Под шёлковой тканью оказалась большая рама.

В ней уже был лист бумаги — просто однотонный синий фон.

Директор Син Мунхёп медленно поднял раму.

— Это подарок на пенсию от вашего религиозного фонда? А для чего он?

Директор не ответил.

С отсутствующим видом, держа раму перед собой, он медленно пошёл к одной из стен кабинета.

Там аккуратно висели фотографии всех прежних директоров Наксона.

Син Мунхёп приложил подаренную раму к последнему свободному месту.

Размер подошёл идеально.

Я молча наблюдал.

Через несколько секунд директор уставился на раму и начал бормотать:

— Так вот что это значило… Вот что… Теперь всё стало понятно…

— Ваш шёпот… всё это было ради этого… Да. Я тоже останусь здесь… Вы меня убедили… Я больше не могу отказаться от вашего приглашения…

Он обращался к портретам предыдущих директоров.

Я внимательно посмотрел на фотографии.

Старики с зализанными гелем волосами, строго глядящие прямо перед собой.

Морщинистые лица давно ушедших людей.

Когда я раньше приходил в этот кабинет, Син Мунхёп уже рассказывал, что ему иногда кажется, будто директора на фотографиях с ним разговаривают.

«Видишь портреты прежних директоров на стене? Школе тридцать лет — некоторые из них давно умерли. Среди них наверняка было много людей из здешней религии. Иногда мне кажется, будто они со мной говорят».

«Шепчутся между собой в рамах, а потом вдруг смотрят на меня. От их взглядов во время работы становится не по себе, поэтому я даже сижу за столом боком, градусов под сорок пять».

«И что они шепчут?»

«Очень дурные вещи… Такие, что услышишь — и желание жить пропадает… Слова, которые как им хочется управляют человеческими чувствами…»

«То поднимают меня мысленно в небеса, то бросают вниз — сам не понимаешь, что с головой творится…»

Похоже, и после нашего разговора директор ещё несколько месяцев продолжал слышать зловещий шёпот прежних руководителей.

И в конце концов эти голоса его в чём-то убедили.

Я тяжело выдохнул и посмотрел на Син Мунхёпа, который почти засунул голову в раму.

Теперь стало ясно.

Синий лист внутри подарка — это синий фон, на котором стояли все директора на старых официальных портретах.

Стоит Син Мунхёпу войти туда — и получится законченный портрет пятнадцатого директора школы.

Он продолжал бормотать, не отрывая лица от рамы:

— Я тоже старик, но эти люди ещё старше… Против тех, кто старше тебя, ничего не поделаешь… Эти старики мяли мою голову, словно тесто… Да, я пойду… Конечно, пойду…

«Ну и зрелище».

Вот тебе и Культ Пустоты.

Человека, который закончил делать для них дела и собирается уйти, спокойно отпустить они, конечно, не могли.

Эта рама — подарок на пенсию — на самом деле означала его зачистку.

«Что делать?..»

Спасти?

Я смотрел ему в спину.

Сегодня он живым из школы не выйдет.

А если тело и выйдет, то пустой оболочкой.

Душа и разум останутся навечно законсервированы в этой раме.

Я постучал пальцами по столу, привлекая внимание.

— Господин директор?

— Когда вы уйдёте, кто придёт следующим?

Тук-тук.

После второго стука он наконец оторвал голову от рамы и повернулся на звук.

— А… ты ещё здесь?

— Когда вы выйдете на пенсию, кто займёт это место?

— Ну… я и сам не знаю.

Син Мунхёп будто не осознавал, что только что делал.

Он несколько раз мотнул головой, стряхивая странное оцепенение, и вернулся ко мне.

— Могут найти нового директора со стороны. А могут повысить заместителя Чан Ёок. Как решит фонд, который основал школу.

— А если новый директор… попадёт в аварию?

Я без спроса развернул лежавшую на его столе конфету и закинул в рот.

Директор вопросительно посмотрел, пока я жевал.

— В аварию?

— Ну мало ли. Что-то случится, и человек не сможет работать. Или придёт, а потом по обстоятельствам уйдёт.

С окном состояния нет почти ничего невозможного.

Если сюда поставят особенно мерзкого ублюдка, я просто выкину его из школы.

Я серьёзно спросил:

— Тогда кто придёт после него? Если следующий тоже уйдёт из-за какого-нибудь несчастного случая.

— …Ну, поставят ещё одного директора.

— А если и следующий, и следующий, и следующий попадут в аварию?

— Тогда что?

На этот раз Син Мунхёп вдруг понял, что вопрос не случайный.

Син Мунхёп посерьёзнел.

Он погладил подбородок и впервые не отмахнулся.

— Clover тебя об этом спрашивала?

— Нет. Просто интересно.

