Рейд на Сниктуру в секретной базе Арты.

Именно там я получил [Предвестие Падения].

С тех пор прошла уже вторая экспедиция в Лабиринт. И вот теперь, в этот самый момент, печать с [Превосхождения], всё это время остававшегося недоступным, наконец исчезла.

Тук-тук!

До начала третьей фазы рейда на Левиафана оставались считанные мгновения, а сердце колотилось совсем по другой причине.

Что именно изменилось?

Насколько сильно?

От ответа зависело будущее нового щитового варвара.

Тук-тук!

Хотелось проверить немедленно.

Я едва удержался — пришлось буквально задавить желание силой воли.

Потому что я сам не знал, во что теперь превратился навык.

Следовало исходить из худшего.

Глупо было ради проверки нажать неизвестную кнопку и угробить рейд, который до сих пор шёл как надо.

Значит...

— ...Бьорн? Ты в порядке? Ничего плохого не случилось?

— С чего ты взяла?

— Ну... У тебя лицо какое-то страшное...

Хм.

Неужели я настолько мрачно выглядел?

— Тебе показалось. Со мной всё нормально. Не переживай.

— Ага... Тогда хорошо...

Я убрал с лица лишние эмоции и сосредоточился на том, что происходило впереди.

Бог Морского Предела Левиафан.

Морское чудовище 1-го ранга из Великого моря.

С таким противником нельзя драться вполсилы и думать о чём-то постороннем.

Тем более что главная часть этого рейда начиналась именно с третьей фазы.

「Левиафан применил [Кораблекрушение].」

Из темноты, где виднелись только две светящиеся полосы глаз, вырвалась его обычная атака.

Воздушная волна пронеслась сквозь воду, оставляя за собой след, словно выпущенная под водой пуля.

Сам по себе урон был не запредельным.

Разумеется, для обычного исследователя даже базовая атака существа 1-го ранга означала бы мгновенную смерть.

Но сейчас целью служила гордость Башни Магов — магитехнический корабль.

БУМ!

Если бы Левиафан выпускал десятки таких ударов каждую секунду, как из пулемёта, было бы другое дело.

А с таким уроном в секунду магический барьер справлялся без особых проблем.

Настоящая опасность заключалась не в этом.

«Мы уже на третьей фазе.»

[Кораблекрушение] — всего лишь обычная атака.

Суть этой фазы заключалась в самом [Великом Потопе].

「Персонаж вошёл в особую область.」

「Наложен эффект области — [Великий Потоп].」

「Наложен статусный эффект [Затопление].」

[Затопление].

Эффект предельно простой.

「Максимальный объём всех ресурсов уменьшается каждую секунду.」

MP, необходимое для навыков.

Мана, которую маги тратят на заклинания.

Божественная сила жрецов.

Максимальный запас каждого такого ресурса непрерывно сокращался.

«Два процента в минуту.»

Проще говоря, через пятьдесят минут он падал до нуля.

Никто больше не мог применить ни одного навыка.

В некотором смысле наказание даже жёстче, чем Туман Бездны.

Правда, здесь эффект разгонялся постепенно. До предельного значения требовалось время.

«Если за пятьдесят минут не перейти в следующую фазу — конец.»

Вот и вся суть третьей фазы.

Как продолжать рейд с нулевым MP?

Да никак.

Более того, к тому времени развеялось бы и заклинание [Кислородный Баллон]. Вместо продолжения боя вся экспедиция просто задохнулась бы и утонула.

Конечно, способ противодействия существовал.

Например, [Светильник Зла].

Далеко ходить за примером не надо: редкий навык 2-го ранга был у одного из участников рейда. Тот самый, который мы применяли против Берзака.

Он мог заменить эффект области на другой.

Но...

ВУ-У-У-УМ!

При подготовке к рейду мы сознательно отказались от этого варианта.

Причин было две.

Во-первых, [Светильник Зла] слишком сильно зависел от удачи.

А во-вторых...

«Зачем?»

Нам не требовалось полагаться на везение, чтобы закончить третью фазу меньше чем за пятьдесят минут.

Стрела Разрушения Чар и две Малые Вспышки.

Расходники высшего класса, настолько дорогие, что даже за убийство монстра 1-го ранга можно было в итоге остаться в минусе.

По нашим расчётам, их хватало, чтобы мгновенно закрыть фазу.

— Цель приближается к зоне поражения.

Но расчёты оставались расчётами.

Что выйдет в настоящем бою, никто не знал.

Поэтому я не расслаблялся и следил за обстановкой.

