У эссенций Стражей есть две особенности.

Во-первых, базовые характеристики у них в полтора раза выше, чем у эссенций обычных особей того же вида.

Во-вторых, они позволяют использовать все активные навыки, которыми обладает обычная особь.

Но эссенция Адского Великана Херджи, Стража Светового Разлома на пятом этаже, была необычной.

— Ну что, Эмили... Отдохнула? Тогда попробуй.

По обычной логике она должна была давать все три активных навыка циклопа — монстра четвёртого ранга.

Но у эссенции Херджи был всего один активный навык.

Причём обычные циклопы вообще им не обладали.

Вот он.

「Амелия Рейнвейлс применила навык [Волновая Связь].」

Между мной и Амелией протянулась едва заметная линия.

Увидеть её могли только те, кого соединял навык.

Эффект был прост.

「Амелия Рейнвейлс применила навык [Сила Бездны].」

Связанные могли использовать навыки друг друга.

Например, сейчас чёрное сияние окутало мой молот.

«Сколько же времени я когда-то потратил, исследуя эту эссенцию...»

На первый взгляд способность казалась какой-то запредельно сильной.

Но чем больше экспериментируешь, тем яснее становится: на самом деле она далеко не всесильна.

Если не считать нескольких особых случаев.

Фу-ух!

Чёрное сияние на молоте рассеялось.

Амелия отключила навык.

— ...Силу души он расходует чудовищно быстро.

— Насколько?

— Даже в лучшем состоянии я не смогу держать связь целую минуту.

В каком-то смысле это напоминало недостаток навыка [Самоклонирование].

Запас MP таял безумно быстро.

— Тогда попробуем другой вариант?

Стоило мне предложить перейти дальше, как Амелия закрыла глаза и ненадолго сосредоточилась.

У навыка [Волновая Связь] было три основных способа применения.

Первый мы только что проверили: позволить союзнику применить твой собственный навык через связь.

По сути, режим поддержки.

Второй...

«Это уже приём босса».

Связь устанавливается с врагом и используется для атаки.

Так действовал тот самый Адский Великан, которого мы недавно убили: соединялся со мной, а потом одну за другой применял мощные атаки по площади с тяжёлыми побочными эффектами.

Ничего особо сложного там не было.

Рядом со мной никого не стояло, а всякий раз, когда появлялась связь, я сразу бил по его единственному глазу и срывал механику.

«В любом случае, этот вариант нам не подходит».

У Амелии не было ни навыков самоуничтожения, ни мощных атак по площади.

Значит, оставался третий способ.

「Амелия Рейнвейлс применила [Самоклонирование].」

「Амелия Рейнвейлс применила навык [Волновая Связь].」

Усиление призванного существа.

Фактически это и было стандартное применение навыка [Волновая Связь].

Да, при атакующем использовании можно переложить отрицательный эффект на врага и применить навык из точки, где находится противник.

Но такая схема подходит монстрам с бездонным запасом MP.

По-настоящему навык [Волновая Связь] раскрывался вот так.

— Расход силы души... и правда не вырос. Почему?

Откуда мне знать?

Я же игрок, а не маг.

Маг на моём месте наверняка начал бы рассуждать о совпадении ментальных волн, одинаковой частоте и прочей непонятной хрени.

Я же знал только вывод, к которому когда-то пришёл после бесчисленных опытов.

Если применить навык [Волновая Связь] к призванному существу, расход MP не возрастает.

И да, клон тоже считается призванным существом.

— С этим... мои возможности в бою станут гораздо шире.

Амелия отлично разбиралась в бою и сразу поняла цену новой способности.

Потом она вспомнила ещё об одном.

— Кстати, ты так и не рассказал про особую способность... про то, что в твоём мире называют пассивным навыком.

— А, ты не знаешь особенностей циклопов?

— Они встречаются нечасто. Это ты странный, раз знаешь особенности вообще всех существ.

Похоже, Амелии стало неловко из-за пробела в знаниях, поэтому виноватым она быстро назначила меня.

— На, надень. Сразу поймёшь, что за пассивная способность.

Я усмехнулся и достал вещь, которую с большим трудом нашёл ещё до входа сюда.

Амелия недоумённо уставилась на неё.

— Это...

Обычная чёрная повязка на глаз.

Прямо как у пирата.

「[Одноглазый] активирован.」

「Динамическое зрение персонажа повышается на 200.」

「Персонаж может видеть невидимое.」

Закончив парный рейд с Амелией, я продолжил менять напарников и зачищать разломы.

Танк способен выполнять свою работу почти при любом противнике.

С бойцами, которые наносят урон, всё иначе.

Главное в «Подземелье и камень» — совместимость.

Есть враги, которых при плохом сочетании сил не убить вообще.

И наоборот: подходящий состав может превратить тяжелейший бой во вполне терпимый.

К тому же...

«Глупо держать столько подходящих людей без дела».

Экспедиционный корпус собрали из элиты Королевского Дома, и в нём находились специалисты практически под любую задачу.

