, пока ваша армия прохлаждается, — ледяным тоном произнесла Герцогиня Мирасмас, обращаясь к магическому массиву, установленному на столе перед ней.

Через линзу, проецирующую изображение с городских стен, она видела Золотой Легион: воины стояли неподвижно, не обращая внимания на непрекращающийся обстрел. Презрение и гнев сквозили в каждом ее слове, заставляя мага на другом конце связи дрожать от страха. Мендрон проклинал генерала за то, что та отказалась говорить сама, взвалив эту задачу на него. Он был не в силах противостоять человеку, обладающему такой властью, которую Герцогиня демонстрировала одним лишь голосом.

— Вас ведь послали, чтобы победить Некроманта, не так ли? — Продолжала она. — Позвольте мне поговорить с генералом Талласой лично, чтобы я могла понять, чьей отваги нам не хватает больше – ее или вашей.

— Моя Леди… — Мендрон подавил стон. Разговор с этой женщиной был подобен ударам хлыста. С тех пор как умерла его бабушка, он не встречал никого, кто мог бы нанести такой урон одними словами. — Генерал придерживается своей стратегии…

— Какой стратегии? До сих пор она не сделала ни шагу, пока жители Юга гибнут на улицах. Мое донесение в Имперский Двор отразит эти действия в мельчайших подробностях, уверяю вас.

Мендрон сглотнул, на его лбу выступил пот. Почему именно он должен иметь дело с разгневанной Герцогиней, чей род восходит к одной из самых знатных семей в царстве?

— Я передам ваши слова генералу Талласе и скоро вернусь с ответом, — произнес маг и резко оборвал связь.

Герцогиня почувствовала вспышку ярости, ее пальцы почти сжались в кулаки, но она вовремя остановилась и взяла себя в руки. Она не могла позволить себе потерять контроль ни на мгновение, когда на кону стояло так много. Она вышла замуж за человека гораздо ниже ее по положению и с тех пор каждую минуту тратила на то, чтобы возвысить провинцию, в которую ее сослала семья. Десятилетия трудов, усмирение соперничества, подавление выскочек из Благородных Домов и попытки привести юг к более цивилизованной эпохе. Она не собиралась терять все из-за какого-то мага-выскочки.

— Есть новости от Герцога? — Спросила она, когда к ней вернулось спокойствие.

Ее штаб занимал военный зал, стараясь изо всех сил разобрать путаные отчеты, поступающие с улиц, и составить хоть какую-то связную картину сражения.

— Недавно мы получили сообщение, Герцогиня. Некромант все еще в городе, и Герцог делает все возможное, чтобы замедлить распространение Нежити по столице. Он просил вас связаться с Золотым Легионом от его имени.

— Я именно это и пытаюсь сделать, — отрезала она.

Эления не привыкла чувствовать себя настолько бессильной, и это ощущение ей крайне не нравилось. Если бы она могла взять меч и сама сразить врага, она бы так и сделала, но ее таланты лежали в другой области.

Подавив гнев, Герцогиня скрестила руки на груди и стала ждать, когда эта проклятая генерал свяжется с ней.

— Генерал, Герцогиня кажется весьма разгневанной.

— Полагаю, так и есть, Капитан, ведь ее город медленно заполняется Нежитью.

Талласа продолжала следить за городом взглядом ястреба, по-прежнему отказываясь двигаться. Мендрон предпринял еще одну попытку.

— Она настаивает на прямом разговоре с вами, генерал.

— Нет, не думаю, — рассеянно ответила Талласа. — Я нужна здесь.

Для чего именно, она не уточнила.

— Я могу сотворить необходимые заклинания прямо отсюда, генерал, — Мендрон пошел напролом, на этот раз решив не сдаваться. — Вам не придется делать ни шагу и даже отводить глаз от города.

— Пока ситуация существенным образом не… изменится. А это еще что такое?

В тоне генерала что-то изменилось, и каждый из дюжины присутствующих офицеров навострил уши, словно гончие при звуке хозяйского свистка. Она что-то увидела.

Никто, даже Иллиен, не осмелился прервать Талласу, которая, не мигая, смотрела на городские ворота.

— Ну что ж… ну-ну. Наконец-то решение принято, — пробормотала она себе под нос.

Не в силах больше сдерживаться, Иллиен выпалил:

— Что случилось, генерал? Мы выступаем?

— Ответ на твой первый вопрос, Иллиен: Нежить теперь вливается в город гораздо быстрее, чем раньше, — объявила генерал, резко развернувшись к ним.

— Разве они и так туда не шли? — Нерешительно спросил Капитан.

— В каком-то смысле, — генерал поморщилась. — Это был скорее ручеек, чем поток. Теперь же они валят туда изо всех сил. Некромант решился на захват города. А это значит, что ответ на твой второй вопрос – да. Передайте войскам: через десять минут все должны быть на ногах и готовы к маршу.

— Наконец-то! — Ликующе воскликнул Иллиен, и его глаза загорелись.

— Что ты сказал, Капитан? — Вкрадчиво осведомилась Талласа.

— Э-э, как прикажете, генерал, все будет исполнено.

— А вы, Мендрон, — Талласа повернулась к измученному магу, — передайте Герцогине две новости. Плохая: скорость притока Нежити в Мирасмас увеличилась в пять раз. Хорошая: через час-другой мы уничтожим все, что находится за стенами.

— Не думаю, что она обрадуется таким новостям, генерал.

— Боюсь, Мендрон, это уже не моя проблема. А ваша.

Многострадальный маг возвел очи к небу.

— Я вас чем-то обидел, генерал?

— Понятия не имею, о чем вы.

Как бы Тайрону ни претило это признавать, Дав оказался прав. Золотой Легион начал мобилизацию. Наконец-то.

Теперь ему предстояло подготовить ловушку, имея в распоряжении гораздо меньше Нежити, чем он планировал изначально. Приказы разлетались через проводники, и его мертвецы начали быстро координировать необходимые перемещения. На поверхности ничего не должно было измениться, чтобы до войск Уровня семьдесят девять за городскими стенами не дошли слухи о его затее, но Тайрон знал: битву не выиграть без каждой хитрости и каждого преимущества, которое он мог подготовить.

Особенно теперь, когда он завел столько миньонов в город. Они могли бы развернуться и снова выйти через ворота, но это потребовало бы времени. Если Золотой Легион сумеет захватить ворота, они с пугающей легкостью запрут его Нежить внутри или снаружи – это было слишком узкое место.

— Мне понадобится твоя помощь в бою под стенами, — рассеянно бросил Тайрон Дав, продолжая следить за бурной деятельностью через проводники.

— Что? Мне? Против этих задавак Золотого Ранга?

— Любая помощь важна, — сказал ему Тайрон, сфокусировав взгляд. Он смерил скелета глазами с головы до ног. — С упором на «любую».

Дав возмущенно вскрикнул:

— Ты что, смеешься над моим ростом? Как ты смеешь! Я вот возьму свою змею и вообще уйду с этого поля боя.

— Но ты не уйдешь.

— Нет, — признал Дав, — не уйду. Но я об этом подумаю. Честное слово, это просто возмутительно.