— Орудие готово к выстрелу.

Свет глаз в темноте становился всё ярче.

Из мрака постепенно выступал огромный силуэт Левиафана.

Возможно, всё дело было в преломлении света.

А может, мы впервые видели целиком его тело, раньше скрытое под поверхностью.

Так или иначе, в глубине он казался намного больше и тяжелее, чем наверху.

Даже самые опытные бойцы невольно напряглись и слушали связь, не отрывая взгляда от чудовища.

— Расчётная вероятность попадания — девяносто семь процентов.

Девяносто семь.

Если совсем просто, промах — три раза из ста.

— А у второго выстрела?

— Около семидесяти девяти процентов.

— Можно поднять?

— Да, если подпустить цель ближе. Но риск возрастёт. Когда Левиафан начнёт активно маневрировать, вероятность, наоборот, снизится.

— Понятно...

Гвиллен, державший рядом со мной приёмопередатчик, думал недолго.

— Огонь.

Логичное решение.

Трус, который не способен поставить на девяносто семь процентов, вряд ли вообще добрался бы до такого места.

ВСПЫШКА!

В следующее мгновение чёрная глубина стала белой, будто под водой ударила молния.

Я вспомнил один из разговоров на этапе подготовки. Тогда говорили, что выпущенная под водой Малая Вспышка должна двигаться медленнее обычного.

Похоже, разница была слишком мала, чтобы человек мог заметить её на глаз.

В голове на миг вспыхнула резкая чужая эмоция.

Свет погас так же быстро, как возник.

Результат мы увидели сразу.

«Одного выстрела, как и ожидалось, не хватило.»

Малая Вспышка попала в известное слабое место Левиафана — в лоб.

Точнее, в нечто похожее на драгоценный камень, вросший в его лоб.

Обычно эта точка скрыта под оболочкой, словно под закрытым веком. На третьей фазе оболочка исчезает, и ядро остаётся открытым.

«Ничего. На это мы и рассчитывали.»

ВСПЫШКА!

В глубине снова будто ударила молния.

После первой болезненной атаки Левиафан начал изгибаться, пытаясь уйти из-под огня. В этот момент и ушёл второй заряд.

Я невольно сжал кулак.

Расчётная вероятность — семьдесят девять процентов.

Вообще-то при таких цифрах промах уже можно считать издевательством судьбы.

Но...

Тук!

Мне ли не знать, как часто именно такие издевательства и случаются.

Что вышло на этот раз?

— Попадание!

И всё же второй выстрел сработал в нашу пользу: при семидесяти девяти процентах он лёг точно в цель.

Только вот...

— ...Не разбилось.

Да.

Даже этого оказалось мало.

Мы считали, что двух точных попаданий должно хватить.

Возможно, ошиблись потому, что не учли среду.

Башня Магов едва ли много раз испытывала Малую Вспышку под водой. Значит, в данных неизбежно могла быть погрешность.

ГРРРРРРРРР-А-А-А!

Впервые с начала рейда Левиафан заревел вслух.

Два выстрела в слабое место явно причинили ему серьёзную боль.

Но атака застала его врасплох, и чудовище не решалось сразу бросаться на корабль.

Гвиллен с трудом спрятал горечь в голосе.

— Значит, переходим ко второму варианту.

Второй вариант.

План Б.

— Попросите госпожу Альтрашу как можно скорее подготовиться...

— Подожди.

Я остановил его.

Гвиллен повернулся ко мне.

— Придумали что-то лучше?

Нет, не придумал.

Просто внезапно появилось ощущение, которое трудно было объяснить словами.

— ...Стрелу Разрушения Чар всё-таки лучше оставить до последнего.

План Б заключался в том, чтобы добавить Стрелу к двум Малым Вспышкам и силой пробить третью фазу.

— Я понимаю, почему вы хотите её сохранить. Но другого выхода у нас нет.

— Есть. План В.

Он ведь у нас тоже был.

— Это даже планом назвать нельзя!

Тут Гвиллен не ошибался.

План В был тем, к чему мы собирались перейти, если не сработает и План Б.

То есть, скрипя зубами, драться обычным способом.

Но...

— Потери будут огромными...

Я перебил его.

— А при Плане Б иначе?

— Что?..

— Не делай вид, будто не понимаешь. Даже если сейчас мы проскочим эту фазу без потерь, они просто начнутся на следующей.

Стрела Разрушения Чар легко помогла бы пройти третью фазу.

А четвёртая?

Без неё бой там станет намного тяжелее.

