Назад Том 1 · Глава 194

Отчётливо ощущалось дуновение жаркого ветра.

[Рад, что это помогло.]

Чейз почувствовал, что капюшон его белого плаща, который он только что опустил, вновь мешается, и снова откинул его назад.

Едва взошедшее солнце и ещё не зашедшая луна плыли в рассветной дымке, так похожей на глаза, открывшиеся из-под капюшона.

[Если подумать, это и впрямь удивительно.]

Усевшись в седло, Чейз поднял взгляд к белой луне в предрассветных сумерках.

[Что именно вас восхищает?]

В голове зазвучал голос Калиана.

Чейз мягко улыбнулся, подумав, что хотя этот голос сильно отличался от голоса того, кого он видел во сне, во многом он был и поразительно похож.

И на этот раз первым вышел на связь Чейз. Стояло раннее утро, когда на небе ещё видны и солнце, и луна, но Калиан, который в это время суток наверняка ещё вовсю досматривал сны, откликнулся сразу же. Он поблагодарил Чейза и рассказал о том, что удалось выяснить благодаря полученным несколько дней назад сведениям.

Так что, даже когда Калиану явно было что сказать, он не мог начать разговор первым. Не то чтобы не хотел — просто не имел такой возможности. И всё же…

Взвесив это, Чейз с помощью Тэйлана вновь позвал Калиана ранним утром, когда вокруг ничего не происходило. А выслушав благодарность, поделился тем, что поразило его взгляд.

Не отводя глаз от неба, Чейз отозвался с небольшой задержкой:

[Солнце уже поднимается, но и луна со звёздами, ещё не успевшие скрыться, видны все вместе.]

Разбудить спящего человека лишь ради пустякового замечания о том, как удивительно видеть на рассвете сразу солнце, луну и звёзды… И тем не менее Калиан внимательно выслушал его и ответил:

[Потому что ещё не совсем светло, но уже и не темно, вот они и видны вместе.]

Это означало, что ни одно светило не затмевает другие и не тонет во мраке в одиночку, оттого они и сияют все разом. Услышав это, Чейз тихо рассмеялся.

[Мне это нравится больше, чем я думал. По-моему, так выглядит куда лучше. И на душе спокойнее.]

[Рад, что вы говорите, будто вам спокойнее.]

Голос Калиана, произнёсшего эти слова, звучал искренне радостно. Мысль о том, что лучше видеть всё вместе в полумраке, невольно давала понять, в каком настроении пребывал сейчас Чейз.

Это прозвучало так, словно делиться понемногу лучше, чем хранить всё в полной тайне, никому не открываясь. Даже если имелось в виду не совсем это, прозвучало именно так.

[Да. Когда сияло лишь одно солнце, оно слепило так ярко, что я морщился и отступал на шаг назад. Сейчас лучше, чем тогда. Для меня.]

В ответ на эти слова послышался тихий смех Калиана. Какое-то время Чейз ехал верхом молча.

Вдалеке уже смутно вырисовывался всё ещё чёрный силуэт горы. Направляя туда коня, Чейз услышал осторожный голос Калиана:

[Есть одна вещь, о которой мне хотелось бы спросить.]

[Говорите. В любое время и о чём угодно.]

Не важно, когда задан вопрос и о чём он.

[Мне стало любопытно, не помнит ли принц Чейз чего-нибудь о причине, по которой поссорились принц Рэнделл и принц Франц. Насколько мне известно, отношения между двумя странами после того, как каждый из них стал королём, были вполне неплохими, но, глядя на них сейчас, удивительно, как дело не дошло до войны.]

«И правда спрашиваешь о чём угодно».

Вместо досады Чейз почувствовал радость от того, что Калиан освоился достаточно, чтобы расспрашивать его об отношениях со своими новыми братьями. Было бы ещё лучше, если бы дела наладились настолько, чтобы он сам мог заговорить первым.

[Что ж. Я и сам о нём знаю немного. Может, отправить «птиц» к братьям принца Калиана?]

[Нет, не нужно.]

На шутку последовал мгновенный ответ. От этого Чейз рассмеялся чуть громче. Рыцарь Тэйлан, ведущий лошадей во главе отряда, слегка обернулся и снова посмотрел вперёд с довольным выражением лица. Дней, когда принц улыбался, заметно прибавилось, а дней, когда он по привычке тянулся к вину, стало меньше. Правда, одно Тэйлана всё-таки тревожило:

«Будет ли с вами всё в порядке после возвращения во дворец? Вот о чём я беспокоюсь».

Девлан.

Будет ли с Чейзом всё хорошо, когда он вернётся туда, где находится король?

