Утро встретило город густым туманом.
Актодеус проснулся раньше Ханя. Несколько мгновений он молча смотрел на серое небо, пытаясь привыкнуть к мысли, что всё происходящее — не сон.
Он действительно находился в другом мире.
Ни знакомых улиц, ни привычных зданий, ни людей, которых он знал. Даже язык, на котором говорили окружающие, был ему чужим.
Юноша поднялся, поправил одежду и посмотрел на старика.
— Хань.
Тот открыл глаза и недовольно проворчал что-то в ответ.
Актодеус указал на город, затем на себя и поднял ладонь, показывая, что хочет идти.
Хань понял его намерение и медленно поднялся.
— Опять работа искать? — спросил он.
Актодеус уловил знакомое слово и кивнул.
Старик хмыкнул.
— Упрямый.
Сегодня улицы казались ещё оживлённее, чем вчера.
Актодеус шёл рядом с Ханем и внимательно слушал разговоры прохожих. Он уже мог распознавать отдельные слова, но полноценные предложения по-прежнему оставались для него загадкой.
Хань терпеливо объяснял ему названия разных мест.
— Лавка.
Он указал на небольшое помещение с открытыми дверями, где продавали посуду.
— Постоялый двор.
На этот раз старик показал на большое здание с вывеской, возле которого стояли несколько телег.
— Управление.
Они остановились перед просторным строением, у входа в которое дежурили стражники.
Актодеус запоминал каждое слово.
Ему требовалось как можно быстрее научиться разговаривать. Только тогда он сможет самостоятельно добывать информацию, искать работу и узнавать о местных порядках.
Вскоре они подошли к зерновой лавке, где юноша работал накануне.
Хозяин узнал его и махнул рукой, приглашая внутрь.
Актодеус согласился.
Работа оказалась почти такой же, как вчера: переносить мешки, разгружать телеги и складывать товары в помещении. Ничего сложного, но требовалась выносливость.
К полудню он закончил.
Хозяин выдал ему несколько медных монет и даже указал на кувшин с водой.
Актодеус поблагодарил его на местном языке. Произношение получилось неровным, однако торговец понял.
Это была небольшая победа.
После работы юноша решил пройтись по рынку самостоятельно.
Хань остался возле старого места, сказав, что ему нужно отдохнуть.
Актодеус медленно двигался между прилавками, стараясь не привлекать внимания. Он уже знал несколько названий продуктов и мог понять простые предложения, если собеседник говорил медленно.
Но больше всего его интересовали разговоры людей.
Он услышал несколько незнакомых слов, которые повторялись особенно часто: семья, клан, наследник.
Эти слова явно имели большое значение.
У одного из прилавков двое торговцев обсуждали семью Чэнь. Актодеус остановился неподалёку, делая вид, что рассматривает товары.
Из разговора он понял лишь несколько фрагментов.
Семья Чэнь была одной из влиятельных семей города. Ей принадлежали торговые лавки, склады и несколько земельных участков за городской стеной.
Вчерашний молодой господин, вероятно, был одним из её членов.
Актодеус задумался.
Получается, тот человек мог безнаказанно отбирать чужие товары не потому, что обладал особенной силой, а потому, что за его спиной стояла влиятельная семья.
Это многое объясняло.
Вскоре неподалёку снова раздался шум.
Актодеус повернул голову.
Перед небольшой лавкой стоял молодой торговец. Напротив него находился тот самый юноша из семьи Чэнь. Рядом, как и вчера, были двое сопровождающих.
— Я уже заплатил за товар! — отчаянно произнёс торговец.
Актодеус понял лишь часть фразы, но смысл был очевиден.
Молодой господин холодно посмотрел на него и протянул руку.
Торговец замялся.
Один из сопровождающих шагнул вперёд и забрал несколько свёртков с прилавка.
— Но это всё, что у меня осталось…
Его голос дрожал.
Люди вокруг поспешили разойтись. Никто не хотел становиться свидетелем чужой беды, а тем более вмешиваться.
Актодеус остановился.
Вчера он уже видел подобное. Теперь же перед ним была другая жертва, и происходящее начинало складываться в неприятную закономерность.
Здесь существовали не только богатые и бедные.
Здесь существовали те, кому позволено всё, и те, кто вынужден терпеть.
Юноша невольно сжал кулаки.
Он мог бы вмешаться, но это было бы безрассудством. Его навыки владения мечом пока ничего не значили против неизвестного числа противников, а последствия конфликта с семьёй Чэнь могли оказаться ещё серьёзнее.
Он отвернулся и продолжил путь.
На этот раз он не испытывал прежнего замешательства.
Он начинал понимать правила.
Когда солнце стало клониться к горизонту, Актодеус вернулся к Ханю.
Старик сидел у стены и грел руки возле небольшой жаровни. Увидев юношу, он указал на свободное место рядом.
Актодеус сел и достал заработанные монеты.
— Работа, — произнёс он, показывая на деньги.
— Хорошо, хорошо, — ответил Хань.
Затем старик протянул ему миску с горячей едой.
Они некоторое время ели молча.
Актодеус смотрел на огни города и вспоминал всё, что узнал за последние дни.
Он выяснил, что находится в городе, где власть принадлежит нескольким влиятельным семьям. Понял, что простому человеку трудно добиться справедливости, если против него выступает кто-то богатый. Узнал несколько десятков слов и научился зарабатывать первые деньги.
Но это были лишь крохи информации.
Он ещё не знал, насколько велик этот мир. Не знал, существуют ли здесь мастера боевых искусств и насколько далеко простираются человеческие возможности.
Однако он собирался это выяснить.
— Хань, — произнёс Актодеус.
Старик повернулся к нему.
Юноша указал на город, затем поднял руку и сжал кулак.
— Сила.
Хань некоторое время смотрел на него, после чего медленно кивнул.
— Сила… — повторил старик. — Без неё здесь тяжело.
Актодеус опустил взгляд на свои ладони.
Когда-то он посвятил немало времени мечу. Его мастерство было результатом долгих тренировок, ошибок и постоянного стремления стать лучше.
Но этот мир был ему незнаком.
Здесь ему предстояло начать почти с нуля.
Он не собирался торопиться. Сначала язык. Затем деньги, сведения и понимание местных порядков.
И только после этого — путь к настоящей силе.
Актодеус посмотрел на тёмные крыши города.
Он ещё не знал, что за пределами человеческих поселений существовал совершенно иной мир, скрытый от глаз простых смертных.
Мир, где сила измерялась уже не медными монетами и влиянием семей.