В голову закралось странное сомнение.

Осознать это сразу было трудно, но одно Франц подметил точно: Девлан тоже на удивление легко улыбался. И тем, что смысл его улыбки невозможно было разгадать, он до жути напоминал кое-кого, жившего этажом ниже.

— Обмен… похоже, я допустил перед тобой оплошность.

Оттого-то внезапно и стало любопытно.

— Выглядело так, будто я в полном отчаянии.

Интересно, будь здесь дерзкий слуга его брата, сумел бы он распознать истинный смысл улыбки Девлана?

Смеётся ли тот оттого, что ему весело? Или же посчитал всё это нелепостью и усмехнулся?

— Если я неправильно понял, прошу прощения.

— Нет. Не стоит воспринимать это так. Мои чувства ничуть не задеты, так зачем извиняться?

Так ответил Девлан.

Вместо того чтобы разгневаться на второго принца чужой страны, предложившего поторговаться за его жизнь, он лишь рассмеялся. Поистине великодушно.

— Как бы то ни было, что же может оказаться достойной ценой за мою жизнь? Одними мелочами справедливую цену набрать затруднительно… но сейчас мне ничего не приходит на ум. Так мы вместо сделки лишь попусту проведём время, так что, если позже мне всё-таки станет любопытно, как уберечь свою жизнь, вспомню об этом разговоре ещё раз.

— Хорошо.

Франц согласился с лёгкостью. А Девлан, ещё довольно долго смотревший на него сверху вниз, ушёл первым, больше не проронив ни слова.

С самого начала Франц и не рассчитывал, что Девлан откликнется сразу. Узнав, что даже собственный сын Чейз отвернулся от него, король был не из тех, кто станет безоглядно доверять словам иноземного принца, о котором ничего толком не известно.

Будь он таким, незачем было бы внезапно тащить Калиана в эту страну. Вместо того чтобы полагаться на Франца, он давно вживил бы себе в сердце чёрный камень «Зиона» и исцелился сам либо отправился в Город эльфов за лечением, как и говорил старейшина Нарзан — и тогда вообще не имело бы смысла звать к себе Калиана.

Однако, о чём бы там Калиан ни толковал с Девланом, было очевидно: этот полоумный даже не ведает, что такое юношеский бунт, а значит, вряд ли изъяснялся языком, полным учтивых и любезных речей. Вот почему Франц и завёл этот разговор — решил, что не помешает снова перетянуть внимание Девлана на Калиана. Выйдет из этого выгода побольше — славно, не выйдет — тоже не беда.

Когда же Девлан удалился, а Франц, неспешно прогулявшись, вернулся во флигель…

— Рад встрече с вами, принц Кайриса Франц.

…он обрёл поистине неожиданный улов.

Один из рыцарей, охранявших флигель, преградил Францу дорогу и заговорил с ним:

— Мне нужно срочно кое-что вам сообщить.

— … Похоже, рыцари этой страны не склоняют головы, даже когда преграждают путь членам королевской семьи.

Собеседник вёл себя так, словно видел Франца впервые, однако для самого Франца эта встреча первой не была. Тот особенно запомнился ему своим необычно угловатым, неровным лицом.

— Прошу прощения.

— Проехали.

Несколько месяцев назад.

Припомнив лицо одного из рыцарей сопровождения Чейза, некогда приезжавшего в Кайрис, Франц окинул его сонным взглядом:

— Говори.

«Ты человек Девлана или Чейза? А может, служишь обоим?» — прикидывал он про себя.

Встречался ли Франц днём с Девланом или нет.

Приходил ли к Францу один из рыцарей, некогда посещавших Кайрис, или нет.

— Двое.

Двоих он убрал, осталось ещё двое.

Калиан ринулся на шатена, но в последний миг резко сменил направление, исчез с глаз и в одно мгновение пронзил сердце светловолосого бойца, заходившего со спины. Поначалу двое уцелевших воинов видели, как Калиан упорно теснил одного противника, но, когда тот мгновенно переменил тактику, они поспешили на миг разорвать дистанцию.

В образовавшейся передышке мысли Калиана вновь закрутились.

«Слишком много думаю посреди боя».

С ума сойти можно.

Совсем недавно в схватке он допустил промашку, схлопотал дыру в животе, за что получил нагоняй от Хины и остался без ужина. Калиан не забыл голод того дня. А если точнее — не забыл мясо, которое в тот день уплетал Франц.

Как бы то ни было, следовало сосредоточиться и выбросить из головы всё лишнее, но мысли упрямо лезли в голову.

«Ничего не понимаю. Да что, чёрт возьми, происходит?»

Ведь Калиан хоть и не колебался, когда требовалось взяться за меч, удовольствия от этого никогда не испытывал. И сразу после Алана лучше всех о том, как Калиан относится к необходимости марать руки, знал именно Франц.

Разве стал бы Франц подстраивать нечто подобное лишь ради того, чтобы ударить младшего брата в спину?