Нужен жрец — со мной отправляли священнослужителя, по уровню не уступавшего архиепископу, и он выполнял мои указания.

Нужна огненная магия второго ранга — обязательно находился хотя бы один маг, способный её применить.

«Теперь понятно, почему здесь нет общего ограничения по численности».

Основой Лабиринта, конечно, оставались разломы на одного или двух человек.

Но это не означало, что весь первый подземный этаж спроектирован для пары исследователей.

Скорее сюда должны были приходить сотни людей, а затем постепенно распределяться по нужным местам и шаг за шагом зачищать всё пространство.

«Жалко только, что после всей этой охоты на Стражей пятого этажа приходится бросать столько эссенций».

Если в конкретный разлом можно было взять мага, мы уносили эссенцию в пробирке.

Во всех остальных случаях добычу приходилось оставлять.

«Даже самая дешёвая ушла бы на аукционе за несколько сотен миллионов стоунов...»

Но больше всего было жаль Айнар.

До идеальной эссенции для окончательной сборки ей, конечно, было далеко, но среди Стражей пятого этажа нашлась одна, отлично подходившая копейщику.

К сожалению, тот босс был слишком опасен. В одиночку провести Айнар через этот бой я бы не смог, поэтому брать её внутрь не стал.

Впрочем, жаловаться было грех.

За эту экспедицию Амелия получила эссенцию, которую в обычных условиях добыть чрезвычайно трудно.

«Для её сборки с клонами это почти идеальный вариант. Значит, ставить в этот слот временную эссенцию уже не придётся...»

Чем дольше я здесь находился, тем сильнее убеждался: первый подземный этаж — совершенно ненормальное место.

Он вообще не походил ни на одну другую часть Лабиринта.

Я уже не мог сосчитать, сколько всего увидел здесь впервые и сколько выгоды успел получить.

— ...

Что же это за место на самом деле?

После разговора с вампиром этот вопрос всякий раз лез в голову, стоило мне остаться одному.

Серебряное море.

Сезон дождей.

Пространственный коллапс.

Староста.

Хэмсик...

Я снова и снова перебирал всё, что помнил, чтобы ничего не забыть, и проверял, не упустил ли какую-нибудь деталь.

«Эх... И что толку об этом думать?»

Как всегда, от этих мыслей стало лишь тяжелее.

Чтобы проветрить голову, я встал и решил пройтись.

— Что бы вы ни говорили, на четвёртый этаж нельзя. Слишком опасно.

У статуи Калпиона, Стража Разлома четвёртого этажа, какой-то исследователь настойчиво уговаривал Рейвен.

«Как же его зовут?..»

Не помню.

Все называли его только по прозвищу — Большой Молот.

В городе он был довольно известным исследователем третьего ранга.

— Может, всё-таки подумаете ещё раз? Эта эссенция мне действительно необходима.

На человека, который полез сюда только за опытом или ради скоростного прохождения, он не походил.

Скорее всего, эссенция и правда была ему нужна.

— Нет. Сколько бы вы ни просили...

— Не сочтите за грубость, Золотая Волшебница, но вы ведь не знаете моих возможностей в полной мере.

— Хотите сказать, моя оценка неверна?

— Ха-ха... Нет, что вы. Я лишь прошу дать мне испытание. Пусть оно покажет, достоин я войти или нет.

Даже когда Рейвен стала холоднее, мужчина не отступил.

Она тяжело вздохнула, явно не зная, как от него отделаться.

Тогда вмешался я.

В конце концов, эту утомительную обязанность на неё повесил именно я.

— Так хочешь испытания? Я помогу.

— Барон Яндель?..

Мужчина сначала растерялся, потом, видимо, решил, что так даже лучше, и кивнул.

— Тогда прошу вас.

Едва мы договорились, он с воинственным блеском в глазах поднял свой огромный молот.

«Я ведь даже не сказал, каким будет испытание».

Но удивляться тут было нечему.

Исследователи всегда любили решать вопросы по-мужицки.

Честно говоря, мне так тоже было проще.

— Эм... Яндель? Не нужно из-за меня тратить силы.

Опять она за своё.

— Я не силы трачу.

— Что?

— Я экономлю время.

Я активировал навык [Гигантизация] и посмотрел на мужчину сверху вниз.

А затем коротко бросил:

— Маловат.

На этом поединок начался.

Большой Молот, впрочем, получил своё прозвище не просто так. Тело у него оказалось очень крепким, поэтому драка затянулась.

Минут на пятнадцать.

— Я проиграл...

Он так и не смог причинить мне никакого вреда, зато каждый раз, когда мой молот прилетал ему в челюсть, улетал сам.

В конце концов мужчина признал поражение.

— Похоже, я и правда захотел слишком многого. Жаль, но от четвёртого этажа откажусь.

С Рейвен он спорил до последнего, а поражение принял сразу и без нытья.

Кому-то это показалось бы странным, но такие мужики обычно без лишних слов признают закон силы.

