[Предвестие Падения].

У змеи Сниктура была мерзкая способность: если она попадала по цели, одна из уже полученных эссенций искажалась, а её свойства менялись чёрт знает во что.

Под удар попал навык [Превосхождение] эссенции Байона.

«Хорошо хоть не зацепило Стормгаша...»

Да, худшего варианта я избежал. Только легче от этого не становилось.

[Превосхождение] не было для моей сборки таким же незаменимым, как [Гигантизация], но всё равно оставалось одной из ключевых эссенций. Оно сочеталось и с навыком [Гигантизация], и с кучей других способностей, поэтому в финальной версии щитового варвара занимало своё законное место.

«Во что же его перекрутило?..»

Любопытство жрало изнутри. Вдруг способность превратилась в бесполезное говно и вместе с ней развалилась вся сборка?

Проверить всё равно не получится.

После попадания под действие навыка [Предвестие Падения] затронутый навык блокируется на сто восемьдесят дней.

«Сейчас тридцать третий день экспедиции...»

Если вернуться в город по плану на семьдесят пятый, до конца нынешнего похода остаётся сорок два дня. Потом ещё тридцать в городе.

Даже если следующую экспедицию провести до самого семьдесят пятого дня, всё равно останется ещё тридцать три.

Выходит, увидеть новое [Превосхождение] я смогу лишь в экспедиции после следующей.

— Глава! Остров уже видно!

Мысли оборвались.

Впереди наконец показалась цель.

Небо над островом налилось густым красным цветом, словно там начинался другой мир. По склонам стекала в море и застывала лава. Вся суша тонула в чёрно-багровом дыму.

— Высаживаемся!

От базы до берега мы добрались за три часа пятьдесят минут — почти на пятьдесят минут быстрее, чем шли туда.

— Хорошая работа, Ауэн.

— Ничего особенного...

Он говорил скромно, но выглядел паршиво. Всю дорогу держал способности на пределе и теперь казался человеком, которому хватит ещё пары применений — и начнётся истощение души.

— Дальше отдыхаешь.

— Что?

Объяснять долго не требовалось.

— Айнар!

Она поняла всё по одному имени.

— Поняла! Посадить его на себя?

— Нет, я правда могу идти сам...

— Ха-ха! Не стесняйся! Мне не впервой кого-нибудь таскать!

Отлично. С перемещением Ауэна разобрались.

Огненную Сферу мы не выключали с самого прибытия на остров, поэтому и здесь задерживаться было не на чём.

— С этого момента идём на предельной скорости.

За четыре часа на корабле остальные успели немного восстановиться. Я повёл группу через остров напрямик, к центральной области, где Арта видел Амелию.

Но по сторонам мы всё равно смотрели внимательно.

Опасность угрожала не только ей.

「Наложен статусный эффект [Вечное Горение].」

「Персонаж непрерывно получает урон от огня. Урон возрастает с течением времени.」

Сам по себе этот эффект пока терпим: усиление урона ещё не успело разогнаться.

Хуже было другое.

「До смерти осталось: 05:50:17.」

До срабатывания статусного эффекта [Ограниченный Срок] — меньше шести часов.

Если хотим обновить таймер каждому, работать надо уже сейчас.

— Рейвен, Мароне. С этого момента накладывайте «Искажение» на каждого монстра, которого мы собираемся убить.

Мы двигались в прорывном построении, не задерживаясь без необходимости, а встречных тварей перед добиванием помечали магией Искажения.

Обычно монстр после смерти растворяется и может оставить эссенцию. Под Искажением эссенция уже не выпадает; зато появляется шанс, что тело не исчезнет и с него удастся получить материал.

— Есть! Получилось!

На этот раз световых частиц не было.

Бум!

Туша тяжело рухнула на землю.

Заклинание сработало.

Почти сразу по телу пробежало пламя, и оно рассыпалось в пепел.

Над пеплом заклубился красный туман.

У-у-ух...

— Похоже на эссенцию... Это то, что нужно?

— Да.

В игре предмет назывался «Первородный Грех».

Почему именно так — понятия не имею. Важнее его два эффекта.

「Персонаж поглотил «Первородный Грех».」

「Устойчивость к огню навсегда повышена на 1.」

При первом использовании устойчивость к огню навсегда повышается на единицу.

А затем происходит главное.

