Книга 6. Глава 57: «Лишь малая толика»

Тайрон был доволен. При его поддержке упыри, ревенанты и скелеты не просто сдерживали натиск Солдатов Серебряного Ранга и Магистров, но и уверенно над ними доминировали.

Особенно отличилась Бриджит: она прорубала себе путь сквозь вражеские ряды, словно беспощадная коса сквозь спелую пшеницу. Обретённые Сила и Способности Золотого Ранга оказались не по зубам её ещё живым противникам, а клинок, подаренный Мастером Уиллемом, с лихвой оправдал затраты на его зачарование.

Возникла, правда, небольшая заминка: меч поглощал жизненную силу, чтобы становиться мощнее. В обычных обстоятельствах это не составило бы труда, но теперь Тайрон сам не мог впитать ту же энергию для восполнения собственных резервов. В масштабах всего замысла это вряд ли стало бы серьёзной проблемой, но удар по собственной эффективности его раздражал.

Впрочем, не настолько, чтобы требовать меч назад – упырь явно прониклась к оружию симпатией.

— Повеселилась? — Спросил он, когда Филетта вернулась к нему, с ног до головы забрызганная кровью десятков врагов. Казалось, у Нежити всякая тяга к чистоте испарялась довольно быстро. Липкая, сворачивающаяся кровь неприятно ощущалась на коже, но миньоны Тайрона подобных чувств не испытывали. Бывшая воровка, похоже, совершенно не беспокоилась о пятнах на своей броне – возможно, она их и вовсе не замечала.

— О да, — вздохнула она, убирая парные ножи в ножны. — Кажется, мне нужно было выпустить пар. Я бы предпочла искромсать Магистров, но подумала, что тебе будет приятно, если я оставлю их для тебя.

— Весьма любезно с твоей стороны.

Тайрон нахмурился. Было ли это правильно – радоваться тому, что она догадалась оставить Магистров ему на расправу? В этой мысли крылось нечто извращённое, что он никак не мог облечь в слова.

— В будущем не нужно медлить из-за меня. Истребление магов – лучшее применение твоих талантов.

Филетта бросила на него выразительный взгляд.

— Не то чтобы я был неблагодарен, — поспешно добавил он.

— Ладно, — отозвалась она. — Буду иметь в виду.

Продвижение по главной дороге замерло во время штурма, а теперь затягивалось ещё сильнее: Нежить обыскивала место побоища. Нужно было собрать останки для первичной обработки, снять с них броню и унести к остальным телам. Несколько сотен человек отдали свои жизни, пытаясь убить его, и теперь за свою дерзость они послужат исключительным материалом. Жаль, что времени на сбор душ почти не осталось, иначе из них вышли бы достойные ревенанты, но сейчас его внимание занимали не рядовые бойцы, а два десятка Магистров, участвовавших в атаке.

Восемь из них, рассредоточенных по четырём зданиям, погибли в этой короткой и яростной схватке, и их души он уже извлекал. Если только Пять Божеств не успели вцепиться в добычу и утащить её туда, куда ему не дотянуться, скоро они будут в его власти.

Для остальных же возможности спастись не существовало. Захватив их живыми, он мог гарантировать, что их дух окажется в ловушке в момент смерти. Это позволило бы превратить их в ревенантов или полуличей – ценное пополнение для орды.

Теперь их усмирили: связанные, с кляпами во рту, они стояли на коленях на твёрдой мостовой, окружённые тройным кольцом бдительной Нежити. Подавленные, неспособные творить Магию или лишить себя жизни, они были беспомощны и смердели страхом.

Спустившись со своей платформы, Тайрон направился к ним, чувствуя, как ненависть подступает к горлу, словно кислота.

Пожалуй, Магистров он ненавидел даже больше, чем Дворянство. Одни отдавали приказы, извлекая выгоду из системы угнетения, которая тысячелетиями губила его род. Это ложные Боги и их проклятое семя постановили, что Магнин и Беори должны умереть, и за это они все сгорят в пламени.

Но именно маги в красных робах выжигали клеймо на их душах и пытали их до потери сознания. Именно Магистры приводили приговор в исполнение.

Для них смерти было мало. Смерти никогда не будет достаточно. Чтобы он испытал удовлетворение, их души должны познать муки и боль, превосходящие всякое понимание. Только когда они будут корчиться в агонии до тех пор, пока само царство не обратится в пыль, он поверит, что они пострадали сполна.

