Тр-р-р-р…

Снова объявили название игры.

Мы не знали ни условия выживания, ни того, за что здесь убивают.

Школа погрузилась во тьму.

Мы с трудом пробирались по коридору, ориентируясь лишь на зловещий свет, дрожавший в глубине класса.

— Не хочу…

Название и атмосфера этой игры били в лоб куда сильнее прежних. Воля учеников снова заметно просела.

В темноте люди путались, сталкивались плечами, не понимали, куда идти.

А Чан Хун и девушки из Культа Пустоты уже действовали.

Теперь, когда классы снова разделили, он заранее раздавал своей группе указания.

В темноте их силуэты и без того уже походили на призраков.

Чхэрин, у которой за пределами нашего класса почти не осталось влияния, могла лишь держаться со своими немногочисленными людьми.

— Всё нормально. Сначала дождёмся объявления.

Я жестом остановил вскочившую Чхэрин.

Она прижала руки к груди и снова села рядом со своей группой.

Успеем отдать распоряжения, когда станет ясно, что это за игра.

Тр-р-р…

[… Объявляется.]

Наконец из динамиков потёк растянутый голос призрака.

[Первая очередь. Первая параллель, первый класс.]

Свет погас окончательно. Одновременно двери всех классов сами собой захлопнулись.

Те, кто ещё оставался в коридоре, торопливо забежали в ближайшие классы, после чего закрылись даже окна.

Все ученики снова оказались заперты каждый в своём классе.

[Первая параллель, первый класс. Читальный зал пятого этажа. Красная кукла. Старт.]

Др-р-р…

Открылась только дверь первого класса.

Оставшиеся там ученики с тревожным гулом вышли в коридор.

Похоже, им нужно было подняться в читальный зал пятого этажа и найти там красную куклу.

Мы, всё ещё запертые в своём классе, разом проводили их взглядом.

Их осталось всего девять.

Первому классу особенно не повезло во время игры «Пробирайся между кровью»: тогда тела перекрыли им и переднюю, и заднюю дверь.

Я внимательно смотрел на проходящих учеников, пытаясь получить хоть какую-то подсказку.

Чан Хун и Чхэрин тоже не отрывали от них глаз.

Когда все девять почти прошли мимо, Кёнвон тихо пробормотал:

— Что-то странно.

Я тоже заметил это только по силуэтам.

Они двигались как-то неестественно.

«В прошлых играх мертвецы уже смешивались с живыми».

Я достал телефон и хотел написать заместителю старосты Ли Чхэрин, чтобы она проверила наш класс.

Но вспомнил: сегодня изначально был день выпускных экзаменов, телефоны у большинства отобрали.

Поэтому я обратился к Чу Йесыль, сидевшей рядом, и через неё передал Чхэрин просьбу сверить людей.

Та поднялась к кафедре, проходя мимо, слегка коснулась моего плеча — будто поблагодарила за подсказку.

Шаг. Шаг.

Под светом телефона Йесыль Чхэрин открыла список класса.

— Давайте на всякий случай проверим, все ли здесь те, кем должны быть.

Она на мгновение посмотрела в сторону Чан Хуна.

Он сидел неподвижно в темноте.

Чхэрин начала перекличку.

— Номер два. Ку Юнджон.

К счастью, это было имя живой ученицы.

Ку Юнджон — девушка, которая всё время держалась рядом с Чан Хуном и участвовала в играх вместе с его группой, — сразу встала и отошла к задней стене.

Члены клуба тихо переглянулись.

— Председатель… Она ведь, похоже, из Культа Пустоты. А всё равно сотрудничает.

— Ага.

Самая враждебная нам группа неожиданно без споров подчинилась проверке.

Увидев это, остальные ученики тоже начали послушно выполнять указания Чхэрин.

— Номер четыре. Ким Сону. Номер пять. Но Арам.

Скрип стульев. Шаги.

— Номер шесть. Пак Хёпчин.

Тишина.

— Номер семь. Пак Хёсин.

Живые вставали и уходили назад.

Чан Хун тоже молча поднялся, когда прозвучало его имя.

— Номер одиннадцать. Ан Кёнвон. Номер двенадцать. О Докхун.

— Номер тринадцать. Юн Сона. Номер четырнадцать. Ли Джун.

В тёмном классе отчётливо звучал только голос Чхэрин.

Даже в такой ситуации она держалась.

— Номер пятнадцать. Ли Джинхи.

— Номер шестнадцать… Ин Хаюн.

Один за другим все живые собирались у задней стены.

Вскоре там теснилось около двадцати человек.

Но несколько фигур всё ещё сидели за партами.

Чхэрин замерла.

— Вы кто?… Кто-нибудь, посветите телефоном. Я не узнаю этих людей.

По классу прошла волна напряжения.

Мы у стены невольно отступили ещё дальше.

Чхэрин одна оставалась у кафедры, на другом конце тёмного помещения.

Всего несколько метров — но во тьме расстояние казалось огромным.

Два силуэта медленно поднялись из-за парт.

— Не двигайтесь! Стойте на месте!

Несмотря на резкий приказ Чхэрин, оба продолжили вставать.

Несколько секунд никто не дышал.

Наконец Чхэрин решительно подняла телефон.

— Ты кто?!

Вспышка света.

На миг показалось лицо ученика.

А потом две фигуры рухнули на четвереньки и с невероятной скоростью метнулись между партами, как ящерицы.

— А-А-А-А-А!

— Х-ху-у-ух!

Ш-ш-ш-ш-ш-ш!

Чхэрин, застывшая у кафедры, тяжело дышала и водила фонариком из стороны в сторону.

Но обе фигуры уже исчезли.