「Статусный эффект [Ограниченный Срок] сброшен.」

「Персонаж умрёт через 24 часа.」

То есть смертельный таймер, навязанный этой зоной, возвращается к полным суткам.

Бонус к огнестойкости, к слову, срабатывает только однажды. Ешь второй «Первородный Грех» — устойчивость больше не растёт.

Но сейчас это вообще не имело значения.

В игре достаточно навести курсор на значок статуса и увидеть точное оставшееся время. Здесь такой роскоши нет. Поэтому я выдавал «Первородный Грех» по очереди и сразу заставлял каждого ставить на часах новый суточный таймер.

— Странное ощущение, правда? — сказала Мароне. — Смотреть на часы и знать: вот столько тебе осталось. Парав, вам так не кажется?

— Ха-ха... Есть немного.

— А было бы здорово видеть такое всегда.

— Что именно?

— Сколько времени осталось жить. Сегодня ведь тоже... когда мы решили, что через минуту всё закончится, я совершенно растерялась. Вдруг стало ясно, сколько всего я так и не успела сделать.

Парав помолчал.

— Наверное, вы правы. Если бы человек заранее знал свой срок... по крайней мере, не осталось бы слов, которые он не успел сказать.

— Слов? Не дел?

— А-ха-ха! Просто так выразился. Не придирайтесь.

Даже сейчас в их разговоре чувствовалось что-то подозрительно личное.

Я вспомнил, как Парав вызвался нести Мароне, когда мы обсуждали передвижение.

«Между ними и правда что-то есть?..»

Не знаю.

И, пожалуй, впервые мне не хотелось разбираться.

Раньше я бы напрягся из-за любых отношений внутри группы. Где появляются чувства, там растёт число непредсказуемых решений.

Сейчас мысли были другими.

— ...Потому что «потом» может и не случиться.

— Что вы сказали, дядя?

— Да так. Вслух подумал.

Я отмахнулся от вопроса Эрвен и перестал прислушиваться к Мароне с Паравом.

Сложится у них — хорошо. Не сложится — значит, нет.

Лишь бы потом не мучились из-за того, чего не успели.

С этой мыслью я окончательно переключился на дорогу и поиск Амелии.

Через некоторое время наш четвёртый «Первородный Грех» достался Айнар.

「Айнар Пнеллин поглотила «Первородный Грех».」

「Устойчивость к огню навсегда повышена на 1.」

И почти сразу после этого я услышал знакомый голос.

— Наконец-то нашла.

Я замер.

— ...Что?

Этот голос...

— Эмили?..

— Чего так смотришь? Будто привидение увидел.

Амелия вышла к нам с лёгкой усмешкой.

— ...А?

Несколько секунд я просто стоял столбом.

Она шутила про привидение, но ощущение было именно такое. Я готовился прочёсывать остров часами и точно не ждал встретить её настолько быстро.

«Хотя нет. Это ведь она нас нашла».

Амелия даже не знала, что мы её ищем.

Справедливости ради, без слов Арта я и сам не подозревал бы, что она вошла сюда.

— Что вообще случилось? Зачем ты полезла на остров?

— Снаружи начались проблемы.

— «Золотое Древо»?

— Нет. Они тут ни при чём.

— Чего? Не они?

— Как только поняли, что посланный за нами хвост убрали, сразу покинули остров. Я на всякий случай ещё ждала, но до моего входа сюда они больше не появлялись.

Все мои предположения разом отправились в мусор.

Я был уверен: раз Амелия здесь, причина связана именно с ними.

— Тогда почему ты вошла?

Ответ оказался ещё неожиданнее.

— На шестом этаже призвали Владыку Яруса.

...Что?

Владыка Яруса на шестом этаже — новость из тех, от которых хочется переспросить дважды.

Но теперь поступок Амелии становился понятен.

— Значит, заметила призыв и решила переждать здесь.

— Да. Одной попасть под его влияние было бы слишком опасно. К тому же по времени вы как раз должны были скоро возвращаться.

После подробного объяснения я только кивнул.

Вот уж за кого можно было не волноваться. Оставь одну хоть на краю света — выкрутится.

Решение быстрое, расчёт точный.

— Всё сделала правильно.

Большинство Владык Яруса воздействуют сразу на весь соответствующий участок Лабиринта.

