– О, а он довольно быстрый. – Подметил один из старейшин.

– Скорее просто повезло. – Подметил второй.

– Может и так. И тем не менее… – Женщина, та проницательная старейшина с золотыми спицами в волосах, откинулась на стуле назад. – В самом конце он перевернул копье. – Она кивнула в сторону арены, где Янь всё еще пытался отдышаться и устало потирал лоб рукавом кимоно.

– Это… Немного сбивает с толку.

– Скорее просто слишком милосердный.

– Очевидно, они оба заслуживают место во внутреннем круге.

Обычно в такие моменты между старейшинами обеих сект начиналась разборка, кто какого ученика получит, но эта ситуация была неоднозначной. У Фан Суна выше уровень, он уже знает боевую технику и у него влиятельная семья. Так что вместе с ним получишь и влияние этой семьи. Янь же с другой стороны, судя по всему, не богатый. И на уровень ниже. И тем не менее он умудрился подняться на второй уровень, без проблем справился с небесным оком (пусть и добился впечатляющих результатов просто не поверив в него), а в дуэли показал невероятную скорость, что, впрочем, могло быть просто случайностью.

Однако случайности не появляются из ниоткуда…

К Фан Суну тем временем подлетело двое слуг, которые помогли ему подняться. Юноша хрипел и с ненавистью смотрел на Яня. Он хотел было что-то выкрикнуть, но посмотрел на своего отца. Тот властно махнул рукой и строго хмыкнул.

Кажется, отец оказался более хладнокровным, чем его сынок с кипящей от гнева кровью. В такой ситуации трудно скинуть вину за позор на соперника. Кто такой Янь в их глазах? Какой-то нищий из деревни, который не имел ни учителей, ни пилюль, ни денег, ни даже техник культивации. А его сын напротив, купался в семейных клановых ресурсах. Ну и кто тут опозорился?

Жаль лишь… что похоже сам Фан Сун думал по-другому. Всю жизнь он рос с мыслью, что всё ему принадлежит по праву. Он никогда по-настоящему не сталкивался с последствиями своих действий, не стоял перед тяжелым выбором. И Яня воспринимал как соперника, которому просто случайно повезло.

Зрители перешептывались.

– Ты видел, что произошло?

– Я бы ни за что не смог увернуться!

– Вот это повезло пацану!

Всех прервал громкий смех одного из старейшин Одинокого Кедра, который тут же стих, как и все остальные разговоры.

– Долго думаете. – Театрально махнул он рукой, плавно подлетая к арене, вниз.

Это был некий Гу Цин. Весьма рослый мужчина с длинными, белыми как снег, волосами. У него дорогое многослойное кимоно из белых и светло-серых тканей, рукава широкие, поверх всего накидка на спину (до пят) с совершенно роскошным черным меховым воротником. Погода была теплой, но от него веяло холодом. Гу Цин был… весьма древнего возраста, но совсем не выглядел старым. Лет на сорок, не больше.

Он подошел к Яню и навис над ним жуткой тенью. Своими ярко-голубыми глазами смотрел прямо в лицо, от чего у самого Яня по спине пробежались мурашки.

– Я вижу тебя насквозь. Ты не алмаз, а драконье яйцо. – Подметил Гу Цин. Хмыкнул и резко развернулся, махнув рукой. Широкие рукава его кимоно плавной волной повторили траекторию жеста. – Впрочем, сейчас это яйцо бездарно катится с холма, ударяясь о каждую кочку. – Мужчина лениво шагнул в воздух, возвращаясь на трибуну к остальным старейшинам, которые на пару секунд замолчали.

Молчание прервал другой старейшина Одинокого Кедра, весьма тучный на вид мужчина.

– Ну вот, Гу, опять ты за свое. Такие вещи надо сначала обсуждать.

– Да чего тут обсуждать, обсуждение закрыто. – Холодно произнес он, устало выдохнув, будто бы этот минутный диалог выбил из него абсолютно все силы.

С ним особо никто не спорил (да и против не был). Это был один из сильнейших старейшин Одинокого Кедра. И про него ходили весьма интересные слухи… Жуткие сплетни. Что он пьет кровь зверей, высасывает ци врагов, что у него умерло уже 12 личных учеников… И тысяча других сомнительных «фактов». Звали его Повелителем Безмолвной Вершины.

Территория Гу Цина находится на самой вершине одной из гор, где вечные снега и частенько бушуют метели. Соответственно личные ученики живут там же.

Гу Цин довольно своенравный и строгий старейшина, а также один из лучших мастеров боя. И ученики у него такие же. Под его крылом не только мечники, но и мастера формаций, алхимики, даже есть изобретатель. И всех их он заставлял страдать, постепенно ограняя их в бриллианты.

