Воздух за пределами зала оказался прохладнее, чем ожидал Лиан.

Металлические двери за его спиной захлопнулись, и давящий гул зала мгновенно стих.

Несколько секунд он просто стоял неподвижно: руки в карманах, взгляд устремлен на обширную территорию Национальной академии.

Бело-серебристые корпуса сияли в лучах вечернего солнца. Каменные дорожки, аккуратные сады, тренировочные башни и снующие повсюду студенты в черно-синей форме.

Место, где ковалось будущее Пробужденных всей страны, и место, к которому он фактически не имел никакого отношения.

Впрочем, к счастью, работа Аналитика не требовала обязательного пробуждения. Стать Аналитиком мог любой, и по этой дисциплине Лиан обладал одними из самых высоких баллов.

— Ты наконец соизволил выйти.

Лиан повернул голову.

На перилах у лестницы, держа в руке бутылку с холодным напитком, сидел темноволосый шатен. На его лице читалось спокойствие и привычная полунасмешливая улыбка.

Кайн Мерсер — его друг детства и один из немногих людей, кто до сих пор общался с ним как с нормальным человеком.

Кайн небрежно бросил ему вторую бутылку. Лиан без труда поймал ее на лету.

— Ну и?

— Люди по-прежнему обожают смотреть на чужие провалы. — Лиан откупорил крышку и сделал глоток.

— Ну, по крайней мере, на этот раз аппарат не взлетел на воздух, — хохотнул Кайн. Во время первой попытки пробуждения Лиана сфера попросту взорвалась. Разумеется, тогда все решили, что дело в неисправности самой сферы.

— Огромный прогресс, — сухо отозвался Лиан.

Кайн спрыгнул с перил и завел руки за спину:

— Ладно, давай прогуляемся, пока не началась церемония. Ты ведь еще и половины академии толком не видел.

Лиан не стал возражать. Вдвоем они вышли на центральную аллею кампуса.

Коридоры и переходы Национальной академии больше напоминали укрепленный военный объект, нежели учебное заведение.

Голографические экраны на стенах транслировали рейтинги учащихся, а на рекламных баннерах красовались эмблемы известнейших гильдий.

На одной из тренировочных площадок спарринговали студенты. Один из них сокрушительным пылающим кулаком разнес вдребезги металлический манекен, сорвав бурные аплодисменты собравшихся вокруг зрителей.

Лиан без малейшего интереса отвел глаза.

— Все еще задевает за живое? — подметил его мимолетный взгляд Кайн.

— Нет. — Ответ прозвучал быстро. Слишком быстро.

Кайн промолчал. Несмотря на то, что они дружили с самого детства, он так и не научился читать сокровенные мысли Лиана.

Когда они подошли к главному корпусу, людей вокруг заметно прибавилось.

Большинство студентов направлялись к актовому залу, где президент Студенческого совета вместе со своим вице-президентом должны были выступить с приветственной речью перед первокурсниками.

— Я слышал, в этом году приедет сам президент. Похоже, дела вокруг Десятого Царства принимают действительно серьезный оборот, — заметил Кайн, пряча руки в карманы формы.

— Люди твердят об этом каждый раз. Но если нам повезет, это царство может оказаться последним, — пожал плечами Лиан.

Они вошли в огромный амфитеатр.

Длинные ряды кресел каскадом спускались к главной сцене, а сквозь стеклянный купол потолка лился чистый белый свет.

Лиан и Кайн заняли места в средних рядах. В этот момент взгляд Лиана невольно зацепился за девушку, сидевшую в самом первом ряду.

Длинные светло-каштановые волосы, безмятежное лицо и безупречно выглаженная форма академии.

Елена Хартвелл.

Его бывшая девушка.

Точнее говоря, бывшая невеста, которая — к худу или к добру — без колебаний разорвала брачный контракт и объявила о расторжении помолвки.

Она заявила, что они больше не принадлежат к одному миру, и брак с ним лишь станет обузой для ее дальнейшего восхождения.

Рядом с ней сидел высокий парень с темно-пепельными волосами. На плече его особого мундира отличника сиял золотой знак отличия с четырьмя звездами.

Родерик Эшн.

— После вашего разрыва она сошлась с Родериком. — Кайн проследил за направлением взгляда Лиана и тихо вздохнул.