Словно почувствовав тревогу Тэйлана, Чейз перестал смеяться и снова заговорил:

[Каким бы глубоким ни было ущелье, эти люди не видны снаружи. Так что… из Секреции об этом узнать не удалось бы.]

Чейз, запнувшийся на слове «мы» и заменивший его, вспомнил замечание Рэнделла о том, что розы, выросшие вне пределов твоих рук, лучше уничтожить.

[Разве со временем не прояснится то из прошлого, что вас интересовало? А если не сможете разобраться и тогда, и вопросы останутся — скажите. Я отправлю к вам «птиц».]

[Прошу вас сдержаться.]

Отвечая так, Калиан засмеялся.

Всё же забавно было наблюдать, как наследный принц Секреции и принц Кайриса безо всяких колебаний обсуждают отправку лазутчиков. Чейз рассмеялся, зная: попроси Калиан — он действительно без малейшего сомнения отправил бы их, словно так и надо.

[Рэнделл… Назвать ли его молодым или искушённым? То, что таилось в нём, не было ни простым гневом, ни простой жадностью. Как же это назвать?]

Во время той недолговечной встречи Чейз успел разглядеть немало из истинной сути Рэнделла и предостерёг Калиана. Однако, не обладая способностью заглядывать в прошлое Рэнделла или читать его мысли, он едва ли мог утолить нынешнее любопытство Калиана.

[Он сложный человек. На самом деле я недавно виделся с ним и предложил свою помощь, на что он ответил, что понял. Так что, полагаю, со временем всё узнаю, но стало любопытно, вот я и спросил заранее.]

Говоря это, Калиан вспомнил Рэнделла, с которым недавно встречался. Всплыл в памяти аромат чёрного чая с бергамотом, и перед мысленным взором пронеслись сказанные Рэнделлом слова.

В тот день Рэнделл спросил, не переживает ли Франц из-за того, что он может предать Калиана. И Калиан ответил, имея в виду это возможное предательство:

«Это не имеет значения».

[Вы и впрямь собираетесь принять их всех?] — послышался голос Чейза, в котором звучала тревога.

[Да. Я действительно собираюсь принять их всех. Потому что это единственное, что я умею.]

Калиан ответил с улыбкой. Он знал, что Алан, Чейз, Кирие, Арсен и даже Франц по-своему переживают за него.

И Калиан снова заговорил:

[Надеюсь, вы не станете волноваться. Я не настолько мягок, чтобы вызывать такую тревогу, и, как вам известно, есть немало тех, кто готов разделить со мной то, что я имею. К тому же недавно добавились ещё и новые люди, которых подбросил принц Чейз.]

Чейз рассмеялся, поняв, что его раскусили.

Калиан догадался, что это Чейз нарочно втянул Арсена, позволив тому узнать тайну Калиана.

[Я слышал, вы не собираетесь уезжать из столицы, оставаясь в Чермиле. А чтобы остаться там, разве вам не понадобится кто-то, кто станет ступенькой, опираясь на которую можно подняться выше? Вот я и поступил немного эгоистично. Чтобы заслужить полное доверие такого человека, сперва нужно полностью открыться ему самому.]

Речь шла о том, чтобы немного сумасшедший Арсен по-настоящему помогал Калиану и тем самым помог ему добраться до дворца Камильон.

При одной мысли о том, насколько далеко Арсен способен зайти в своей преданности Калиану, становилось даже жутковато, но вместо того, чтобы говорить об этом вслух, Калиан лишь поблагодарил Чейза за заботу.

Закончив разговор на эту тему, Чейз поглядел вдаль.

[Сегодня чуть позже…]

На горизонте показалась красивая гора, начинавшая окрашиваться в ярко-алый цвет под лучами медленно поднимающегося солнца.

[… Мы прибудем.]

Край, где лето долгое, а зима короткая, где вместо снегопада — звёзды, зелёные горы и глубокие ущелья. Край, где на широких полях распускаются цветы, а лунный свет серебрит бескрайнее море.

Здравствуй, прекрасная Секреция.

[… Да. Вы хорошо потрудились.]

Калиан, постоянно следивший за счётом дней, догадался об этом в ту самую секунду, как услышал голос Чейза на рассвете.

До дворца Секреции путь был ещё неблизким, но стоило пересечь границу — и Чейзу предстояло по-настоящему вернуться к своей прежней жизни. Должно быть, из сожаления о разлуке он и позвал Калиана, чтобы услышать ответ на письмо и скрасить дорогу.

[И что же теперь станет делать принц Калиан? Планируете отправиться к старейшине?]

[В прошлом году у меня вышла небольшая размолвка с эльфами, и, похоже, именно она привела к встрече Его Величества со старейшиной эльфов. Думаю, она состоится примерно в начале следующего года, и я попросил Его Величество позволить нам присутствовать там вместе. Если точнее, попросил передать это через Учителя.]