В наступившей тишине кто-то прошептал:

— Эти двое… Это же уже мёртвые Кан Джонхо и Пак Хёпчин.

Те самые, кто погиб в первых играх.

Чхэрин всё ещё дрожала, но заставила себя заговорить.

— Запомните. Они уже умерли, но появились среди нас как призраки.

Она перевела взгляд на группу Чан Хуна.

— И вы тоже запомните. Они снова вас предадут. Им нужно выжить самим. Не верьте словам про «спасём всех», пока они не объяснят конкретный план.

— Вот. Видите? Ничего не отвечают.

— Разве я не права?

Чан Хун молча вернулся на своё место.

И почему-то даже не стал отрицать обвинение.

Его группа тоже ничего не сказала.

Обычные ученики зашептались, сомневаясь.

«Вот и всё».

Роль хорошей стороны окончательно перешла к Чхэрин.

Я всё это время подталкивал её именно к этому.

Она справедливая. Она не сможет бросить людей, даже если ей страшно.

Йесыль и оставшиеся рядом ученики снова собрались вокруг неё, успокаивая после пережитого.

А Чан Хун, наблюдавший за классом из темноты, молчал не просто так.

Теперь роль честного, справедливого человека, который пытается спасти остальных и которого в итоге обманут, легла на Ли Чхэрин.

Именно так, как хотел Чан Хун.

«Нам остаётся только сосредоточиться на самой игре».

Я выдохнул и вернулся на место вместе с членами клуба.

Джинхи и Кёнвон, похоже, ещё не поняли, насколько важную роль только что получила Чхэрин. Они просто успокаивали дыхание после встречи с призраками.

Я кивнул сам себе.

«Мы сделаем из неё настоящего героя».

Через некоторое время ученики первого класса вернулись.

Все повернулись к коридору.

— Ха-а… ха-а…

— Х-ху… х-ху…

Похоже, испытание храбрости оказалось действительно страшным.

Из девяти вернулись четверо.

Почти половина погибла.

Кто-то из нашего класса крикнул проходящим:

— Эй! Что там было за испытание?

— Вас не добавили в общий чат?

— Мы ещё по дороге всё написали.

— У меня утром телефон забрали, экзамены же…

— Тогда попроси кого-нибудь показать.

— Вы всё ещё отдельно действуете? Идиоты.

Первому классу явно было обидно, что они пошли первыми и едва выжили без чужих подсказок.

Они огрызнулись и ушли в свой класс.

Группа Чан Хуна уже проверяла телефоны.

В общем школьном чате появилась запись: «Отчёт по испытанию храбрости».

Но девушки из его фан-клуба сразу закрыли экраны, как только к ним начали подходить ученики, остававшиеся вне группы.

— Теперь-то что?

Они смотрели на них почти с презрением.

— Мы же сколько раз звали. Вы не хотели.

— Вы говорили, что Чан Хун всех предаст.

— Да, Чан Хун предаст. Вот и действуйте сами, чтобы он вас не предал.

— Н-нет! Я не соглашался с этим! Это Чхэрин сама всё наговорила…

— Конечно! Теперь я буду с вами!

— Я тоже. Пожалуйста, примите меня!

Девушки продолжали листать телефоны, заставляя просителей почтительно ждать у своих парт.

Одна лениво качнула ногой.

— Не собираешься вступать?

Я скрестил руки на груди.

«Вот так и выглядит закрытая группа».

Сам Чан Хун молча сидел с телефоном.

Зато девушки, которым перепала часть его власти, уже вовсю ею наслаждались.

Закрытое общество.

Отделённая от внешнего мира группа, которая живёт собственными правилами и собственной иерархией.

Прямо у нас на глазах оно постепенно оформлялось.

— Ладно… Я сделаю…

Ученик, которому отчаянно нужна была подсказка по игре, буквально полез к ним под ноги.

Девушки равнодушно ставили носки ему на спину и прижимали к полу, принимая его покорность как нечто само собой разумеющееся.

— Уже и такое началось.

Чхэрин издалека язвительно бросила это, но девушки лишь безразлично пошевелили ногами.

В итоге даже последние несколько учеников нашего класса, остававшиеся в стороне, один за другим примкнули к группе Чан Хуна.

Теперь внутри этой силы будут всё сильнее расти собственные испытания на верность, проверки и предательства.

Тр-р-р…

[Первая параллель, второй класс. Первая параллель, второй класс.]

Призрак объявил вторую очередь.

[Научный кабинет четвёртого этажа. Анатомическая модель. Старт.]

Др-р-р-р!

Дверь второго класса сама собой открылась.

Сона тревожно посмотрела на меня.

— Джун… Ты уже понял эту игру? Нас же не добавили в их чат, мы вообще ничего не знаем…

— Не беспокойся, Юн Сона! Я пожертвую собой, вступлю в гарем старосты и добуду сведения!

— Ты просто хочешь к девчонкам, придурок.

Джинхи и Докхун тут же начали препираться. Хаюн молча ткнула Докхуна кулаком в живот.

Я медленно кивнул.

— Мне их отчёты не нужны. Я и так понял главное условие выживания.

— Да этот ублюдок реально становится надёжным…

Джинхи сползла пониже за парту.

— Он всегда таким был? С каждой игрой всё страшнее.

— Только ты одна до сих пор сомневаешься. После страшилки с видео мы уже давно ему доверяем.

Кёнвон не слушал их спор.

Он протянул Джинхи телефон.

На нём была запись, которую он тайком вёл с самого начала игры.

[… Объявляется. Учителя каждого класса…]

[… С этого момента внутри школы… с этого момента…]

Кёнвон улыбнулся так, будто наконец дождался своего часа.

— Кажется, я кое-что нашёл.