И хотя многие считали учеников Безмолвного Пика не такими уж гениями (а просто неплохими бойцами), всё же все признавали, что Гу Цин никогда не возьмет под свое крыло бесперспективную бездарность. Комментарий, где Янь обозначен Драконьим Яйцом, особенно сильно задел остальных участников. Некоторые даже уже были приняты двумя сектами во внутренние ученики других пиков, но всё равно прожигали Янь Линя взглядом с такой сильной завистью, что казалось у них от этого вена на лбу лопнет!

Все эти люди утешали себя тем, что под суровыми наставлениями Гу Цина Янь просто сгинет. Не выдержит. Особенно этим себя утешал Фан Сун. Он снова смотрел на Яня с ухмылкой. Не мог ничего произнести вслух, но пальцем указал на Яня, а после на свое горло, как бы ехидно шепча: «Ты покойник, деревенщина!».

Сам же Янь старался не поддаваться стереотипам. Во-первых, он вообще не знал кто такой этот старейшина с белыми волосами и чего все так молчат и пялятся. Во-вторых, Янь Линь больше переживал по поводу того, что его прилюдно назвали драконьим яйцом.

Вот вроде с одной стороны радовался оказаться сразу во внутреннем круге секты (это же мечта всей его юности), а с другой… А с другой зачем же было так сильно привлекать к нему внимание! Все смотрят! Кто-то уже во враги записал заранее! И что там этот Беловласый старейшина видел насквозь? Видел его душу?! Казалось он знает больше, чем сам Янь, и от этого мурашки по спине бегали!

Впрочем, Янь постарался взять себя в руки. Он сложил ладони у груди и вежливо поклонился в сторону трибун. Затем поклонился сопернику (но уже не так рьяно, просто формально) и направился в ту часть арены, куда обычно вставали прошедшие отбор ученики.

– Как мастер боя мог выбрать его? Он что не видел, как он дрался? – Слышалось ворчание из толпы, мимо которой проходил Янь, ища свободное место где встать.

– Может он видел больше нас?

– Даже не знаю…

– Да тише вы, говорят Владыка Безмолвного Пика лишил языков за сплетни о нем!

После такого все зашептались еще яростнее, обсуждая правда это или нет.

Янь от такого нервно зачесал затылок.

«Ну сплетничать я никогда не любил…»

…

Далее провели остальные дуэли, которые по ощущениям Яня длились вечность.

Сначала Янь переживал из-за взглядов. Потом ему стало плевать на сплетни, и тогда он уже начал изнывать от скуки, ведь дуэли уровня начала концентрации ци были чертовски скучными.

Из интересных спаррингов была разве что одна девушка, на удивление ловко обращавшаяся с веером. Ее движения были подобно танцу. Этим она выводила своего соперника из себя, заставляя в ярости краснеть от злости, что очень веселило Яня. Кажется, Фан Сун не так сильно злился на Яня, как мечник на эту девушку.

– Я бы тоже злился, если бы прикладывал все усилия, а соперник выглядел так, словно он сюда расслабиться и отдохнуть пришел. – Честно признался Янь, усмехнувшись.

– Ну да. – Пожал плечами какой-то парень рядом, тоже хмыкнув. – И то правда.

Когда испытания наконец-то закончились, все новые ученики выстроились на арене в аккуратные ряды. Их разделили по двум сектам. Большинство стали внешними учениками. И лишь немногие внутренними.

Разница между внешним и внутренним учеником колоссальна. Если исключить репутацию (что тоже существенный фактор), то остальные преимущества очень трудно игнорировать.

Внешние ученики обязаны отрабатывать свое пребывание в секте. Это значит у них есть обязательное количество часов какой-либо работы. За нее, конечно, платят, но дело это не выгодное. Ресурсов меньше. А от всего этого еще и меньше времени на медитацию и тренировки.

У внутренних же учеников нет обязанности работать (разве что поддержание порядка в жилых секциях и тренировочных площадках), и старейшина, который выбрал тебя учеником, частенько мог подкидывать что-то ценное или даже наставлять. Есть нормальная отдельная комната. Более широкий выбор в библиотеке секты. Да и в целом возможностей больше. В остальном всё зависит от конкретного старейшины.

Обо всем этом Янь узнал на воздухоплавающем корабле секты Одинокого Кедра, который перевозил всех новых учеников на территорию секты.

