Вернувшись к покоям старосты, Сота застал Люмилию уже полностью собранной: легкое домашнее платье сменил практичный походный наряд.

— Сота, это еще кто такой? — Брианна окинула озадаченным взглядом бессознательное тело в разорванном темном плаще, переброшенное через плечо гоблина.

— Этот? — Сота приподнял пленника за шкирку: — Один из ночных лазутчиков. Тот, кто дергал за ниточки этой вылазки, наверняка попытается зачистить хвосты и пустить парня в расход. Так что я придержу его при себе: живым он принесет куда больше пользы.

— Разумно, — понятливо кивнула командир.

Она прекрасно осознавала: если Сота намерен предать гласности заказное покушение, ему потребуются неопровержимые улики, и этот наемник являлся идеальным живым доказательством. Пока в его жилах теплилась жизнь, у них на руках оставался железный козырь.

Повернувшись к Джону, Сота бросил:

— Сможешь приглядеть за этой тушей, пока мы не выберемся за городскую черту?

— Без проблем, давай его сюда, — Джон перехватил пленника, выудил из разгрузки моток просмоленной веревки и намертво спеленал мужчине руки и ноги: очнись тот хоть сейчас — выкинуть фокус со связанными конечностями не удастся.

Впрочем, придя в сознание, наемник и сам сообразит, что родной наниматель без колебаний пустит его под нож ради сокрытия следов: нравы своего господина этот головорез знал куда лучше чужаков.

— Отлично. Выдвигаемся, — кивнул Сота.

Отряд «Шквал» был полностью экипирован и готов к форсированному маршу.

— Сота... а как же Жасмин и Фред? — в голосе Люмилии прозвучала глубокая тревога: бросать верных слуг на растерзание гнева семьи ей претило.

— Для них же лучше оставаться в неведении, — жестко осадил ее гоблин. — Если граф заподозрит, что дворецкий с горничной помогали тебе бежать — им несдобровать. Ты ведь не хочешь, чтобы из-за твоей сентиментальности они лишились куска хлеба или вовсе угодили на плаху?

— ... — крыть старосте было нечем. Девушка прекрасно понимала правоту его слов: впутывать слуг в этот побег означало подставить их под прямой удар.

— Держитесь за мной, выходим через центральные ворота, — скомандовал Сота.

Махнуть через высокую ограду парка мешали габариты Юко, так что единственной реальной лазейкой оставался парадный выезд.

Группа молча двинулась следом за зеленокожим проводником.

Благодаря феноменальной памяти Соты, досконально заучившего интервалы и маршруты обходов, отряд миновал парковые аллеи без единой встречи со встречными патрулями, плавно вынырнув к парадным кованым воротам.

Затаившись в густом кустарнике, авантюристы оценили диспозицию: проезд перекрывал караул из шести тяжеловооруженных рыцарей. Обычно эту точку держала четверка часовых, но после ночной тревоги гарнизон усилил бдительность.

— Слушайте сюда, — Сота окинул спутников цепким взглядом. — Сначала попробуем решить миром. Если заупрямятся — сносим без сантиментов.

План прорыва был прост: в случае отказа переговоров они идут на силовой таран. Сота, Юко и бойцы «Шквала» берут латников на себя — ранг C в Гильдии просто так не раздавали, и гоблин был уверен, что каждый из авантюристов Брианны способен укатать элитного рыцаря один на один. Даже если по уровню стражники слегка превосходили наемников, боевой полевой опыт ветеранов перевешивал чашу весов.

— Джон остается с Люмилией и связанным языком, — распределил роли Сота.

— Принято, — кивнул следопыт.

— Пошли, — гоблин поднялся во весь рост и не спеша зашагал к створкам ворот.

Люмилия и костяк «Шквала» шли следом, держа оружие наготове.

Завидев процессию, рыцари синхронно перегородили дорогу, опустив алебарды. Старший караула шагнул вперед:

— Юная госпожа, мы не имеем права выпустить вас за пределы резиденции. После недавней диверсии сохраняется риск повторного нападения.

— Мои телохранители при мне. О моей безопасности позаботятся, так что пропустите нас, — холодно отчеканила Люмилия, включив тон благородной госпожи.

— Исключено, миледи. Мы не можем доверить вашу драгоценную жизнь бродячим наемникам, — отрезал офицер.

— Чей это приказ? Личное распоряжение моего отца?

— Так точно, юная госпожа. Убедительно просим простить нас за вынужденную грубость, — рыцари церемонно склонили головы.

Но стоило их взглядам опуститься, как стражники остолбенели: гранитные плиты под сапогами налились густой, маслянистой смолой. Даже свет факелов тонул в этой противоестественной чернильной глади.

— Что за...

Договорить латник не успел: черная поверхность взорвалась лесом тугих жгутов, в доли секунды спеленавших шестерку воинов по рукам и ногам!

БАМ!

Сорвавшись с места смазанной тенью, Сота жестким ребром ладони рубанул командира караула по основанию шеи: офицер выключился на первой же секунде.