— Мразь, — прорычал он, остановившись перед шеренгой стоящих на коленях Магистров и дрожа от ярости.

Почти все они вздрогнули при звуке его голоса, съёжившись, точно крысы; они отводили глаза, отчаянно пытаясь не привлечь его внимания. Лишь один смотрел прямо на него, и в его взоре пылали гнев и презрение.

Тайрон шагнул вперёд и одним пальцем в латной перчатке сорвал кляп со рта Магистра.

— Как тебя зовут? — Тихо спросил он.

Маг, не желая отвечать, с вызовом уставился ему в глаза.

— Ты всё равно скажешь, хочешь того или нет, — заверил его Тайрон. — Честно говоря, я бы даже предпочёл, чтобы ты молчал.

Впервые во взгляде мужчины промелькнула тень неуверенности.

— Магистр Аринаус Турн, — процедил он сквозь зубы.

— Турны – благородный Дом с юга, — констатировал Тайрон, и ненависть в нём закипела с новой силой.

— Да, — гордо заявил Турн. — Наша история на юге насчитывает более тысячи лет.

Тайрон уже встречал таких. Весь мир так долго прогибался под волю подобных людей, что они разучились бояться. Победа считалась чем-то само собой разумеющимся. Привилегии и власть были правом по рождению, подкреплённым мандатом самих Богов. Неудивительно, что при таком воспитании они полагали, будто всё и вся должно склоняться перед ними.

— Твой род будет стёрт из этого царства в считаные дни, — произнёс Тайрон с холодным спокойствием, которого на самом деле не чувствовал. — Под корень, вырезан из реальности, будто его никогда и не было. И ты будешь свидетелем, Турн. Возможно, ты сам это сделаешь. Представляешь, как это будет?

Магистр плюнул на землю.

— Ты сдохнешь до заката, еретик. Отправляйся в объятия смерти к своей матери-шлюхе и никчёмному отцу. Пять Божеств восторжествуют.

Тайрон на мгновение замер, слегка склонив голову набок. Затем он медленно поднял руку и начертил в воздухе серию знаков.

Воля Аринауса Турна была сломлена в мгновение ока: Тайрон смёл любое сопротивление, словно ураган, проносящийся сквозь сухую листву. Не отрывая взгляда от мага, Тайрон протянул руку, и подошедший скелет вложил в неё зачарованный камень. Возложив его на голову Магистра, Тайрон снова протянул ладонь и принял поданный ему нож.

Затем он присел и вложил клинок в руку Магистра Турна.

— Думаю, ты действительно убьёшь всех Турнов. Каждого. До единого. Начнём с тебя самого.

Талласа служила Генералом Золотого Легиона почти двадцать лет. Будучи Золотым Рангом, она выглядела гораздо моложе своих пятидесяти: лицо оставалось гладким, а каштановые волосы – густыми. Она стояла на вершине холма, где находилась с самого прибытия к стенам Мирасмаса, и лениво отправляла в рот ложку за ложкой чуть тёплую овсянку. Перед ней разворачивалась сцена из ночных кошмаров. Из-за городских стен поднимались столбы огня и тьмы, свидетельствуя о яростных уличных боях, однако большая часть орды нежити всё ещё оставалась снаружи, укрытая плотным одеялом миазмы.

Она задумчиво жевала, наблюдая за происходящим и ведя в уме расчёты, не мигая и не отводя взгляда.

— Повар добавил туда тростниковый сахар? Чувствую нотку сладости, — рассеянно заметила она.

— Генерал, нам нужно атаковать!

Капитан Иллиен продолжал демонстрировать неспособность сдерживать свои приступы неповиновения. По мере того как битва затягивалась, он становился всё более взвинченным. Не в первый раз она ловила себя на мысли, что лучше бы он происходил из менее знатной семьи или был бы солдатом похуже.

— Иллиен, в тактике и стратегии ты разбираешься не лучше осла, — отрезала она, даже не потрудившись повернуться к нему лицом. Её взор, как и прежде, был прикован к городу. — Слепого осла. С отрезанными ушами. Я уверена, что найду комок земли, совершенно безжизненный, без единого червя внутри, у которого будет больше таланта к военному делу, чем у тебя.