— …В таком случае…

В глазах директора снова появился свет.

— Я точно не вернусь. Я ухожу не просто по собственному желанию — мне уже пора по возрасту. Даже частная школа не может взять человека старше шестидесяти двух лет директором по срочному контракту. Аудиторы сразу зацепятся.

— Тогда что? Если место всё время остаётся пустым?

— Придёт председатель фонда.

Лицо директора напряглось.

— Председатель фонда займётся важными делами школы, пока не найдут нового директора.

Председатель фонда.

Я раньше даже не слышал о нём и невольно напрягся.

— Директор школе обязательно нужен, поэтому рано или поздно место всё равно кто-то займёт. Но если должность долго будет пустовать… вероятно, придёт он. Председатель фонда этой школы.

— И пока нового директора не найдут, будет работать вместе с заместителем. Лучше молись, чтобы он не появлялся.

— Почему?

— Очень… непонятный человек.

Син Мунхёп недовольно простонал.

— Моложе меня больше чем на двадцать лет, а всё равно совершенно невозможно понять, что у него внутри. Считай его змеёй. Молись, чтобы не пришёл. И ты, и я уже попали ему на заметку.

Директору шестьдесят два.

Если председатель фонда младше более чем на двадцать лет, ему где-то под сорок.

Я невольно выпрямился.

Председатель фонда.

Человек на самой вершине экосистемы частной школы, чьи полномочия намного выше полномочий директора и заместителя и который способен править здесь почти как король.

«И ещё настолько молодой».

Обычным человеком он не казался.

Если задуматься, Наксон — частная школа. Должность председателя фонда здесь обязана существовать.

Просто до сих пор его имя ни разу не всплывало, поэтому я и не думал, что он когда-нибудь появится лично.

«А я ещё удивлялся, почему с Чан Ёок так просто».

Я цокнул языком.

Директор — обычный человек.

Если его вынести за скобки, Чан Ёок как заместитель и участница Культа Пустоты формально выглядела настоящим боссом школы.

Но для такой роли она была слишком покладистой.

Почти не конфликтовала со мной.

Харизмы — кот наплакал.

Да и побеждать её уже особенно не требовалось: в других временных линиях я успел несколько раз её переиграть.

«Председатель фонда… настоящий хозяин Наксона».

Если я продолжу откусывать школу снизу вверх, рано или поздно на сцену выйдет он.

Молодой председатель фонда.

Я почувствовал, что дальше будет непросто, и поднялся.

— Тогда я пойду.

— А? А-а… ха-ха…

Син Мунхёп снова превратился в усталого старика и пусто рассмеялся.

— Да, иди… Скоро церемония каникул.

— Продолжай в том же духе — далеко пойдёшь… Будущее у тебя светлое. Всё делаешь правильно…

Он улыбался пустой улыбкой человека, у которого начинается деменция.

Я смотрел на него и колебался.

Что делать?

Спасти этого человека?

«По-человечески хочется».

Он совершенно не интересовался тем, какие мерзости творит религиозный фонд этой школы, и согласился стать директором, потому что ему заплатили.

Когда другая корпорация сунула деньги за возможность продать влияние на школу, он и эти деньги тут же взял.

Но предал этот человек своего работодателя — Культ Пустоты.

Не учеников.

И во время школьного отбора на научный конкурс в первом семестре, и совсем недавно во время Игры с призраком я несколько раз видел одно и то же.

— Тайная техника Шести Гармоний школы Чжуннань! Защитная ци Небесной Чистоты! У-ря-а-а-а!

— Ах ты чудовище! Ха! Ха! У-ря-а-а!

— Выходи, ублюдок! Выходи и убей меня одного-о-о!

— Злодей! Мерзавец! Дети-то в чём виноваты?! Выходи! Давай со мной один на один!

Когда ученик прямо перед ним оказывался в опасности, директор действительно бросался вперёд без притворства.

Он не видел далёких последствий и часто двигался за деньгами.

Но когда ребёнок был в непосредственной опасности, я не раз видел, как Син Мунхёп шёл спасать его первым.

Даже если фонд снова поставит обычного человека, не факт, что попадётся кто-то настолько же нормальный.

«…Я вас спасу».

Но не ради жалости.

Из чистой выгоды.

«Окно состояния. Управление Наксоном».

Фш-ш.

[Захвати школу!..]

[Контроль над школой: C++]

[Доля принадлежащей территории: 7%]

[Репутация клуба: «А, это тот клуб?»]

① Управление объектами

② Управление персоналом

③ Манипуляция школой

Контроль и репутация, которые резко выросли во время Игры с призраком, после переписывания реальности, к сожалению, вернулись к прежним значениям.