Брианна, Тидор и Джейн среагировали как единый слаженный механизм: синхронные удары эфесами и древками по уязвимым точкам — и остальные часовые кулями повалились на землю!

БАМ! БАМ! БАХ!

Вся шестерка рыцарей гарнизона лежала без чувств.

Сота ювелирно погасил падение тел упругими теневыми петлями, не позволив тяжелым латам издать предательского металлического звона.

— Фух... А это оказалось куда проще, чем я думал, — Тидор отер испарину со лба, пряча меч в ножны.

— Они не ждали нападения изнутри и расслабились, поэтому не успели среагировать на активацию заклинания, — бросил Сота, после чего резко крутанулся на каблуках, вскидывая раскрытую ладонь к кронам парковых деревьев:

[Теневые путы]!

ВШУ-У-УХ!!

Смоляные щупальца хищными стрелами взметнулись к раскидистому дубу на обочине дороги!

ВЖИХ! ВЖИХ! ВЖИХ!

Из листвы навстречу гоблину веером брызнули три метательных клинка, рассекая ночной воздух со свистом пращи!

Повинуясь мысленному приказу Соты, пара теневых канатов изогнулась плотным щитом, намертво перехватив летящую сталь. Прищурившись, гоблин успел заметить, как гибкий темный силуэт ласточкой взмыл в ночное небо и растаял среди зубцов крыш.

— Ушел, шустрый гад... — процедил он, разглядывая концы своих теневых жгутов: плотная субстанция заклинания оказалась срезана на микрочастицы тончайшим, ювелирным клинковым ударом.

— Это еще кто такой?! — набычился Тидор, вглядываясь в пустую темноту над стеной.

— Опасный противник, — Тим поправил капюшон мантии, нервно сглотнув. В коротком обмене выпадами маг группы успел ощутить резонанс чужой ауры: — Его резервуар маны минимум вдвое превосходит мой собственный.

— Но он понял, что в одиночку против всей группы шансов нет, и предпочел сдать назад, — кивнул Сота.

Подойдя к теневому щиту, он выдернул застрявшую сталь.

«Клинки Синего ранга?.. Этот тип с поразительной легкостью разбрасывается оружием столь высокой пробы».

Осмотрев лезвия и не обнаружив на них яда, гоблин без зазрения совести сунул трофеи за голенище: лишняя зачарованная сталь в хозяйстве пригодится.

Сжав кулак, он развеял плетение: черные ленты без следа растворились в воздухе. Заклинание [Теневые путы] 10-го уровня превосходило все ожидания: контролируя теневые отростки как продолжение собственных рук, он мог использовать их и как универсальный инструмент захвата, и как несокрушимый кинетический щит.

— Пустое, не забивайте голову, — тряхнул головой Сота. — Время не ждет, нужно убираться отсюда.

— Верно мыслишь, — согласился Тидор.

Брианна повернулась к латнику и чародею:

— Тим, Тидор — пулей на городскую стоянку экипажей! Найдите надежную карету для дальнего переезда. Живо!

— Сделаем! — переглянувшись, мужчины сорвались на бег, скрываясь в темноте переулков за воротами.

Пока двойка авантюристов готовила транспорт для эвакуации, остальной группе предстояло контролировать периметр и отсекать возможных соглядатаев.

Сота не сомневался: новость о побеге Люмилии ляжет на стол графа Урсуса в считаные минуты. И отец сделает все, чтобы вернуть беглянку силой: в Грипине находился глава рода Видрато вместе с покалеченным сыном, и потерять лицо перед сватами для чванливого вельможи было смерти подобно. Для дворян честь рода стояла превыше любых семейных уз.

План Соты был прост: оттянуть внимание ищеек на себя и старосту, пока Тим и Тидор подгонят экипаж к условленной точке за городскими стенами.

— Выдвигаемся, — скомандовал он.

Брианна, Джейн и Джон синхронно кивнули. Решимости наемникам было не занимать: гоблин гарантировал им астрономический гонорар за успешную эвакуацию клиентки.

Сама Люмилия об этих финансовых договоренностях даже не подозревала: девушка понятия не имела, что Сота взял на себя обязательство лично выплатить «Шквалу» огромную сумму золотом в случае ее банкротства.

Скосив взгляд на спутницу, Сота заметил, как мелко подрагивают ее пальцы: волнение буквально душило старосту.

— Нервишки шалят? — прямо спросил он, заглянув ей в глаза.

— Д-да... — едва слышно выдохнула Люмилия.

— Впервые в жизни пошла наперекор воле семьи?

— Угу... — девушка понуро кивнула, втягивая голову в плечи.

Сота тепло улыбнулся и ободряюще хлопнул ее по плечу:

— Выкинь дурь из головы: все будет в лучшем виде. Я привык видеть старосту собранной, строгой и уверенной в себе, а не этой дрожащей кисейной барышней.

Его простые, жесткие слова заставили Люмилию вскинуть подбородок. Глубоко вдохнув прохладный ночной воздух, она почувствовала, как панический спазм отступает, уступая место холодной внутренней концентрации.

— Поняла тебя, Сота. Я готова. Пошли!