Вот отчего голова упрямо отвлекалась на постороннее.

— Похоже, Сейрен или Грейс применили магию. Но я не слышал, о чём принц Франц говорил с ними обеими.

Что же такого Франц, прознавший о беседе Калиана с Девланом, втайне передал Кирие? Почему и каким образом он выманил «Зион» и отчего скрыл это от самого Калиана?

— Неужели… у него и впрямь начался переходный возраст?

Вроде бы сам он в этом возрасте таким не был.

Вжух!

Пока Калиан предавался этим мимолётным мыслям, прямо перед ним пронёсся меч шатена. В отличие от обоюдоострого клинка или обычного меча с гладким обухом, спинку этого оружия заменяла зазубренная пила.

Прелестные брови Калиана чуть нахмурились при мысли о том, что случится, вонзись этот меч в плоть и зацепись зубьями за нутро.

— Отвратительный у тебя вкус, — тихо пробормотал Калиан и шагнул вперёд.

Дзинь!

Тра-та-та-та, лязг! Дзинь-клац!

В отличие от двоих товарищей, павших столь стремительно, двое оставшихся сражались умело. И Калиану пришлось вести бой сразу против обоих.

Шатен принял удар Калиана на зазубренный обух, после чего провернул клинок, отбрасывая меч принца в сторону. Несколько зубцов откололись под напором алого меча ауры, но воин не обратил на это внимания.

Стоило прикрыться спереди, как меч Калиана обрушивался со спины. Когда же боец разворачивался отразить выпад сзади, лезвие падало сверху. А в промежутках сыпались кинжалы и заклинания, и град ударов не стихал ни на миг. Не успевая даже опомниться от мелких царапин, неизвестно когда оставленных на теле, шатен сосредоточил всё внимание лишь на том, чтобы отбиваться от атак Калиана.

Когда шатен на миг отступил, другой боец — седоволосый — выхватил бомбу маны и швырнул её вперёд.

Едва раздался стук упавшей на песок сферы, фигура Калиана исчезла.

Грохот!

Страшный рёв взрыва прокатился по пляжу, подобно ревущим волнам штормового моря.

Прикрывшись щитом и уйдя от ударной волны, Калиан на секунду повернул голову, глядя вдаль вдоль берега.

Он увидел Арсена.

Арсен в схватку не вмешивался. Это означало, что вместо помощи Калиану ему поручено удерживать Франца.

— Я тоже…

Алые губы изогнулись в длинной дуге усмешки.

— …так умею.

Ветер сгустился. Посреди ночной темноты задул пронизывающий ветер.

Ш-ш-ш…

Вихрь маны стягивался к Калиану. Чёрный плащ с алым отливом бешено трепетал на ветру.

Оба воина, прекрасно понимавшие, сколь глупо давать магу время на сотворение чар, бросились на сближение. В тот же миг песок между ними и Калианом взметнулся вверх.

Взвыл вихрь!

Столбы ветра в человеческий рост угрожающе закружились, разметая песок. Перекрыв врагам обзор тремя смерчами, Калиан вновь оттолкнулся от земли, провернулся в воздухе и проскочил прямо между вздымающимися вихрями.

В ту же секунду седоволосый боец выбросил меч вперёд, целясь Калиану в шею.

Бабах!

Но прямо под его ногами взорвался сжатый воздух, во все стороны швыряя тучи песка.

Седоволосый мгновенно отпрыгнул назад и приземлился на обе ноги поодаль. Полы его одежды оказались изорваны в клочья, попав под силу, в которой и не разберёшь — то ли смерч её разметал, то ли взрыв.

Легко прикрывшись щитом от собственного же взрыва, Калиан отбил летевший спереди клинок и повёл головой вбок. За его спиной возникли четыре алых кинжала и рванулись к шатену — оттянув при этом и внимание седоволосого, не успевшего ещё вернуться в бой.

Вжух!

Тра-та-та-та! Дзинь!

От трёх кинжалов, пронзивших безумную песчаную бурю, шатен увернулся, но четвёртый оцарапал ему шею. Не успел он даже поморщиться от жгучей боли, как на него обрушился меч Калиана.

Грохот!

Под ногами седоволосого, мчавшегося туда, где сошлись двое, грохнул ещё один взрыв, но тот, уже ожидавший подобного подвоха, загодя ушёл с места удара и оказался вплотную к Калиану.

Калиан, следивший за остриём летящего к нему меча, уклонился. Удар седоволосого рассёк пустоту там, где мгновение назад стоял принц, а навстречу ему уже летело тонкое ветряное копьё, целясь прямо в шею.

Дзинь! Клац-клац-лязг!

Дзинь! Лязг!

Едва седоволосый отступил на шаг, как к Калиану устремился зазубренный меч шатена. Стоило отбить его, как длинный клинок седоволосого вновь метнулся к шее принца.

Дзинь!

Вжух!

Магическая мощь, обретшая физическую плотность.