Но сегодня меня ещё ждало событие, способное их поднять: первое место по школе и получение грамоты как представителем учеников.

Поэтому я без особого сожаления переключил экран.

«Меню номер два. Управление персоналом».

Фш-ш.

[Управление персоналом Наксона]

[Вы можете управлять учениками и сотрудниками старшей школы Наксон.]

Кстати, впервые я открыл меню манипуляции школой и тыкал здесь во всё подряд как раз на церемонии летних каникул.

И теперь, на зимней церемонии, снова возился с ним.

Да ещё и объект был тем же самым.

Директор.

[Директор — Син Мунхёп]

— Отправить на пенсию: 10 очков

— Перевести в другую школу: 7 очков

— Понизить до заместителя директора: 5 очков

— Увеличить нагрузку до смерти от переработки: 2 очка

— Запретить пользоваться школьным инвентарём: 1 очко

— Заставить есть в столовой в одиночестве: 1 очко

Над головой директора появилась дугообразная игровая панель, и на ней кнопками высветились разные действия, которые я мог применить к этому человеку.

Список был почти тем же, что раньше.

Но цены сильно упали.

Наверное, потому что человек и без того уходит сегодня, и многие воздействия уже почти ничего не значат.

Я прокрутил меню вверх в поисках действия, которое помешает его уходу.

— Лишить выходного пособия: 500 очков

— Продлить срок работы на один месяц: 50 очков

— Сделать так, чтобы никто не пришёл на церемонию проводов: 40 очков

— Усложнить бюрократию при увольнении и причинить стресс: 30 очков

— Продлить на месяц — пятьдесят очков.

Функция напрямую ломала общегосударственное правило обязательного ухода по возрасту, поэтому стоила довольно дорого.

«Значит, год — шестьсот?»

К счастью, очков хватало.

Сейчас у меня было больше шести тысяч.

«Для чего я их вообще копил, если не для такого?»

Я медленно протянул руку к интерфейсу и начал выбирать действие.

Директор решил, что я хочу пожать руку напоследок, засмеялся и сам протянул ладонь.

— Да. С другими учениками такого нет, а у нас с тобой есть общий секрет. Всё, что произошло в день договора на общежитие, унесём с собой в могилу.

[Продлить срок работы на один месяц — 50 очков]

[Система гарантирует, что персонаж Син Мунхёп сможет ещё один месяц действовать в Наксоне в качестве директора.]

«В могилу… А рама на стене и есть ваша могила».

Выйдете на пенсию — и сразу умрёте.

Фактически его работа директором заканчивалась сегодня, вместе с семестром.

Культ Пустоты уже решил его зачистить.

Сегодня живым из школы он не выйдет.

«Вы вообще понимаете, что я сейчас спасаю вам жизнь?»

И что спасаю именно потому, что до сих пор вы хотя бы искренне относились к ученикам.

Я смотрел на пояснение взаимодействия.

«Ещё один месяц действовать как директор».

Действовать.

Жить и двигаться.

Формулировка звучала так, будто система гарантирует не просто сохранение должности на бумаге, а право оставаться живым и продолжать деятельность.

Не имя мертвеца в штатном расписании.

Если так, мне даже не придётся самому разбираться с подарком Культа Пустоты.

Почему я до сих пор лишь вздыхал, видя, как директора затягивает в раму?

Даже если уничтожить её, это не заставит его остаться в школе.

А главное — мне не хотелось ещё сильнее становиться врагом Культа Пустоты.

«Сейчас у меня нет сил воевать с ними в лоб. Нельзя просто мешать каждому их действию».

Иначе следующая стрела полетит уже в меня.

Они даже не трогали клуб — просто избавлялись от собственного директора.

Формального повода вмешиваться у меня не было.

Но с окном состояния всё иначе.

«Оно само подстраивает ситуацию и цепочку случайностей, чтобы получить нужный результат».

Если запустить эту функцию, нигде не останется доказательств, что это сделал я.

Обстоятельства естественным образом сложатся так, что Син Мунхёп выживет и останется директором.

А я спокойно уйду, не имея к этому никакого отношения.

И самое важное — этот человек мне нужен.

«Син Мунхёп — ценный союзник, полученный через окно состояния».

Пусть обычный человек остаётся директором и служит буфером между Культом Пустоты и нами.

Хотя бы до того, как сюда явится кто-то страшнее.

Я крепче пожал его руку.

— Вы взрослый. Поэтому помогайте нам, ученикам.

— Конечно. Будь здоров, Джун.

Фш-ш.

[Продлить срок работы на один месяц — 50 очков]

↓ ×12

[Продлить срок работы на один год — 600 очков]

[Манипуляция школой активирована.]

[Текущие очки страшилок: 6 183]

[Текущие очки страшилок: 5 583]