— Я слышал, если полностью остановить магитехнический корабль, энергию его силовой установки можно преобразовать и получить ещё один выстрел Малой Вспышки.

— Вы понимаете, что это значит?! Как только мы отключим систему, корабль перестанет отличаться от обычного судна!

Гвиллен почти сорвался на крик.

Я спокойно кивнул.

— Понимаю.

Исчезнет магический барьер — и даже обычное [Кораблекрушение] превратит гордость Башни Магов в груду искорёженного металла.

А может, повредит так, что восстановление станет невозможным.

Человеку, представляющему Башню Магов, от такой мысли и правда могло стать плохо.

Но что с того?

— Ты забыл, где мы находимся?

Мы были в особой области Великого моря.

— Стоит выйти отсюда — и всё возвращается к исходному состоянию. Не вижу причин, почему корабль должен стать исключением.

— Это не доказано...

— Ещё как. После первого прохождения я очнулся в той самой лодке, на которой сюда вошёл. Хотя во время экспедиции потерял её задолго до выхода.

— ...

На это Гвиллену возразить было нечего.

Он перешёл к другой проблеме.

— Даже если остановить системы, для выстрела Малой Вспышкой нужно преобразовать ману силовой установки. Это займёт немало времени.

— Сколько?

— Не меньше десяти минут. А если до этого корабль получит прямой удар...

Я снова перебил его.

Нужную информацию уже услышал.

— Тогда всё нормально. За корабль не беспокойся.

— ...Не беспокоиться? Что вы хотите этим сказать?!

На этом разговор закончился.

— Левиафана я как-нибудь займу.

Я рванул через палубу, перескочил через борт и полетел вниз.

БУ-У-У-У-УМ!

Ноги по щиколотку ушли в густой ил, но я устоял и поднял взгляд.

ГРРРРРРРР-А-А-А!

Фух.

Размер у него и правда такой, что мороз по коже.

Глаза Левиафана повернулись ко мне.

Вполне понимаю его удивление.

Перед ним стоял человек, который добровольно спрыгнул с безопасного корабля — того самого, что выдержал уже бессчётное количество его атак.

ТРРРРР!

Чужие эмоции снова хлынули в голову в виде помех.

Кажется, теперь он злился ещё сильнее.

Неудивительно.

Мы мало того что долго убегали на подозрительно прочном корабле, так ещё и дважды шарахнули ему точно по слабому месту.

Ву-у-ух...

Наконец перед Левиафаном появилась цель, на которой можно сорвать ярость.

Он заскользил ко мне сквозь воду.

«Ну и взгляд.»

По глазам было ясно: в голове у него сейчас только один вопрос — как меня убить.

Я решил смотреть на это положительно.

Я ведь ради этого и спрыгнул с корабля.

Нужно было перетянуть агрессию на себя.

Если Левиафан захочет использовать меня как грушу для битья — тем лучше.

— Бехел-ла-а-а-а-а-а-а!

Я применил [Выброс Дикости], словно плеснул масла в огонь, и ещё сильнее поднял и без того высокий показатель угрозы.

Крепче сжал щит.

Приготовился к удару.

И вдруг почувствовал досаду.

«Эх...»

От носа до хвоста Левиафан был почти сто метров длиной.

Конечно, это не значит, что передо мной стояла громадина размером со стометровый дом: длина считалась по всему вытянутому телу.

Но разница в габаритах всё равно оставалась огромной.

«Вот сейчас бы хотя бы [Превосхождение] вместе с [Гигантизацией]...»

Этого хватило бы, чтобы немного сравнять весовые категории.

«А если попробовать?..»

Я размышлял недолго.

Да, решение выглядело импульсивным.

Но я больше не стоял на корабле.

Даже если после активации [Превосхождения] меня внезапно разорвёт взрывом, союзники не пострадают.

Значит...

«Превосхождение.»

Я впервые за очень долгое время мысленно произнёс эту команду.

. . .

「Эффект пассивного навыка [Превосхождение] изменён навсегда.」

「[Превосхождение] больше не усиливает все пассивные навыки.」

「Эффект активного навыка [Превосхождение] изменён навсегда.」

「Отныне после применения [Превосхождения] следующий использованный навык получает постоянное усиление.」

. . .

「Персонаж применил [Гигантизацию].」

「Сила павшего трансцендентного существа навсегда усиливает заложенную в этом навыке способность.」

「Телосложение увеличивается пропорционально физическим характеристикам.」

「Если в радиусе действия находится монстр крупного размера или больше, прирост удваивается.」