Лиан ничего не ответил.

— Этот парень — настоящий монстр. Он пробудил четырехзвездочный класс. Говорят, несколько гильдий высшего эшелона уже прислали ему контракты, — продолжил Кайн. — А у Елены трехзвездочный класс. Хоть это и не такая редкость, как четыре звезды… но она все равно считается одной из лучших на курсе.

Лиан помолчал несколько секунд.

— Новое царство прибудет сегодня ночью, верно? — негромко произнес он.

Кайн прекрасно понял, что друг намеренно сменил тему, и поддержал разговор:

— Да, — на этот раз голос Кайна зазвучал заметно серьезнее. — Десятое Царство.

Даже вокруг только и слышно было, что обсуждение предстоящего события.

Этой ночью небо над миром изменится вновь.

Двести пятьдесят лет назад первое царство вторглось на пространственную орбиту Земли. Поначалу ученые и простые обыватели приняли его за некую новую блуждающую планету или вторую луну.

Однако вскоре они осознали свою чудовищную ошибку. Это были иные миры. Разоренные, погибшие царства, зависшие на небосводе подобно мертвым спутникам.

И сквозь врата, соединявшие эти миры с Землей, хлынули полчища тварей.

По заверениям специалистов по пространственным измерениям, когда-то в тех царствах процветали могущественные цивилизации.

Города, великие империи, передовые технологии и магия — все это теперь превратилось в руины, кишащие хищными тварями.

Никто не ведал, откуда взялись эти порождения тьмы, было известно лишь одно: они уничтожили на своем пути абсолютно все.

Даже сейчас каждое царство напоминало подобие смертельной игры — по крайней мере, для Пробужденных. С той лишь разницей, что смерть там была самой настоящей и окончательной.

— До сих пор появилось девять царств, и человечество зачистило все девять. — Кайн поднял глаза к прозрачному куполу зала.

— Все надеются, что десятое станет последним, — тихо обронил Лиан.

— Именно что надеются. — Впрочем, подобные мысли не были беспочвенными домыслами: за ними стояли серьезные теории и расчеты аналитиков.

Кайн помедлил, а затем искоса взглянул на друга:

— Но самое страшное — это всегда Первая ночь.

Лиану не требовалось ничего объяснять. Любой ребенок в этом мире наизусть знал кошмарные истории о Первой ночи. В ночь, когда на небе являлось новое царство, двадцать пять тысяч человек бесследно исчезали с лица Земли.

По всему миру — старики, юноши, дети, Пробужденные и простые смертные. Никакой системы или логики не существовало. Их просто призывало прямиком в новое царство.

Словно искупительные жертвы. И почти никто и никогда не возвращался оттуда живым.

— Думаешь, тебя могут призвать этой ночью? — внезапно усмехнулся Кайн.

— Не думаю, что я настолько неудачлив, — коротко усмехнулся в ответ Лиан.

В этот момент гул в зале пошел на спад. На центральной сцене появилось несколько фигур.

В центре стоял президент Студенческого совета. Статный юноша в парадном белом мундире с сияющим золотым гербом студсовета на груди.

Однако внимание Лиана привлек не он.

Взгляд его приковала высокая девушка, стоявшая по правую руку от президента. Длинные смоляные волосы, точеные черты лица и обжигающе ледяные глаза.

Серафина.

Его подруга детства, ныне занимавшая пост вице-президента Студенческого совета.

Их взгляды скрестились на долю секунды, но все, что Лиан сумел прочесть в ее глазах, было лишь холодом и неприкрытым гневом.

— Она все еще в ярости на тебя, да? — тихо прыснул Кайн.

— Судя по всему, — вздохнул Лиан.

— Ну а чего ты хотел? — пожал плечами Кайн.

Лиан не стал отвечать.

Началась торжественная речь, но он едва ли вслушивался хоть в единое слово.

Его разум был слишком истощен, чтобы внимать высокопарным речам о светлом будущем, воинской чести и надеждах на новое поколение.

Когда церемония подошла к концу, людской поток неторопливо потянулся к выходу из зала.

Лиан и Кайн тоже направились к дверям, однако перед самым выходом дорогу им преградила рослая фигура.

— Ха-ха… Лиан? Неужели это ты? — С самодовольной ухмылкой на лице перед ними вырос Родерик Эшн.