Посланное Калианом копьё ветра отскочило от клинка седоволосого и рассеялось в воздухе. И прежде чем глаза врагов успели уследить за движением, алый меч ауры вновь ринулся на обоих.

Седоволосый боец поспешно прогнулся назад, уходя от алого клинка под неистовым градом ударов, не дававшим и перевести дух. И в этот миг…

Хрясь!

…у себя за спиной он услышал леденящий душу звук.

Осознав случившееся, седоволосый обмяк и опустил голову. Виднелись длинные тёмно-каштановые волосы, заплетённые в косу. Густая алая кровь хлынула на песок, заливая упавший наземь зубчатый меч.

— … Трое.

Тихий, тонкий голос коснулся затылка седоволосого воина.

Рыцари сопровождения.

Возникший между Францем и приставленными Девланом рыцарями охраны Арсен слегка усмехнулся.

Арсен, маг, любивший сходиться с врагами в ближнем бою, отлично понимал: сунься он туда, где сейчас алый меч Калиана вычерчивал свои причудливые узоры и неистовствовал вовсю, как сам рискует быть сметенным под чистую. А потому он встал поодаль подле Франца, подумывая разве что сковать движения уцелевших воинов.

Рёв ветра!

Причиной тому стала почувствованная им мана ветра, собиравшаяся вдалеке.

Вскоре между Калианом и двумя бойцами закружились несколько смерчей. Раз у принца хватало запала не полагаться на одну лишь ауру и пускать в ход магию, Арсен решил не вмешиваться понапрасну.

Он прекрасно знал: стоит одному из уцелевших врагов из-за неуклюжей попытки мага помочь метнуться к Францу, чтобы добраться до самого Арсена, как Калиан, делая вид, что рубит воина, с превеликим удовольствием прихватил бы заодно и Арсена.

Вжух!

Разумеется, это вовсе не значило, что он бездействовал.

Арсен вонзил ледяное копьё прямо перед ногами приближавшихся рыцарей охраны и взглянул на них с недоброй ухмылкой:

— Перед вами Арсен Герц, вице-командующий корпуса магов «Валкан» Королевства Кайрис.

После чего представился точно так же, как и в любой другой день.

Рыцарям Секреции.

А точнее — тем двоим рыцарям, что полагали, будто Калиан не знает их в лицо, и теперь выступили вперёд остальных.

— Сделаете хоть шаг ближе — и я расценю это как покушение на королевскую семью Кайриса.

Франц заговорил, обращаясь к Арсену, который так рьяно сыпал угрозами, пользуясь полномочиями вице-командующего — теми самыми, что Франц ему и вернул ради дела:

— Опасности нет.

— Знаю. Разве найдётся страж, настолько выживший из ума, чтобы напасть на королевских особ?

— Тогда зачем?

Услышав вопрос о том, к чему пугать рыцарей Секреции, Арсен коротко вздохнул и заговорил:

— Полагаю, всё сейчас пойдёт именно так, как рассчитывал вице-командующий — старший брат Его Высочества. Я ведь не ошибаюсь?

— За исключением ненормального синеволосого мага.

— Значит, вы предвидели, что явится «Зион»?

Нахмурившись от этого вопроса, Франц на мгновение прислушался к доносившимся издалека звукам боя Калиана, а затем произнёс:

— Глава Сейрен.

— Глава Союза сюда не придёт.

— Почему?

— Вице-командующий, Ваше Высочество.

Франц не был на сто процентов уверен, что «Зион» заявится, но всё же подготовился. Однако вместо двух волшебниц явился этот синеволосый. Впрочем, ответ на его вопрос не заставил себя ждать. Не добавляя ничего лишнего, Арсен лишь выжидающе позвал Франца.

— Говори.

— Я видел, как светился браслет. Если вы затеяли это, чтобы выманить наследного принца Секреции из дворца, он не явится. Рыцарь сэр Берн остался в королевском дворце. Не ведаю, что именно замышляли сотворить во дворце в отсутствие кронпринца здешние аристократы. Но какова бы ни была причина, разумнее счесть цель достигнутой уже тем, что мы подтвердили связь «Зиона» с знатью Секреции.

На этот тихий голос, не долетавший до ушей рыцарей, Франц ничего не ответил.

— В любом случае оставлять такое без внимания нельзя. Всё едино. Затылок просто раскалывается.

Вместо него ответ прозвучал с другой стороны.

Позади Франца стоял Калиан, только что оборвавший последний вздох последнего воина.

Калиан тоже слышал последние слова Арсена. А значит, не мог не понимать, что ему делать в эту минуту. Он всё понял.

Калиан твёрдым шагом обогнул брата и встал прямо перед ним.

На кончиках его пальцев вновь вспыхнул алый свет.

— Объяснись.

Холодное лезвие меча коснулось шеи Франца.

Из уст Калиана сорвался голос холоднее стали. В ушах Франца зазвучали слова, студёные, как сама смерть:

— … Выкладывай, брат.

По алому клинку стекла густая капля крови и упала на песчаный берег.