Самый понятный пример — Риакис с третьего этажа. Стоит ему появиться, как межэтажные порталы блокируются, а вся зона меняется.

Шестой этаж устроен по-своему, но принцип тот же.

Порталы здесь не закрываются. Зато, когда Владыка использует свою способность, от неё не спрятаться нигде в этом огромном море.

«Я рассчитывал в крайнем случае просто выйти наружу. Теперь этот вариант уже не выглядит безопасным...»

Одного запасного выхода мы лишились.

Но в каком-то смысле нам всё равно повезло: эта скрытая зона случайно стала убежищем. Останься мы снаружи — уже оказались бы втянуты в историю с Владыкой.

— В любом случае хорошо, что ты цела. Давай сначала уйдём отсюда, а по дороге всё обсудим.

— Почему нужно уходить?

— В центре можно нарваться на очень неприятного типа. Да, убить его всё равно наша цель. Но перед боссом неплохо бы подготовиться.

— Поняла.

Мы забрали Амелию и начали удаляться от центра острова. Разговор продолжился уже на ходу.

— А у вас всё прошло нормально? Я переживала, что из-за моего отсутствия что-нибудь сорвётся.

— Ну...

— Были проблемы?

— Были. Но в итоге справились. И эссенция выпала.

Амелия остановилась на полшага.

— Эссенция первого ранга?.. Впечатляет. Когда в городе узнают, кому она досталась, шум поднимется страшный.

— Не поднимется.

Я покачал головой.

Она вопросительно посмотрела на меня.

Я усмехнулся.

— Ты же терпеть не можешь известность.

— В смысле?..

Сначала Амелия явно не поняла, к чему я веду.

Потом глаза у неё расширились.

Дошло.

— Фью-у!

Кто-то рядом присвистнул.

— Завидую, — протянула Рейвен. — Вот бы и мне мужчина дарил эссенции первого ранга.

— Госпожа Рейвен, вы маг. Вы всё равно не можете поглощать эссенции.

— А исследовать я их, по-вашему, не люблю?

— Пф! Подумаешь, первый ранг. Мне дядя вообще эссенцию Яруса подарил!

— Д-да?.. Тогда я обеим завидую...

Вокруг поднялся такой гвалт, будто им всем срочно понадобилось прокомментировать подарок.

Амелия на них даже не посмотрела.

Только задержала на мне спокойный взгляд.

— Спасибо. Найду ей хорошее применение.

Всего несколько слов.

Но они почему-то весили больше длинной благодарственной речи.

Впрочем, её невозмутимость продержалась недолго.

С виду Амелия всегда собрана и холодна. На деле в ней хватает почти детского любопытства.

— Какие способности у этой эссенции? И как их лучше связать с теми, что у меня уже есть?

— Спроси Рейвен.

— У меня?

— Ты же наверняка всё записала.

— Ну... записала. Ладно! Держите.

Рейвен передала ей свою сводку.

Амелия быстро прочитала описание, потом вернулась ко мне и начала уточнять детали сборки.

Через некоторое время её внимание зацепилось за один пункт.

— А это что? Название красивое. [Судный День]... звучит даже романтично.

Что именно в таком названии она нашла романтичного, я не понял.

— Про него пока забудь. Условия такие, что ты можешь за всю жизнь ни разу не оказаться в ситуации, когда способность вообще запустится.

— Да? — Амелия ещё раз посмотрела описание. — И правда. Без специальной подготовки почти нереально.

— Вот и я о том. Поэтому...

— [Судный День].

Да чтоб тебя.

Неужели обязательно проверять каждую новую кнопку собственным пальцем?

Всё равно ничего не произойдёт. Условия не выполнены, так что...

Вспышка!

...так что не должно.

— ...А?

Фью-ю-ю-ю-ю-ю-ю!

— Бьорн! Смотри! В небо! Смотри на небо!!!

Сверху падал метеорит.

БА-БА-А-А-АХ!!!

Я понятия не имел, почему способность вдруг сработала.

Но по лицу Амелии было видно: она тоже не ожидала ничего подобного.

— ...Это я сейчас всё испортила?

Похоже, да.

Всё пошло по пизде.

.

.

.

.

.

「Амелия Рейнвейлс применила [Судный День].」

「В течение 24 часов по области радиусом 10 км наносятся случайные удары.」