Елены нигде не было видно: вероятно, она либо уже покинула зал, либо отправилась по другим делам.

— И у скольких еще людей, по-твоему, найдется столь же привлекательное лицо, как у меня? — Лиан смерил его равнодушным взглядом и негромко парировал.

— Не думал, что увижу тебя снова после школы. И смотрю, ты остался все таким же самовлюбленным паяцем, — усмехнулся Родерик. — Ну и… что ты забыл в этих стенах? Неужто сподобился стать Пробужденным?

Он выдержал драматическую паузу и сам же расхохотался:

— Впрочем, сильно сомневаюсь.

Лиан даже бровью не повел.

Взгляд Родерика скользнул вниз и замер на нагрудной табличке Лиана:

«Лиан Фонхельм»

— О как? Ты до сих пор цепляешься за эту фамилию? — Его бровь надменно взметнулась вверх.

Но не успел он продолжить свою тираду, как к нему торопливо подбежал один из младших студентов:

— Господин Эшн, президент Студенческого совета просит вас подойти.

Родерик раздраженно цокнул языком, но перед тем как уйти, подобрался к Лиану вплотную.

Его голос понизился до едва слышного змеиного шепота:

— Знаешь… такой никчемный мусор, как ты, попросту недостоин этой фамилии. — Его ухмылка стала еще гаже. — Так что мой тебе совет: выбрось ее на помойку сам, пока люди окончательно не превратили тебя в посмешище.

Затем он выпрямился во весь рост:

— Еще увидимся.

И зашагал прочь.

Между Лианом и Кайном повисла тяжелая пауза.

— Что он тебе наплел? — наконец поинтересовался Кайн.

— Да ничего, — тяжело вздохнул Лиан.

Этой ночью, после ужина, в общежитии царила гробовая тишина. Каждый студент, затаив дыхание, ожидал появления на небе Десятого Царства.

— Ты серьезно не хочешь взглянуть? — Кайн стоял возле распахнутого окна.

Они с Лианом делили одну комнату — просторное современное помещение с двумя стандартными кроватями, совмещенным санузлом и гардеробным шкафом.

— Нет, — бросил Лиан, лежа на кровати с закрытыми глазами.

— Ну ты и зануда. Да брось тебе, это ведь, в конце концов, Десятое Царство! — рассмеялся Кайн.

— Всего лишь на одну мерцающую звезду на небе станет больше. Ничего особенного, — не открывая глаз, ответил Лиан.

Кайн что-то неразборчиво проворчал себе под нос.

Однако Лиан его уже не слушал. День выдался невероятно изнурительным: оформление документов в академии, тест на повторное пробуждение, а затем бесконечная вступительная речь.

И в отличие от Пробужденных, его тело все еще оставалось телом обычного человека. Усталость наваливалась на него куда быстрее.

Он тихо провалился в сон в темноте комнаты, надеясь, что хотя бы ночь подарит ему долгожданный покой.

Время тянулось медленно, а когда он вновь открыл глаза, в нос ему ударила чудовищная, тошнотворная вонь.

Что-то неподъемно тяжелое навалилось на его грудь и конечности. Дышать было практически невозможно.

Нахмурившись, Лиан попытался пошевелить рукой. Пальцы погрузились в теплую, вязкую жижу.

Кровь!

Его глаза мгновенно распахнулись. Все вокруг тонуло в багровом полумраке.

Отчаянно извиваясь, он пополз вперед, пока его голова наконец не вынырнула из-под завала.

И в этот миг его тело сковал леденящий ужас. Он оказался замурован посреди циклопической горы трупов монстров. Тысячи растерзанных туш были свалены в исполинскую груду!

Одни были гигантских размеров, другие — разорваны в клочья. Запах гнили, свернувшейся крови и смерти заполнял все пространство вокруг.

Небо над головой пылало кроваво-красным маревом. Ни солнца, ни луны — лишь бесконечная багровая тьма.

— … Я ведь не настолько неудачлив, правда? — едва слышно прошептали губы Лиана.

И в то же мгновение прямо перед его глазами вспыхнул светящийся системный экран:

[Вы были избраны в качестве одной из 25 000 жертв.]

[Добро пожаловать в Разрушенное Царство.]