Начало следующего года.

Повторив эту дату про себя, ничего не говоря Калиану, Чейз ещё раз кивнул и произнёс:

[И всё же хорошо, что рядом с принцем Калианом есть лорд Манасил. Думаю, он окажет вам огромную помощь.]

[Да. Я благодарен. По-настоящему.]

Калиан едва не сказал, что хотел бы, чтобы и для Чейза таким человеком стал Тэйлан, но удержался. Произнеси он нечто подобное — и Чейз стал бы нарочно обращаться с Тэйланом так, как угодно Калиану; а Калиану хотелось, чтобы Чейз опирался на Тэйлана по собственной нужде, а не из угождения ему.

Поговорив ещё немного, они завершили беседу. За разговором прошло немало времени, и солнце уже поднялось.

Когда светило достигло середины неба, отряд сделал короткий привал и вновь тронулся в путь. Спустя ещё некоторое время…

— Вас так долго не было, что я уже подумала, будто потеряла жениха.

Прозвучал голос, в котором было столько же радости, сколько и обиды — и радостный, и чуть обиженный, и приветливый, и укоризненный. Голос, который приветствовал возвращение Чейза в Секрецию ровно с той же силой, с какой сам он тосковал, покидая Кайрис.

— Арианна.

Чейз мягко улыбнулся.

Арианна со светлой улыбкой поздравила наследного принца с благополучным возвращением и протянула руку для рукопожатия:

— Благодарю за труды, Ваше Высочество наследный принц.


С этого момента контролировать сведения о себе Чейзу станет трудно.

Так что Девлан непременно получит донесение.

Наследный принц Чейз свернул с дороги, ведущей ко дворцу, и направился к морю.

Ш-ш-ш…

В ушах зазвучал шум волн, напомнивший ему однажды услышанный смех. Не шелест прибоя на песчаном берегу, а чистый перезвон мелких округлых камушков, которые омывали и перекатывали волны.

Они прибыли в полночь, и море было таким же, как всегда. Это был не тот маленький укромный пляж, который он хотел увидеть, но море везде и всегда оставалось спокойным, и этого было достаточно.

— Тебе не обязательно было выходить меня встречать. Маркиза, должно быть, снова волновалась.

Глубоко вдохнув солёный морской воздух, Чейз заговорил после недолгого молчания.

— Я вышла, потому что хотела увидеть своего жениха, что же в этом такого? Если бы мама обращала внимание на такие пустяки, она бы давно уже слегла.

Сказав это, Арианна подняла взгляд на Чейза. Два похожих на драгоценные камни глаза, в которых, казалось, застыл закат в самую прекрасную его пору, вгляделись в глаза Чейза, хранившие в себе рассветные сумерки.

— Похоже, тебе стало чуточку спокойнее. Вроде бы так. Разве нет? Не знаю.

— Арианна.

— А?

Когда злится — бесконечно пугает.

— Арианна.

— А?

Когда отчитывает — до крайности строга.

— … Арианна.

— А?

Человек, который бесконечно добр, когда кто-то переживает.

Чейз слегка склонил голову. Стоя лицом к лицу с Арианной, он опустил лоб ей на плечо. Ему нравилось, как длинные вьющиеся волосы цвета тёмного шоколада щекочут лоб и щёки.

Чейз прикрыл глаза в этом приятном тепле, и с его губ почти шёпотом сорвались слова:

— Я кое-что оставил там. Я…

Вместо того чтобы спрашивать, что именно, Арианна подняла руку и погладила Чейза по спине.

— Хочешь, я найду это для тебя?

— Нет. Так нельзя. Я сам это оставил.

— Это очень важно для тебя?

— Очень важно.

— Хочешь, я найду это для тебя?

На тот же самый вопрос Чейз, прислонившийся к Арианне, едва заметно улыбнулся. Улыбнулся, потому что почувствовал: попроси он её — она и впрямь отыскала бы. И действительно нашла бы. Но вместо того чтобы объяснять, что всё иначе, он снова дал прежний ответ:

— Нет. Мне пришлось это оставить, вот я и оставил.

— Вот как.

И даже после этого Арианна, не требуя никаких объяснений, просто продолжала поглаживать Чейза по спине. Побыв так ещё немного, Чейз тихо заговорил снова:

— Со мной всё в порядке. Не волнуйся.

— Я знаю. Я ведь рядом, так что всё должно быть в порядке.

Чейз рассмеялся.

Он улыбнулся и начал рассказывать.

Маленькая ладонь, поглаживавшая его по спине, на мгновение замерла, но тут же задвигалась вновь. И не останавливалась, пока длинный рассказ не подошёл к концу.