…

Секта Одинокого Кедра находилась в двух неделях пешего пути от столицы региона (это расстояние корабль преодолел за несколько часов), что чертовски далеко от родной деревни Яня. Рядом стоял крупный торговый город и судоходная река. Сюда вели несколько трактов, поэтому может Янь и оказался далеко от знакомых мест, эта территория не была каким-то захолустьем. Скорее наоборот.

Основная территория секты располагалась в гористой местности. Рядом с рекой был портовый город. У подножий гор духовные поля, ворота секты, главная площадь и самые монументальные постройки. Большего всего внимания привлекали высокие здания из белого камня, с высокими голубовато-зелеными чешуйчатыми переливающимися черепицами. Возле самого большого дворца было не так много народу. Видимо это территория старейшин, а остальные ступают сюда только во время праздников, церемоний или важных объявлений.

Повседневные административные здания напоминают пагоды из красного дерева и черной черепицы. Они украшены резными карнизами и соединены между собой каменными дорожками или мостами.

Чем ниже положение в секте, тем в более стесненных условиях живет культиватор. В секте очень много народу, и всем надо где-то отдыхать, поэтому здесь у внешних учеников встает скромный выбор: или жить в более-менее уединенной общине, но очень далеко от главных зон; или жить заметно ближе, но в гораздо более спартанских условиях.

Условия жизни внутренних учеников зависят от старейшины.

Янь смотрел на всё это и только и успевал восхищенно мотать головой то в одну сторону, то в другую. Он стоял на корабле, вцепившись в перила, не веря своим глазам. Это всё похоже на сон. Какое величие! А сколько тут культиваторов, он такое количество никогда не видел!

Однако Янь Линю не собирались давать время на обдумывание такого колоссального визуального потока. Прямо за его спиной бесшумно появился старейшина Гу Цин. Свою твердую руку он положил на плечо Яня, чем напугал его, заставив дернуться.

– А?! – Только и ухнул Янь. Когда повернулся и увидел нависающий над ним силуэт учителя, то тут же выпрямился по струнке. – А, ой, Мастер Гу Цин!

– Ты будешь жить на Безмолвном пике, вместе с другими учениками, –спокойно произнес он, неспешно полетев прямо по воздуху. Заодно и Яня с собой прихватил. Он бросил взгляд на своего нового ученика. – Не дергайся, иначе полетишь вперед уже без моей помощи.

От такой угрозы Янь резко выпрямился, нервно вцепившись руками в собственное кимоно. Ощущение непередаваемое! Его ноги впервые отрываются от земли, в голове восторг смешан с паникой и желанием вцепиться хоть за что-нибудь. Но рядом ничего не было! Один воздух кругом!

Издав шумный выдох Янь кое как собрал себя в кучку, стараясь вести себя достойно. Не хотелось показаться деревенщиной, впервые увидевший полет воочию. Хотя… по сути так всё и было.

…

Безмолвный Пик – территория старейшины Гу Цина. Описать его владения можно просто: это верхушка горы. На самом пике обитель самого Гу Цина, а пониже ютятся его личные ученики, которых всего двенадцать. Здания здесь из черного камня. Окна узкие и длинные, украшенные витражным стеклом. Казалось, что некоторые здания частично выдолблены прямо в гору, в лед. Есть жилая и несколько рабочих зон. В каждую зону ведет протоптанная в снегу тропинка, которая выводит на круглую площадь, вокруг и стоят дома. Жилых дома три. В центре круглой площади кострище и зона отдыха.

Так как рабочих тут обычно нет, то на всей территории стоит тишина. Слышен лишь вой метели.

В отличии от остальных старейшин, на Безмолвном Пике твое жилье не меняется в зависимости от твоего статуса. Оно сразу приемлемое. Личная уединенная комната, не продуваемая. В каждом доме общая ванна на все комнаты, но дверь запирается. Хочешь роскошь? Покупай за свой счет. А так, куда ученика определят, там он и живет, и никуда не съезжает. Это способствует сплочению. Возникающим неженкам из элитных семей приходилось тяжелее всего, но и они в конце концов приспособились. Может они в итоге и распустили все эти страшные слухи про учителя.

Сейчас уже вечерело и все как раз возвращались по своим жилым зонам.

Когда старейшина Гу Цин приземлился у одного из двухэтажных чернокаменных домов, то все четверо сидящих у костра учеников, которые и жили в этом самом доме, резко поднялись, выпрямились и вежливо поклонились.

– Ваш новый сосед. – Холодно произнес Гу Цин, наконец-таки поставив Яня на землю. А точнее на снег. Янь, одетый совершенно не по-зимнему, вяло махнул рукой, пытаясь справиться с сильным холодом. Его тело дрожало, а изо рта выходил белый пар. – Лун Лан, возможно в скором будущем у тебя наконец-то появится возможность провести спарринг с равным по скорости. – Кивнул на Яня.