Молодой офицер за её спиной кипел от ярости так громко, что она буквально слышала это. Остальные офицеры неловко переминались с ноги на ногу, понимая, что очередная перепалка неизбежна. Сколько бы его ни наказывали, этот вспыльчивый дурак проявлял поразительную стойкость в нежелании усваивать уроки. Демон с мечом и блестящий фронтовой командир, но с сообразительностью кислого лимона.

Талласа съела ещё ложку каши.

— Немного лимона пошло бы этому блюду на пользу, — сказала она. — Чтобы придать остроты.

— Лимоны закончились, Генерал.

— Уже?

— Мы взяли не так много. Выступали в большой спешке.

— Верно.

Позади неё армия продолжала отдыхать и есть, восстанавливая силы и разминая уставшие конечности. Марш на такое расстояние в таком темпе был изнурительным испытанием, но даже он не выматывал так, как настоящий бой. Им понадобятся все силы, чтобы перебить такое количество Нежити.

Закончив трапезу, она поставила миску у ног и заткнула ложку за пояс, предварительно облизав её. Не самый изысканный обед, но вполне своевременный.

— Подойди-ка сюда, Иллиен, — вздохнула она.

Капитан нехотя встал рядом с ней, расправив плечи и глядя строго перед собой. Она не удостоила его взглядом.

— Вспомни, зачем мы здесь, — произнесла она. — Наша цель – убить Некроманта. Каждое наше действие должно быть направлено на то, чтобы максимально увеличить шансы на такой исход. Согласен?

Он молча боролся с собой.

— Напомню, что несогласие – это прямое нарушение твоей клятвы Императору, что повлечёт за собой суд за государственную измену, — добавила она, закатив глаза.

— Согласен, — буркнул он довольно быстро.

— Как и подобает любому верному слуге Империи, — с оттенком сарказма заметила она. — Итак, чтобы повысить наши шансы, нам не нужно спасать город, не нужно предотвращать гибель горожан, нам нужно просто убить одного человека.

Она подняла палец.

— Однако есть проблема. Между нами и тем, кого нужно убить, стоит весьма внушительная армия нежити. Вероятно, нам придётся иметь с ней дело, если мы хотим достичь цели, верно?

— Верно.

На этот раз без колебаний.

— Теперь скажи: если мы хотим уничтожить эту нежить, когда нам лучше всего действовать? Когда они все снаружи стен, когда они все внутри или когда они разделены пополам?

Наступила тишина: Капитан Иллиен, вопреки обыкновению, действительно задумался над вопросом.

— Когда они зажаты между тем и другим, — нехотя признал он.

— Именно. Мы можем уничтожить половину Нежити, прижав их к городским стенам, пока войска внутри держат оборону и сражаются на улицах. К тому же ожидание даёт нам возможность дать отдых натруженным ногам и понаблюдать. Если противник совершит ошибку, мы этим воспользуемся. Теперь, когда я столь кропотливо объяснила причины нашего промедления, ты наконец понимаешь, что здесь происходит?

Снова мгновение заминки: Капитан боролся со своим темпераментом.

— Да, — ответил он, стиснув челюсти.

— Приведите мне Жреца! — Рявкнула она, поворачиваясь к другим офицерам. — Кажется, мы только что стали свидетелями чуда!

В этот момент со стороны стен прогремел магический взрыв: тёмные сгустки тьмы расцвели в воздухе, стремительно взмывая вверх и оставляя за собой шлейфы чёрной миазмы. Достигнув зенита, они начали падать, принимая форму исполинских черепов, сотканных из мглы. Приближаясь, они издавали пронзительный, жуткий вопль, который, казалось, проникал в самые уши и не желал их покидать.

— Ох, это мне совсем не нравится, — пробормотала Талласа.

В небо с шипением устремились стрелы золотого света, которые, сталкиваясь с черепами, развеивали их в прах.

— Похоже, Некромант не намерен позволять нам прохлаждаться, — заметила она. — Любопытно.

— Теперь мы атакуем? — С надеждой спросил капитан Иллиен.

Очередная порция черепов расцвела над городскими стенами, быстро поднимаясь к облакам.

— Отставить Жреца, — печально бросила она остальным. — Проклятье. А я-то уж решила, что на этот раз у нас что-то получилось.