— Ура-а-а-а-а!

— Барон победил!

Собравшиеся вокруг зрители заорали, но особого подъёма я не почувствовал.

«На таком уровне мой урон уже почти не проходит».

В последнее время я всё чаще сталкивался с печальной стороной жизни танка.

После эссенции Беллариоса и «Барьера Эгиды» моя защита выросла в несколько раз.

А урон остался почти тем же.

— Яндель, можно вас на минуту?

— Хе-хе. Если хотите сказать спасибо, то не...

— За то, что потратили пятнадцать минут на то, что словами можно было закончить за пять?

— Э-э...

На секунду в голове стало пусто.

Рейвен посмотрела на меня и усмехнулась.

— Да шучу я. Пойдёмте. Мне всё равно нужно было кое-что вам передать.

Мы отошли на несколько шагов.

Рейвен активировала магию, заглушающую звук вокруг нас, и я сразу посерьёзнел.

— Это что-то секретное?

— Что? Нет... Наверное. Я сама не уверена. Лучше вы решите.

— Говори.

Я наклонился, чтобы не заставлять её задирать голову, и приготовился слушать.

— Как вы знаете, я здесь вроде как проверяю остальных. Поэтому мне постоянно рассказывают, что происходило внутри. И вот что выяснилось...

Я уже хотел попросить её перейти к сути, но Рейвен и сама сказала главное без лишних слов.

— Герцог Камбормир больше вообще ничего не говорит.

— В смысле ничего?

Разве не так было с самого начала?

Я уже собирался спросить, когда Рейвен уточнила:

— Совсем ничего. Ни «меня охватывает жажда убийства», ни каких-либо других реплик.

— А...

— Теперь люди заходят, а он сразу бросается на них с красными глазами. Я никак не могу отделаться от ощущения, что это странно. Сразу после вашего выхода он хотя бы говорил, верно?

Рука сама потянулась к подбородку.

— Да...

Действительно подозрительно.

Да и то, что у совершенно вменяемого герцога вдруг снова началось безумие, теперь тоже казалось странным.

До этого он ведь больше трёх часов сохранял ясный рассудок.

— Изменений без причины не бывает.

Рейвен произнесла это с типичной для мага уверенностью и посмотрела на меня снизу вверх.

— Тогда почему герцог внезапно изменился?

Для варвара это был вопрос, над которым можно ломать голову хоть сто лет и так ничего не придумать.

Но я был ещё и игроком.

Но её рассказ сразу подсказал мне одну гипотезу.

«Если честно... безумие уже какое-то время снова даёт о себе знать».

А что, если с точки зрения Лабиринта сам факт, что герцог в здравом уме заговорил со мной, был ошибкой?

«Хотфикс...»

Возможно, кто-то исправил ошибку прямо на ходу.

Кто-то, кто управляет Лабиринтом.

Двадцать семь типов Стражей разломов с первого по пятый этаж.

Ещё четырнадцать неизвестных Стражей той же категории, что и герцог Камбормир.

Всего сорок один.

Сначала бесконечный забег по боссам казался почти неподъёмным, но мы методично продвигались вперёд и наконец приблизились к концу.

«Остался один...»

Передо мной была последняя статуя Стража пятого этажа.

Разлом с этим боссом открывался с чрезвычайно низкой вероятностью и считался уникальным.

А лично для меня противник был очень неудобным.

Именно поэтому я оставил его напоследок.

— Фух...

Вокруг уже горели десятки огней, а каменная дверь даже не дрогнула.

Я тяжело вздохнул.

«Похоже, пока не закроем вообще всё, ничего не произойдёт».

Значит, придётся убить и последнего.

«Войти могут двое. В принципе, шансы есть...»

Я даже подумал, не разумнее ли на этот раз остаться снаружи.

Но подходящей замены не находилось.

По механике боя нужен хотя бы один танк, а человека, которому я без сомнений доверил бы своё место, рядом не было.

Точнее, если поискать, кандидат наверняка нашёлся бы...

«Но не верю я им до конца».

Тогда лучше идти самому.

Оставалось решить, кого взять вторым.

«Снова Эрвен?»

Самый очевидный вариант.

Она почти как чит-код.

После Рейвен именно Эрвен чаще всех ходила со мной убивать Стражей.

В простые разломы я брал магов, чтобы забирать эссенции в пробирках, а в сложные, за редкими исключениями, шёл вместе с Эрвен.

Но...

«Нет».

Я покачал головой.

Этого противника одной грубой силой не взять.

Амелия?

«Неплохо, но...»

Айнар подходила лучше.

После того как её боевой дух угас, она стала почти незаметной, но её невероятную удачу отрицать было невозможно.

И всё же...

Тук.

Если уж рассчитывать на везение, у меня был вариант получше.

Прямо передо мной.

— Готовься. Идёшь со мной в разлом.

Услышав это, мужчина уставился на меня совершенно ошарашенно.

— Я? П-почему я?..

Паладин Церкви Реатласа.

Свен Парав.