Лун Лан – юноша ростом чуть выше Яня. Мечник весьма крепкого телосложения, волосы собраны в пучок, носит черное теплое кимоно и легкие доспехи поверх. На начальном уровне Заложения Основания.

Лун Лан удивленно посмотрел на Яня. Учитель не часто кого-то приводил и раз уж он сказал, что Янь сможет соперничать по скорости, то это весьма интересное соседство.

– Покажи ему свободную комнату. – Посмотрел на то, как Янь дрожит. – И выдай стандартное снаряжение. На этом всё. – Старейшина Гу Цин кинул Яню его личный жетон, и пока сам Янь его ловил, уже успел скрыться.

– Спасибо вам! – Крикнул Янь в след, нервно потирая руки друг о друга. Как же тут холодно!

– Ладно, пошли сначала в дом. – Вздохнул Лун Лан, провожая Яня внутрь дома.

Так они оказались в темном коридоре. На полу красный ковер, на стенах тускло горящие светящиеся белым кристаллы. В этом доме пять комнат, а также общая кухня, ванна, зал со столами для исследований и чтения.

Так что у Яня четыре соседа. Они, кстати, резко побросали свои места у кострища и побежали следом за Лун Ланом, словно это самое интересное зрелище за последние недели. Самой сдержанной была одна женщина, неспешно идущая позади.

Янь, оказавшись в тепле, облегченно выдохнул.

– Не часто Мастер Гу Цин кого-то приводит. – Протянул Лун Лан.

– Я Янь Линь. И я… Вообще-то кроме имени Мастера я пока еще ничего толком не узнал… - Неловко протянул Янь, почесывая затылок.

- Ну тебе сейчас наговорят тут! – Выпалил веселый голос. Лун Лан выдохнул и указал на него рукой. Это был юноша невысокого роста с большими круглыми очками.

- Это Чжи Юань, концентрация ци 7. Мастер по талисманам и прочим изобретениям. До твоего прихода он был самым молодым тут. И не обманывайся его внешним видом. Поверь, ты бы не захотел схлестнуться с ним в бою. – Лун Лан начал знакомить Яня со всеми. – Я сам Лун Лан. Начальный уровень Основания, так что мне очень интересно как скоро ты сможешь соперничать со мной по скорости, раз уж наш Мастер так сказал… - Усмехнулся он и продолжил.

– Это Урса. Пик Основания. – Лун Лан указал на высокую женщину. Очень высокую женщину! Кажется, она была даже выше старейшины Гу Цина, от чего абсолютно у всех всегда был легкий ступор. На макушке Урсы виднелись два бурых медвежьих уха. Она из особой расы, культивирующую звериную закалку тела. Одета Урса в меха, но ее сильные руки были обнажены морозу и ей это не приносило дискомфорта. И… всё. Больше про Урсу Лун Лан ничего не сказал.

– Эй, это что, всё?! – возмутилась она в шутку. Но Лун лишь махнул рукой.

– А это Яо Яо. – Он указал на женщину, которая сложила руки у груди в знак приветствия. У нее были длинные светло-голубые волосы. Одета в легкие бело-голубые одежды, которые скорее напоминали летний наряд для дорогих чайных, а не зимние одеяния. Кажется, она была самой сдержанной из всех. И от нее исходила самая сильная аура. – Уровень Золотого Ядра. Лучшая ученица Мастера Гу Цина. Мы называем ее Госпожой Яо, и в отсутствии Мастера Гу Цина она обычно за главную. – Закончил знакомство Лун Лан.

Когда Лун Лан провожал Яня в комнату, то шепотом рассказал немного про Яо Яо.

Госпожа Яо родом из очень богатой семьи. Когда она только вступила в секту и попала под крыло мастера Гу Цина, ей пришлось тяжелее всего. Она привыкла к богатству, слугам и тепличным условиям. Ее техники культивации связаны с нежными цветами. Суровые тренировки давались тяжело, но еще тяжелее давалась жизнь в новых условиях. У себя дома она была лучшей. Но она была лучшей, потому что была самой богатой, да и семья часто угрожала слишком амбициозным гениям, которые пытались обогнать ее в соперничестве. Здесь же была настоящая конкуренция, и она была далеко не самой лучшей. Это больно ударило по самолюбию, но отрезвило и придало мотивацию стараться изо всех сил. Так и пошли слухи, что Гу Цин может даже цветок превратить в лезвие.

Вот такие люди и были новыми соседями Яня.